Inside

− Черт! Нет! Звук выстрела оглушает Себастьяна, дает звонкую пощечину. Кастелланос пошатывается, хватается за голову − снова тот свист, разрывающий барабанные перепонки. Звук, уже порядком ему осточертевший и предвещающий очередные неприятности. «Кидман!» − хочется выкрикнуть, но слово как будто застревает в горле. Себастьян встревожен и одновременно обескуражен. Он видит, как падает на землю раненый Джозеф. Детективу хочется броситься ему на помощь, но непонятно откуда взявшееся землетрясение мигом разрушает все его планы. Мгновение, − и Кастелланос летит в пустоту. Черная мгла окутывает детектива плотной пеленой. Ни зги не видно. Мужчина осматривает себя: ни оружие, ни фонарь не пропали. Все на месте. Но он чувствует себя некомфортно, словно его подвесили непонятно где. Что здесь происходит? Что на этот раз? Монстр с четырьмя руками? Или человек с сейфом вместо головы? А может, сам Рувик вновь решил «порадовать» Себастьяна своим присутствием? Себ освещает фонарем вокруг себя. Да что толку с этого хилого света... Вокруг только черная мгла. Может, стоит сделать хотя бы шаг? Детектив уверенно шагает вперед. Он надеется, что в этот момент что-то произойдет. Так же всегда было? Рувик настолько быстро менял этот мир, что ожидать можно было все что угодно. Себастьян прислушивается. Ничего не слышно. Не слышно даже звука собственных шагов. Поначалу это тревожит Кастелланоса, но он забывает об этом, погружаясь в воспоминания. Ему не верится. Детектив не понимает, как такое могло произойти. Он был уверен в Кидман, был уверен в том, что все они работают в одной команде. Был уверен − у троицы все хорошо, и дальше тоже будет хорошо. Но... − Кидман? Джозеф? Где вы, черт побери? − кричит Себастьян в пустоту, хотя понимает, что вряд ли это что-то даст. Но попытаться все же стоит. Даже эха нет. Тишина. − Рувик! − рычит детектив. Точно, это его рук дело. Себастьян мог догадываться, почему Джули так странно себя вела. Лесли нужен ей. Но нужен и Рувику. Только для чего, неизвестно. Кидман... Что же заставило ее выстрелить в напарника? Кастелланос сжимает руку в кулак. Если Джозеф погиб... Ему не хочется думать об этом. Лучше не думать. Детектив и так потерял все самое дорогое в своей жизни. Лишаться напарника, к которому Кастелланос, сам того не заметив, привязался, не хотелось. Единственный выход − это шагать вперед, пытаясь разорвать оковы пустоты. Он хочет убедиться, что с напарником все в порядке. Когда впереди начинает маячить белая точка, Себастьян оживляется. Наконец-то. Что-то происходит. Точка постепенно расширяется и ослепляет детектива ярким светом. Тот, чертыхаясь, жмурится и закрывается ладонью. «Как же достали все эти штучки...» − мелькает мысль в его голове. Себастьян ловит себя на мысли, что устал. Устал от всей этой путаницы и игр не на жизнь, а на смерть. Ему хочется побыстрее разобраться с тем, что происходит. Легкое шуршание бумаг заставляет Кастелланоса открыть глаза. Он ждет очередной вспышки, но этого не происходит. Детектив изумленно осматривает свой кабинет. За окном светит солнце, где-то позади себя он слышит звонки телефонов, разговоры подчиненных. Но двери на выход нет. В этой комнате вообще нет дверей. Все вещи лежат на своих местах. Ничего не меняется. Но мужчина знает, что это не его кабинет. Это очередное воспоминание, каким-то образом появившееся здесь. Где-то хлопает дверь. В кабинете, помимо Себастьяна, оказываются еще двое мужчин, расплывчатых, словно призраки. Кастелланос узнает себя и своего напарника. Последний чем-то озадачен. Кажется, детектив понимает, о чем пойдет речь. Призрачный Себастьян садится за стол, Джозеф же бросает папку. − Мне не нравится ее дело, Себ, − говорит напарник, усевшись напротив своего начальника. − Пустое. У нее нет опыта! − Не стоит судить о человеке только по его личному делу, − возражает Себастьян. − Дождемся ее прихода, тогда уже будем говорить, что с ней делать. Возможно, что Джули Кидман действительно хороша в деле службы. Настоящий детектив подходит к столу, пока призраки разговаривают. Он вспоминает этот день. Через пару часов к ним пожалует новенькая, двадцатисемилетняя Кидман. Кто же знал, чем закончится этот приход? Сцена резко меняется. Все тот же кабинет, все те же люди. Джозеф стоит около доски с фотографиями пропавших, а Кастелланос смотрит в окно. На улице пасмурно. − Я не спорю, что новенькая делает успехи, но... − Ода мнется, не решаясь говорить дальше. Призрак Себастьяна не поворачивается, лишь вздыхает. − Но? − спрашивает мужчина. − Не хочу навязывать свое мнение, но мне не по себе с той поры, как она здесь появилась. − Брось. Тебе кажется. В Кидман есть очень хорошие качества, которые могут послужить на благо полиции. Не успевает детектив обдумать, как кабинет вокруг него начинает кружиться, затем останавливается. Он в очередной раз видит себя и своего напарника. Призрачный Себастьян сидит за столом, смотрит на переплетенные пальцы. Джозеф же чуть ли не мечется, нервничает. − Не перестану повторять: зачем ты берешь ее с собой? Она же ничему не научилась. Себ, послушай: это расследование не для Кидман! − Ода подходит близко к столу. Кастелланос медленно поднимает голову, устало смотрит на напарника. − Сколько можно повторять, Джозеф: я беру Джули под свою ответственность. Я обучу ее, ты сможешь ей в чем-то помочь. Все, хватит. Довольно об этом, − детектив закурил. − Но... − Она поедет с нами. Разговор окончен. Ты свободен, Джозеф. Призраки исчезают, а сам кабинет начинает медленно таять. Себастьян тяжело дышит. Он все понимает. Это не игры Рувика. Это его собственные игры. Он внутри. Свет гаснет, и Кастелланос погружается в темноту. Все тело ноет, тяжело дышать. Где-то стекает вода, словно привлекая к себе внимание и разрушая тишину. Себастьян еле шевелится, прикладывая усилия, сбрасывает с себя куски плит, кашляет − пыль попала в дыхательные пути. Воспоминания свежи, все еще стоят перед глазами, пока мужчина поднимается на ноги. Зря он поверил Джули. Нужно было слушать Джозефа. Ода был прав. Сейчас Кастелланосу нужно было найти его. Он должен жить. − Джозеф... Ты не должен умереть...