Шалость удалась?

Ничто не предвещало беды. Хогвартс жил своей обычной жизнью: кто спешил на защиту от тёмных искусств, кто на прорицание к сумасшедшему профессору Трелони, кто прохлаждался, слоняясь по коридорам школы и рассматривал «живые» картины. Любовные парочки на каждом углу пытались урвать поцелуи друг друга, будто видятся в последний раз. Даже Золотое Трио, как брезгливо называл их Малфой, направились к хижине Хагрида. Последний при встрече что-то говорил про «совершенно секретно» и «меня уволят, если узнают… Дамблдор с позором выгонит меня из школы, Гарри…» и им не терпелось сорвать завесу тайны. Фред и Джордж рассовывали по карманам очередные приколы, из-за которых в следующие дни Гриффиндор явно лишится пары десятков очков. Всё и дальше было бы спокойно, если бы не суматоха, привлекшая внимание многих учеников.  — В сторону… Чёрт! Посторонись! — распихивая острыми локтями спокойно идущих навстречу учеников Хогвартса, Абигейл бежала прочь от преследующего её Малфоя. Он не ломился сквозь толпу, чтобы схватить чертовку, он медленно шёл, надвигаясь грозовой тучей, а ученики расступались перед ним словно пленные перед своим завоевателем. Напряжённый до предела Драко крепко сжимал палочку в правой руке и презрительно смотрел вслед удаляющейся девушке. Если бы не ученики и не профессор, смеривший хмурым взглядом рассерженного блондина, Малфой незамедлительно бы швырнул в эту грязнокровку Авадой, не задумываясь. Многие, мимо кого он проходил, останавливались как вкопанные. Его глаза, в коих плескалось раздражение, смешанное со злобой и презрением, действовали не хуже парализующего яда. Ему показалось или кто-то вскрикнул от испуга и вжался в стену, что-то лепеча? Если бы он мог управлять молниями или убивать взглядом, электрический разряд давно бы прошёл сквозь тело беглянки, а заодно и нескольких грязнокровок, очерняющих и так противную до тошноты школу, и они замертво бы рухнули на пол. Или ради удовольствия Малфоя покорчились несколько минут в судорогах, исходя пеной изо рта. На ходу застёгивая рубашку и поправляя юбку, Найгерт молилась, чтобы Малфой споткнулся и растянулся в коридоре у всех на виду. А ещё лучше, чтобы его сбил с ног какой-нибудь сумасшедший первогодка, тогда бы этот белобрысый принц переключился на него, оставив девушку на время в покое. Этого хватило бы, чтобы перевести дух, наподдавать близнецам и придумать план спасения, но словно в отместку, Драко продолжал идти за ней, заставляя Абигейл вкладывать последние силы в свой побег. — НАЙГЕРТ! — голос Малфоя достиг её ушей и она, взвизгнув, проскочила мимо обнимающейся парочки. «Нашли время обниматься… Меня тут убьют, а вы…» — Да в сторону, — громко чертыхнувшись и с силой оттолкнув очередного ученика, она скользнула по лестнице и, перепрыгивая через две, а то и три ступени, добралась до портрета Полной Дамы. — Ореховый пудинг, — смахнув влажную прядь с глаз, судорожно откашлялась. Оглядываясь по сторонам на подозрительно смотрящих учеников, Эбби пожала плечами, как бы говоря, что она не знает, что нужно от неё Малфою. Нервно улыбаясь, она повернулась к портрету, отделявшему её от безопасной гостиной и возможности выжить в этот день. Девушка глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. — Ор-реховый пудинг. Ещё немного и её голос сорвётся на визг. — Ореховый пудинг, пожалуйста… скореееее…. -Аккуратней! — приглушённый девчачий голос полный презрения сменился на испуганный шёпот, стоило увидеть на кого она повысила голос — Прости, Драко! -Отвали, уродина! Где Найгерт? — последние слова прозвучали не хуже поттеровского парселтанга. Если бы вокруг были змеи, они, несомненно, бросились бы к Найгерт, обвивая её ноги и скользя выше к шее, чтобы сдавить её до хруста и усладить взор Драко. Девушка не расслышала ответа оскорблённой, но ей было всё равно. Полная Дама оторвавшись от разглаживания складок на своём большом розовом платье, обиженно насупилась, оттопырив нижнюю губу. — Я… даже… не успела спросить. — Посмотрев на растрёпанную нарушительницу её спокойствия, на её мятую рубашку, она хмыкнула. — Проходи. Портрет отодвинулся в сторону и девушка, проскользнув мимо него, скрылась в гостиной под недовольный рык опоздавшего на несколько секунд Малфоя. Немного успокоившись, Найгерт расхаживала по гостиной, заламывая пальцы и бросая убийственный взгляд на близнецов, губы которых растянулись в довольной улыбке, стоило парням вспомнить зловещее лицо Слизериновского принца. — Это не смешно, — нервно проведя рукой по волосам, Эбби плюхнулась на диван меж близнецов и уткнулась лицом в ладони, отчаянно всхлипывая, что Малфой ради мести наверняка прокрадётся в её комнату ночью и задушит подушкой. Фред, успокаивающе погладив девушку по плечу, бросил хитрый взгляд на Джорджа и, поймав ответный, подмигнул. — Эбби, солнышко… рассказывай. Как всё прошло? — Джордж нарушил молчание, ловко скрыв усмешку в голосе. — Фтовнизыараете — что-то пробурчав, что ни расслышал ни Фред, ни Джордж, Эбби снова замолчала. — Эб, мы ничего не поняли, — вздохнув, Джордж отнял руки девушки от лица и, взглянув в её покрасневшие от слёз глаза, погладил по голове. — Ты расскажешь? Фред хочет удостовериться, что он должен мне 10 галеонов, а не наоборот. Ты должна помочь. Абигейл, прокрутив случившиеся за день события, встала с дивана и направилась в спальню для девочек. Ей нужно было уединиться, нужно было придумать что-то в своё оправдание перед Малфоем, хотя он даже слушать не станет, а сразу, завидев издалека, направит на неё луч смерти. А дальше темнота и может немного слёз от сочувствующих. Немного замешкавшись у лестницы, она повернулась к близнецам: — Вы должны мне 20 галеонов. Я чуть не сдохла, когда Малфой узнал меня. Всё пошло не по плану, вашу мать. Поднимаясь по лестнице, она услышала разочарованные вздохи и причитания Джорджа по поводу потерянных денег, ибо теперь ему не на что будет купить леденцы в Хогсмите. Уже лёжа в постели, снова и снова прокручивая прошедший день, Абигейл накрыла лицо подушкой и зарычала. «Как меня вообще угораздило в это влезть? Чёртовы близнецы… Сама хороша! Меньше в азартные игры играй, дурр-р-ра! …» Ворочаясь с одного бока на другой, девушка проклинала себя и мысленно молилась, чтобы к утру Малфой отошёл. «Кто знал-то, что они загадают такое желание? Да это же близнецы… У них всегда какая-то херня на уме! Сделали гадость, всем херово, а им в радость! Дур-р-р-ра! И-ди-от-ка!» Вцепившись зубами в подушку, Найгерт помотала головой из стороны в сторону словно львица, раздирающая добычу, прогоняя воспоминания о руках белобрысого, обнимающие её со спины… холодные пальцы, скользящие под рубашкой всё выше и выше… Откинув подушку, она глубоко вздохнула и попыталась успокоиться, но картинки настойчиво лезли в голову, смущая и путая ещё больше… «Какого чёрта я согласилась?» Как сильно она не хотела извиниться перед Платиновым Принцем, она не придумала ничего лучше, как не вылезать завтра из постели, пропустив уроки или просидеть весь день в комнате у камина, не появившись даже на завтрак: «В конце концов, люди без еды и месяц живут, или буду просить близнецов пронести мне тыквенные булочки и сок! Протяну!» Осознав, что ничего лучше ей придумать не удастся, она заснула. Однако, от Малфоя не скрыться даже во сне. Подсознание, посчитав, что его обладательнице недостаточно досталось, решило поиздеваться, прокрутив события от начала до конца. Если бы оно могло всё, действительно всё, оно подкинуло бы ещё и попкорн с колой. Ей же досталось только место в первом ряду: Вот они втроём сидят и смеются, помешивая во владениях Плаксы Миртл Оборотное Зелье. Фред и Джордж заливаются смехом, представляя как будет зол Малфой, узнав, что это их очередная проделка. Правда никто из них даже не упомянул, что все шишки достанутся их подруге, которая и подкинула им эту идею, играя в карты с близнецами на желание. Довольно ухмыляясь и предвкушая лёгкую победу, она надменно выложила два козыря перед Фредом, ожидая увидеть разочарование и обречённость на его лице. Фред решив подыграть, понурил голову и притворно тяжко вздохнул. Найгерт довольно хохотнула и промурлыкала своё желание, даже не удосужившись сначала закончить игру. — Мой любимый Фре-е-ед, — растягивая его имя, она лукаво улыбалась, — кое-кто соблазнит Малфоя, будучи в облике Панси. — О не-е-ет, — подыграл Фред, охнув и театрально вскинув руку ко лбу, — И я даже знаю, кто будет исполнять эту роль! — Рыжий рассмеялся, показывая свои карты. Найгерт не сразу поняла, что в дураках остался никто иной, как она сама. Улыбка медленно сползла с её лица, в глазах заплескался ужас, потому что близнецы, потирающие ладони — не к добру. Закусив губу, она проклинала себя за длинный язык. Пока близнецы варили зелья, девушка стреляла глазками, хлопала ресницами и накручивала прядь волос на пальчик, пытаясь выглядеть как можно более соблазнительной. — Ласточка, ничего не выйдет. Карточный долг — дело чести, — урезонил девушку Джордж, даже не взглянув на её выкрутасы. Через несколько часов все необходимые ингредиенты, а именно: сушёные златоглазки и водоросли, украденные у профессора Снейпа, Спорыши, пиявки, Бумсланг и Двурог были не более чем однородной жижей, в которую для полного завершения был добавлен волос Панси. Стоило девушке осушить кубок с этой жидкостью, она готова была припасть к туалету, над которым парила Миртл и хихикала над скривившимся лицом Найгерт. Глубоко вздохнув, проигравшая тряхнула головой и попыталась вспомнить вкус матушкиных воскресных ватрушек. Рвотный рефлекс постепенно отступил. Поблагодарив матушку за возможность не хвастаться утренними харчами перед ребятами, она кивнула близнецам. Те, улыбнувшись, взяли её под руки и потащили её к выходу. Всё шло по плану, когда близнецы, усыпив Паркинсон и спрятав её в кладовке, отправили жертву на задание. Девушка, оглядываясь по сторонам, медленно шла по направлению к подземелью Слизерина, прокручивая в голове фразы, которые обычно употребляла в разговоре с Малфоем Панси. Чтобы он ничего не заподозрил. Малфой по сути не был невинным мальчиком и ей не составило бы труда его совратить, благо Панси не обладала лицом, покрытым гноящимися прыщами, не была ни толстой, ни чересчур худой, как вешалки на показе мод, но и до первой красавицы Хогвартса ей было далеко. От этого уверенность, что всё пройдёт как надо, улетучивалась, оставляя место липкому страху. До подземелья Абигейл дошла на ватных ногах. Она увидела знакомую платиновую макушку, появившуюся из-за угла, и поспешила вслед за её обладателем. — Драко, пос… постой, — услышав своё имя, Драко остановился, но не повернулся к обладательнице голоса. — Чего тебе, Паркинсон? Снова пришла умолять меня переспать с тобой, чтобы Забини приревновал? — Что-о-о-о? — такого поворота событий Абигейл-Панси явно не ожидала, отчего все, что она хотела сказать, медленно выскользнуло из её головы, помахав на прощание белоснежным платком. Она решила переть напролом, словно ополоумевшая от любви к старшекласснику девочка: Я… Соскучилась по тебе… Малф… Драко. Мне нужно поговорить с тобой… В твоей комнате. Закатив глаза, Драко прошёл в гостиную и направился в свою комнату. Мнимая Паркинсон последовала за ним. Оказавшись в спальной комнате Малфоя, Абигейл совсем растерялась. Весь её боевой дух, которого и так с каждым шагом становилось меньше, растаял совсем, стоило блондину захлопнуть дверь. Драко выжидающе уставился на Панси, заламывающую руки и, видно, пытавшуюся собрать в своей миловидной головке немногие слова, что были в её лексиконе, но и те, похоже, разбежались как тараканы. — Я хотела… — попытки гостьи что-то сказать были прерваны самым бесцеремонным образом, когда Драко, решив не ждать, резко обнял её со спины и заскользил руками по небольшому животику. — Паркинсон, тебе бы не мешало заняться спортом… — Ухмыльнувшись, Малфой прикусил кожу на шее, грубо сдавив руками небольшую грудь девушки. Вспыхнув от негодования, Абигейл попыталась отстраниться, попутно мысленно кроя матами Малфоя-младшего, возомнившего, что все женщины падшие существа, раз он позволяет себе такие действия и не ожидая отпора. — Паркинсон, вчера ты не сопротивлялась, — ядовито выплюнув слова ну ушко девушки, Малфой подтолкнул её к кровати и попытался стянуть рубашку. — Малфой, мать твою, какого ч… — но договорить ей не дали, прервав её гневную тираду грубым поцелуем. «Чёрт! Да к чёрту! Я за этим и пришла…» Ответив на поцелуй, девушка обвила шею Слизеринца одной рукой, второй при этом развязывая его серебристо-зелёный галстук, змеёй обвивший шею. «Чёрта-с два! Малфоя так легко уломать на секс… Белобрысая шлюшка… Желание — херня!» Усмехнувшись сквозь поцелуй, она запустила руки в его волосы и, сжав несколько прядей, оттянула его голову и укусила губу. Малфой отстранился, чем вызвал недовольный стон прохвостки. Но последовавшая за этим фраза, выбила девушку из колеи: — Никогда не замечал эту светлую прядь… — накрутив локон на палец, Драко скользнул по нему взглядом, размышляя о чём-то. — Какая к чёрту светлая прядь, Драко? — недовольно взглянув в глаза Малфою, девушка нахмурила лоб, однако в голову внезапно закралась мысль, заставившая её застыть на месте. «О НЕТ!!! … действие оборотного зелья заканчивается, а у меня с собой ни капли…» Паника обхватила Эбби своими цепкими ладошками, сжимая её грудную клетку и заставляя судорожно дышать. Она отодвинулась подальше от Малфоя и вжалась в спинку кровати. Внезапно тело сковала та самая неприятная боль, что и после первого глотка. Обманщица приглушённо вскрикнула, и вцепившись в изголовье кровати, начала метаться из стороны в сторону, претерпевая ужасные изменения и теряя черты Панси. Тёмные волосы начали выцветать, становясь похожими на седые и укорачивались в длине. Лицо менялось, словно скульптору не понравилась его творение и он, разозлившись, начал мять его с особой жестокостью. Малфой, отскочив, с непониманием наблюдал данную сцену и боялся подойти ближе. Через несколько секунд на кровати лежала совсем не Панси, а кто-то другой… Другая… Лицо казалось смутно знакомым. Как только до него дошло, кто это, парень готов был задушить лицедейку своими руками. Он почти было метнулся в её сторону, как она наставила на него его же волшебную палочку, так удачно выпавшую из кармана его брюк во время их утех. — Найгерт! Я уничтожу тебя, — в голосе сквозил яд, отчего по телу девушки прошли мурашки и она, застегивая свободной рукой пуговицы на кофточке, спустила ноги с кровати. На всякий случай, не убирая палочки, направленной в лицо Малфоя. Пальцы не слушались, промахиваясь мимо петелек и, чертыхнувшись, она оставила рубашку на половину расстёгнутой. — Не обольщайся, Малфой, — плюнув эти слова ему в лицо, Найгерт рванула прочь из комнаты, опасаясь быть застуканной кем-то из его своры. — НАЙГЕРТ, — в след ей донёсся зловещий голос Малфоя, не предвещавший ничего хорошего. Бросив куда-то палочку, она выбежала из подземелий и рванула в башню Гриффиндора, расталкивая на своём пути так не вовремя встречающихся учеников. Распахнув глаза, Найгерт обвела взглядом свою спальню и шумно выдохнула. Внутренний голос нашёптывал, что теперь ей не жить. «На глаза Малфою лучше не показываться ближайшие пару лет, а лучше вообще исчезнуть с этой планеты. Может, мне стоит перевестись в другую школу? Вероятность, что он забудет этот инцидент, даже если она исчезнет из поля его зрения навсегда, была крайне, чрезвычайно, невыносимо невероятна. Такие как Малфой обид не прощают… Не царское это дело, давать спуск обидчикам…» Девушка упорно старалась не слушать свой внутренний, казавшийся ей сейчас таким противным, голос. В голову лезли картинки ошарашенного лица Малфоя, которое в обычной жизни ничего, кроме надменности и призрения не выражало. Мысль, что завтра светловолосый размажет её по стенке или нашлёт Круциатус, вызывала уныние, но её успокаивал факт, что это случится завтра, а сегодня — шалость удалась.