Тиран моего сердца

Наруто с интересом вертел в руках сверток, все не решаясь открыть его и посмотреть, что же там находится. По ощущениям, да и включая во внимание размер самого свертка, не сложно предположить, что там лежит что-то крошечное. Слегка потянув за ленточку, раскрыл сверток, двумя пальцами вытащив оттуда небольшой предмет округлой формы. — Таблетка… — шепотом произнес парень, повертев в руках вышеназванную мелочь, пытаясь на глаз определить её компоненты и действие. Омега даже понюхал её, но ничего подозрительного не обнаружил, таблетка источала лишь тонкий запах лечебных трав. Положив таблетку обратно, Наруто уловил звук щелчка на входной двери, пряча сверток за спиной, поворачиваясь лицом к альфе. На лице Саске была странная счастливая улыбка, глаза предвкушающе блестели. Подойдя ближе к пленнику, альфа нахмурился, смотря на заведенные за спину руки коноховца. — Что ты прячешь? — Ничего, — соврал парень, неловко улыбаясь. — Не ври. На омегу нацелился злобный взгляд, а после его рывком кинули на кровать, мертвой хваткой заламывая руки, прижимая ногой к мягкой поверхности. От боли, возникшей в суставах, Наруто выронил сверток, стиснув зубы. — Если больно — так и говори. Нечего из себя героя строить, когда ты всего-лишь омега. — Нечего омег считать слабыми! Я тебе все равно могу отпор дать. — Можешь, — согласился Саске. — Но не получается… или ты сам этого не хочешь? — прищурился альфа, заломив руку еще сильнее. Не выдержав, Наруто крикнул, а слезы боли предательски скатились из глаз. — Ну вот! В следующий раз не думай сдерживаться. Саске примирительно похлопал пленника по попе, подобрав с кровати сверток, под испуганным взглядом открывая его. — Хм. Предположу, что их Ино передала тебе через Сая… — задумчиво проговорил альфа, дразнясь с омегой свертком. — Не знаю никакого Сая, — пробурчал Намикадзе. — Только не говори, что не видел его. Альфа, внешне напоминающий меня. У нас даже запахи практически идентичны. Саске осмотрел тело пленника, указав на таблетки, и проговорил: — Ты знаешь, что это за таблетки? Наруто приподнялся на локтях, одновременно зло и обиженно смотря на императора, и отрицательно завертел головой. — Тогда я поясню: это противозачаточные. Ино сама их не так давно принимала, теперь, видимо, хотела тебе помочь избежать участи забеременеть от меня и, возможно, помочь убежать. Но они тебе вовсе не понадобятся. Наруто хмуро зыркнул на альфу, опустившись обратно на кровать, отвернувшись в сторону. — Но за этим я сам прослежу. Тебя же предупреждаю: не стоит путать меня и Сая. За подобное будешь страдать в первую очередь ты. А сейчас я хочу тебя! «Я не это хотел сказать…» — запоздало подумал Саске, наваливаясь на пленника и прижимая своим весом к кровати. Наруто завозился под ним, пытаясь выбраться, но опять всё его сопротивление сводилось на нет, а боль в руках становилась всё невыносимей, грозя переломом. — Прекрати! Мне больно! — всхлипывая, прокричал омега, извиваясь. — Хороший мальчик, — похвалил его Саске, отстраняясь и переворачивая на спину. Саске принялся всячески ласкать тело пленника, возбуждать. Наруто смирно лежал под ним, практически не совершая никаких движений. Закрыв глаза и раскинув руки в стороны, он принимал все, что делал Учиха. — Ты не сопротивляешься… — заметил альфа, целуя впалый живот, — неужели смирился? — Просто привык уже. Ты ведь всё равно не остановишься, а так хотя бы больно не будет. — Вот как, — усмешка появилась на точенном лице брюнета. — Тогда мне стоит проявить фантазию и использовать что-то интересное, чтобы побудить тебя к ответным действиям. Я люблю покорных, это да, но бревном лежать не нужно — бесит. Наруто бросил на альфу скучающий взгляд, мол, что ты можешь придумать?! — Как на счет цепей? Подвешу тебя где-нибудь на них, тогда точно веселее будет. — Нет! — подскочил Наруто, схватив Саске за руку. — Не нужно никаких цепей, меня и так устраивает. — А меня нет, — хмыкнул Учиха, погладив парня по скуле. — Но не бойся, цепей не будет, если ты, конечно, будешь делать то, что я тебе говорю. Недовольно скривившись на такие условия, Наруто все же кивнул. Чтобы там ни было, но это лучше цепей. — Вот и хорошо. А теперь твоё задание: сделать всё самостоятельно. Вспомни, что я делал с тобой до этого. Дёрнувшись, Наруто растерянно посмотрел на альфу, не совсем понимая, что ему делать. Обычно, когда Саске делал это с ним, Наруто пытался отрешиться от происходящего, просто не думать об этом и не воспринимать. Тело привыкло, действовало само по себе, а разум был по себе, где-то на задворках понимая, что ему приятно все то, что с ним вытворяет альфа. — Почему же ты медлишь? Разве омеги в период течки не должны чувствовать сильного притяжения к противоположному полу, желая совокупится? — хмыкнул Саске, притянув лицо пленника к себе, что Наруто почувствовал на своих губах жар чужого дыхания. — Должны. И я хочу. Просто это как-то… Я всегда пытался «не участвовать» в процессе, а сейчас меня вынуждают принять активную роль в этом. — А ты попытайся делать то, что чувствуешь, пусть сущность направляет. Сжато кивнув, Намикадзе приблизился к Саске, судорожно сглатывая от сильного запаха самца, кружившего ему голову. Посмотрев в темные глаза в поисках разрешения, Наруто стал расстегивать пуговицы на мундире Учиха. Руки тряслись, но желание было велико, а желание отдаться именно этому альфе ещё больше. Намикадзе сходил с ума от собственных ощущений. Они были настолько нереальными для него, хотелось отдаться полностью, без остатка, сходить с альфой с ума, быть только его, слушаться только его, весь, без остатка. Эти мысли были настолько сумасшедшими, глупыми, Наруто едва не засмеялся от своей никчемности. Он ведь всегда пытался быть сильным, ни чем не уступать альфам, доказывал себе, что он не зависим от них, а в итоге что? Сейчас он стелется перед этим сильным альфой, готовый в любой момент на близость с ним. Мысли о побеге все реже стали появляться в его голове, и это пугало. Наруто никогда не собирался влюбляться или проявлять симпатию к врагу, но сейчас он шел против своих же принципов. И если бы только это! Саске имел над ним абсолютный контроль. Пусть со стороны и казалось, что омега ещё продолжал слабо сопротивляться, внутри же он уже давно сдался ему, отдался всей своей сутью, желая только этого альфу рядом, и не важно, что он для Саске всего игрушка, пока он не получит желаемое от Конохагакуре. Сейчас Наруто был сам не свой, послушно исполняя прихоти Саске, желая угодить ему, чтобы получить и самому свою порцию удовольствия, что точно будет у него, стоит только немного постараться, лаская тело альфы. «Жалкий. Какой же ты жалкий!» — пронеслось презренное в мыслях, и Наруто был согласен со своим внутренним голосом. Он всего лишь жалкий омега, мечтающий об альфе, и теперь он у него есть. Есть тот, кто не так давно его опустил ниже горизонта, а после поднял выше небосвода. Для Наруто Саске многое значил. Он был его персональным ужасным демоном и любимым богом. И это сводило омегу с ума. Он попался на крючок к этому хищнику, попал в такую откровенную ловушку. Но уже нет пути назад. Нужно идти вперед, возможно, свернуть с выбранного пути, предать самого себя, но идти. И он шел. Впереди была лишь темнота и чей-то голос, но он шел на него, получая неведомое ранее блаженство быть верной собачонкой Сатаны. Такое унизительное и одновременно сказочное чувство сводило с ума. Решение пришло неожиданно быстро. Наруто решил свернуть со своего пути, обойти эту темноту и выбраться наконец из пасти зверя, в которую сам и угодил. Выкрикивая полюбившееся имя, цепляясь пальцами за простыни, в самом своем жалостливом виде, крича от удовольствия, он извивался на члене своего мучителя. Наруто был противен самому себе, но это уже стало его сутью, его настоящей сутью, которая затмила ту иллюзию, что была раньше. Не было раньше никакого Наруто Намикадзе из Конохагакуре, есть только собачонка Нару, верный своему хозяину. Говорят, собаки верны свои хозяевам, чтобы те с ними не делали. А лисы? Наруто проклинал свою суть. Эти лисьи уши и хвост стали его проклятием. Если бы не они, он бы уже давно умер, не пережил бы столько ужаса, но они всегда были частью его, он к ним привык. Они — неотъемлемая его часть. — Пожалуйста, Саске! — очередной стон. Очередной унизительный комментарий внутри себя. Наруто ненавидел себя. Ненавидел за все. Саске говорил, что он необычный, чудесный. Говорил, что уши и хвост его дополняют, без них он бы не был собой. И Наруто верил. Он верил этому человеку теперь больше, чем себе. — Ты неугомонный, лисенок, — жаркий шепот переворачивает все изнутри. Хочется слиться воедино, стать навсегда только его. Закинув ноги на альфу, Наруто прижал Саске к себе, обнимая всеми конечностями, с жадностью вдыхая дурманящий запах. — Хочу! Хочу! Хочу! Пожалуйста! — он ненавидит себя за все эти слова, но не может не говорить их. Ему слишком хорошо, ужасно хорошо рядом с этим альфой. — Саске! Прошу! Ласково касается, легко сжимает эти рыжие и прижатые сейчас к голове уши. Наруто сходит с ума. Ему безумно приятно. Он не хочет прекращать. И это не прекращается ещё долго. Долгие часы, наслаждаясь друг другом, пока усталость не берет верх. Но у них ещё есть силы. Прижимаясь к друг другу, альфа продолжает наступать, слишком увлекшись, пропуская по ошибке такую важную вещь, как сцепку. Наруто не замечает, слишком устал. И Саске не решает будить, просто переворачивается с ним на спину, улыбаясь. Всё равно, что после Наруто будет недовольным кричать, но это после, как минимум через месяц. Сейчас можно и расслабиться, позволить себе побыть в объятиях дорогого пленника.

***

Прохладный ночной ветер слабо развивал шторы. Проснувшись, Наруто странно себя чувствовал, но сейчас он хотел сделать то, что пришло ему на ум ещё в процессе ласк. И он исполнит это, Саске ему не помеха. — Проснулся? Продолжим? — Саске? — растерянный и осипший голос слабо звучит в ночной тишине. Альфа спокоен, расслаблен. Наруто неловко от близости. — Пусти меня. Я устал. — Но я хочу тебя. Ещё разок. К обеду мы успеем отоспаться, а там пойдем на встречу с послом от Конохагакуре. — Они согласились на твои условия? — Да. Они мне дадут то, кого искал я, а я взамен отпускаю пленных омег. — И меня? — практически спокойный голос, но в тишине слышно взволнованные нотки. — Нет, дурачок. Ты мой. Навсегда мой. Смысл мне отпускать тебя, если ты мне нравишься? — смешок. — Поэтому ты и пойдешь со мной, я покажу ей, что тебе у меня хорошо, а дальше можно и свадебку сыграть. Ты каким супругом по счету хочешь быть? Ты можешь быть как третьим, так и четвертым. Выбор за тобой оставлю. Саске навис над омегой, слабо улыбаясь. Для альфы это прекрасная возможность получить тех, кто ему нравится. Жаль, не все бывает так, как мы того ожидаем. Хихикнув, Намикадзе легко отпихнул Учиха от себя, поднявшись с кровати и сел рядом, налив себе из графина воды, на миг зависнув в собственных мыслях. Саске сел рядом, расслабленно наблюдая за спокойным омегой. Все кажется спокойным сном. Кажется… Резкий выпад, глухой звук и треск. Наруто только и успевает отскочить с кровати, как альфа без чувств падает на мягкую поверхность. Не смотря на свое преступление, Наруто быстро хватает данную ему одежду, выскакивая из комнаты, на ходу одеваясь. Ему повезло, что по коридорам никого не было и омега смог спокойно сбежать из здания, пробираясь по памяти к вратам. Путь домой не такой уж и далекий, главное препятствие преодолено, его ещё минимум к утру не спохватятся. А значит, вот она — свобода.