Жизнь такая, какая она есть

Вчера меня отпустили с работы пораньше. Я ушла сразу после того как узнала новость, которая изменила всю мою жизнь. Ночью долго не могла уснуть. Мне снилось, что я не успела сказать что-то важное маме. Я была на поляне около дома моей бабушки. Светило Солнце. Увидев маму,я хотела подойти к ней, но не могла. Чувствовала, что должна сказать ей что-то, но что? Мама растворялась в воздухе, а я ничего не могла сказать, но при этом безумно хотела. На глазах мамы заблестели слезы. Её бирюзовые глаза смотрели на меня с непониманием. Мне казалось, что она была расстроена тем, что я родилась. Все что я могла делать - это стоять и смотреть на нее, пытаясь выдавить из своего горла хоть какие-то звуки. Я проснулась. Медленно встала с кровати, чтобы приготовить кофе. Никому не желаю пережить такое, что пришлось пережить мне. Мне уже надо было бежать на работу, но все было безразлично. А страшная картина из сна все еще стояла перед глазами. Убрав все ужасные мысли подальше, я выдавила подобие улыбки, перед тем как выйти на работу. Моя машина медленно заводится и отъезжает от дома. До работы я доехала достаточно быстро. Зайдя в больницу, я сразу решила все узнать о состоянии мамы у стойки регистратуры. У нее обнаружили гематому в лобной и височной доле головного мозга. Ночью ее прооперировали, но кровоизлияния продолжаются, хотя стали заметно меньше. Сегодня она очнулась. Но я не спешила к ней идти. Во-первых, я хотела дать ей отдохнуть. А во-вторых, она может по моим глазам понять насколько все ужасно.Говорят, что мысли материальны. Поэтому я пошла в палату Гарри. Его настроение стало веселее, но депрессия осталась. Я принесла с собой настольные игры, скорее для того, чтобы отвлечься от мыслей самой, чем развлечь Гарри. Я вколола Гарри лекарства, и разложила на прикроватном столике игры: Монополию, мышкин сыр, эрудит. Гарри выбрал монополию. Так мы играли около часа. Затем мне надо было отвезти Гарри на процедуры. У него сегодня началась физиотерапия, хотя результаты еще не пришли, миссис Брендон решила, что чем раньше начнутся процедуры, тем больших результатов можно ожидать через несколько месяцев. Я убрала игру и пододвинула коляску к Гарри. По его глазам можно было прочесть, что его не радует перспектива передвигаться таким образом. Я аккуратно посадила Гарри на край кровати. Его спина еще не окрепла, поэтому мне приходилось его придерживать, чтобы он не упал. С моей помощью он сел в коляску немного приподняла его и усадила на коляску. Гарри оказался тяжелее, чем выглядел, но я справилась. Мы выехали из палаты и направились к процедурному кабинету. Молчание было невыносимым. Оно давило на плечи. Между нами повисло напряжение, и чтобы хоть как-то разрядить обстановку, я первой начала разговор. - Ты что последнее время какой-то грустный? Гарри помолчал, как будто не понял, что я обращаюсь к нему, а потом ответил: - Ничего. - Слушай, ты можешь на меня положиться. У тебя что-то болит? - У меня ничего не болит. - Что тебя тревожит, скажи мне? - Только ты пообещай, что никому не расскажешь. А то не скажу. - Обещаю. - У меня ничего не болит. Мне просто скучно. Вчера мне сказали, что меня нельзя навещать. Даже причины не объяснили. - Хочешь, я могу с ними поговорить? - И что после этого будет? Они ко мне все равно никого не пустят. - На самом деле посещения зависят от меня ... - Так это ты им запретила ко мне приходить? - Нет, ты не правильно ... Последние слова я не успела договорить, так как Гарри уехал от меня. Хоть он и был слаб, но он явно на меня обиделся. Хотя я здесь не причем. Я имела ввиду, что если я подойду ко врачу и приведу хотя бы одну весомую причину, почему можно разрешить его посещать, то мне разрешат. Как не ловко получилось. Я догоняю Гарри. - Гарри ... Он отворачивается от меня. Я не люблю, когда меня не слушают, поэтому молча отвожу его в кабинет. Там его уже ждет врач. Он помогает Гарри заехать в комнату, и подходит ко мне. Я протягиваю мистеру Бриксу, так зовут этого врача, историю болезни Гарри и сажусь на лавку. Врач процедурного кабинета молодой человек. Ему примерно тридцать лет. У него светлые волосы, которые при определенном освещении отливают золотом. У него ровные жемчужно-белые зубы и длинный кривой/с горбинкой нос. Мистер Брикс быстро просматривает карту и обращается ко мне: - Давай ты расскажешь мне про него. - Что рассказать? - Конечно же не его личную жизнь с тобой. - У нас и так ничего не было. - По вам не скажешь. Я бросаю взгляд на Гарри и замечаю, что он тоже на меня смотрит. Я отвожу взгляд и сосредотачиваюсь на враче. Он с любопытством смотрит на нас. Прочистив горло, я начала рассказывать больничную историю Стайлса. - Гарри несколько дней назад попал в аварию. От этого у него парализовало ноги. Его паралич (в) T-8. Он парализован в грудном отделе. - Я знаю, где располагается T-8. - Скоро должны прийти результаты из института. По ним будет видно дальнейшую судьбу Гарри. У него наблюдаются небольшие припадки. Миссис Брендон сказала, что это вызвано сотрясением мозга. - Ты мне лучше про его спинной мозг расскажи. - Хорошо, спинной мозг поврежден в нескольких местах. Самое большое повреждение в грудном отделе. Ног не чувствует. - Ага, все понятно с тобой Стайлс. Я буду вести твои курсы реабилитации. С этого дня ты будешь ходить сюда каждый день в 12.00. Гарри заходи в ту комнату, - Брикс указал на маленькую, но широкую дверь в другом конце комнаты. И подошел ко мне. - Ты ему не сказала, что результаты вряд ли придут хорошие. - Нет, он и так явно не в настроении меня слушать. Он отчего-то решил, что я не разрешаю, чтобы его навещали. Я ему скажу про его ситуацию, когда придут результаты. - А почему его нельзя навещать? - Не знаю, сама недавно про это услышала. - Ладно, я пойду проводить реабилитацию Гарри, а ты иди и разузнай про посетителей. Я кивнула и пошла к главврачу.