Хмель

      «В любви без страховки живут миллионы» Никита прогоняет эту фразу у себя в голове снова и снова, идя в пустой концертный зал. Единственное место, где подросток укрывался от всего мира, от всех проблем и невзгод. От боли, ненависти, любви. Мальчишка брезгливо морщится, как только слово любовь всплывает в его голове. Слишком много настрадался в последнее время, от этой чумы.

И вдруг становится невыносимо холодно, хотя на улице душный июль.

И кутаясь в длинные рукава свитера, ребенок не понимает, почему так уныло, серо и убийственно больно.

Он открывает дверь с легким скрипом и тут же облегченно вздыхает. Наконец-то он в безопасности. Ночью это место - его крепость, личное пространство. Сюда он не пустит никого с наступлением темноты. Парнишка жмурится, и слышится легкий звон. Маска спала, чувства вырываются на долгожданную свободу.

Одиночество, тоска, недо_эйфория

И раненый в сердце, мечтаешь стать целью – Киоссе тихо насвистывает эту строчку, зная, кто будет исполнять ее завтра. С трудом залезая на сцену, ибо правило обладателя омута вместо глаз, в котором так надолго увяз наш герой, звучит: «Лестницы – для слабаков», Никита оглядывается. Немыслимый бардак, состоящий из реквизита и костюмов. Тяжело вздохнув и сползя по стенке на пол, мальчик прижимается затылком к стенке, с улыбкой отдаваясь воспоминаниям, о начале его утопии. Был первый день кастинга, и Никита уже сгорал от ожидания и страха, видя, как парни один за одним, то проходят, то терпят поражение. - Ну, блять, это, мать вашу, невозможно! - Киоссе плюхается на диван, держа в руках шоколад, рядом с каким-то парнем, который, кажется, прошел. - Такой маленький, а уже матерится – рядом сидящий парень ухмыльнулся, не отвлекаясь от телефона. - Такой маленький, а уже женатый, - фыркнул подросток, зацепившись взглядом на кольце, украшавшем безымянный палец – да и вообще, какое твое дело, матерюсь я или нет? – снова прыснув ядом, мальчик разворачивает сладость, жадно впиваясь в угощение. - А какое тебе дело, женат ли я? – рядом сидящий парень поднял голову, ослепительно улыбаясь – Запал? – Еще шире улыбаясь, мурлыкнул незнакомец. - Не в моем вкусе, - давясь шоколадом, выпаливает младший – я, кстати, Никита, Никита Киоссе. - Владислав Рамм, - шатен не переставал улыбаться, отвечая на вопросы любопытного мальчугана, – приятно познакомиться, Ник. Но называть тебя, я буду Кисой - Взаимно ,Раммзес - смущенный новой кличкой, сдавленно хихикнул, уже домашний питомец, - шоколадку будешь? - Нет, спасибо – Влад искренне рассмеялся, наблюдая за столь трогательным и милым дитем. «№675, просим Вас пройти к ведущей проекта и получить дальнейшие указания на месте» - сообщил весьма неприятный женский голос по громкоговорителю. - Это же я! – Никита подскакивает с дивана, готовый бежать хоть до Индии, но не может понять куда, он дезориентирован. - Придурок, – и снова этот смех, который еще в тот момент, зацепил парня– Тебе туда, - поднявшись с диванчика, Влад аккуратно положил руки на плечи Киоссе ,разворачивая его к проходу – Тебе туда, вместе с удачей, и да, - легким, почти нежным касанием руки, старший убирает остаток лакомства с щек мальчика, шепча на ухо - ешь шоколад аккуратнее, Котенок.. А Никита лишь улыбнулся. Одинокий мальчик разлепляет глаза, опираясь рукой рядом, рассчитывая на что-нибудь твердое, но судьба ведь не дурочка. Попав рукой на что-то мягкое и мокрое, Киоссе недовольно фыркает, но руку не убирает, и посмотреть, тоже не удосуживается. Слишком плохо. Слишком больно. Второй рукой залезает в карман, доставая свое любимое лакомство, с той самой поры. Шелестя упаковкой и пытаясь сосредоточить взгляд, разворачивает молочный шоколад и надкусывает плитку. Не легче. А говорят, что сладкое – лекарство от всех бед. Да, от всех, кроме любви. А дальше было хуже, их поселили в одну комнату. И дикий, неприрученный кот, прижимал уши, становясь домашним. Наблюдал, как объект его воздыхания звонит жене, и прятал злобный, отчаянный крик в подушку. Сходил с ума от безответного одиночества. Но продолжал любить. Сильно, Страстно, Без остатка. Окончательно придя в себя, беззащитный, сломанный, потерянный ребенок сжимает в руках то самое мягкое «что-то», поднося к лицу и фокусируя взгляд.

Сердце. Алое. Израненное. Кусок мяса в крови.

Снова морща нос, как это делают коты при резком запахе, вспоминает. Реквизит для выступления Влада завтра. - Влад, снова Влад. Чертов, мать его, Рамм! – тот самый, трогательный мальчик сломался, отчаянно упав на колени, сжимая в руках злополучное сердце, понимая, что это его сердце. В порезах и крови. Он кричит, рвя глотку. Он кричит, в надежде, что придет кто-нибудь и спасет его, вытащить из того омута, в котором он так сильно хочет захлебнуться. И помощь приходит. Ровно на 911 секунде. Сильные руки обнимают дрожащее тело подростка со спины, крепко прижимая к себе. Никита беспомощно всхлипывает, пытаясь предположить, кто же его нашел. Кто посмел зайти на его территорию после ухода солнца. И в нос ударяет резкий запах хмели. Такой родной, незабываемый, любимый. Мальчик замирает, думая, что ошибается. А пухлые губы спасителя, оставляют невесомые поцелуи на шее и плечах. - Я никогда не мог и представить, Что способен на такие чувства, Это словно ты в первый раз увидел небо. Я хотел бы раствориться в твоём поцелуе, С каждым днём я люблю тебя всё сильнее - Влад тихо шепчет до боли знакомую Никите песню. Песню, которую они полюбили вместе, как и «Moulin Rouge». Который, они тоже, впервые увидели вместе, разделив все эмоции и впечатления на двоих. - Все горы мне по плечо, все реки – по колено, Только спой эту песню, и я примчусь к тебе, Тучи могут сгущаться, звезды могут падать с небес – Рамм поворачивает к себе лицом уже того, кто теперь принадлежит ему – А я буду любить тебя до конца своих дней, Котенок... Мальчику кажется, что он спит, и это, лишь его до одури прекрасный кошмар. А руки старшего парня накрыли руки мальчика, расцепляя пальцы, которые сжимали окровавленный реквизит и забирает, уже с затягивающимися шрамами, бережно вкладывая в небольшую шкатулку рядом, а губы настойчиво прижимались к губам юнца. И Никита,вдруг, поверил в чудеса.

Одиночество, тоска, недо_эйфория

Любовь, гармония, спокойствие

Две души соединились. Любовь воцарилась, А судьба ведь, не дурочка.