Тиран моего сердца

Наруто сидел возле стены, продумывая свои дальнейшие действия. Нужно было проявить всю свою смекалку, чтобы одержать победу своей стороне. Конохагакуре не должна проиграть, омеги ни в коем случае не должны попасть в руки Отогакуре. Только не им. Мысли кружили в голове, сменяя одна другую, пока омега не пришёл к одному выводу. Но применять его было рискованно, не зная характера альфы до конца, ну или же его вкусов и предпочтений. Закусив губу, Намикадзе почесал затылок, откинув голову назад, прижавшись к стене. «Он сильнее меня, нужно быть предельно осторожным, иначе кто знает, что меня ждёт. Хотя стоит больше волноваться о течке. Если потеку — мне конец. Нужно разузнать у него все мотивы войны, времени у меня не так уж и много. Если я правильно помню, то недели три у меня точно ещё есть.» Лишь спустя долгие минуты в камеру заглянула парочка солдат, внимательно посмотрев на пленника оценивающим взглядом. — Думаешь, он серьёзно? Главнокомандующего ведь никогда не интересовали беты, да и омегами он пренебрегает, — протянул один из парочки, проходя внутрь и поднимая за руку слабо сопротивляющееся тело. Наруто посмотрел на солдат, принюхиваясь. Перед ним, несомненно, было двое бет, опасности от которых практически не исходило, разве что от их оружия на плечах. — Пошли, — подпихнули пленника в спину, направив к открытой двери. — И без фокусов. Наруто фыркнул, направившись на выход под присмотром конвоя. Парня вывели на улицу, завязав глаза плотной тканью. Путь был довольно длинным, и омега часто спотыкался, не видя дороги. Кругом слышались различные голоса и смех военных. До слуха Наруто доходили различные оскорбления в его сторону, которые парень пропускал мимо, сосредоточившись на дороге, пытаясь определить, куда его ведут. Постепенно становилось тише, и Намикадзе смог выдохнуть. Ему неприятно было слышать все те слова в свою сторону, и тишина была лучшим успокоительным в этом случае. Поднявшись по ступенькам, пленника завели в большую просторную комнату, снимая повязку и оставляя наедине, язвительно пожелав удачи. Осмотревшись вокруг, омега подошёл к окну, закрытому тёмной плотной шторой, отчего в комнате царил полумрак. — Этаж третий… — пробормотал коноховец, оценивая путь вниз. «Прыгать будет слишком высоко, разобьюсь, а слезть не получится, выступов практически нет…» Почесав макушку, Наруто посмотрел на свои кисти, скованные кандалами. «Чёрт, руки от них уже болят, надеюсь, снимет их, иначе вообще ослабну.» Повернувшись назад, запахнув штору обратно, парень подошёл к дивану, плюхнувшись на него, залезая с ногами, расслабляясь. Сейчас рядом не было ни единой живой души, и можно было спокойно полежать и немного отдохнуть. Все эти постоянные надзоры и погони уже успели надоесть, хотелось испытать что-то новое, пусть даже и спокойное. Закрыв глаза, Наруто на время задремал, проснувшись лишь тогда, когда в нос ударил крепкий запах кофе. Медленно распахнув глаза, парень увидел перед собой лицо главнокомандующего. Он был настолько близко к нему, что Наруто чувствовал на себе горячее дыхание альфы. От сильной концентрации запаха голова начала кружиться и болеть. — Что Вы делаете? — тихо спросил омега, проследив взглядом за Учихой. Альфа бросил на него нечитаемый взгляд, отстраняясь и лениво садясь рядом, закинув руки на спинку дивана. — Почему ты ко мне на «Вы» обращаешься? У нас не такая уж и большая разница в возрасте, да и с уважением относиться к своему противнику глупо, — фыркнул альфа, устремив свои тёмные глаза на паренька. — Просто привычка. Наруто поднялся в вертикальное положение, отодвинувшись подальше от альфы. Опустив руки на мягкую поверхность, снизу вверх посмотрел на мужчину, взгляд которого со временем стал приобретать более тёплые нотки. — Сколько тебе лет, Наруто? Всё же трахать малолетку мне не сильно и хочется. — Пф, тогда зачем выставляли то условие, не спросив о возрасте? — фыркнул омега, наклонив голову набок. — Мне всё равно, сколько тебе. Просто не хочется ломать тебя в нежном возрасте. Нужно же мне знать меру того, что с тобой можно сделать. Я требовательный и ненасытный в сексе, — предупредил альфа, сверкнув глазами в сторону вздрогнувшего парня. Умостившись удобнее, расположив руки на колене, Наруто положил голову поверх кандалов. — Мне девятнадцать, так что не такой уж и нежный возраст у меня. — Девятнадцать? Пять лет разницы, значит… — протянул Саске, закрыв глаза. — Сегодня тогда опробуем тебя, мне нужно расслабиться и снять напряжение. И ты не бойся меня, я хоть и славлюсь своим холодным характером и сердцем, но всё же обычный человек, которому нужно хоть иногда расслабляться, и вот для этого у меня будешь ты, Наруто. Саске нравилось произносить имя пленника с неким превосходством над ним, пробирая до самых костей своим ледяным взглядом без доли эмоций. Сплошная ледяная глыба без изъянов и слабых сторон, как казалось всем, кто был с ним хоть каплю знаком. — Вы… — Наруто, обращайся ко мне на «ты». Я хоть и люблю чувствовать превосходство над другими, но личной подстилке сделаю исключение. Теперь ты мой, а я долго играю с кем-то одним, постоянство — главная черта моей семьи. Кивнув, Наруто любовался красотой этого альфы. Такой властный, подчиняющий, со спокойным и одновременно приказывающим тоном. — Кстати, иди сюда, кандалы сниму, в них толку сейчас нет, только мешаться будут. Омега вздрогнул от внезапности, протянув руки к Учихе. Почувствовав свободу, парень потёр конечности, с опаской смотря на хищного зверя. — М? — Саске отложил кандалы в сторону, спрятав связку ключей в амуниции. — Ночью, всё ночью. Сейчас хочу поболтать немного, узнать тебя. — Зачем В… тебе знать что-то обо мне? Я ведь обычный житель Конохагакуре, к тому же никаких данных о своей стране не скажу. — Мне нужен именно ты сейчас, а не Конохагакуре. С ними я сам разберусь со своими войсками. Поверь, мне хватит ума и навыков, чтобы разгромить вас к чертям и забрать то, что нужно мне. Я давал вашим выбор, они мой запрос отклонили, за что и расплачиваются сейчас. — Что? Разве Отогакуре не сразу на нас напало, а лишь после выдвинуло это чёртово условие с омегами? — Хе, тебя дезинформировали. Сначала в Конохагакуре был послан посол с письмом от Императора, но его отослали обратно без положительного ответа. Император лишь спрашивал и просил по-хорошему дать требуемое, ваши стали отнекиваться, чем и наслали на себя гнев Отогакуре. Лишь после начались военные действия. Хм, как вспоминаю, так злиться сразу начинаю, — рыкнул. Задумавшись над услышанным, коноховец пытался вспомнить, происходило ли что-то подобное на самом деле или его попросту обманывают, но ничего такого не помнил точно. — Я ни о чём таком не сл… Не успел Наруто договорить, как его с силой потянули на себя, затыкая рот грубым поцелуем. — Ты меня начинаешь злить. Ненавижу коноховцев. Их нормально попросили, а они стали противиться, будто этого у них нет. Я точно знаю, что искомое в Конохагакуре, и я сам найду нужное мне. А ты же сейчас будешь отдуваться за всех своих, Наруто. Неужели так сложно было предоставить мне то, что уже давно принадлежит мне?! Голос альфы больше напоминал рёв животного, нашедшего свою добычу, и это пугало Намикадзе. «О чём он? Что ему не дали? И чего он с разговора о Императоре перешёл на себя? У них цель одна с ним, что ли? Я их Императора, конечно, не знаю, но что можно просить у другой страны? Землю? Так Отогакуре больше Конохагакуре, да и здесь всего в достатке.» Пока пленник метался в догадках, его успели уже подхватить на руки и занести в одну из комнат, смежных этой. Бросив парня на кровать, Учиха стал срывать с расслабленного тела одежду, пока Наруто не очухался. — Что… перестаньте! Я не виноват в том, что вашему Императору не дали то, что он хотел. Мы не обязаны давать ему всё, что тому вздумается, особенно если это принадлежит Конохагакуре! Намикадзе пытался вырваться и отбиться от альфы, отпихивая того от себя ногами, пока на нём ещё оставалась одежда. Парень не собирался в свой первый раз быть изнасилованным обезумевшим альфой. Такой и убить может. «Чёрт… сильный, зараза! Моих сил будет мало, чтобы его образумить, нужно хитрить. Ну же, думай! Лис ты или не лис?!» Подавшись вперёд, обхватывая альфу ногами за поясницу, крепко прижался к тому всем телом, втягивая в поцелуй. Наруто целовался плохо, но ради своей же задницы стоило постараться угомонить зверя. Руки Учихи жёстко сжимали бока пленника, пытаясь отодрать того от себя, но вскоре альфа начал получать кайф от поцелуя, ослабляя хватку и опуская руки ниже, сжимая упругую задницу парня. Наруто замычал, обнимая противника за шею, поморщившись от боли, — Учиха укусил его за губу. Разорвав поцелуй, альфа с садистким удовольствием слизал капельки крови, облизнувшись. — Отвечу тебе, Наруто, — промурлыкал Саске на ухо пленника, — мне нужно от Конохагакуре вовсе не то, что принадлежит им. Моя цель находится у них на «хранении». Несколько лет назад к вам в страну прибыла повозка, в которой было то, что принадлежит мне. В просьбе предоставить это они отказали, а ведь я знаю, что он там, понимаешь? Это мне очень дорого, и я пойду на всё, лишь бы получить его. И прости, что сорвался. Я давно искал, а когда нашёл зацепку — мне отказали. Попасть на территорию Конохагакуре я не могу, между нашими странами давно уже создано вето, и я не имею права пересечь границу, как и ваша вершина к нам. В моём случае война — единственный выход, когда по-хорошему не получается. А теперь мне пора, дела не ждут. Вернусь — и мы продолжим начатое, приготовься, малыш. Альфа прикусил мочку уха парня, насладившись сдержанным стоном, и быстро отстранился, успев при этом огладить внутреннюю сторону бедра пленника, выходя из помещения. Наруто остался в прострации валяться на кровати, ничего не соображая. Поцелуй настолько вскружил ему голову, что практически ничего из монолога альфы он не услышал, кроме последних слов, пребывая в своём мире грёз.