Телефон Брагинского

20:30 Москва. Россия - Все, всем спасибо за собрание! - радостно сказал Иван, а почему радостно? Если конец рабочего дня? Он ужасно устал и хочет одного - спать. Радостно потому, что телефон сейчас не известно где (точнее известно, но не факт, что он там же, где и был. Криминальный двор. И поэтому страны названивать ночью не будут. У них важное дело, звонить ему ночью. Например Франция. У вас уже час ночи, он давно спит в обнимку с Гилбертом(ну или без него, это как пойдет, просто пьяный прусс может пойти спать и в коридор на полку),он не может выбрать наряд, чтобы пойти на ночную вечеринку. Ване пофиг, ибо выбор между синим и красным. Потом он так задалбывает его, что русский орет: "Надень фиолетовый! Пока!" и кидает трубку, выключив телефон. Возвращаясь домой один, (Гилберт решил выпить)он увидел, что на скамейке еще сидит заметно порядевшая некогда группировка бабушек, так сказать, остались самые выносливые. - Клавдия Ярославовна, здравствуйте. - Иван подошел ближе и глянул на бабушку, та сидела в обнимку с палкой и что-то бубнила, упорно игнорируя происходящее вокруг. - Клавдия Ярославовна! - сказал уже громче Брагинский. Бабушка,сидевшая рядом услышала и сказала. - Сынок, она тебя не слышит, громче говори! - потом она взяла свою клюку и тыкнула в Клавдию. - Эй, шо ты бубнишь, карга старая, вон до тебя не дозовешься! - наконец бабулька очнулась, вытянулась, привстала и пошла ...домой. - Клавдия Ярославовна!- снова уже проорал русский. Бабуся вздрогнула, обернулась. - Чаго тебе, сынок? - спросила она, опираясь на клюку. -Вы мой телефон нашли, я его забрать хочу.- сказал Иван. - Ась? Телефон? Так это разве телефон? Я спросила у внучка, он говорит телефон должон с кнопками, а тот он себе забрал. Ты же не жадный, дашь ему поиграться? - Ага, блин. Поиграться, на самом деле ее внуку уже 23 и "кликуха" у него рыжий, хотя сам он русый. Ну мы же ломаем логику. - Так, где ваш внук сейчас? - поинтересовался Россия. - Да гуляет где-то. - после этих слов Иван час искал прохожего, который честно и добросовестно даст позвонить. Ибо район криминальный, так попросишь, отожмут и сломают еще что-нибудь. Наконец, нашлась девушка, лет двадцати, видно еще, не все в жизни видела, бедная. Иван взял телефон и набрал номер друга. Гудки... Гудки. Занят. - Вот же рожа прусская.- буквально прорычал Брагинский. Послышался звонок. - Хей детка, я уверен, что ты детка,поэтому приезжай к нам, у нас тут любвеобильные французы, горячие испанцы и просто крутецкие немцы! - после сие монолога Бальшмидт крякнул(?) и проорал:"Друзья мои, сейчас приедет девушка!" - Ой, ну не надо, ты меня смущаешь. Я приеду, только я немного мужик, пойдет? - слащавым голосом сказал Брагинский. - Я сейчас и любвеобильных французов и горячих испанцев, даже крутецких немцев на место поставлю, если вы будете мне Москву громить, то я буду бить, бо-о-ольно и поить рассолом, видал какой я добрый? Сразу трезвые. Подозрительное молчание. Очень долгое. Минут 10. Потом у Бальшмидта все-таки прорезался голос. - Так, ты че звонишь? Мне так неожиданно с незнакомого номера только девушки звонят. - Ну да, тетя Зина из продуктового, ты ей понравился, красавчик. - Брагинский стал ржать аки породистая кобыла. Послышался кашель девушки, которая тихо стояла и ждала пока ей отдадут ее телефон. - Простите, еще немного. - шепотом сказал русский. - Короче, тема такая, ты сейчас едешь домой, бабка мой телефон отдала своему внуку, сказала его Женей зовут. А я из жителей домов минимум трех Женей знаю и женского и мужского пола. А внука ее никогда не видел. В миг протрезвевший Гилберт ответил. -Раз рукожопый, ищи сам. Я отдыхаю. Раз у тебя больше никаких вопросов нет,Tschüß*. - и кинул трубку. - Ах ты, белобрысый пеликан(?), все перья повыдергиваю. - а на часах тем временем час первый ночи.Его телефон неизвестно где. Что за Женя тоже не известно. Если подумать, можно по кличке, ибо кличка не повторяется, это этакое оригинальное имя, чем круче придумаешь, тем больше уважухи. Женя, Жека, Жуж, Жгут. Ну что еще? Иван так устал, решил пойти спать, на утро отправится на поиски, уже с Бальшмидтом, прям возьмет и в шесть утра того разбудит. Так приятно представлять. Злой и орущий, нет, не орущий. Ему же хуже, он-то с бодуна. Хотя, кажется, прусс в шесть только домой придет. Даже лучше, будить не придется, сразу пойдут.