Запах грейпфрута

Звук шагов тонул в толстом ворсе ковра, устилающего мрачный коридор Малфой-Мэнора. Аудиенция у Волдеморта прошла для Драко безболезненно… физически. Обошлось без воспитания непростительными, только вот в грудь будто бы насыпали пригоршню стекла, и с каждым шагом острые края царапали его где-то изнутри, в районе сердца. В ушах звенело; где-то в подсознании эхом шелестел голос Лорда, подписывающий приговор его единственному другу. Впереди развевались полы мантии Снейпа; Драко шёл прямо за ним, к выходу из родного дома, стены которого давно перестали защищать, напротив, каждый сантиметр каменной кладки словно таил в себе угрозу. Малфой-Мэнор пропитался тёмной магией насквозь. Шаги стали звонче; они вышли в холл первого этажа, пол которого устилал идеально отполированный паркет. Около входной двери замерла Нарцисса, облачённая в легкое светло-серое платье. Драко задержал взгляд на матери, отчего осколки в груди словно встряхнули, и они с новой силой впились в стенки его бедного сердца. Такая блеклая, такая на себя непохожая. Драко на секунду задумался, не был ли Волдеморт в какой-то степени дементором? Может, немыслимое количество магических экспериментов, смерть и странное воскрешение породнили его с этими чудовищами? Иначе почему рядом с ним страх и тоска буквально разрывают грудь?.. — Как всё прошло, Северус? Что он хотел? Нарцисса решилась произнести эти слова лишь когда Снейп оказался непозволительно близко к ней. Драко еле разобрал, что прошептала его мать. — Сложно сказать… В голубых глазах Нарциссы поднялись волны паники. — Он… — Нет, никаких физических наказаний, — заверил её зельевар, глубоко вздохнув, — только, пожалуй, моральные. — Ты меня пугаешь, Северус, — губы её задрожали, и Драко вдруг осознал, что никогда не видел мать такой. Загнанной в угол. Нежеланной гостьей в собственном доме. — Мне нужно отправить Драко в Хогвартс. Мы поговорим… потом. — Всё… всё в порядке, мам, — получилось неуверенно и хрипло. Ему невыносимо сильно хотелось спрятаться в её объятиях и рассказать всё, что мучило. А ещё лучше — проснуться лет десять назад, когда он был ещё совсем малышом, и часто неаристократично засыпал на софе в музыкальной гостиной, пока Нарцисса наигрывала незатейливую мелодию на рояле. — Я верю в тебя, сынок, — она легонько сжала его плечи, — будь осторожен, милый. Северус распахнул входную дверь, впустив в холл тончайший аромат цветущих яблонь и сирени, что разливался по аллеям и парковым дорожкам старого поместья. Алые полосы закатного света раскрасили холл, и, прежде чем шагнуть за порог, Драко посмотрел на свою испуганную мать.

***

Тот же алый свет озарял стены Хогвартса, когда Драко и Снейп трансгрессировали в окрестностях замка. Они шли молча, и теперь Малфой с упоением рассматривал знакомые с детства пейзажи, будто видел их первый раз. Почему-то показалось жизненно необходимым запомнить, как свет заходящего солнца играет на поверхности Чёрного озера, а вверх по лестнице от лодочного сарая спешит какая-то пара. Почему-то Драко подумал про Блейза, и тысячи осколков стекла, заполнившие его грудь, нанесли ему изнутри ещё несколько глубоких царапин. Казалось, что это ему, а не старику Дамблдору, смерть дышит в затылок, опускает на его такие юные плечи свои тяжёлые ладони, влечёт за собой… наверное, поэтому Малфою отчаянно хотелось запомнить каждую деталь этого майского пейзажа, вот только краски меркли, когда в голове всплывали образы мамы и Блейза, отца, запертого в Азкабане, да даже себя самого… Он вздохнул. Как, скажите, он справится с великим волшебником? Чем ему может помочь Блейз? Драко покачал головой: нет, одно дело вливать оборотное зелье в Кребба и Гойла, это почти безопасно, и другое… как он скажет Блейзу, как уговорит?.. Единственный друг… — Вы ничего не скажете мистеру Забини, пока я не позволю, — не оборачиваясь, отчеканил Снейп. Они как раз подошли к увенчанным статуями вепрей воротам замка. — Никакой самодеятельности, Драко. — Какое вам дело, профессор, — процедил Малфой, но малодушно обрадовался этому приказу. — Я поклялся защищать тебя, — резко обернувшись, в тон ему сказал Снейп, — видит Мерлин, как я не хочу этого делать, но, Драко, есть нерушимые клятвы. Не заставляй меня регулярно напоминать тебе об этом. Иди в гостиную факультета и держи язык за зубами.

***

После разговора с Гермионой прошло несколько часов, и всё это время Гарри носился на метле над квиддичным полем, стараясь переварить новую для него информацию. Гермиона и Блейз Забини. Можно ли было вообще такое представить? Признаться честно, Гарри никогда не задумывался о том, что его лучшая подруга может запасть в душу кому-то из факультета змей. Пропасть между ними казалась такой очевидной и бездонной… Он чуть сбавил скорость, уходя в поворот, углубляясь в воспоминания о своей подруге. Гарри был уверен, что она влюблена в Рона, то было своеобразной константой. В глубине души Гарри надеялся, что через много лет он женится на Джинни, а Рон — на Гермионе, и они будут крепко дружить семьями, но сегодня вечером, у лодочного сарая он вдруг увидел, как сияют глаза его подруги от одного только имени Забини, и понял, что его мечтам в некоторой части сбыться не суждено. Она никогда не смотрела на Рона так. Гарри увёл метлу резко вниз, выровняв около самой земли, и продолжил полёт. В сущности, что изменилось? Гермиона была и остаётся его подругой. Он уверен в ней и готов принять этот её выбор. А ещё готов защитить её. Если Блейз окажется подонком. Гарри спрыгнул с метлы, улыбнувшись. Всё не так плохо, да и сегодня он узнал очень важную, на его взгляд, вещь: Гермиона ему доверяет. Конечно, он и раньше это знал, но теперь был уверен. От этого на душе стало совсем легко.

***

— Как ты думаешь, Северус, сколько ещё? Снейп равнодушно взглянул на угольно-чёрную ладонь Дамблдора и скривился. Не от отвращения, скорее, от собственного бессилия. — Чуть больше месяца, — выдохнул он, поймав взгляд из-под очков-половинок. — Мне жаль. — Ты знаешь, что должен сделать, чтобы было не так жаль, — Дамблдор улыбнулся, однако Снейп не мог не заметить, что с каждым днем директор выглядит всё хуже. — Ты должен помочь мальчикам. Обоим. На их плечи легло тяжелое бремя… — Директор. Наша ситуация осложнилась сегодня. — Чем же? — Тёмный Лорд желает, чтобы в выполнении задания Малфою помог мистер Забини. Густые брови Дамблдора взметнулись вверх. — Помилуйте, Северус, чем же мистер Забини успел насолить ему? Насколько я знаю, он и его семья никогда не были союзниками Лорда. — Это один из рычагов давления на Драко. Забини его единственный друг. Вернее сказать, один из немногих, на кого Малфою не совсем наплевать. Он поручил Драко привести Блейза с собой в Мэнор. Через неделю. Полагаю, Лорд собирается завербовать мистера Забини… убеждать он умеет. На секунду Дамблдор задумался, поглаживая проклятую руку. Тишину, заполнившую кабинет, нарушал лишь покачивающийся на золотой жерди феникс. — Вам это не понаслышке известно, Северус, — со вздохом произнес Дамблдор, — надо подумать, как спасти мистера Забини от метки. Он чудесный мальчик и не заслуживает такой судьбы.