"Трансильвания"

      На потолке висела одна лампочка, которая тускло освещала помещение. Эта комната отличалась от кабинета доктора Томлисона тем, что тут стены и все вокруг не были белого цвета, а наоборот все было в черном. Создатели этой комнаты явно пытались любыми способами закрыть путь солнца внутрь. Из мыслей вывел аппарат, который стал звонко щипать и скрипеть. Лавина попыталась разглядеть странный аппарат в темноте. Он имел огромные размеры: твердое и неудобное место, чтобы пациент лег; лампочка изнутри, без понятия для чего; стекло со стороны, чтобы следить за состоянием человека; куча кнопок на аппарате. Включив все необходимое, доктор пригласил девушку лечь в аппарат. Отдав ей только мягкую подушку, он нажал на кнопку, и девушка стала медленно заходить в аппарат. Ей было страшно до безумия, сердце бешено билось. Она понятия не имела, что будет дальше, но была готова пойти на все, чтобы избавиться от неестественности. — Лавина? Хорошо слышите мой голос? — девушка кивнула. — Вы готовы? — снова кивок. — Хорошо. Сейчас Вы почувствуете, что глаза слипаются. Пожалуйста, посчитайте от одного до десяти. — Раз, два, три... — Не так быстро. — Четыре, пять, шесть... — более медленно продолжила она. — Все нормально, продолжайте. Я сейчас проверю ваш пульс. — Семь, восемь, девять... — еле говорила она, попутно закрывая веки. — Лавина... Лавина... Лавина... — Десять...       Последнее, что она успела почувствовать - это прикасание руки. Прежде чем полностью погрузиться во тьму, она увидела необычно ярко-голубые глаза доктора, которые смотрели на нее. — Лавина! Лавина! Лавина! — Да? — Лавина... — Кто здесь? — с закрытыми глазами спросила она. — Лавина-а-а... — эхом слышалось собственное имя. — Лавина! — раздался мужской строгий голос совсем рядом.       Девушка распахнула глаза, но ничего не увидела, вокруг лишь темнота и тишина. Не было огромного аппарата, исчез сам доктор, и место совсем другое, она это чувствовала. Потрогав около себя, она поняла, что лежит в ванне, вокруг было что-то мокрое и липкое. В попытках встать на ноги, она чуть не поскользнулась и не упала. Глаза нервно и быстро метались туда-сюда, пытаясь разглядеть хоть что-то. — Лавина! — сказал кто-то резко, и неожиданно в ту же секунду включился слабый свет, который еле освещал помещение.       Сначала Лавина зажмурилась от непривычного света, но потом постепенно открыла глаза. Девушка впала в ужас, когда увидела, что лежит в крови. Она сама была вся в крови: волосы, одежда, руки, тело. От увиденной картины ей стало тошно. Ее вырвало прямо в ванну. Она попятилась назад, когда заметила, что изо рта течет поток крови. Пытаясь выбраться, она поскользнулась и захлебнулась в крови. Хватаясь по обе стороны ванны, она отчаянно пыталась выбраться, но с каждым разом углублялась все глубже и глубже. Казалось, что ванна имеет не менее двух метров глубины. Как будто кто-то не отпускал ее и тянул вниз. Энергично махая руками, она сумела выбраться наружу. Тяжело дыша, она пыталась набрать в легкие как можно больше воздуха, когда послышался уже знакомый голос. — Лавина... — Помогите! Помогите мне! Я хочу проснуться! — сильно зажмурив глаза, в истерике кричала она. — Открой глаза!       Все та же темнота окружала Лавину. Она вдруг почувствовала другую обстановку. Тут было тяжелее дышать, воздуха почти не было. Толстые стены подвала словно сжимали ее. Она чувствовала страх, который хватал ее за горло. Каждый ее мускул содрогался от шума, который она слышала. Ее сознание словно играло с ней. Она была так обессилена, что едва могла дышать. Каждый ее вздох был полон страха и боли. Легкие словно наполнялись водой, и она, казалось, переставала дышать. Перед глазами мелькала чья-то тень. Кто-то медленно приближался к ней. В глазах был ужас, губы дрожали от переживания. Лавина чувствовала присутствие смерти. Казалось, что холодная рука смерти прикасается к ней и медленно тащит за собой. В этой кромешной тишине она была уязвима. Не было шанса на спасения. Руки и ноги были крепко связаны веревкой, а из глаз предательски текли слезы. В каждой ее слезинке была боль. Зажмурив глаза, она почувствовала на своей шее холодное дыхание. Повеяло холодом, словно в подвале было минус пятьдесят градусов. Ее тело задрожало, а все внутри сжалось. Резко открыв глаза, она увидела его, уже такого знакомого ужаса из своих кошмаров. Высокого блондина со стеклянными глазами, в которых виднелись кровавые отблески. На его лице, как и всегда, играла ядовитая улыбка. — Это сон, это всего лишь сон, — закрыв глаза, успокаивала она сама себя. — Ты не настоящий, это сон. — Лавина! — от властного голоса она вздрогнула и распахнула глаза. — Это не сон, все реально. — Нет! Ты хочешь, чтобы я потеряла рассудок и свихнулась, оставь меня в покое. — Не могу, — с улыбкой ответил тот и облизнул зубы. — Зачем ты это делаешь? — Делаю что? — Играешь со мной? — Это же весело! Разве тебе не нравится?       Ответа не последовало. Он излучал не только сексуальность, но и опасность. Парень приблизился своей ладонью к щеке Лавины. Она почувствовала холодок, который пробежал по ее телу. Блондин смахнул с лица брюнетки слезу и прошептал. — Ты боишься меня?       Лавина судорожно сглотнула, молчание повисло в воздухе. Его взгляд так и пронзал хрупкое создание. Не получив долгожданный ответ, зверь разозлился и сменил ухмылку на злость. Каменное лицо хищника отображало только ярость и злость. Его руки медленно сдавили шею Лавины. Ей становилось трудно дышать. Хрипя, она смотрела в его бездушные глаза и видела в них некую радость от того, что он причиняет ей боль. Ему определенно нравилось играть с ней, мучить ее. Нравилось видеть в ее глазах ужас. Нравилось осознавать тот факт, что она каждой клеточкой своего тела до боли боится его.       Убрав с ее шеи руки, чокнутый достал нож. Разрезав им веревки, он со всей грубостью схватил ее за руку и потащил куда-то вглубь. Парень был намного сильнее ее, и она отчетливо понимала, что повалить мучителя никак не получится. Да и боялась она что-то предпринимать. Но собрав волю в кулак, Лавина начала брыкаться и ударила ногой прямо в спину парня. Найл упал лицом вниз, и у нее было всего несколько секунд, чтобы убежать. Выбравшись из подвала, она побежала по длинному коридору, который, казалось, вел в никуда. Тусклый свет начал мигать, а потом и вовсе погас. Все погрузилось в темноту. Лавина слышала шаги, которые преследовали ее и жестокий голос, который твердил: — Лавина, я чую твой запах, ты все равно не убежишь от меня.       Бежать уже было некуда. В конце коридора была дверь, открыв ее, она оказалась в небольшой комнате. Пробираясь на ощупь, Лавина за что-то зацепилась и упала на пол. Сердце бешено колотилось, воздуха совсем не осталось, а страх пробирал ее до костей. Забившись в самый угол, она на мгновение перестала дышать. «Это все нереально, очередной сон. Проснись Лавина, проснись!» - повторяла все время про себя она. Но это не помогало! Все равно убедить себя никак не получалось, страх был сильнее разума. Тишина продлилась недолго. Дверь со скрипом открылась, и кто-то, не спеша, проник внутрь. Найл прекрасно знал, что она тут, как ни старалась не дышать и не издавать звука Лавина. Найдя ее в углу, он схватил ее за шею и поднял над собой. От боли лицо девушки скривилось. Бросив ее на пол, он нашел включатель и включил свет. — Я хочу, чтобы ты это видела.       Устрашающая улыбка красовалась на лице злодея. Появились длинные когти, потемнели и покраснели глаза, появились вены под глазами, на шее. Она это уже видела, даже несколько раз. Но каждый раз при виде такой картины, она не в силах была скрыть свой полнейший страх и удивление. Схватив девушку за шею, он нарочно поцарапал нежную кожу. Лавина почувствовала, как несколько линии крови покатились по шее вниз. В глазах читалась паника и отчаяние. — Что ты такое? — она сама была в шоке от себя, что в такой момент смогла задать вопрос. — Ты же девушка не глупая, думаю, сама обо всем догадалась. — Вампир...       Только и успела выдавить из себя это слово до того, пока не увидела белоснежные клыки кровососа и не потеряла сознание.

***

— Но это было так реально! — не ожидая от самой себя, сказала вслух Лавина. — Да! Ты права! Мне казалось, что я сижу в стадионе и наблюдаю за этим прекрасным голом. Это было круто! — Что? — испугалась Лавина. Все это же было этим утром. Побежав за подругой, она стала, как ненормальная смотреть вокруг. — Эй! Что с тобой? — Все это уже случалось, этим же утром! — О чем ты? — Поверь мне, мы уже пережили это утро. День повторяется, — подруга в недоумении посмотрела на девушку, которая махая руками, пыталась что-то объяснить. — Слушай, кажется, ты не выспалась. А еще футбол — это не твое... — Ты можешь оставить меня одну и занять себя чем-то. Например, почитать книжку или прогуляться, — продолжила мысль подруги Лавина. — Ты же это хотела сказать, не так ли? — Вот теперь ты меня пугаешь, — не скрывая удивление, воскликнула Ламия. Вспомнив сегодняшнее утро, она машинально сунула руку в карман. Но когда случайно увидела себя в зеркале, ужаснулась. На шее были царапины. — Дай телефон, мне нужно позвонить, — попросила она, попутно закрывая шею.

***

      Лавина вместе с Зейном сидели в комнате Ламии. Шея была обмотано шарфиком. Девушка не знала, как начать разговор, чтобы парень не подумал, что она ненормальная. Столько хотелось спросить и рассказать, а язык как будто пропал. Столько мыслей, но сформировать ничего не получается. Внизу послушался шум, что-то разбилось и, забыв о своих проблемах, Лавина побежала вниз, а за ней и Зейн. — Ламия? Ламия!

***

Еще что-то упало, было очень шумно. Звуки шли из подвала. Когда девушка ворвалась в подвал, увидела подругу в целости и сохранности. Глубоко вздохнув, она успокоилась и облокотилась о стену. — Что он делает у меня дома? — Помогает мне, потому что ты мне не веришь. Что-то странное творится со мной, — стала бурно и разозлено говорить Лавина. — Я вижу странные сны, которые кажутся мне реальными. У меня что-то с памятью, я уже не различаю что реально, а что нет. — Она развернулась в другую сторону. — Ну, вот, опять! Я вижу твою прабабушку, которую похоронили пять лет назад. Она держит за горло кудрявого парня, у которого острые зубы торчат изо рта, а глаза темно-красные. — Здравствуйте, Миссис Скарлет, — вежливо поздоровался Зейн. — Somnum!