Иная. Альтернативная история развития событий.

Дождь лил, как из ведра, всюду слышались раскаты грома, видимость тоже была практически нулевая, однако никто даже не думал останавливаться. Ребята шли, попутно держась за руки, идя к дому Мисаки Мэй. Впрочем, ливень длился не слишком долго. Он ослаб через некоторое время, что позволило детям ускорить свои шаги. Когда они наконец достигли точки назначения, то увидели, что вход туда был загорожен лентой. Это никого особо не удивило. Все знали, что там случился пожар и на данный момент эксперты устанавливали причину его возникновения. Однако сейчас в здании совсем никого не было. Да и на улицах тоже не было видно ни души. Ребята один за другим проскочили внутрь. Вокруг стояла пугающая гробовая тишина. Ребята огляделись. Это место выглядело ужасно. Дом сильно пострадал в результате пожара. Повсюду валялись испорченные куклы, побитое стекло, сломанная мебель. Все было обгорелым и почерневшим. Сакакибара вздохнул: - Что ж... Не особо приятная обстановка. Как бы с кассетой ничего не случилось. Она ведь могла поплавиться или сломаться. В любом случае, если с ней что-то случилось, о спасении можно будет даже и не мечтать. Аказава обернулась в сторону Коичи: - Как бы там ни было, отыскать эту штуку всё равно надо. Испорчена она или нет, мы сможем узнать, только когда вообще сможем найти ее. Итак, какие у вас есть предложения по этому поводу? Сакакибара оглядел присутствующих: - Думаю, лучше будет разделиться. И не подумайте, что я насмотрелся фильмов ужасов. Просто так мы возможно справимся быстрее. Итак, пусть Тешигавара и Изуми поищут на втором этаже в гостинной, Юкари и Тсуджи обыщут мастерскую, Санае и Такако займутся проверкой уборной и кухни, а... - Эй, а чего это ты решаешь, кто и куда пойдет? - Спросила Аказава с возмущенным видом. - А что тебе не нравится? Или может напарник не устраивает? По-моему я выпал идеального компаньона для тебя. - Придурок! Я вообще не это имела ввиду. - Так, давай прекратим эту бессмысленную болтовню. Или мы сейчас вообще подеремся и забудем, зачем вообще сюда пришли. В общем, пусть Мисаки поищет прямо здесь, а ты, Мочизуки, составь ей компанию. Ну а я спущусь в подвал вместе с Макото. Думаю, всем все ясно. - Пфф, - Изуми недовольно бросила взгляд на Сакакибару, но ничего не сказала. Вскоре все, кроме Мисаки и Юи разошлись по разным частям дома. Коичи и Макото так же спустились в подвал. Оказавшись там, Сакакибара сразу же вспомнил тот самый день, когда он стал убийцей. Все напоминало ему об этом. В частности, следы крови, все еще находившиеся там. Он отвернулся в другую сторону с мыслями внутри себя: "Господи, что же натворил в тот день!" Одзи стоял молча и смотрел него. Сакакибара повернула лицом к последнему: - Слушай, а чего это ты все время молчишь? За все время твоего пребывания вместе с нами ты и слова не сказал. Макото тихо проговорил: - А я обязан? - Ну, ты хоть бы поздоровался со всеми. А то пришел, и молчит. Только кивает изредка, как болванчик. Макото проигнорировал слова Сакаки и собрался начать поиски кассеты, однако тот не захотел так просто заканчивать разговор: - Что, ссыкун мелкий, боишься в глаза мне смотреть, потому что стыдно? Ну да. Ты ведь сидел дома в тепле, прятался ото всех, в то время пока мы тут пытались отыскать способ все прекратить. Тебя Рейко-сан за шкирку пришлось тащить сюда. Макото сжал кулак, однако по-прежнему ничего не говорил. Его очень удивляло желание Сакакибары поиздеваться в такой неподходящий момент. На его глазах совсем недавно умерла собственная тетя, а он вел себя по-хамски с человеком, которого даже не знал почти. При этом он еще делал какие-то замечания Изуми, хотя сам был абсолютно ничем не лучше. Одзи не хотел даже связываться с ним, однако следующие слова Коичи были уже крайней степенью: - Слышь, а че у тебя волосы такие красные? "Эти дни" у твоей мамки были, когда она тебя рожала? Вот на это парень уже никак не мог не отреагировать. Он яростно подбежал к Сакаки и пнул его ногой в живот со всей силы: - Да как ты вообще смеешь говорить всякие гадости про мою мать, тварь ты такая! Да ты хоть знаешь, через что ей пришлось пройти, чтобы я смог появиться на свет?! Сакакибара ничего не понял и только пожал плечами. Он был горд собой, ведь ему удалось наконец разозлить Макото. Именно такого эффекта он ожидал. Одзи же продолжил: - Моя мама... Она страдала очень тяжелым заболеванием. Я не знаю, как оно называлось, но из-за него ей было нельзя чтобы иметь детей. К сожалению, она узнала об этом только тогда, когда уже была беременна мной. Ее мучили сильнейшие боли и она обратилась к врачу. Тот рассказал ей о ее заболевании и предложил сделать аборт, предупредив, что роды для нее представляют угрозу жизни. Но она даже и представить себе не могла этого. Она наотрез отказалась убивать своего ребенка и была в твердом намерении родить. И после этого, несколько месяцев напролет она чувствовала, словно что-то разрывает ее живот. Никто не мог наблюдать за ее мучениями. Знакомые убеждали мою маму, что лучше ей все таки отказаться от этой затеи и сделать аборт, но она даже слушать их не хотела. Когда наконец у нее начались схватки, её увезли в больницу, где боли стали только сильнее. Слова того врача были правдивы. Состояние моей матери ухудшалось с каждой минутой. Несмотря на все усилия, спасти ее не удалось. Она скончалась в страданиях. Тем не менее, уже находясь на смертном одре, она умоляла медиков спасти своего сына. А ведь если бы... Она отказалась от меня и убила, то это спасло бы ей жизнь... А ты, сволочь... Ты... Услышав это, Коичи промолчал. Ему стало стыдно за свои слова. Его рот взаправду был одной большой помойкой. Он встал: - Это... И... Извини. Я не хотел обидеть тебя, просто... Я сам не знаю, что нашло на меня. - А я знаю. Это твоя дрянная сущность. На тебя противно даже смотреть! Вдруг ни с того ни с сего Сакаки на полной скорости подбежал к Макото и со всей силы оттолкнул его в сторону. В эту же секунду на то же самое место, где Одзи только что стоял, упал шкаф, где лежали разные части кукол. Шкаф грохнулся со всей силы, а руки ноги и головы кукол разлетелись по разным углам. Поняв, что произошло, Макото встал с пола сперва встал с пола и оттряхнулся, взглянув на Сакаки: - Чтож... Я расценю это как извинение. Ладно, так и быть, на этот раз я тебя прощаю. - Эм... Я вообще-то не... - Нет! Ничего не говори. Иначе опять скажешь чего-нибудь не то. Лучше иди молча. - Знаешь, Макото... Я как и ты, не знал свою маму. Она тоже умерла во время родов. Я не знаю причину. Отец мне никогда не рассказывал. Единственное что он, говорит, мама была очень доброй. Она любила помогать людям в тяжелых жизненных ситуациях. Думаю, твоя мать была такая же... Макото почесал затылок: - Странный ты человек. Сначала оскорбляешь направо и налево, а потом внезапно начинаешь предаваться воспоминаниям и становиться более серьезным. Впрочем, мне кажется, мы с тобой во многом похожи. - А? - Как и ты, я уже успел стать убийцей. - Как и... Но... Но откуда ты... - Узнал о том, что ты убил своего одноклассника топором? Думаешь, в нашем узком кругу от кого-то это можно будет скрыть? Но знаешь. Я абсолютно ничем не лучше тебя. А может даже хуже. Сакакибара не знал, что на это ответить. Макото пристально посмотрел на него, а затем заговорил: - Мы с Нобору были одними из тех, кто бросил школу сразу же после ухода Кубодеры. Но не потому что мы боялись, что тот умер. Мы знали, что на тот момент учитель был пока жив. Но по телевизору мы с Сарутой тоже видели новости о смерти Вакая и очень испугались, поняв, что проклятье началось. Я находился дома весь в нервном состоянии, а отец даже не интересовался моим самочувствием. Он был слишком занят на работе. Поэтому я был очень одинок и беспомощен в этом пустом доме и попросил Нобору пожить с ним до того момента, пока все не уляжется. Мы начали делать своеобразные баррикады и закрываться ими, чтобы предотвратить любой несчастный случай. Так мы сделали себе своеобразную комнатку, положив внутри спальные мешки и телевизор для слежки за новостями. Родные Саруты не вмешивались. Они не знали, почему мы прячемся и не ходим в школу, но не лезли в наши дела. Старшая сестра Нобору только приносила нам еду, за что мы были благодарны ей. Мылись мы один раз в неделю с особой осторожностью. Я был рад, что со мной есть друг, который поймет, поддержит, с которым можно было быть более уверенным, что все обойдется. Однако наша уверенность улетучивалась каждый раз, когда мы узнавали от новых жертвах. Я старался не терять рассудок и верить в то, что все будет хорошо, но этого не получалось. Очень скоро мне начали сниться кошмары. В них я видел всех своих погибших одноклассников, которые смотрели на меня с безумными лицами. Они говорили, что я тоже рано или поздно умру, что всё равно не смогу нигде спрятаться. Потом они напоминали мне, что единственный выход, это убить мертвого. Я хватался за голову, закрывал уши, просил их замолчать, но мне всё равно отчетливо слышались их голоса. В конце сна кто-то добавлял "Подумай, а ведь мертвым может быть и твой друг". После этого я в страхе просыпался, а Нобору пытался меня поддержать и успокоить, даже прижимал к себе, словно маленького ребенка. А ведь ему самому тоже было очень страшно. Еще одним ударом по психике стало то, что старшая сестра моего друга внезапно упала без сознания, как только заглянула в наш "шалаш", чтобы принести завтрак. Сарута позвал родителей, которые поняли, что дело плохо и ее надо срочно везти в больницу. Они скорее сели в машину и уехали. Я видел, как Нобру дрожит, и как переживает. Но несмотря на это, не я его успокаивал, а он меня, повторяя, что с Аюми (так звали его сестричку) все будет хорошо. Но увы. Ничего хорошего не произошло. Когда родители везли свою дочь на машине, внезапно произошла авария. Один водитель не справился с управлением, что повлекло за собой столкновение. И мать и отец Нобору погибли на месте, а Аюми умерла через некоторое время в карете скорой помощи. Узнав об этом, Нобору как будто остолбенел. Я видел отчаяние в его глазах. Он даже не шевелился и не произносил ни единого слова. А в моей голове снова послышался голос, твердящий мне, что если я хочу жить, то должен расправиться с Сарутой. В мою душу словно вселился дьявол. Я начал орать на своего друга, обвиняя во всем. Он пытался меня упокоить, умолял, чтобы я пришел в себя, но я его не слушал. Я выбежал из нашего убежища, а когда он попытался выбежать следом, я втолкнул его обратно. Он ударился головой о пол. Затем я изо всех сил начал толкать все те многочисленные ящики и другую мебель из которых мы и соорудили нашу комнатку. Через несколько попыток мне это удалось и все наши баррикады мгновенно завалили Нобору, который до сих пор лежал на полу. А я стоял... Я посмотрел на раздавленного друга, после чего разразился диким смехом. Я был буквально не в себе. Но длилось мое состояние не очень долго. Вскоре я "очнулся" и понял, что сделал ужасную вещь. Я кинулся скорее на пол и попытался достать Саруту из-под завалов, но как бы не старался, не смог вытащить его оттуда. Так что я скорее побежал звать на помощь. Она подоспела очень быстро, но к этому времени мой друг уже был мертв. Как показала экспертиза, он скончался от асфиксии. Никто не узнал, что это я был виноват, да и я сам никому не говорил об этом. Я вернулся домой, где сидел в подавленном состоянии. На вопросы отца я не отвечал. Да и он почти ничего толком не спрашивал. Очень скоро я узнал о том, что в доме Мисаки случился пожар и что оттуда достали труп еще одного моего одноклассника. Увиденное стало четким доказательством того, что Нобору не являлся мертвым. Я проклинал себя, рвал волосы на голове, но друга уже было не вернуть. Мне оставалось только самому умереть. Я даже хотел совершить суицид, повесившись, как наш учитель, но так и не смог. Я не хотел умирать. Но я понимал, что скоро проклятье настигнет и меня. Ведь мертвец... был жив до сих пор. - Так значит... Не один я сошел с ума от всего этого? - Коичи привстал. - Получается... Всё так и есть... В любом случае, мы с тобой в одной лодке. Коичи еще раз оглядел подвал: - Макото, я думаю, нам надо скорее искать кассету. Ведь если мы ее так и не найдем, то и не сможем вычислить мертвеца. А значит, действительно все умрем. Поэтому... Макото, давай искать эту кассету... вместе. Будем бороться до конца. Я верю, мы справимся. Сакакибара протянул ему руку, в ответ на что Одзи улыбнулся: - Хорошо, я согласен... Мы будем работать вместе!