Средимирье: Башни

Зимняя сессия оказалась кошмаром для всех нас, не только для миротворцев, которые, увидев расписание, попрощались с хотя бы мизерным отдыхом, но и для моих младших гаремников, на которых теперь должны были отыграться преподаватели. ― Рио, я не сдам, я не смогу сдать язык! ― вопил Дэм, фактически уже лёжа на полу, вцепившись при этом мне в ногу. ― Может, оно не надо? Может, ты договоришься? Ну прошу, Риогалл! ― Дэмир, мы уже говорили об этом, и не один раз. Нет, ты будешь сдавать до тех пор, пока не сдашь. Мне от тебя “отлично” не надо, мне надо, чтобы преподаватели сказали, что хоть что-то в твоей оленьей голове отложилось. Если так хочешь, я могу посидеть с тобой на экзамене? ― правда, этот ребёнок уже два раза завалил экзамен по языку, в первый раз - потому что не пришёл. ― Рио, ну пожалуйста. ― Нет. ― А если ты со мной посидишь, ты мне поможешь? ― его чёрные глаза смотрели на меня с такой невинной мольбой, что впору было бы сдаться, но фиг там. Да и нет у меня такой силы, чтобы отменять ему экзамены, а может и есть, я не в курсе. ― Лишними вопросами если уж только, ― усмехнулся я. ― Ну Рио, ― захныкал дракончик. ― Иди учи лучше. Максимум, чем я могу тебе помочь - это составить тебе компанию этим вечером и пробежаться по всему материалу за семестр. ― А твой экзамен завтра? ― Дэм отпустил мою ногу и сел по-турецки прямо на полу. ― Я, в отличие от некоторых, весь семестр учился. Я готов. ― Тогда я “за”! Пойдём, будешь меня учить. Подозрительно как-то… Ой, не зря я так думал. Пока я разбирался с его программой, дракончик успел начать ластиться и раздеваться попутно. О, наивный. ― Это вот что ты сейчас делаешь? ― спросил я у этого маленького провокатора с оленьими глазками. Мальчишка остановился как раз на джинсах. Он недоуменно посмотрел на меня затуманенным взором и покраснел. ― Одевайся и садись. Стриптизёр мне тут нашёлся. Он неохотно, но выполнил указ. Забавно, как лёгкие прикосновения и косые взгляды по-разному действуют на людей, у которых есть чувства, и на тех, кто пуст. И всё же кое-что я смог из этого извлечь. ― Он сдал? ― удивился Каин, когда я сообщил результат экзамена. ― Ага, причём даже на “хорошо”, ― усмехнулся я, подходя к дроу. ― И как же ты этого добился? ― Секрет… ― Рио, расскажи, будь добр, а то я сам додумаю и буду негодовать. Ну, а что ему было рассказывать о том, что за каждое выполненное задание я банально позволял себя целовать. Почти что детский сад, но Дэму этого хватило, чтобы выучить всё, что надо, за один вечер. Хорошо слишком материал закреплялся. Когда мы вышли с экзамена, Дэмир схватил меня за руку, посмотрел в глаза и мысленно спросил: ― Ты обещал мне ночь, когда мы ещё были в Башне? Точно. У меня это как-то на второй план вышло. ― Я обещал тебя любить, Дэм, но так нельзя будет сказать, пока я в таком состоянии. Давай немного подождем? ― судя по лицу дракончика, мои слова его расстроили. ― Если будет совсем плохо - приходи, я выполню обещание. Не знаю, скрасило ли это мой отказ, но через час Дэм уже скакал от друга к другу и хвастался своим успехом в драконьем языке. В день пресловутого испытания я чувствовал себя не в своей тарелке: по сто раз перепроверял нити, но те оставались на месте. Утром проснулся в кровати Каина между Роком и хозяином комнаты, даже не пытался вспомнить, почему так, ибо прошлый вечер для меня закончился, когда я посмотрел на часы в спортзале и они показывали половину двенадцатого. ― Ваши костюмы, ― заметил Рокшар, стоило ему встать с кровати. Благо, академия присылала форму магией по привязке к хозяину. Классические спортивные костюмы Лозы - никаких приятных воспоминаний, только сумеречная боль в правом плече. ― В этот раз всё будет не так, ― улыбнулся мне Каин. ― Да, ты прав, ― неохотно согласился я. ― В этот раз меня уж точно не надо будет лечить… На полигоне Б-12 мы были впервые. Снаружи здание казалось весьма небольшим, но это никак не характеризовало уходящее на несколько этажей вниз поле. Каждый балкон был закрыт бронированным стеклом. Создавалось впечатление, что здесь тренировались опасные объекты. ― Добро пожаловать на испытание, ― поприветствовал нас Прозорливый Маар, стоило нашей группе пройти в выделенный отстойник, из которого было прекрасно видно поле. Сам он вместе с другими преподавателями находился с противоположной стороны трибун за таким же защитным стеклом. Его голос лился из динамиков. ― Сейчас начнётся ваш переходный экзамен. Тот, кого вызовут, должен будет пройти к двери и приложить руку к жёлтому кругу активации. Дважды объяснять нам было не надо, так что, когда прозвучало имя старосты, он вполне спокойно подошёл, куда сказали, и выполнил указ. Магия сработала без нареканий - Рок тотчас оказался по ту сторону защитного стекла. Он оглянулся по сторонам, а мы припали к поручню, не смотря на то, что в самой комнате было полно мониторов, тем не менее, монстра хотелось увидеть воочию. ― Нужна будет энергия - только попроси, ― послал я мысленное сообщение. ― Хорошо, ― отозвался Рок и снизу открылись ворота, откуда тотчас показалась озлобленная морда. ― Мантикора? ― удивился Каин, стоя рядом. ― Против нага выставить мантикору? ― Она не одна, ― в голосе Вигора явственно ощущалась паника. На арену вышли три мантикоры, все крупные, заразы, в то время как невидимый лифт опускал вниз нага. ― Я могу принять свой настоящий облик? ― спросил Рок у противоположной трибуны. ― Да, пожалуйста. Мантикора - это огромных размеров лев, чаще всего тёмного окраса, с опаснейшим для любого разумного существа жалом скорпиона. Встретиться с одной - это повезло, ибо обычно где одна, там и много таких тварей, а жалят они опаснейшим для живых существ ядом. Только вот Рокшар тоже не лыком шит. ― Он собирается воспользоваться собственным ядом? ― догадался Каин, наблюдая, как наг вытаскивает кинжалы из ножен и обнажает опаснейшие клыки. Без магии тут не обойдётся, но правда в том, что мантикору магией ты никогда в жизни не убьёшь. Рок не очень-то любил опускаться до своей природной характеристики, он не жаловал ядовитые укусы и классические для нагов пируэты вокруг жертв. Что ж, не смотря на нелюбовь, он прекрасно применял навыки. Он использовал магию с умом и так и не попросил меня о дополнительной подпитке. С кровью, текущей по подбородку ото рта, где не помещались опасные зубы, наг задрал голову, чтобы взглянуть на преподавателей. Рядом лежали три поверженных зверя. Первые два раза дали нам иллюзию того, что монстры будут не сильно крупнее нас самих, и что их будет минимум двое. Но уже Лихарду досталась такая махина, что добрая половина отшатнулась от перил. Да уж, кто ещё справится с Лимфатампо - огромным шестиглазым ящером с гривой льва и очаровательной кисточкой на хвосте. О, эта дрянь мало того, что была размером с добротное такое поместье, так ещё и умело плевалась кислотой. ― Фуу, какая мерзость, ― ныл Вигор. Каину попался Татакотр - неразумный гигантоподобный кентавр с четырьмя руками и весь в броне из собственной чешуи. Как ни прискорбно, а многие монстры обладали поразительной защитой тела. Победить такого было подобно получению звания вождя в диких племенах. Умирали, как ни странно, чаще те, кто пытались стать тем самым вождём. Хотя, с другой стороны, какой умный человек полезет в ущелье к подобной твари? Барсеку, с его способностью порабощать животных, та-дам, выдали божество. О нет, тут было не до смеха. Полуфантомный элементаль с возможностью летать - попробуй грохни, называется. Для Вигора где-то откопали чужого. Боги, правда, я чуть с завтраком не расстался! Для него это тоже было то ещё испытание. Я даже смотреть старался через растопыренные пальцы. А он ничего, смог как-то взять себя в руки и прикончить эту нечисть. Фуух, блин, ну и дрянь! Все мои одногруппники получали монстра, с которым даже им приходилось трудно. Кто-то расправлялся с ним быстро и ловко, кто-то успевал получить значительные увечья от опасных жал и когтей, но, не смотря на красочность, исход был всегда один, что вновь напоминало мне о том, что я стою в этой очереди и мне и самому предстоит что-то подобное. Когда вызвали меня, в комнате с этой стороны уже никого не осталось. ― Сейчас ты, верно? ― спросил меня Рокшар за мгновение до того, как из динамика послышалось моё имя. Я подошел к двери и медленно положил пятерню на желтый круг. В этот раз всё будет по-другому. Круг перемещения сработал без изъяна и я мгновенно оказался по ту сторону. Отсюда лучше было видно лица преподавателей и моих одногруппников. Снизу послышался жуткий грохот - у меня аж мурашки побежали по спине. Арена, уходящая вниз на несколько этажей, неожиданно стала заполняться водой, а следом появилось это. Твою мать, я ж огневик. Вода? Стебётесь? Я посмотрел на преподавателей и только сейчас заметил Икзара, стоящего за спиной Маара. ― Здесь Икзар, ― кинул я в поток. ― Хочет проверку устроить? ― догадался Каин. ― Видимо… Стоило выплыть в этот аквариум гигантскому существу, как я обернулся к Икзару с недоумением. Это был древний морской демон - Сазар. Такие, как он, запросто сжирали Кракенов, у них была мощнейшая бронь, опасные гребни, длинный хвост со слабыми задними лапами, панцирь таких размеров, что можно было бы домик с садом поставить, и полная зубов пасть. Здесь монстру было маловато места, но он наворачивал круги, пока не заметил меня. А лифт стал медленно опускаться. Суки… Я призвал птицу и взлетел под потолок. Мне надо было узнать всю нужную информацию из хронометра до того, как кидаться в бой. Насколько я знаю, броня Сазара слишком толстая, чтобы пытаться взять его магическими заклятиями. Была мысль бросить ему молнию, ну, чтобы поджарился, но хронометр уверил, что ему это не повредит. Тварюшка была больно мощной. Среди преподавателей пошел какой-то кипиш и вдруг Икзар вышел вперёд и выставил руку вперед - он собрался магичить. С ухмылкой он перевернул ладонь к потолку и поднял вверх - вода стремительно стала заполнять оставшееся пространство. ― Рио, поставь блок, ― Рокшар явно был напуган таким вот поворотом событий. Спорить в силе с Изкзаром было идеей не очень хорошей, пусть у меня и резервы были больше, но воля моя в сравнении с ним была детским лепетом. Стихии - это то, что управляется внутренней силой. А вода меня и так неохотно слушалась, только если велась на предложенную энергию. Полностью дочитать мануал я не успел, но и того, что я понял, было уже достаточно. Эти твари жрут магию, она нужна им для потомства, ибо сами по себе они бы сдохли от собственной массы. Я навернул круг под потолком, окружил себя золотым свечением барьера из энергии и не стал сопротивляться тому, как вода поднимается всё выше. Скоро аквариум будет полностью полон, но меня всё равно не спасли бы эти два метра. Сазар блеснул глазами и хищной птицей кинулся ко мне. Оп - и челюсти сомкнулись по ту сторону, оставив меня в кромешной темноте, где источником хоть какого-либо освещения был лишь мой барьер. Времени было не так много, чтобы что-то отвечать гаремникам, которые от произошедшего пришли в ужас. Я медленно опускался из пасти в желудок демонического существа. Пахло здесь крайне мерзко, но что поделать. Нити внутри меня вибрировали, а связь с Руру была натянута до предела - я привязал к ней защитный купол, чтобы освободить руки от стабилизирующего круга. Пола здесь не было - опоры, значит, тоже. Я висел в воздухе в центре шара, что опускался всё ниже по утробе монстра. Хронометр показывал моё примерное положение относительно внутренностей. Кстати, внутри было относительно сухо. Запомните: только один разряд существ двух колыбелей защищён изнутри от огня - это драконы. Стоило мне опуститься куда надо, как я потянул ещё две нити к себе и вкупе с собственным огнём, откровенно говоря, взорвался. Свет парализовал меня, послышался жуткий взрыв, а следом гул водной стихии. Приятно быть фениксом, который может взорваться и возвратиться. Огонь дракона и близнец моего собственного огня - ядерная смесь для мощнейшего взрыва внутри чудища. Ошмётки монстра разлетелись по всему аквариуму, а вода закрутилась неведомым образом, что вполне могло меня нафиг прибить. Защита Никса, когда мне это было надо, могла уводить меня в структуры, что позволяло, будто птице, не реагировать на внешнюю среду. Светящийся пузырь висел в самом центре воронки и даже не испытывал нагрузки. Мне дорого это стоило - я с минуту точно вообще ничего не мог сделать, скованный магией. Потоки приходили в норму после такого перегруза. ― Ты жив? ― спросил меня Икзар. ― Не благодаря тебе, ― бросил я в ответ. Дракончик усмехнулся и отошел назад в тень преподавательской комнаты. Наверх я поднялся уже на крыльях. Вода исчезала, а ошмётки страшного зверя оставались на плацу. Когда я уже понадеялся, что на этом всё, и меня сейчас пустят к остальным, Икзар спросил меня, почему я не стал использовать магию воды, когда он стал поднимать уровень. Пришлось признаться, что я был не уверен, что меня вода послушается. Дракон хмыкнул и внезапно послышался бой часов. Я сначала даже не понял, что это такое: от преподавательской комнаты раздавались короткие тяжелые звуковые удары. К странному звуку примешивался шум воды, я посмотрел вниз и понял, что вода возвращается так же, если бы это была отмотка времени. Лишь осмотревшись, я понял, что Икзар порвал временную нить и хочет, чтобы я вновь оказался в том же мгновении. Дважды жизнь не прожить, управлять временем тоже не так-то просто и требует таких ресурсов, что я не уверен, что оно вообще того стоит. Проще было бы просто заново наполнить полигон водой, чем вот так вот отматывать время. А, ну да, тогда бы не было Сазара…. Тварь вернулась к жизни и стала наматывать круги в обратном направлении, пока нужное мгновение не было найдено. В этом разрыве были только мы трое: я, Икзар и монстр, остальные люди будто замерзли. ― Зачем, Икзар? Это же такая нагрузка? ― спросил я у него. ― Мне нужно, чтобы ты показал свою волю, ― судя по всему, он был предельно серьёзен, когда говорил это. Волю, значит? Я взлетел повыше и схватился за поток нага. Его силой я чувствовал наступающую воду, но этого было мало. Мысленно я коснулся глади воды и почувствовал, какая сила тянула эту воду вверх. Монстр снизу всё ещё нервировал меня. Воля дракона казалась тяжёлой железной наковальней, которую даже магией было не поднять. При любой левитации предметов требуется учитывать их массу, и если та выше возможностей твоего тела, то требовалось удвоить (или утроить и более) собственную подъемную силу, создав фантомную копию тела (конечно, это никак не проявлялось в реальности, но мысленно формула раскладывалась именно так), и чем больше фантомов - тем больше надо энергии. Для того, что я чувствовал под своей рукой, нужно было как минимум пятикратное увеличение, и то, если этого хватит. Впрочем, магией левитации тут не поможешь, ибо волю не увеличить никакими методами. Я тяжело вздохнул и постарался вложить в свой посыл всю силу, коей обладал. Мне надо было просто подавить его волю своей? Смешно… Впрочем, у меня был способ и попроще. Я усмехнулся и потянул за совершенно другую нить. На плацу развернулась огромная круговая печать с тёмными письменами. Может, я был и не так продвинут в тёмной магии, но кое-что научится делать очень быстро. Печать уничтожения - сильная магия сторонней аннуляции. В основном работала только против стихии и ею нельзя было уничтожить только часть чего-то, лишь весь объем, что накладывало определённые сложности. Живое она тоже уничтожала с трудом, ибо, как правило, любое сознание было от неё защищено, но вот стихию - лучше не придумаешь. Свет Руру я сменил на тьму Филл и Дефаурена, но пришлось также захватить и поддержки Башни. Такой объем фиг там просто уничтожить! С трудом я всё же сделал, что хотел. Икзар, судя по всему, был не очень рад моему способу. Впрочем, мне было не до этого, ибо Сазар хоть и обитал под водой, дышать мог и на земле, как и ходить. Обычно они находились на поверхности очень недолго, но коли здесь не осталось воды, вариантов у него было немного. Надо было убить его, пока время не нагнало себя. Я спустился вниз, чтобы лучше видеть состояние твари. Зверь повернул ко мне голову и высунул язык, явно проверяя воздух на вкус магии. Времени для решений было не так много, как хотелось бы. Второй раз взрыв я себе позволить не мог, потоки и так дрожали, а перенапрягать ещё и себя тем же явлением - смерти подобно. Монстр себя ждать не заставил - кинулся весьма неожиданно. Я успел только зареветь на него драконом. Тварь дёрнулась, стала более осторожной, но не менее кровожадной. Так, ладно. Моими силами я его точно не завалю, к тому же огонь во мне жалобно стенал, не в силах разреветься неистовым пламенем. Что ж делать-то? Использовать силу Иль или устроить верховный суд полубога? Задачка. Я знал, что по факту этого никто не увидит, но заимствовать способности Лекхоба мне было сложно не только в плане морали, но и физически. Моё тело было слишком слабым и неподготовленным для сверхнагрузки. Для него воспользоваться заложенным было чем-то логичным, для меня же своровать его силу было подобно самоубийству. Я не он - и именно поэтому мне сейчас было так непросто. Кидаться в такого монстра боевыми заклятиями моего уровня - это что бисер перед свиньями метать - толку ноль. В итоге, так и не решив ничего, потому что времени и так было дано немного, я позволил монстру приблизиться ко мне. Я встал на твёрдую землю и активировал стабилизацию. Круги закрутились под моими ногами, а я перекрестил руки, сложил большие пальцы с указательными, показывая знак “ок”, и сопоставил тыльную сторону ладони к тыльной стороне ладони. ― Верховный суд: приговор! ― под тушей огромного монстра развернулись захватывающие чары. Сазар замер в них, словно замороженный. ― Казнить! Магия богов - это сильнейшие заклятия, черпающие силу из того, кто их применяет. Это не сопряжённая магия, когда природа пытается помочь своей силой, а глухая магия веры. Её могут осуществить те, кто имеет последователей. Даже я сам смог воспользоваться ей только лишь потому, что за моей спиной были мои гаремники - они были моими последователями, я черпал их силу. И даже так… моё тело всё же не выдержало перегрузки и я свалился рядом с поверженным зверем, на панцире которого появились древние в своей форме письмена: приговорён к смерти. На разговоры у меня уже не было никаких сил. Несколько минут я просто лежал на сухой земле и смотрел ввысь, радуясь тому, что вообще дышу. Да, собственное дыхание приносило мне сейчас несравнимое удовольствие. Через несколько минут рядом показался Рокшар, он улыбнулся мне и развернул надо мной усиленные круги регенерации. Не знал бы, что он сам мог пролезать к Башне - не поверил бы своим глазам. Спустя ещё какое-то время мы смогли выйти к остальным и даже выслушать речь Маара, которая в общих чертах сводилась к поздравлению о прохождении испытания. В ушах до сих пор звенело, да и тело было будто ватным, но я хотя бы мог стоять ровно - уже хорошо. Многие преподаватели внимательно осматривали меня, одногруппники себе такого позволить не могли, так как стояли вместе со мной в одной шеренге, но сомневаться не приходилось - они обязательно спросят. Икзара в Лозе уже не было, вполне вероятно, что он в это время шёл к Мане для отчёта. ― Так что же произошло? ― спросил Вигор, когда мы сели в ближайшей раздевалке передохнуть. Рок и Каин очень волновались за меня и видели моё состояние. На энергетическом уровне со мной творился такой звиздец, что о попытке переместиться в пространстве боялись и заикнуться. Вигор и Барсек не захотели уходить вместе со всеми, да и мы были не в праве их прогонять. ― Я так понял, кто-то сделал перемотку, ― сказал Барс, опускаясь на скамейку напротив. ― Ага, ― едва слышно выдохнул я. ― Они вернули монстра и… мне пришлось заново его убить. ― А вода куда делась? ― благо, что они видели только самый конец, а точнее в их случае, сначала они увидели первую версию событий, которая почему-то резко сменилась пустым полем боя и поверженным зверем, на котором читались древние знаки. Я пожал плечами, хотя, судя по взглядам моих гаремников, они явно понимали из случившегося куда больше. Они знали и об Икзаре, и о его способностях, и о том, что мне пришлось использовать чужую магию. Нам не надо было об этом говорить, достаточно было лишь пересечься взглядами. ― Фух, блин, как хорошо, что ты вообще жив! ― искренне сказал Вигор. ― Я думал, что он и правда сожрал тебя. С концами, так сказать. А потом это. Сазара убить не всякий сможет… ― Правильнее сказать, что вообще никто, ― поправил друга Барсек. ― Впервые вижу, чтобы кто-то смог дважды справиться с этим монстром. И если честно, то у меня много вопросов “как”. ― Я всё равно не объясню, ― улыбнулся я. ― Я не знаю, зачем они дали мне такого зверя. Блин, кажись, мне надо в лекарское крыло. ― Всё же плохо? ― участливо спросил Рокшар. ― Полежи немного, а потом пойдём. ― Да не волнуйся. И спасибо, я хотя бы ходить могу. Рок улыбнулся, но за этим жестом стояли куда более глубокие чувства. Он был печален, в первую очередь потому, что не было таких средств, чтобы запретить Икзару подвергать меня чрезмерной опасности. ― И всё же… ― Барс не выдержал. ― Что это было? Что за письмена? Ты разве обладаешь подобной магией? ― Магия богов, ― прошептал на фоне Вигор, тоже смотря на меня странно, словно на диковинную зверушку. ― Верховный суд, ― послышался голос от дверного проёма. Там стоял Лихард собственной персоной. ― Хард, что ты тут делаешь? ― спросил Рок. ― Хочу понять, как и вы, что это было. Простите, конечно, ― он вошёл в раздевалку и подошёл к скамейкам, на которых разместилась наша компания, ― но мне важно понять, откуда эта сила в таком, как ты, ― он внимательно осмотрел меня, лежащего головой на коленях Каина. Ребята предпочли промолчать и никак не отреагировать на это, хотя я отчётливо чувствовал опасения своих гаремников. Благодаря их умению держать лицо я сам чувствовал себя менее взвинчено. ― Риогалл, объясни мне, пожалуйста, что это было, ― скорее потребовал, чем попросил полубог. Его голубые дымчатые глаза гипнотизировали меня. Я тяжело вздохнул и попытался сесть. Получилось не сразу, и то с подмогой Каина, который не стал меня останавливать, а придержал за плечи. ― Как ты и сказал, это был верховный суд. Я казнил его. ― “Откуда” я спрашивать не буду, мне важно понять, “как” у тебя это получилось, ведь данная способность - это отличительная черта полубогов. Никто, кроме нас, использовать подобную магию не может… ― Ну, ― что бы соврать? Хотя, я не прав, врать как раз не надо, ― значит, не только полубоги могут воспользоваться ей. Хард явно мне не поверил. Он серьезно смотрел на меня, пытаясь просканировать правду. ― Покажи мне, как ты это сделал, ― вдруг попросил он. ― Пф, смеешься? ― спросил я. ― Давай я с радостью это сделаю в следующей жизни, ибо пока что во мне магии - не то, что кот наплакал, я порвал себе всё, что только мог порвать. Парни переглянулись и прыснули. Пошляки, блин. ― Ладно, ты прав. Сейчас нет, но когда восстановишься… ― Покажу, ― пожал я плечами. Сессия на этом для всех нас закончилась. Я отлежался в больничном крыле два дня и наконец вернулся в свою комнату. Брамр собирался на праздник Девы и вовсю источал радость свободы. Я же смотрел на него и даже не завидовал. ― Рио, Грейс зовёт меня на праздник Девы… ― Вот я как знал, что что-то подобное может произойти. ― Ты против? ― спросил меня Дефаурен с лёгкой обидой. ― Я приду к вам в домик вечером, там всё скажу. Мне предстояло догулять до моих старших мужей и обговорить с ними мою очередную безумную мысль. Спрашивать Мане я решил в последнюю очередь. ― Чего хотел? ― прикрывая за собой дверь, спросил Каин. Рок сидел за столом, читая какую-то мудрёную книгу на чужом языке. Я же лежал на его кровати, как хозяин. ― У меня к вам просто фантастическое предложение! ― А бывают другие? ― усмехнулся Рокшар, делая вид, что всё ещё читает книгу. ― Бывают, но сегодня прям супер. Я хочу, чтобы вы сводили в город младшеньких, ― на лицах моих истинных сразу поубавилось веселья. ― Они ещё ни разу не были в городе, нормально, чтобы осмотреться. Всё лето они провели в Башне, а сейчас праздник будет - сходите все вместе. Мне-то нельзя за пределы Лозы выходить… ― Хочешь увидеть праздник нашими глазами? ― спросил Каин. ― Вроде того. Хотя в целом у меня немного другие причины. ― Позволь узнать, какие именно? ― Я хочу их поощрить. Сами понимаете, они падки сейчас на любую информацию о внешнем мире, им всё интересно, а тут такая возможность. Они все закрылись, причем в большинстве своём без видимых причин. Так что… сводите? ― я посмотрел сначала на одного, потом на другого. ― Мане что сказал? ― и как у Рока всегда получается сразу найти больное место? Не иначе как умение какое-то! ― Я решил сначала поговорить с вами. В надежде, что вы поможете мне правильно донести информацию до “папочки”. Потоки обоих были наполнены смутой. Они метались между предосторожностью и решением одобрить мою мысль. Блин, из-за этого кулона, что отрезал меня в каком-то смысле от Башни, я слишком хорошо читал нити. Мане говорил, что Башня даёт добротный фоновый шум, из-за которого приходится прислушиваться, а тут прям чувствую себя лягушкой-путешественницей… из души в душу. Каин подошёл к кровати и присел на край. У меня же появилось острое желание отодвинуться от него подальше. С самого лета я их динамил и они много раз уже напоминали мне о том, что имеют какие-то права и на меня самого. Опасно…. ― Рио, ― судя по голосу, дроу тоже подумал об этом. Он ехидно улыбнулся и повернулся телом ко мне. ― Что? ― Мы сводим младших в город. ― Но? ― там точно был подвох. Каин переглянулся с Роком и наг отложил книгу на стол. Белые волосы в хвосте упали на грудь нагу, стоило ему заинтересованно склонить голову. ― Ты останешься сегодня с нами на ночь. ― Я уже обещал мелким, что мы придём к ним с ответом. Так и знал, что они попросят это. ― Но ты не обещал им остаться у них. Сходим к ним и вернёмся к Року, да? ― принц посмотрел на своего напарника, тот лишь кивнул. ― Хорошо, ― я тоже умел играть в их игры. ― Вы же не уточнили, что мы будем делать, так что окей. Я не против таких условий. А теперь идём к младшим, порадуем их. Кстати, Дефаурен пойдёт с Грейс и это не обсуждается. Гаремники очень плохо реагировали на имя девушки демона. Для меня их отношения были гранью нормали, якорем прошлой жизни, для остальных же это было издевательством над чувствами. Кто-то винил меня в том, что мы обманываем девушку, кто-то говорил о чувствах. Миракл вообще с подачи делала подлости - пыталась их рассорить. Благо, Грейс была понимающей и нам с Дефауреном верила больше, чем остальным. Достаточно было лишь наплести несколько легенд, как картинка искажалась и становилась вполне пригодной для жизни. Каин и Рок на это реагировали неоднозначно. С одной стороны, они привыкли к моим выкрутасам и как-то мирились с тем, что я вряд ли отступлюсь, они не сомневались в себе и знали, чего хотят на самом деле. На девушку одного из младших им в этом плане было плевать. Но с другой стороны, они защищали чувства, которые разделили с младшими. Я не хотел быть только с ними, а им нестерпимо не хватало этого внимания, чтобы ощутить себя по-настоящему счастливыми. Принцы и послы редко бывают счастливы по заказу, но тут у них была такая возможность, и стоит догадаться, они тянули одеяло на себя с неистовой силой. ― Помнишь, я обещал, что мы поговорим после сессии? ― спросил меня Каин. Не понравился мне его взгляд. ― Помню. ― Отлично. Так вот ночью и поговорим… Младшие очень хорошо отнеслись к мысли, что им предстояло погулять на празднике. Дефаурен тотчас же убежал к своей ненаглядной, а остальные запойно расспрашивали о том, куда им предстояло сходить. ― Вы пойдёте под присмотром Рока, Каина и Лекхоба, ― сообщил я. ― А ты? ― удивилась Руру. ― Дефаурену будет позволено гулять с Грейс. А я не пойду, ибо мне нельзя выходить из Лозы. ― Ты останешься здесь один? ― Я буду наблюдать праздник вашими глазами, ― по правде, я совершенно не хотел этого делать. В моих планах было отоспаться за эту неделю праздника, после чего встретить новый семестр грудью. Ребята были возбуждены новостью, им не терпелось. Они никогда прежде не видели настоящего шумного мегаполиса, никогда прежде не ходили по его улицам бесцельно, просто отдыхая от вечной суеты. Для них всё было ново, а я ловил себя на мысли, что моя жизнь и так полна изменений и странностей, чтобы добровольно самому идти на подобные мероприятия. Одного раза было вполне достаточно для этого. ― Ай-я, ребят, спокойно, ― взмолил я, послушно оттесняясь к кровати Рокшара. ― Вы же хотели поговорить. Без рукоприкладства! ― Рио, ответь-ка на один вопрос: что ты собираешься делать, пока нас не будет? ― спросил меня Каин, начав расстёгивать рубашку. Рок подошёл ко мне совсем близко и одним движением опрокинул на кровать. Красивый, белоснежный, с нечитаемым взглядом. Я попытался было встать, но одним взмахом наг уронил меня обратно. Под руками было белое одеяло, я приподнялся на локтях, так и не поняв, к чему всё это. Каин и хозяин комнаты стояли передо мной на небольшом отдалении, оба топлес. Сердце сделало кульбит. Даже дыхание сбилось. Подтянутые, высокие, со скульптурными телами, бугристыми мышцами. Смуглая кожа одного и белоснежная другого. Длинные волосы нага, вечно собранные в замысловатую косу или же просто в высокий хвост, свободно рассыпались по его плечам только на время сна, и, возможно, мы были одними из немногих, кто мог это созерцать. Тёмные волосы дроу, которые абсолютно выбеливались в его настоящем облике, практически никогда не собирались, хоть и были со спины достаточно длинными, чтобы доставать ему до лопаток, однако спереди длина едва касалась мочек ушей, так что по факту ему ничего не мешало. Я в своём мире на это бы точно смотрели как минимум с осуждением. Впрочем, я тоже носил длинноватую для нормы шевелюру, что даже мог собрать в небольшой хвостик. ― Что вы хотите? ― спросил я, отвлёкшись от первоначальных мыслей. ― Тебя, ― улыбнулся дроу, снимая штаны. Придурок. Как им объяснить, что я не разделяю их чувств? Словами? А если слова уже не действуют? Мне неприятно видеть в их глазах надежду всякий раз, когда они меня целуют. Они ищут то, чего нет. Они получают хоть какую-то взаимность просто как плату за аренду их способностей. Я остался самим собой, лишь раз преступив порог. Теперь дверь открыта и я всегда могу в неё войти, но мне всё ещё хорошо на этой стороне. Да, что-то сломалось и это был замок на ту сторону, где нет запретов плоти, где желание правит каждым, власть инстинкта. Я закрыл глаза и уронил голову на одеяло. Люди эгоисты, любые люди, они всегда будут пытаться получить то, что хотят - это смысл нашей жизни отчасти, ведь если не для себя и собственного благополучия, то зачем мы живём? Матрас промялся около моих ног, я почувствовал, как Каин нависает сверху, идеальный, соблазнительный, но не любимый. Привязанность и давление собственных способностей меня не отпускают от них, словно веля: терпи, люби через силу, надейся, что это однажды закончится. Я хотел бы их любить, но вместо сердца у меня была глушащая пустота. Любая магия не идеальна. Губы дроу коснулись моих, его рука погладила меня по волосам и соскользнула на плечо. Каин смотрел на меня, я чувствовал этот взгляд, хоть и не открывал глаз. Я знал, что он хочет сделать и зачем его руки забираются под поло. Не нужно большого ума, чтобы догадаться. Оттолкнуть я уже не мог - во мне не было такой силы, чтобы противиться мысли о том, что я обязан им. Барьера больше не было - власть благодарности за их защиту была сильнее остальных глупых отговорок. Я не хотел им запрещать, но и активничать желания не было никакого. Дроу постепенно раздел меня до нижнего белья и вновь вернулся к губам. Я всё так же не открывал глаза. Зачем видеть тех, кого я и так чувствовал через нити? ― Прошу, сними бинт, ― попросили меня шёпотом на самое ухо. Я закусил губу, не имея особого желания подчиниться, и магией распустил бинт, который тотчас лёг на одеяло рядом. Чёрная татуировка демона кружевом прикрывала всё моё плечо. Я посмотрел на неё и неохотно перевёл взгляд на дроу, который с видом счастливейшего на свете человека очернил наши с ним кончики пальцев. ― Прости, ― примиряюще улыбнулся он, но руку не отнял. Это их чувства. Я прикрыл глаза и отвернул лицо. Другой моей руки коснулась ладонь нага. У них даже кожа на ощупь была разной. Рядом с моим лицом упали белоснежные волосы и лишь мгновением позже я почувствовал дыхание на своих губах. Им это было надо. ― Красивый, ― прошептал Рокшар. Он опустился лбом на мой лоб и тем самым заставил увидеть то, что хотел показать мне со стороны. Красные волосы веером лежали вокруг моей головы. Светлая кожа под смуглым сильным телом дроу. Сумасшедшая улыбка Каина, страсть и вожделение в его глазах. Не знаю, про меня он говорил или про своего собрата, но по мне так картинка сама по себе была воплощением разврата, в первую очередь потому, что на тела было приятно смотреть. Словно порно для журнала - слишком идеально. ― Не хочешь нас видеть? ― спросил Каин на другое ухо. ― Не в этом дело, ― прошептал я. Дроу отодвинулся, а Рок усмехнулся где-то рядом со мной. ― Тогда в чём? ― Не важно, ― я махнул головой и открыл глаза. Каин сидел на моих бёдрах, прижимая одной рукой моё запястье с почерневшей меткой нашей нерушимой связи к белому одеялу, и скалился в улыбке. Дурная привычка облизывать клыки наблюдалась почти у всех, кто обладал завидным оскалом. ― Чего стоим? Кого ждём? Быстрее начнём - быстрее закончим. ― Мы знаем, что ты чувствуешь, ― серьёзно сказал Рок, нависая надо мной со стороны головы. ― И? Печать замужества грела, тяжёлое тело Каина весьма ощутимо давило на мои бёдра. Рокшар же перебирал пальцами мои волосы, рассматривая моё лицо. ― И это, несомненно, расстраивает, ― выдохнул принц. ― Каин, ― одернул его Рок. ― За чувствами не всегда можно увидеть того, к кому эти самые чувства обращены. Чем реже мы видимся и разговариваем, тем больше нас заносит в иллюзии. ― К чему это? ― спросил я. Мне было приятно, его рука делала незамысловатый массаж головы, и я от этого балдел. ― А это к тому, что все мы опутаны иллюзиями собственного счастья, ― ответил вместо нага Каиномар. ― За которыми зачастую не видим тебя самого. Мы не думаем о тебе так, как стоило бы. Из-за того, что нас много, каждый из нас перекладывает эту ответственность на другого, что, мол, заметит, поймёт и поправит. Мы ослеплены тобой. “Это он пытается донести до меня, что магия гаремного отсутствия ревности искажает их отношения куда сильнее?” ― удивился я тогда. Чем их больше - тем проще запутаться? ― И? ― Твои отстранённость и безразличие скорее всего имеют корень в этом отношении. Прости… ― Я окончательно запутался, ― вздохнул я. ― Что вы от меня-то хотите? И причем тут наш разговор о Грейс? И почему для этого обязательно было меня раздевать? Рокшар усмехнулся и тихо пояснил: ― Любуемся. На тебя в одежде мы уже насмотрелись, теперь вот без неё хотим полюбоваться. ― А серьёзно? ― А серьёзно: хотели поговорить после секса, но судя по твоему моральному состоянию, лучше уж это обсудить прямо сейчас, ― Рок нахмурился. ― Ну спасибо, что хоть во время прелюдии, а не самого акта, ― съехидничал я и закинул одну руку под голову. ― А то было бы сложно внимать информации, находясь в состоянии экстаза. Парни переглянулись, и, судя по всему, диссонанс я всё же создал. ― Язва, ― хмыкнул Каин. ― Мы ослеплены тобой и счастьем, а потому то, что происходит с тобой, до нас самих доносится какими-то разрозненными отрывками. Нас вечно уносит друг на друга и мы не чувствуем как такового тебя. Когда ты с одной из девочек, нас переполняют волнение и радость, но это вносит ещё больший сумбур. Я не уверен уже, что ощущаю свою любовь, а не чью-то из ребят. Именно поэтому мы и бесимся из-за Грейс. Мы не понимаем, что же чувствует на самом деле Дефаурен, путаемся в собственных ощущениях и возникает подозрение, что он предаёт свои чувства к тебе, а это выливается в сомнения в самих себе. Я задумался над его словами. Если это так, то может ли быть так, что чувства гаремников начали мешаться сами по себе или же в этом моя вина? Мане сказал, что он жил с каждым из гаремников в любви минимум год. За это время связь прочно закреплялась в отведённой именно ей нише. Мы же были вместе полгода, но до сих пор не смогли разъясниться окончательно. Я не знаю, как совладать сразу со всеми. ― И что хуже всего, мы стали чувствовать любовь друг к другу, ― прошептал Рокшар. Моя улыбка, наверное, сломала бы мне челюсть, если бы Каин не схватил меня за лицо и не прошептал бы в самые губы: ― Мы не хотим испытывать чувства друг к другу. Для этого у нас есть ты! Ясно. ― А было бы здорово, если бы вы переключились друг на друга… ― не смог сдержаться я. Взглядами мужей можно было бы убить на месте. Они переглянулись и постарались не высказать мне всё, что думали в тот момент. А, судя по всему, эмоции их были далеко не радужные. ― Прости, Рио, ― сказал мне вдруг Рокшар и смачно так врезал по лицу. Скулу засаднило. Я попытался подвигать челюстью, но тем самым спровоцировал ещё больше неприятных ощущений. Благо, перетянуть на себя чужую регенерацию - это было не сложно. ― Я ж лежу, а таких не бьют, ― пожаловался я. ― Думать надо, прежде чем что-то говорить. Судя по тому, какой бунт устроили их мысли в потоке, я ещё легко отделался. Они меня готовы были втоптать в грязь и закопать без могилы. ― Ладно, извините, оставим мои несбыточные мечты. Так что там с вашими чувствами? Мне надо что-то сделать? ― спросил я на полном серьёзе. Каин тяжело вздохнул и посмотрел в сторону окна, в то время как Рок смотрел на меня и ходил желваками. Им надо было успокоиться, чтобы продолжить разговор. Давно я не ощущал такую бурю негатива. Я протянул руку к нагу и за волосы подтянул его лицо к своему. Поцелуй получился смазанным и совершенно безынициативным. Обиделись. Представители своих народов вообще редко испытывали обиду, они чаще сходу начинали перерабатывать результат, чтобы в будущем использовать как опыт. Но в этот раз то ли из-за того, что это был я, то ли из-за глубоких чувств, что я задел, они долго отходили. Слишком много времени потребовалось, чтобы они вернули себе лицо. Нормальный человек плюнул бы и развернулся, чтобы уйти, но вот беда: деваться ни мне, ни им было некуда, мы были в связке магических отношений, которые вовсе не гарантировали ничего. Самая сильная в мире магия, не дающая людям предавать друг друга или нечестно играть только на себя, держала нас в цепких руках. Рокшар долгое время не отвечал на поцелуй, не смотря на то, что не отстранялся. Я даже внаглую стал проталкиваться языком, но он не дюже сопротивлялся, оставаясь безучастным. Пофиг, он так или иначе сдастся. Тело-то реагирует без его ведома. И я был прав, он ответил мне, даже, может, немного агрессивнее, чем следовало бы, а потом отстранился. ― Знаешь, в своё время я попробовал многих партнёров, тех, к кому что-то испытывали, и тех, кто просто себя предлагал, ― вдруг заговорил блондин. ― Были такие, кого хотел я, но они были против. Власть всё же очень сильно раскрепощает и даёт возможности добиваться своего нечестными, гнусными методами. Таковы все властьимущие. И знаешь, я получал от этого удовольствие, даже от их слёз, мольбы и потухшего взгляда. Ломать - не собирать обратно. Меня, признаюсь, напугал этот монолог. Глаза змеюки блестели, проявив за иллюзией узкий нечеловеческий зрачок. ― Я могу взять своё и отбросить составляющие до тех пор, пока ты не дорастёшь до того, чтобы испытывать чувства, ― змей менялся в лице, его скулы заострялись, а в воздухе разливалось чувство опасности. Он был опасен, самый ядовитый вид нагов. ― Испытывать чувства в одиночку порядком доканывает… ― Что ты ждёшь, чтобы я сказал? Прошу, не надо? Оставайся самим собой? ― я выгнул бровь и внимательно следил за взглядом. Видимо, что-то такое он и хотел, потому что по его лицу пробежала тень. ― Я просто хочу банального уважения, ― прошипел он. ― Ты поразительно глуп в вопросах взаимоотношений. Считаешь, что чувства других - это ошибка. Это оскорбляет. ― По-другому не умею, ― пожал я плечами. ― Придётся учиться, ― и вот тут мне стало и правда страшно. Наг был предельно серьёзен и он не собирался меня просто отпустить на все четыре стороны. Он не выбирал компромисс, он требовал своё со всей полагающейся королевским особам твёрдостью. Взгляд Каина, с некоторых пор наблюдавшего за нами, говорил лишь о том, что он в целом одобряет действия Рока. ― Почему вы просто не хотите подождать и не доставать меня? ― я попытался сесть, но настойчивые руки не дали мне этого. ― Надоело, ― бросил наг. ― Всему есть предел, ― заговорил дроу. ― Ты его достиг. Так что с этого момента запомни: ты. Принадлежишь. Нам. ― А остальные? Им я не принадлежу? ― возмутился я. ― На остальных плевать, сами разбирайтесь, мы же решили для себя. ― Я сильнее вас, ― мне претила мысль, что они заставят меня прогнуться под них. ― Чужой силой-то не заигрывайся, ― зашипел Рокшар. ― Будь ты хоть Спутником, от нас тебе всё равно никуда не деться. Башня умная, она не даст тебе полностью контролировать нас, а без этого тебе с нами никогда не справиться… Его аура давила на меня. Все блоки и попытки уйти из-под этого давления не увенчались успехом. “Всё, Рио, доигрался ты. Сила силой, а подчинить себе существо от и до ты никогда не сможешь,” - подумал я. И был прав. Парням осточертело быть понимающими и добрыми. Настало их время желаний и требований. ― Только ты сам сможешь сделать себе легче, если научишься думать о других в первую очередь, ― сказал Каин, медленно наклоняясь, чтобы забрать себе поцелуй.