Сохрани моё имя

       Она неспешно надела туфли, прихватила сумку и мокрый зонтик, а потом вышла на улицу, где её уже ждала машина. Что-то внутри неприятно щемило и давило, хотя должно было быть совершенно другое, радостное чувство. Остановившись под карнизом, Кира медленно подняла взгляд на небо. Молния разрезала небеса, резво опускаясь к земле и растворяясь в темноте. Лицо спокойного отца на мгновение осветило, чтобы в следующую секунду опять спрятать в полутьме. — Я хочу дойти домой сама, — вдруг произнесла Кира, открывая зонтик и спускаясь по лестнице к машине. — Можно?        Отец пожал плечами, не в силах возразить столь странному желанию. Казалось бы, он никогда раньше не позволял ей одной идти по пустым вечерним улицам, а сейчас… Кира благодарно улыбнулась, поцеловала отца в щеку и спокойным шагом двинулась по тротуару.        Ей просто хотелось обдумать всё то, что с ней случилось за последнее время. В начале учебного года она заметила её глаза, бесконечно долго смотрящие на неё из самых дальних уголков. Рыжая копна волос сразу попадалась на глаза, и отводить взор уже не хотелось. Очень долгое время они просто смотрели сквозь толпу, незначительно улыбаясь, словно играя в забавную детскую игру. Но эти взгляды стали значить намного больше, когда Кира начала искать их в толпе. И если Сони долго не было видно, внутри просыпались грусть и тревога. Необъяснимые и почти незаметные. После этого прошло много месяцев. И наконец-то они встретились на крыше. По воле случая, но они наконец-то заговорили, наслаждаясь друг другом в полной мере. И тогда, в первый раз, Кира поняла, что Соня небезразлична ей. Эта девушка могла так просто и свободно жить, не обращая внимания на мелочи жизни. Она подарила Кире не только внимание, но и радужные краски, любовь к жизни. Кире опять захотелось бороться со своей болезнью, сопротивляясь ей до последнего конца. Затем свидание, на котором она чуть не сошла с ума от обилия ярких впечатлений. Затем ссора, от которой гудела голова, и хотелось до ужаса долго плакать. Жизнь забурлила вокруг Киры. Она была счастлива после встречи с Соней. Тогда почему так болит на душе?        Кира остановилась у светофора, глядя на красный мигающий огонек. Одна, две, три вспышки яркого света промелькнули за круглым стеклом, и столько же машин проехало мимо, разбрызгав воду из лужи на бордюр. Кира отступила назад, чтобы капли не попали на её колени, но наткнулась на человека. Тот мягко обхватил её за плечи и поддержал, помогая не упасть. Но вместо того, чтобы отпустить, он сильнее сжал руки и отдернул девушку в сторону. С криком Кира улетела на асфальт, выпуская из рук зонтик. Тяжелые холодные капли забили по лицу, заставляя щурить глаза. Незнакомец натянул на себя капюшон, чтобы скрыть своё лицо. И когда он начал подходить, девушка попятилась назад. — Отдавай свой кошелек!        В свете молнии блеснуло лезвие ножа. Кира широко раскрыла глаза от ужаса, испуганно прижимаясь спиной к колючей изгороди из кустов. Он склонился над ней, хватая пальцами челюсть и сжимая их с болезненной силой. Нож одарил холодом у самого горла. — Живее!        Она дрожала как осиновый лист, пытаясь ртом схватить воздух. Сил на движения не было, как и на слова. Ей хотелось, чтобы он поскорее убрался прочь, оставив её в покое. Но этого не происходило, потому что она не могла достать кошелек из сумки. Не могла, потому что тело её стало ватным от ужаса. Рука незнакомца нырнула в карманы куртки, извлекая оттуда ключи и различную мелочь, но кошелек так и не был найден. Он надавил сильнее, сдерживая себя от излишней злости. — Где он?!        Кира нервно сглотнула, желая провалиться сквозь землю. Над головой сверкнула молния, освещая пустую улицу. Гром раскатился по улице, эхом отбиваясь от дрожащих стёкол. Кира резко схватила руками свою голову и согнулась, а когда выровнялась, никакого вора уже не было. Не были разбросаны по асфальту ключи и мелочь, шея не ощущала боли от недавнего ножа. И нигде вокруг не было видно уходящего силуэта. Кира медленно поднялась, пытаясь не упасть обратно. Глазами отыскала зонтик и подняла его, хотя он всё равно бы уже не помог, она промокла до нитки. Девушка медленно поплелась через дорогу, ощущая себя полнейшей идиоткой. Эти галлюцинации всегда были слишком реальными. И появляться они начали после той болезни, когда она несколько дней пролежала с высокой температурой. Не значило ли это, что пошло осложнение? Кира сглотнула, мысленно возвращаясь к Соне, пытаясь ею спастись от дрожи во всём теле. А потом резко остановилась, осознавая причину своей боли. Она не должна так поступать с Соней. Ведь она ничего не знает, а уже в этом году Киры попросту не станет. И тогда боль изменит её жизнь, избавив от детской жизнерадостности. Имеет ли она право поступать так с человеком, который безумно дорог ей? — Что я наделала… — с ужасом шепнула Кира, закрывая ладонью рот. — Я не должна становиться ближе к ней. Не должна. Нет. Нет. Нет…        Девушка тяжело задышала и продолжила путь домой, который уже виднелся на горизонте. Сможет ли она притвориться, что ничего не было? Что она не признавалась в любви или вовсе не знает Сони? Сможет ли она выдержать это, чтобы спасти чью-то жизнь?        Прикусив губу, Кира вставила ключ в дверной замок и повернула его, заходя в дом. Бесшумно прокралась к себе в комнату и исчезла в душе, чтобы не выдать своего промокшего тела, покрытого слоем дорожной грязи. Нет смысла говорить о своих проблемах родителям. Они лишь сильнее начнут переживать. Но кому тогда можно рассказать о себе настоящей?        Кира уткнулась лбом в холодную поверхность плитки. Слезы покатились по её щекам. Так обильно, как никогда раньше. Изнутри наружу скреблись все самые противные мысли, которые только могли там быть. Страх, обида, горечь и обреченность. Всё это вытекало из глаз солеными прозрачными каплями. Медленно опустившись на колени, девушка закрыла лицо руками. Она больше не хотела жить так, чтобы никто ничего о ней не знал. Но если рассказывать о горе кому-то близкому, он будет страдать вместе с ней. А она этого не хотела. Тогда что ей делать? Как поступить, чтобы не сделать всё только хуже?..        Но одно она решила твердо. Нужно сделать так, чтобы жизнь не была такой отвратительной. Кира утерла слезы, несколько раз всхлипнула и твердо поднялась на ноги. Слезами горю не поможешь. Она должна сделать всё, чтобы мир вокруг неё продолжал играть красками, но при этом не отдать серость Соне. Девушка не знала, как это сделает, но была уверена, что скоро найдет ответ.

***

       На замену холодным дождливым дням пришла знойная летняя жара. Хотя до лета оставалось ещё полтора месяца, невероятное тепло заставляло учеников закипать на уроках. Почти в каждом кабинете были нараспашку открытые окна, что не могло не радовать Киру, которая всегда тяжело переносила жару. Сейчас девушка распласталась на столе, вертя в руках письменную ручку. Подруга что-то рисовала в тетради, совершенно не обращая внимания на соседку. Девушка склонила голову, разглядывая несуразные закорючки на полях тетради, а затем машинально перевела взгляд в сторону крыши. Она всегда смотрела туда после её знакомства с Соней. Было в этом торчащем уголке здания что-то особенное, без чего уже невозможно было существовать. Дни плыли с особой медлительностью, пока девушка пыталась избегать общения с Соней. Стоило ей увидеть рыжую макушку, как она сразу старалась уйти в другую сторону. Но, как ни крути, Соня отыскала возможность пообщаться. Кира как раз выходила со школы, чтобы отправиться на остановку. У младших классов учебный день закончился еще на прошлом уроке, а вот класс Киры придержали на собрании. Но Соня дождалась её у школьных ворот. — Привет, — радостно махнула десятиклассница, одаряя знакомую милой улыбкой. Она выровнялась, собираясь подойти к Кире, но девушка молчаливо прошагала мимо, словно не замечая её. — Эй!        Соня подалась вперед, удивленно вытягивая руку, чтобы поймать Киру за край одежды, но что-то остановило её. Она опустила руку, глядя вслед уходящей подруге. Отрицательно покачав головой, Соня медленно двинулась следом за ней, а потом свернула в другой квартал, отправляясь к своему дому. Но на полпути Соня остановилась и подняла взгляд к небу. — Да что творится в твоей голове? Что беспокоит тебя так сильно, что ты теряешься в своих же чувствах?        Легкий ветер обдул разрумянившееся от жары лицо. Девушка заправила прядь волос за ухо и отрицательно качнула головой, отправляясь в сторону дома. Все дальнейшие попытки достучаться до Киры разваливались с жутким крахом. Кира наотрез отказывалась замечать человека, которому несколько дней назад призналась в любви. Это злило Соню, но она терпеливо продолжала свои попытки. Но всё напрасно. — Я всё равно добьюсь твоего внимания, — стиснув зубы, прошептала Соня, после чего натянула на голову наушники и включила самую шумную музыку, которая была в её телефоне.

***

       Кира поднялась со своего места, плавно обходя парту и приближаясь к своему однокласснику. Она легко наклонилась, аккуратно заправила прядь волос за ухо и улыбнулась, указывая пальцем в тетрадь. Соня бесшумно наблюдала за ней с коридора, опершись спиной о подоконник. Она не слышала, что говорила Кира, заменяя тихий шум внеклассных занятий приглушенной музыкой. Вся школа уже давно ушла домой, но класс Киры по неизвестной причине задержался в кабинете. Учителей тоже не было видно на горизонте — все они сидели в учительской и проводили классическое собрание. Идеальный вариант для осуществления своего незамысловатого плана. Соня выдохнула и пытливым взглядом осмотрела коридоры. Кира наклонилась сильнее, едва ли не вжимаясь плечом в спину своего одноклассника. На лице девушки читалась ярая сосредоточенность, но такое движение с её стороны вызвало внутри Сони легкую ревность. Она спустила наушники на шею и прислушалась. — Ты уверена? — спросил парень, откладывая ручку в сторону. — Справишься одна? — Тут немного осталось, я справлюсь, — уверенно произнесла Кира.        Было видно, что она хотела остаться одна, поэтому парень не стал долго спорить. Он пожал плечами и поднялся, закидывая на плечо портфель. Попрощавшись, он ушел, даже не обратив внимания на стоящую у окна Соню. Кира облегченно выдохнула и выровнялась, подтягиваясь. Соня бесшумно извлекла из кармана ключ от кабинета, проскользнула внутрь. Кира обернулась только тогда, когда дверь была уже заперта, а Соня оказалась в опасной близости от её лица. И до того, как девушка успела сообразить, десятиклассница требовательно поцеловала её приоткрытые губы. Кира отступила на шаг, прерывая поцелуй. В её глазах отчетливо виднелась боль, но Соня постаралась не поддаваться этому взгляду. Она скользнула к окнам, закрывая шторы. — Ты что здесь забыла? — удивленно спросила Кира, прижимаясь бедром к парте. В школьной форме она выглядела особенно хорошо, потому что никогда не носила длинных юбок. Сейчас черная ткань едва опускалась Кире до колена, скользя вверх при каждом движении. — Тебя забыла, — серьезно буркнула Соня, заканчивая со шторами и укладывая на стол наушники с телефоном. — Сначала ты не отвечала на звонки, теперь игнорируешь меня в школе. Думаешь, мне не интересно, почему ты так поступаешь?        Кира сглотнула. Однажды это должно было произойти. Теперь оставалось только правильно подступить к выходу из этой ситуации. Только сдержанность и спокойствие. — А ты как думаешь? — спросила Кира, оттягивая неизбежное. Соня нахмурилась, в её больших глазах прочиталось разочарование. — Я думала, ты мне скажешь. — Она сделала несколько шагов навстречу, и Кире захотелось бежать. Она покосилась на дверь. — Бесполезно, я закрыла её, чтобы ты не уходила от разговора. — Ты стащила ключ?! — Не переводи тему, — буркнула Соня, скрещивая руки на груди. — Почему ты не хочешь продолжать наши отношения? Они даже начаться не успели, а ты уже творишь полную ерунду.        Кира отвернулась, тяжело склонившись у парты. Её руки впились в край, белея от ужасного напряжения. Она старалась дышать ровно, сдерживаясь от желания рассказать всю правду, которая давила на неё изнутри. Девушка закрыла глаза, сделала долгий вдох и подняла голову, глядя на противоположную стену. — Потому что я солгала. Я ничего к тебе не чувствую. — Её голос даже не дрогнул, что заставило Соню недовольно скривиться.        Девушка выдохнула, закрывая глаза. Наступила немая пауза, во время которой Соня пыталась принять правильное решение. Слышать такое от Киры было больнее всего, но подсознательно девушка понимала, что не всё здесь так просто. Она подалась вперед, наваливаясь всем телом на спину Киры. От неожиданности девушка послушно склонилась вперед, позволяя Соне обвить её рукой под грудью. Пальцы скользнули по пуговицам, расстегивая их. А тем временем девушка склонилась вперед и аккуратно провела языком по бархатной шее Киры. Она выгнулась, упираясь бедром в живот Сони, привставшей на носочки для удобства. — Остановись, — простонала Кира, ощущая, как дрожит податливое тело.        Соня прошлась пальцами по груди, задевая набухший сосок. Слова могут обманывать, а вот тело обмануть нельзя. Десятиклассница облизала пересохшие губы и свободной рукой оттянула ворот блузки, чтобы поцеловать ключицу. Бархатная кожа Киры покрылась мурашками, и она попыталась обернуться, но пальцы Сони сжали сосок, останавливая любые попытки сопротивления. Кира закрыла глаза, сдерживая стон наслаждения. Такая напористость заставила её поддаться чувствам, но стоило ей перестать сопротивляться, как Соня отошла назад. — А говоришь, что не чувствуешь ко мне ничего, — тяжело дыша, произнесла Соня.        Её щёки пылали от возбуждения, а соски пробивались сквозь ткань, но Кира старалась не смотреть на это, чтобы не поддаться жадному инстинкту овладеть чужим телом. Постепенно легкий ветер успокоил обоих, и девушки молчаливо начали смотреть себе под ноги. — Так, может, расскажешь о своих проблемах?        Кира оторвала взгляд от собственных туфель и взглянула на Соню. В её глазах читалось явное волнение. С какой отважностью эта девушка бросилась к ней, словно игнорирование её совершенно не задело, пусть это было совсем не так. Кира тяжело выдохнула и подалась вперед, протягивая к Соне руки. Соня вопросительно приподняла бровь. Но после недолгого замешательства она подплыла к Кире, позволяя себя обнять. — Это долгая история, Сонь,— произнесла девушка, зарываясь носом в рыжих волосах. – Давай я закончу, а потом мы зайдем в кафе, и я всё тебе расскажу. — Больше никакой лжи? — с надеждой спросила Соня, поднимая взгляд на лицо Киры. — Больше никакой лжи, — согласно кивнула Кира и с нежностью поцеловала лоб улыбающейся девушки.

***

       Мороженое, аккуратно уложенное тремя шариками в стеклянном стакане на тонкой высокой ножке, уже давно начало таять. Три разных цвета смешивались в непонятную субстанцию. Глаза Сони, некогда живые и яркие, постепенно тускнели. Кира нервно прикусила губу. Ложка мерно качалась со стороны в сторону, как маятник, никогда не сбивающийся со своего ритма. Сердце гулко отдавалось где-то внизу. У Сони сосало под ложечкой. Всё тело ныло от напряжения, но за пять минут она просто не могла сдвинуться с места. — Сонь, — тихо произнесла Кира, аккуратно протягивая руку в сторону девушки. Соня нервно отдернула руку, и глаза обрели некое понимание происходящего. Она опустила серебристую ложку в мороженицу и откинулась назад, закрывая глаза. — Сонь…        Кира сжала руку в кулак. Она сама попросила правды, а теперь постепенно угасает вся её жизнерадостность. Это ужасная картина — видеть блекнущую в глазах жизнь. И если бы у Киры оставался выбор, она бы продолжила лгать до самого конца. А потом известие о смерти поразило бы Соню куда сильнее, чем сейчас. Соня аккуратно опустила руку на стол, открыла глаза и нервно сглотнула. Было видно, что в любое мгновение она расплачется, но пока она держалась. — Сколько тебе осталось? — дрожащим голосом спросила она, то и дело незримо вздрагивая. — От нескольких месяцев до конца этого года, — тихо произнесла Кира, ковыряя ложкой свою порцию мороженного.        Тот факт, что она рассказала о своих проблемах кому-то, заметно облегчил внутреннюю боль. Но на место неё пришел страх за Соню. Как она будет мириться с этой мыслью? Страх медленно подкатил к горлу. Кира прижала пальцы к груди, сдерживая порыв вскрикнуть.

А что, если Соня решит уйти и оставит меня одну?