Кот, враг, любимый.

      Прошла неделя… Жизнь наладилась. Я ходила на пары, работала в ресторане, дружила с Олей. И кокетничала с Владом. В шутку, конечно, но я приобрела отличного друга. Он, оказывается, очень приятный человек. Мил, общителен, дружелюбен. Он всегда встречал меня за барной стойкой с лучезарной улыбкой. Меня невольно тянуло к нему, пусть я и не знала, почему.       Больше таинственный незнакомец не приходил по ночам. Да и мне не до него было.       Проснулась я от жуткого холода. В открытое окно проникала свежесть раннего утра. Встав и закрыв раму, я посмотрела в окно: тучи затянули небо — странно, ведь вчера только светило солнце. Наверно, ветер пригнал. Как бы дождь не пошёл. Мягкий хвост кота пощекотал мою ногу, заставляя обратить внимание на пушистого сожителя. Я взяла Влада на руки, не отрывая взгляда от картины за окном. Кот потёрся об меня и мяукнул. Я улыбнулась, оставив питомца, пошла собираться на работу.       Сегодня я работаю целый день. Одна из работниц заболела, и я любезно согласилась её подменить. Как раз пары сегодня отменили… Тем более у меня же больше чаевых. Признаться, работать в этом ресторане куда выгоднее. И чаевые не меньше тысячи, и публика приятней.       До заведения я летела на крыльях любви. Скоро должен прийти Владик. Кажется, он проиграет мне спор по поводу того, кто первым переступит порог нашего предприятия. Я со счастливым видом нацепила униформу и встала за барную стойку. Ну-ну, пусть только попробует смухлевать. Только ждать его долго не пришлось: через пять минут моей ноги коснулось что-то мягкое — это прикосновение напомнило, как кот обычно привлекал к себе внимание — я вздрогнула, и чьи-то руки схватили меня за ноги. Под мои вопли из-под столешницы вылез Влад собственной персоной. Он рассмеялся глядя на моё испуганное лицо и встал. Вот гад! Так не честно! Я так не играю! Я проиграла! Не хочу! Это нечестно! Бармен уже собирался что-то сказать, как в ту же минуту пришли несколько людей, и пришлось умчатся. Он пробормотал что-то, обиженно глядя мне в след. Я в ответ лишь победно улыбнулась. Это будет моя маленькая месть.       До вечера бармен не спускал с меня глаз. Когда приходилось брать у него напитки, я просила Олю сделать это за меня. Правда, подруга каждый раз что-то нашёптывала ему, и каждый раз в момент этих обменов таинствами они заговорщически поглядывали на меня. Ой не нравится мне это.       Когда последний клиент ушёл Влад всё-таки меня схватил.       — Попалась! Ты чего это от меня бегаешь весь день? Олю подсылаешь. Так не по правилам! — покачал он головой.       — Я? Бегаю? Кто тебе такую глупость сказал? Оле по шее дам за то, что она с тобой сегодня общалась и работу не выполняла.       — Какая ты сегодня злая… — протянул он и щёлкнул мне по носу, — Пора исполнять желания, моя фея. Ты проиграла мне желание.       — Ладно. Говори, чего тебе от меня надо, и я пошла домой. Устала за сегодня так, что усну прямо стоя.       — Погоди ты спать. Я хочу… Вбеги в кухню, там как раз ещё убираются, и громко крикни, что ты меня любишь, — он нагло улыбнулся в предвкушении веселья.       — А спинку тебе вареньем не помазать? Не буду я этого делать! Не бу-ду! — отчеканила я.       — Будешь. Или я больше с тобой спорить не буду. Всё равно ты халтуришь.       — Ну Владичка, — я вмиг стала ласковой, нежной и доброй. Надо его задобрить. Может, смилуется. — Ну можно что-нибудь другое, а? Пожалуйста, — я сделала кошачьи глаза и обняла его.       — Ну, даже не зна-аю… — Вот паршивец! Я тебе это припомню, сволота ленивая!       — Владушка, ну пожалуйста. Ну поменяй желание на что-нибудь более разумное и не унизительное, пожалуйста, — я чмокнула его в щёку, отчего бармен расплылся в улыбке. — Ну согласись. Согласись, ты, наглая рыжая морда. Согласиииись.       — Ладно, но за «рыжую морду» получишь. Ты… пойдёшь… — интриговал парень, хитро ухмыляясь, — со мной на свидание!       — Что?! — я отскочила от него, как кот от пылесоса, — Ну я же не это имела ввиду!       — Либо встреча, либо публичная клятва, выбирай, — с напускной строгостью предоставил выбор он.       — Сволота! — выпалила я в сердцах, — Я тебе это припомню!       — Зна-аю. Так что? Какой твой ответ? — я сложила руки на груди, глядя в глаза парня испепеляющим взглядом. — Ну скажи. Свидание ведь? — с улыбкой прищурился Влад.       — Где и когда?       — Здесь и сейчас. Я устрою тебе допрос. Хорошо?       — Интересно… Ладно, я согласна. Но чтоб вопросы приличные! И устраивай романтику сам, у меня сил нет.       — Ладно, подожди немного.       С вечера остались красивые красные свечи в канделябрах — их всегда зажигали, когда к нам приходили на свидания — бармен забрал один из них и поставил на барную стойку. Достал из недр склада корзинку с фруктами и поставил два фужера. «Я не пью. Сока нет?» — быстро выпалила я. Эх, ты! Трезвенница! Всю романтику попортила. Влад разлил нам вишнёвый сок и начал свой допрос. Я честно, по мере возможности, отвечала. Казалось, что наш Рай за барной стойкой никогда не кончится.       Даже немного забавно. Свидание. Первое, настоящее, на которое я по-настоящему хотела пойти будет таким… оригинальным. А самое смешное, что я почти сразу же согласилась. Сразу захотелось хоть гордость и не позволяла, требуя неприступности. Ну, а поломаться для важности никогда не плохо. Необычно. С Владом так тепло и надёжно. Не знаю, может, это наивно, но я чувствовала себя комфортно рядом с ним и была счастлива. И хотелось, чтобы это не заканчивалось.       Увы, Рай может за одну секунду превратиться в Ад. Прозвенел звонок оповещая о приходе нового клиента. Странно, мы же уже закрылись! Все официанты разошлись по домам, остались только я, бармен, музыканты, почему-то ещё не ушедшие, несколько поваров и уборщица, тётя Нина — именно она сейчас бежала к нам со всех ног. Она хоть и уборщица, но человек добрый.       — Ох, ребятушки! Ну-ка быстро сворачивайтесь! Кончился ваш праздник. Владелец явился с фифой какой-то! Увидит, чем вы тут занимаетесь — уволит! Ну же! Живей! — протараторила она и убежала на кухню. Мои щёки стали пунцовыми о её слов. Чем мы таким занимались-то? Ой, какие мысли в голове кружатся, ай-яй-яй.       Влад беспрекословно убрал следы нашей романтики и нахмурился. Что-то мне подсказывало, что это не просто ревизия. И что это плохо отразится на моей шкуре. Не знаю, как и почему.       Как только в зал вошли клиенты, меня поразила молния. Хотелось рвать и метать. Крушить всё, что попадётся, и в то же время я не могла пошевелиться: Кулагин Владислав Денисович гордо вошёл с Головиной Анной Борисовной под руку. По-простому: Влад — мой враг — пришёл, как я отметила, В СВОЙ РЕСТОРАН с Аней-куклой. Так вот, про какой ресторан она всё время хвасталась!       Я пулей заскочила за стойку бармена. Тот покосился на меня, но спрашивать ни о чём не стал. Кулагин с Головиной сели за специально приготовленный для них столик и заказали несколько блюд.       Аня всё время говорила глупости и восклицала, пытаясь привлечь внимание ухажёра. Тот лишь улыбался надменной улыбкой, наблюдая за очередной куклой. Красивой, но пустой.       Влад опустился ко мне.       — Ты чего от них спряталась-то? Ну пришёл этот павлин с очередной пустышкой, чего бояться?       — Этот… Этот павлин — мой одноклассник. Бывший. И его спутница тоже со мной в одном классе была. — Вдруг на меня накатила злость. И почему-то тут же отпустила.       — Ну и что? Встретитесь — порадуетесь. Смысл прятаться? — Влад будто пытался загипнотизировать меня своими зелёными глазами, — Скажи мне, — и я сдалась.       — Он просто мой… — я вздохнула, — Враг. Мы никогда не ладили. А потом. Просто случилось то, что положило начало нашей вражде. Так же и она. Кулагин уволил меня из того места, где я раньше работала. Видимо, у меня клеймо на него корячиться. Эх, опять уволит.       — Понятно. Но тебе придётся выйти. Кто будет подавать? Все разошлись, кроме нас. Я бы, конечно, помог, только и я с Владом не лажу. Мы не враги, но лучше не пересекаться.       — Ладно. Но если он меня опять уволит, я на том же месте выцарапаю ему глаза.       — Могу тебе в этом помочь, — ухмыльнулся парень, — но это после. Иди быстрей, а то всем попадёт.       Я вышла из своего убежища и медленно пошла к столику, молясь, чтобы всё обошлось. Подойдя, я увидела на лице посетителей искренне удивление. Поставив блюда на стол, я, как полагается, спросила, не желают ли они заказать ещё что-нибудь.       — Мы хотим тебя! — воскликнула Аня, чем вызвала нервный тик у меня и огромное желание кровавой расправы у Кулагина. — Почему ты не говорила, что работаешь здесь?!       — Ты не спрашивала, я и не говорила. Прости, Ань, я на работе, пусть и моя смена уже закончилась. Если ничего не хотите, я пойду.       — Ну что же ты, Екатерина, — сказал Кулагин с максимальной порцией яда. Эх, подать к столу Екатерину в соусе из яда, поджаренную на яростном взгляде своего врага. — Не побеседуешь со своими однокашниками?       — Не хочу портить вам чудесное свидание. Прошу простить, — ответила я и отошла как можно дальше от про́клятого столика и поближе к бармену с его стойкой.       Заиграла тихая приятная романтическая мелодия. Я присела, стараясь переварить увиденное. Охуеть! Ну почему именно этот ресторан во владениях этого индюка? Почему я устроилась работать именно сюда? Пиздец! Пиздецовый пиздец! Всё… Крантец вашей спокойной жизни, милочка.       Бармен любезно подал мне стакан воды и таблетку успокоительного, видя моё состояние. Спокойствие. Только спокойствие. Ничего страшного. Просто совпадение. Ну и пусть увольняет, если хочет. Пусть.       И тут меня осенило. ОЛЯ! Она могла знать об этом козле! Могла сказать, но не сказала. Она меня предала! Предала!       — Катя! — раздался громкий голос Ани. Я быстро привела себя в порядок и подошла к ним.       — Что-то хотели?       — Да! Унеси эти бокалы, — она обвела длинным красным ногтем на два бокала с красным вином.       — Хорошо — спокойно ответила я.       Я составила бокалы на поднос и уже собиралась уйти, когда Аня махнула рукой и опрокинула поднос на меня. Пиздец… А я думала, что хуже быть не может. Белую блузка, которую я еле-еле отстирала, окрасилась в красный. Начищенные бокалы разбились вдребезги.       — Прости! Я не специально! — сказала Аня даже не скрывая радостных ноток в голосе. Ни капли сожаления. И хер с тобой. Собирая осколки я почувствовала боль.       — Сшш! — Теперь на ладони красовался порез, из которого заструилась кровь. — Влад, помоги! — крикнула я.       — Уже иду! — бармен со скоростью света очутился рядом со мной, — Как же ты так? Дай руку, — он обвязал мою ладонь полотенцем и отправил к стойке. Сам же начал осторожно собирать последствия моей вражды. Конечно, Аня специально это сделала, я даже не сомневаюсь…       Я молча собралась домой. Думаю, Влад поймёт, что я не хочу здесь оставаться. Сейчас вообще ничего не хотелось…       Бармен будто вырос из-под земли и осторожно прикоснулся к раненной руке. Ничего не говоря, он положил мне на руку лёд и перевязал чистым полотенцем.       — Если хочешь, я могу отвезти тебя домой. Они уже ушли… Я всё убрал. — Я только слабо кивнула.       Я лишь сказала ему адрес, и всю дорогу мы ехали в тишине.       Странно, я подозрительно спокойна. Наверное, это просто шок. Приду домой — и начнётся. Ну и что? Что изменится? Миру всё равно, есть ты или нет. Плохо или тяжело. Ранен или здоров. Людям ты до лампочки. Что изменится от моей боли. Что изменится, когда я проснусь?       Влад тихо выговорил привычное «пока», на что я только кивнула. Было тяжело и мерзко на душе. Как только дверь квартиры захлопнулась тяжесть, случившегося обрушилась на меня. Но что такого случилось? Рай в очередной раз превратился в Ад… Всего лишь враг, который бьёт, куда побольней, в очередной раз ударил. Не своей рукой, так чужой. Всего лишь подруга предала. Всего лишь опозорилась в очередной раз. Всего лишь мне никто не поможет… Всего лишь…       Рыдания сотрясали всё тело и вырывались наружу всё настойчивей. Я не стала сдерживаться. В тот момент казалось, что весь мир против меня. Хотелось кого-нибудь убить. Я сползла на пол и взвыла как раненный зверь. За что?! Господи, за что ты меня так?! В чём я провинилась, что не так сделала, где согрешила?! Из глубины начала просыпаться злость и ярость. Они заглушили всё. И жалость к себе, и обиду на мир, и гнев на судьбу. Я резко встала и со всех сил пнула стоявшую табуретку. Затем пнула дверь, добралась до шкафа с книгами. Некоторые страницы рвались, но мне всё равно. Я швыряла их в стены, на пол и даже попыталась попасть в люстру. Ненавижу! Ненавижу! Лучше бы я умерла! Всё — лишь бы не чувствовать боли. Когда книги закончились, я набросилась на одежду. Вешалки летали, одежда покрывалом застилала пол. Вскоре в расход пошла и посуда — билась о пол с такой силой, что осколки отлетали на несколько метров от меня. Я била руками по полу и стенам, благо, соседи крепко спали этой ночью. Бесконечным потоком слёзы лились из моих глаз, а всхлипы не давали просто кричать. Вдруг моё сознание переключилось на белую рубашку, запачканную вином. Я сняла её с себя. С силой сжав клочки ткани, я пыталась выместить на них всю злобу и рвала с яростью бешеного зверя. Но меня отрезвила боль. Не душевная, которая рвала на части душу и сердце, а физическая. Лоскутки окрасились в багровый цвет.       Чёрт! Я вымыла руку и наложила повязку — это отняло у меня последние силы, и я рухнула на кровать. Больше не хотелось ровным счётом ничего. Сейчас я просто закрыла глаза, молясь, чтобы больше не проснулась.

***

POV Кулагин Влад.

      Я лежал дома в своей кровати. Аня, уже уставшая после наших… Кхм. Как бы поприличней сказать. Уставшая от совместной ночи, лежала рядом и щекотала своим дыханием мою обнажённую кожу. Эх, какая эта кукла пустая. Со мной лишь ради денег и своей похоти. Даже немного мерзко. Интересно, почему именно мне попадаются продажные шлюхи.       Как это надоело. Почему же так трудно найти ту, которая будет любить не за деньги, а по-настоящему. Посмотрит на душу, а не на лицо. Наверное, я никогда не увижу такую… Хотя нет. Я уже видел. Щербакова… Щербакова Екатерина Кирилловна. Строптивица. Единственная, которая не пала перед моим обаянием. Я ведь теперь у неё во врагах.       Мысли невольно возвращались к инциденту в ресторане. Видимо, она устроилась туда после того, как я её уволил. Наверняка Оля постаралась. И наверное, не говорила во благо, кто является хозяином. Иначе бы вид у новенькой был не такой запуганный и удивлённый.       Катя, Катя, Катя… Глупенькая. Наверняка считаешь, что в твоей ране виноват я. А ведь я был ни при чём. Аня пусть и просто кукла, но собственница. Она ведь сама это сделала, без моего разрешения. Но это ничего. Я её накажу. Рано или поздно. Не переживай, лапушка.       Катя, Катя. Жаль, что ты не можешь увидеть меня настоящего. Ведь после того случая ты всё время отводишь свои глаза от меня… Изредка поднимаешь, чтобы показать всю неприязнь к моей персоне. Жаль, очень жаль. А ведь в тот раз просто была ошибка. Роковая ошибка. Ты ведь так неосторожно распаляла во мне желание своим равнодушием. Так неосторожно отказала во встрече в тот день.       Я ведь знаю, что будет дальше. Я уже вижу это, так как слишком хорошо тебя знаю. Я наблюдал. И полностью тебя узнал, пусть ты этого и не знаешь. Наверное, и не хочешь. Ты ведь просто в шоке. Когда Влад любезно предложит довезти тебя до дома, ты только кивнёшь. Ты доедешь, молча думая о случившемся. Зайдёшь, закроешь дверь и, не включая свет, разревёшься. Ведь ты всегда принимаешь всё слишком близко к сердцу. К настрадавшемуся и израненному сердцу. Будешь проклинать свою судьбу — и по праву. Ведь жизнь жестока. Обвинишь меня во всём. Пусть, если станет легче. Затем будешь рвать и метать. Истерика вполне очевидна. Уже представляю: книги разорваны, посуда разбита, одежда покрывает весь пол. Неудивительно. Только потом почувствуешь новую боль от пореза на руке. Очнёшься и поймёшь, что устала. Ляжешь спать и не захочешь просыпаться.       Я понимаю. Ты и так настрадалась. Моя строптивица… Хотя нет. Просто строптивица. Ведь ты не моя. Горько осознавать, но это правда. Ты не моя. Но ведь твоё сердце не занято. Может ещё есть надежда? Вряд ли. Ведь ба… Влад нравится тебе намного больше моего. Катя, Катюша, Катенька, роза ходячая. Красивая, но с иголками кактуса. Не подпускаешь к себе никого. А меня тем более.       Запретный плод всегда так сладок. Что ты со мной делаешь. Зачем соблазняешь, просто проходя мимо? Зачем ослепляешь красотой и непорочностью? Зачем искушаешь? Ну и? Добилась своего? И кто теперь меня ублажать будет? Пора отучаться от привычки возбуждаться только от воспоминаний о тебе.       Аня потянулась ко моим губам. Я, как зверь, набросился на неё, отчего кукла вскрикнула. Страсть накрывает, и на пике безумия и похоти с губ слетает имя: «Катя…»       Аня дёрнулась и уставилась на меня.       — Что?! Я… Я… Я Аня! Слышишь. Влад, отпусти меня! Живо! — а мне по барабану. Я о Катьке думал, а не о тебе.       — Не хочу. Куда это ты собралась?       — Отпусти! Я не собираюсь с тобой спать, когда у тебя на уме эта стерва Щербакова!       — А мне всё равно.       Я набросился на Аню, совершенно не думая о её мнении. Она упиралась, но за минуту растаяла, как масло на солнце. Эх, вот если бы и Катя так таяла от меня. А вот фиг.       Да к чёрту! Достало! Часы развлечения с блондинкой помогли хоть немного отвлечься. Ну ладно… Через пару дней у меня там же встреча с партнёрами. Ох, этот отцовский бизнес. Ну за что? Так вся молодость пройдёт во встречах и переговорах. Хотя… Встретимся с ней там. Ну а на завтра, точнее сегодня, дам ей отгул.

END POV Кулагин Влад.