Город рухнувших надежд

Осень. Что за прекрасное время года! Нет надоедливой знойной жары, нет дикого зубосводящего холода! Это время года словно период отдыха не только от всех заноз погоды, но и от жизненных неурядиц. Да, именно! Как же верно подмечено, черт подери! Вот этот мужчина, которому на самом деле 34 года, считает именно так. Сейчас мы видим проходящего по скверу парня, который выглядит лет на 25… Это Альфред Эндерсон, он работает ректором в университете. В 34 года он выглядит лишь на 25. Бедный Альфред! Многие бы это сочли исключительно плюсом, но этому мужчине пришлось не слишком сладко, чтобы утверждать о подобном. Когда он только пришел работать в университет, его нельзя было отличить от студента! Да еще и легкий нрав делал свое дело. Бывало даже так, что некоторые студенты путали его со своим приятелем, со всей мощи подбегали, и били портфелем по заду. Благо, что не по голове. Как же долго им потом приходилось извиняться перед офигевшим от такой внезапной дружеской симпатии ректором, и прятать глаза на лекциях. А что было в школе? Оооо! Было бы много всего подобного, но Альфред часто болел, поэтому в этом учебном заведением был нечастым гостем. Но все же изредка его можно было увидеть на школьной скамье. Сейчас профессор направился к себе домой. Эндерсон живет в небольшом двухэтажном доме, на втором этаже. Он выкупил весь второй этаж у владелицы, которая осталась жить на первом, и, кажись, весьма доволен своим выбором. Мужчина закрыл за собою дверь и кинул портфель на диван: - Уффф, хороший выдался день, тебе так не кажется? Его взгляд пал на портрет девушки, висящий на стене. Можно сказать, он находился на самом видном и почетном месте. В ответ лишь тишина. Как только любопытная хозяйка и гости не пытались разузнать, что это за картина, кто ее нарисовал, и, в конце концов, кто же на ней такая?! Альфред никогда им не отвечал, он лишь пожимал плечами и говорил: «Я совершенно ничего о ней не знаю". Но так ли это на самом деле? Профессор достал свежую газету из портфеля и пару писем, заварил чай и сел в кресло. Все-таки как хорошо находиться дома! Тепло, уютно, нет никакого шума и беспокойств! Сейчас же можно насладиться приятным вкусом и, само собой, ароматом прекрасного чая за прочтением новостей. Вы можете сказать, что подобное лучше делать с утра, но Альфред настолько суматошен и взвинчен в это время, что просто не может спокойно усидеть. Ну а сейчас самое то расслабится. Эндерсон прочитал газету, пару писем от своих бывших учеников, и вот наконец вспомнил, что как-то пару часов назад отложил одно письмо, которое ему вручил сам почтальон прям на пороге в университет. - Странно… Кто же это может быть? Не припомню никого, кто бы не знал моего адре… - рука держащая письмо дрогнула, - Не может этого быть… Эндерсон встал с кресла. «Она?» - Мне это и впрямь не снится? – только успев произнести эти слова, он тут же открыл конверт и судорожно стал бегать глазами по строкам. «Эта женщина просит меня о помощи! Я и в жизни не мог поверить, что такая гордая и независимая обратится ко мне с просьбой… Но что это? Она не указывает конкретной проблемы? А есть ли она вообще?.. Быть может, это просто предлог дабы увидеть меня? Нет! Она бы не стала переступать через свои принципы и себя саму. Тогда что?..» Мысли метались в голове словно мыши от кошки, и Альфред, как назло, никак не мог поймать ни одну из них, дабы найти этому письму достойное объяснение. Эндерсон кинул взгляд на портрет женщины: - Если ты зовешь меня, то я приду к тебе, даже если это какой-то пустяк. – с этими словами он оделся и вышел на улицу. Если быть откровенным до конца, мужчина мог приехать и в выходной, но профессор отправился сию минуту. Выходит, она для него какая-то особенная? Прибыл он уже где-то ближе под вечер, когда начали сгущаться тучи и собирался дождь. «Так, значит, сюда?» - подумал Эндерсон когда добрался до замка. Дверь оказалась открытой, Альфред сразу насторожился. Открытая нараспашку дверь никогда не являлась предвестником чего-то хорошего. Скорее, плохого. Очень плохого. Мужчина бродил по замку в полной тишине. Комнаты были чистыми и аккуратными, этот особняк явно вылизали вдоль и поперек не один отряд служанок… Так почему сейчас никто не встречается на его пути? Но тут ему на встречу вышла молодая девушка в ночной рубашке. - Аллин*? – вскрикнул Альфред, - Что произошло? - Тише. – Она приложила палец к губам, - Идем за мной! Русоволосая и босоногая дворянка отвела его в подвал по тайному ходу: - Ты мне нужен. – Девушка указала на какую-то старую и замызганную дверь, которая, по мнению Эндерсона ну никак не могла быть в этом месте, кстати. - Что это такое? - Дверь. - Я вижу, но она какая-то подозрительная… - Открой ее! Альфред мог бы и возмутиться, что после всего того, что ему пришлось пережить от ее нрава, его еще и заставляют что-то делать без каких либо объяснений, но он просто молча открыл ее, а Аллин затаила дыхание. - Стена, - монотонно произнес профессор. - Как?! Не может быть! – девушка кинулась ощупывать кирпичи, не веря собственным глазам. - А что ты тут ожидала увидеть? – иронично спросил он. - Не смейся надо мной! Ты даже не знаешь, что мне пришлось пережить этой ночью! - И даже не хочу представлять, – закатил глаза тот, - ты позвала меня через весь город только ради того, чтобы я пришел и открыл эту БЕСПОЛЕЗНУЮ дверь? -Не… В момент слабой искорки возгорания ссоры, от открытого проема бахнул свет. Альфред судорожно закрыл глаза рукой, а Аллин схватила его и рванула во внутрь… Странно, но в этот момент Альфред понял, что это какой-то портал, он ожидал увидеть все, что угодно, но почему-то профессор оказался в своей комнате один и всего за несколько секунд его голова быстро начала раскалываться. Не зная почему, Эндерсон интуитивно кинулся к столу и стал записывать на попавшийся ему лист бумаги о происшедшем, но ему удалось написать лишь несколько слов: «Замок Аллин...», на этом он отключился и на следующий день забыл совершенно всё об этой женщине.