Blue Eyes

П/А: Первый фанфик по «Волчонку»! Юхуу! И это Скайлз. Как подобает мне. Окей, на основе недавних.. э-э.. событий в «Волчонке», я полагаю, что это подходящее время, чтобы опубликовать это. Это в основном мой взгляд на то, что случилось бы, если бы Скотт укусил Стайлза. Предупреждение: Спойлеры 3×18… думаю? Ничего такого на самом деле, за исключением того, что Скотт стал Альфой.       Скотт вошёл в ванную, заметив Стайлза, стоящего перед зеркалом и рассматривающего своё тело, надеясь увидеть, что же изменилось. — Как ты себя чувствуешь? — спросил он. — На самом деле, я не чувствую, что многое изменилось, — ответил Стайлз. — Странно. Я ожидал почувствовать себя сильнее или умнее или ещё что-нибудь.       Скотт положил руку на плечо парня. — Естественно, это придёт вместе с твоими чувствами, которые будут в тысячу раз лучше, чем были до этого. Ты сможешь услышать, как падает капля, через всё здание.       Стайлз поднял брови так, что они почти коснулись линии роста волос. — Вау, это… — он задумался, ища подходящее слово, — здорово, — закончил он, запинаясь. — Это благословение, когда ты знаешь, как контролировать его. Кстати об этом. Ты должен прийти ко мне в полнолуние на следующей неделе, я могу помочь тебе сдерживаться. — Ты имеешь ввиду то, что я использовал для тебя? * — подразнил Стайлз, но затем снова посмотрел в зеркало; его дыхание стало рваным. — Эй, Скотт, — сказал Стайлз тихо, его тон был странным. Скотт посмотрел на него с любопытством, нахмурив брови. — Да, что такое? — Какой цвет, ты сказал, глаза примут после изменения?       Скотт странно посмотрел на него. — Если ты Альфа, это красный, у беты золотой, а если ты убьёшь кого-то, станут голубыми. А зачем? — Стайлз кусал свои губы, его глаза блестели. — Стайлз? — спросил Скотт с беспокойством. — Мои глаза золотые, — прошептал брюнет. — Да, это потому что ты бета. — Нет, я имею ввиду, они золотые, — подчеркнул он. — Я.. я думал, они будут голубые. Ох. — Стайлз... — М-может, — Стайлз замолчал. — Может, трансформация не завершилась, как, может быть, это как ребёнок, и мои глаза изменят цвет позже и.. — Стайлз, — мягко прервал Скотт. — Это не работает здесь.       Стайлз сжался, его дыхание стало тяжёлым, так как он закрыл рукой рот. — Боже мой, — прошептал он отчаянно. — Стайлз... — Боже мой, боже мой, — продолжал бормотать он себе под нос. Скотт встал и схватил его за плечи. — Стайлз! — сказал он громче. Он посмотрел в глаза лучшего друга, замечая, что они приняли настоящий шоколадно-коричневый цвет. — Всё хорошо, — уверил он мягко. Он увидел пару слезинок, скатившихся по щеке Стайлза, и обнял его; Стайлз растаял в объятиях и положил голову на широкое плечо Скотта.       Даже после того, как Стилински успокоился, они не отпустили друг друга, чувствуя себя комфортно в объятиях, и Скотт осторожно забрал немного боли Стайлза. — Восемь лет, Скотт, — сказал Стайлз дрожащим голосом. — Восемь лет я жил со знанием, что я был убийцей. Восемь лет я мирился с тем, что убил мою собственную мать. — Ты не убийца, Стайлз. Это не твоя вина, — уверил Скотт. Стайлз, похоже, не услышал его. Они сидели рядом друг с другом на бортике ванной, и Стайлз отказывался встретиться взглядом со Скоттом, играя с пальцами. — Знаешь, когда ты впервые стал оборотнем, я ненавидел тебя некоторое время, — робко признался Стайлз. Скотт поднял брови: это была новость. Стайлз продолжил. — Я думал, поскольку ты стал классным, популярным и сильным, ты не захотел бы болтаться с тощим неудачником, который не мог даже забить гол в лакроссе, не повредив себя. — Скотт собрался возразить, но выражение лица Стайлза заставило его замолчать. — Это заставило меня хотеть быть похожим на тебя. Я на самом деле собирался попросить Дерека обратить меня, чтобы я не тянул вас вниз больше, — он горько усмехнулся. — Я даже видел сны об этом несколько раз. Ты и я, задиры-оборотни вместе, победители плохих парней. Ты с золотыми глазами, а я с голубыми. Только с голубыми. Я бы всегда частично трансформировался перед зеркалом, чтобы полюбоваться, насколько они были бы голубыми. Я не хотел забывать, кем я был, — он остановился. Скотт видел, что слёзы вновь собрались в глазах Стайлза. — Но сейчас, — Стайлз задохнулся. — Я не знаю, кто я такой больше. — Я знаю, — прошептал Скотт. Стайлз, наконец, встретился с ним удивлённым взглядом. — Ты мой брат.       И когда Стайлз обнял его снова, Скотт знал, что сказал всё правильно.