История Злой Королевы

Когда я нашла Малефисенту, на улице уже стемнело. На темном небосклоне начали появляться первые звезды, слабые, как новорожденные дети. Мне казалось, что, протянув руку, я могу дотронуться до одной из них и сделать так, чтобы она больше никогда не сияла. Хозяйка дома стояла в ночном платье и с интересном смотрела на меня, а я на неё. Оказывается, под шлемом с рогами у нее находятся волосы льняного цвета. Сейчас они волнами спускались на спину. - Пойдем, я провожу тебя в твою комнату. Из–за того, что не везде горели факелы, женщина создала фаэрбол перед собой, поэтому я видела темную фигуру с откинутой назад головой, отведенными плечами и выпрямленной спиной. Идеальная осанка, которая отрабатывается не один год. Зачем в коридоре вешать зеркала во весь рост? На правой стене факелы, на левой – зеркала. Наши тени… Слишком похожие осанки. - Мы пришли. Запустив фаэрбол в люстру, она пропустила меня вперед. Большая двуспальная кровать с деревянным изголовьем, шкаф для одежды из той же породы дерева, прикроватная тумбочка, ковёр и большое окно почти во всю стену. Захотелось подбежать к нему и насладится видом, но нельзя забывать о правилах приличия: - Благодарю. Но всё это лишнее. Я могла бы забрать Эмму, и мы бы ушли . Она ничего не ответила. Постояв еще секунду, Малефисента видимо приняла какое–то решение и шагнула вглубь комнаты. Она с поистине королевской грацией присела на кровать и, взмахнув рукой, создала два бокала на длинной ножке и бутылку какого–то вина. Сопьюсь я скоро! Такое ощущение, что все маги – алкоголики. Ладно. Я не спеша прошла к прикроватной тумбочке, взяла бокал и отсалютовала Малефисенте, держащей второй бокал. Одного глотка хватило, чтобы распробовать напиток. Завораживающее вино рубиново-красного цвета с многогранным ароматом, очаровывающим своей гармонией. Вкус ягод спелой вишни дополнен оттенками неизвестных мне трав и специй. Оно поражает своей глубиной. Элегантное во вкусе с великолепно интегрированными в структуру бархатными танинами и невероятно долгим шелковистым послевкусием. - Реджина, - поставив бокал, начала разговор она, - как ты оказалась у Румпеля в заточении? - Это была мера предосторожности, чтобы я не навредила некоторым людям. Она собиралась сказать еще что–то, но я ее опередила: - А как ты стала его ученицей? - Как ты догадалась? - Вино, которое мы сейчас пьем, очень похоже на его любимое, осанка, которую я видела только у Румпеля, Коры и тебя. - Осанку вырабатывают все члены королевской семьи, аристократы… - Но у каждого учителя она своя, если ты не замечала, - перебила её я. Несколько минут мы посидели в абсолютной тишине и выпили еще по два бокала вина, а после она заговорила: - Раз ты умная девочка, ты понимаешь, почему ты здесь. - Если честно, нет. И я не лгала. - На протяжении трёх веков я была одна, Реджина. А ты знаешь, одиночество невыносимо. Она повернулась ко мне лицом, наклонилась так, что её губы были в сантиметре от моих и прошептала: - Согрей меня. «Сказала женщина, временами превращающаяся в дракона». У меня просто не было слов. Я была в шоке. А язвительное подсознание проснулось. Как всегда вовремя! - Малефисента, я … я … я не такая, - только это удалось сказать. Но она меня не слышала. Она наклонилась к моей шее и поцеловала в изгиб, а потом начала спускаться ниже, прокладывая дорожку из поцелуев. Я не могла пошевелиться. Она, черт возьми, обездвижила меня. Женщина, взмахнув рукой, раздела меня и опрокинула на кровать. Она приникает своими губами к моим и нежно целует. Разум отключается. Он пискнул тогда, когда я почувствовала медный привкус в то время, как руки женщины медленно скользили по моему телу, останавливаясь на особо важных участках. Она прервала поцелуй, и в следующее мгновение тишину в комнате разрушил мой стон, когда Малефисента наклонилась к моей груди и слегка куснула. Зализала место укуса, проделала тоже самое с другим соском, опустилась ниже. Чувствую, как в животе стягивается комок желания, когда Малефисента надавливает пальцами на чувствительный бугорок, слышу свой стон, выгибаюсь навстречу ей. Она проникает сначала одним, а затем двумя, тремя пальцами, медленно двигая ими, то ускоряя темп, то замедляя. Медленными, до боли мягкими и нежными движениями она ласкает меня. Напряжение достигло крайней точки. - Покричи для меня, Реджина. Волны удовольствия накатывают одна за другой, практически без перерыва. Все, это все. Я кричала так, что потом просто–напросто сорвала голос и отключилась.