You Give Love A Bad Name

Мрачно и неотвратимо на Хогвартс надвигались летние экзамены. Необычно холодная и дождливая в этом году весна, наконец, закончилась, наступило жаркое лето, но ученикам школы было не до прогулок. Как-то вдруг резко оказалось, что нужно выучить целые тонны всего по разным предметам. Особенно сильно нервничали пятый и седьмой курсы. К каким только средствам не прибегали, чтобы впихнуть в свою голову побольше знаний, ну или хотя бы грамотно списать. Словом, все были по уши в… заботах. Сириус, который никогда не испытывал абсолютно никаких сложностей в учёбе, обнаружил вдруг, что он напрочь не готов к экзамену по зельеварению. Учитель радостно пообещал им практическое задание вместо нудной писанины, и это было ужасно. Если сидя за партой, с пергаментом и пером, ещё можно было собрать знания в кучу и хоть что-то из себя выжать, то перед всеми и перед профессором состряпать стоящее зелье — уже проблема. Блэк вообще не очень любил этот предмет, варить зелья казалось ему скучным и бесполезным, есть ведь заклинания. И вот теперь за неделю ему предстояло выучиться варить самые сложные зелья на уровне шестого курса. Просить помощи у друзей было бесполезно — Питер пребывал в состоянии паники и вряд ли смог бы вспомнить свою фамилию, Джеймс пропадал с Лили, а у Ремуса как назло именно сейчас начались «проблемы по мохнатой части». Словом, он остался один на один с зельеварением. Ну не к Нюниусу же идти за помощью, в самом-то деле! Конечно, он-то в этом деле спец, только вот чего-то просить у слизеринца Сириус не собирался. Будь что будет… Как-нибудь прорвёмся. Блэк сидел с книгой в пустом классе и пытался вникнуть, каким же образом можно изготовить сонное зелье, не убив этим усыпляемого. В общей гостиной или в спальне ему сидеть не хотелось — там бы точно кто-то отвлекал от учёбы. Он даже не сразу поднял голову, когда дверь вдруг открылась, и кто-то зашёл. А когда всё же выпрямился и увидел Снейпа, едва не заскрежетал зубами. Мерлиновы трусы, ну почему именно этот слизняк?!  — Блэк, — сквозь зубы процедил Нюниус и прижал к груди стопку книг. Сириус хорошо успел изучить его реакцию на себя — смесь страха и злобы. Но страх был сильнее. Он всегда был сильнее с тех пор, как в прошлом году Джеймс подвесил Нюнчика вверх ногами и всем продемонстрировал его подштанники. Раньше Снейп мог огрызнуться, даже попытаться дать сдачи, но теперь он боялся и обходил мародёров стороной. И теперь, похоже, он был растерян.  — Ну да, Блэк. Похоже, ты ещё не совсем потерял рассудок от страха. Как твои подштанники, Нюнчик? Пока ещё сухие? — рука слизеринца дёрнулась к карману, где лежала волшебная палочка… и замерла. Он с ненавистью смотрел на своего врага, и если бы взглядом можно было убивать, Сириус уже давно валялся бы бездыханным телом на каменном полу.  — Заткнись, — вдруг неожиданно выдал Северус. Блэк даже заморгал, думая, что ослышался.  — Что-что, детка? Что ты там бормочешь?  — Я сказал тебе заткнуться! Сейчас же! Или ты слишком тупой, чтобы это понять? Сколько можно, Блэк?! Если тебя что-то не устраивает, почему бы не вызвать меня на дуэль?! Или ты можешь только гадить исподтишка? — Сириус едва сдержался, чтобы не открыть рот от удивления. Вот это да… Ему даже насмехаться расхотелось. Было в тираде Снейпа нечто почти истеричное. Чувствовалось, что он и правда способен сейчас и на драку, и на дуэль.  — Уймись, а… Не пыли. Иди куда шёл вообще, — несколько сумбурно ответил Сириус и почти безотчётно повторил жест парня, прижав свою книгу к груди. Глаза Северуса вдруг расширились от удивления.  — Зельеварение? Я искал эту книгу в библиотеке… Их всего три экземпляра есть.  — Ну да, мне как раз нужны были кое-какие редкие зелья, для экзамена… — видимо, теперь шокированы были уже оба, так что как-то резко перескочили с препирательств на зельеварение.  — У нас в один день… Значит, книгу я не получу, — обречённо буркнул Снейп и повернулся было, чтобы поскорее уйти, но тут Сириусу точно в голову что-то ударило.  — Постой! Научишь меня варить парочку зелий — и забирай свою книжку!  — Т-ты серьёзно, Блэк? Что это за очередной розыгрыш? — и вот снова Сириусу показалось, что в глазах Снейпа есть ещё что-то, кроме подозрительности. Что-то очень странное.  — Сейчас, делать мне больше нечего. Зелья на носу, а я не в состоянии сварить это дурацкое сонное, и докатился до того, что сижу тут с тобой, и…  — Сонное?! Так это же просто! — очевидно, попав в свою стихию, Северус перестал обращать внимание на насмешки. Он даже слегка улыбнулся и сделал шаг вперёд. Сириус прищурился.  — А мне вот так не кажется. Нихрена не получается!  — Надо быть внимательнее к ингредиентам. Тут ещё принципиально, сколько раз и в какую сторону помешивать его и, естественно, не забывать о температуре…  — Завтра, здесь же, в десять, — лаконично изрёк Сириус, не вполне понимая, что и зачем делает. Кажется, зельеварение довело его до полного отчаяния. Снейп кивнул и торопливо вышел из кабинета. На следующий день они действительно встретились и провели двухчасовое практическое занятие по зельеварению. Самое странное состояло в том, что между ними не было никакого напряжения, разве что совсем немного поначалу. Сириус даже начал поражаться, как не понимал таких элементарных вещей. А ещё его заражал энтузиазм Снейпа, невольно хотелось быть таким же увлечённым. Когда они уже собирали ингредиенты, Блэк глянул на своего «партнёра», помялся какое-то время, но всё же решился сказать.  — А знаешь, из тебя бы вышел классный учитель. Серьёзно, я думаю, у тебя бы вышло.  — На самом деле я думал об этом, — явно польщённый, парень кивнул. — Останусь в Хогвартсе.  — Ну раз ты меня смог научить, то что уж там про остальных говорить…  — А что в тебе особенного? — Снейп улыбнулся. Не ухмыльнулся, не скривился, как он это обычно делал, а именно улыбнулся. Это было так необычно и, пожалуй, даже здорово.  — Ну… я имел в виду, что ты — это ты, а я — это я, и…  — Браво, — беззлобно фыркнул Северус. — Просто браво, Блэк. Дико глубокая мысль. Если ты имеешь в виду наше взаимное отвращение друг к другу, можем вернуться к нему после экзаменов, если не возражаешь.  — Согласен, — буркнул Сириус и закинул рюкзак на плечо. Просто поразительно, насколько меняется поведение человека, если себя нормально с ним вести! До неузнаваемости. А он и знать не знал, что вечно угрюмый Нюниус способен улыбаться и шутить. Время до экзамена пролетело незаметно. Каждый вечер они встречались, чтобы приготовить несколько зелий, обсудить тонкости, да и просто поговорить. Это было так необычно и так приятно, что Сириус совсем не задумывался, что же будет дальше, что будет, если об этом узнают его друзья, и вообще хоть кто-нибудь узнает. На последнее занятие в вечер перед экзаменом он шёл с лёгкой душой — такая сложная, казалось бы, задача решена, к экзамену он готов, и вообще на душе было просто прекрасно. И потому он удивился, заметив, что Северус сидит за партой даже угрюмее, чем был раньше, пожалуй, он выглядел даже печальным.  — Эй! Ты чего это? Скоро избавишься от меня, и вообще, это последний экзамен перед каникулами? — он плюхнулся на стул рядом и от души хлопнул Северуса по плечу. Тот покачнулся.  — Ну да. Я так просто… у меня голова болит.  — Может, выпьешь что-то от головы и пойдёшь спать? Я как-нибудь справлюсь, я уже не такой беспомощный, как был раньше.  — Нет-нет, всё… всё в порядке. У меня есть кое-что для тебя.  — И что же? — Блэк удивлялся всё больше. Что это случилось со Снейпом? Будто сам не свой. Расстроенный, того и гляди заплачет… Но шутить об этом совсем не хотелось. Как не хотелось и признавать, что он волнуется. Просто Сириус, несмотря на всю легкомысленность, понимал, что жизнь у Снейпа не сахар, и их вечера с зельеварением — какой-никакой, а глоток свежего воздуха. И ему надо поддержать своего «учителя». Северус достал из кармана маленький пузырёк, наполненный жидкостью золотистого цвета, и протянул ему.  — Держи. Выпьешь перед экзаменом. Тут ничего такого, просто тонизирует и помогает собраться. Так что это не мошенничество.  — Спасибо… Правда спасибо, пригодится. А почему ты мне это даёшь?  — Чувствую за тебя ответственность, Блэк. Не могу допустить, чтобы ты провалился, — наконец-то он улыбнулся, и тут же у Сириуса отлегло от сердца. Наверное, что-то показалось.  — Не провалюсь. И ещё раз спасибо, — потом они говорили уже обо всяких мелочах. Сириус с лёгкостью отвечал на вопросы о зельях, которые они успели изучить. Он теперь абсолютно точно знал, что, с какой скоростью и в какую сторону нужно помешивать, на каком огне варить, и так далее. Только ему всё равно казалось, что Северус ведёт себя как-то не так. Будто бы скрывает что-то плохое, какие-то переживания. Подумав немного об этом, Сириус решил не лезть к нему в душу. Они в этот вечер распрощались позже обычного, посмотрели друг на друга и даже пожали друг другу руки перед тем, как разойтись в разные стороны. Наутро Сириус честно выпил то золотистое зелье и действительно сразу почувствовал прилив сил. Вдруг Ремус, который до этого вяло копался в своих вещах, повернул голову, принюхался, а потом приблизился и взял у него пустой пузырёк, снова понюхал, вылил себе на ладонь последнюю каплю и слизнул её. Глаза его в буквальном смысле полезли на лоб.  — Проклятье… Где ты взял это?!  — Сделал… — соврал Сириус и уже начал думать, что Снейп втёрся к нему в доверие, чтобы подсунуть какой-то смертоносный яд. Рем покачал головой, он немного успокоился, но всё равно был в полном шоке.  — Врёшь и не краснеешь. Ты, конечно, отличник и всё такое, но ты бы не смог, просто не смог сделать такое зелье. Его изготовить невероятно сложно, это требует времени, особых ингредиентов, терпения, наконец, а уж его у тебя никогда не было… И вообще…  — Да это же просто так… для внимательности.  — Для внимательности?! Ты серьёзно? О Мерлин, Сириус, это же «Феликс»!  — Чего-чего? Кажется, я где-то читал…  — Мы этого не проходили, очень сложное. «Феликс Фелицис», жидкая удача! Тот, кто выпьет это зелье, станет самым удачливым человеком на свете, у него получится всё, что он задумал! Любое дело выгорит! Так колись давай, где ты это взял?  — Я… Рем, я… Потом скажу, обещаю. Правда скажу, не обижайся, — Сириусу показалось, что его огрели пыльным мешком по затылку. Зачем Снейп отдал ему такое ценное и сильное зелье, которое наверняка готовил не один день? Зачем соврал о нём? В Большом зале слизеринец не появился, и поговорить с ним возможности не было. В коридоре перед кабинетом он был с толпой слизеринцев — не подойдёшь. А на экзамене сел очень далеко. Блэк, дождавшись своей очереди, выступил просто блестяще, изготовив любовное зелье. Да уж, девчачье досталось задание, зато выполнил он его на самый высший балл. И даже несмотря на радость от успешно сданного экзамена и эйфорию от выпитого «Феликса», его не оставляла тревога. Он сдал экзамен одним из первых и слонялся по коридору, дожидаясь неизвестно чего. Наконец, из класса вышел Северус, и они остались в коридоре вдвоём. Парень явно не хотел этого, и страшно растерялся. Блэк решительно двинулся к нему, и тут Снейп просто сорвался с места и на всех парах рванул прочь. Блэк, не ожидавший этого, среагировал не сразу, но всё же погнался за парнем и настиг его у дверей мужского туалета. Они буквально вкатились туда, чудом не повалив друг другу на пол.  — И что это было?! — выпалил Сириус, глядя на сжавшего от непонятных эмоций парня. Он даже вздрогнул, когда на него повысили голос.  — Что — это?  — Зачем ты убежал от меня? Зачем подсунул мне этот «Феликс Фелицис», зачем соврал, что это для внимания? Я ничего не понимаю, Сев, я…  — А ты никогда, никогда ничего не понимал, Блэк! Даже когда мы стали вместе заниматься зельеварением, и ты прекратил надо мной издеваться, ты всё равно ничегошеньки не видел и не понимал!  — Да в чём дело-то? Просто скажи, и тогда я пойму!  — Дело в том, что я люблю тебя, придурок! Люблю! А ты всегда молча смотрел, как Поттер издевался надо мной! И помогал ему, и ржал надо мной! А ты помнишь, как сломал мне нос? А потом снова ржал, что я даже побоялся кому-то рассказать об этом! Я не рассказал, потому что не хотел тебя подставлять, не хотел, чтобы у тебя были неприятности! Я люблю тебя, и это так меня бесит! Ты… ты стоишь, чтобы тебя любил кто-то получше меня, вот! А зелье… я сделал его для себя, чтобы однажды выпить всё до дна, прийти к тебе и попытать счастья! Но ты так хотел сдать этот экзамен, так боялся провалить всё, что я просто отдал его тебе, чтобы всё точно было в порядке! Я терпеть тебя не могу, слышишь, Блэк? Ты… ты… — кажется, он вот-вот заплачет… Сириус, как ни странно, не был оглушён этой новостью. Он просто молча, очень внимательно всё выслушал, а потом крепко и властно обнял парня, прижал его к себе и стал гладить по волосам, успокаивая. Потом поцеловал в щёку, заглянул в ошалевшие глаза. Потом мягко поцеловал в искусанные от волнения губы. Он ни о чём не думал, делая всё это. Просто делал и всё. И это было так приятно… Может, дело было в зелье, может, ещё в чём-то, но от этого поцелуя за спиной словно крылья вырастали… Когда они, наконец, смогли оторваться друг от друга, чтобы отдышаться, Северус вдруг схватился за его мантию, словно опасаясь, что он сейчас уйдёт и всхлипнул, краснея от стыда и невозможности себя сдержать. Он хотел сдержаться, это было видно, но слёзы уже текли по щекам. Сириус стал осторожно стирать их, испытывая чисто собачье желание бегать вокруг и тоскливо скулить.  — Ну что ты? Неужели я так плохо целуюсь?  — Ты… ты целуешься замечательно, кто бы сомневался. Но я… Сириус… завтра ты уедешь домой, и я тоже. Целое лето… И мы не… не…  — О, Фата Моргана… Слушай, я сам всё ещё не совсем понимаю, что только что произошло, и что с этим делать. Но мы сможем видеться! Я буду брать метлу и прилетать, хочешь? Я теперь даже трансгрессировать могу! Это не проблема. Только не вздумай реветь, ладно?  — Хорошо. Не буду больше, это так глупо… Но скажи, ты правда хочешь видеться? Со мной?  — С тобой, а с кем же ещё? — обескураженно переспросил Блэк. Сев шмыгнул носом.  — Я же… Нюниус, — повисла неловкая пауза. Сириус сильно стиснул пальцами плечи юноши.  — Я даже не знаю, кому мне больше хочется врезать, тебе или себе — за то, что называл тебя так. Да, я был идиотом, мы были идиотами. Но… никогда же не поздно всё исправить, да? Раз уж ты научил меня варить кое-какие зелья.  — Пожалуй, — нерешительно улыбнулся Северус. Когда он улыбался искренне, без сарказма, это была самая прекрасная улыбка в мире.