add-on

- Погладь меня, - говорит Эгле задумчиво, - и принеси сладкого. В ее комнате очень тихо и очень бедно: окна выходят на солнечную сторону, что уже неплохо для торгового квартала, но это не компенсирует узкий диван. Или пыльное подобие шкафа, гордо прижавшееся к стене. - Дотянись до сумки, в ней еще три пирожка. Или четыре, - Шелия, привычно забравшая себе подушку, устраивается поудобнее. - Я не помню, сколько мы уже съели. - Они были с мясом, - укор в голосе жрицы ощущается почти физически, - а я хочу чего-нибудь… вишневого? Или яблочного, еще не решила. Ответное «Обращайся, как решишь» превращается в набор трудноразличимых звуков, но Эгле все равно кивает и закрывает глаза: очередной тяжелый день забрал с собой силы спорить и двигаться. Шелии должно быть немного легче – она в Регенсхайне уже третьи сутки – но кто знает, что еще случилось там, на Земле. Можно спросить, конечно, но это приведет к обмену не слишком веселой информацией, а его и так хватает. - И сколько ты платишь за вот это? – Шел приподнимает голову, чтобы лучше рассмотреть обстановку. У нее злой и ясный взгляд, ни намека на сонную лень, которую она так активно демонстрировала. Стоило помнить, что обмен неотвратим. - Девяносто тысяч золотом. Свободный доступ на кухню и в ванную комнату гарантирован условиями договора, - Эгле слегка ежится и подтягивает одеяло поближе. Закрыть окно, что ли? - И нет, мы не будем сообщать об этом майору. - Он мог бы… - Пожалуйста, - прерывает ее Эгле, - не об этом и не сейчас. Полтора года постоянных споров на одну и ту же тему – «Просто дай мне помочь» против «Спасибо, но я все еще справляюсь» – приучили их вовремя затихать, выражая недовольство друг другом тяжелыми вздохами. Поэтому Шелия медленно наклоняется за сумкой и достает пирожки. С вишней и с яблоком, потому что Эгле всегда забывает посмотреть еще раз. - Меня не так легко задобрить, - упрямо говорит жрица, но быстро хватает предложенное. - Я понимаю и принимаю твою озабоченность моим материальным благополучием, но меня не так легко задобрить и я задета. - Уже нет, - разумно отвечает Шелия. - Тебе просто хочется устроить красивую сцену, чтобы развлечься, но я пока еще не Анэй. Так что смирись, не сра–бо–та–ет. - Не поминай своего брата всуе и не обнимай меня грязными руками. - Сама же предлагала, - она едва сдерживает смех и сжимает жрицу крепче. У Эгле теплая спина и удобные плечи – на них хорошо пристраивать голову, когда спишь. Она, в общем-то, очень уютная и какая-то своя, и как же раздражает эта идиотская комната. Почему бы просто не послушать ее, почему бы просто… Не сделать все правильно. - Ты дура, - говорит Шелия вслух, - ты дура и я тебя люблю. Эгле смеется и наконец-то придвигается к ней. Последний пирожок они делят пополам.