Я любил ее, всегда.

Снова война и снова боль, очередной злодей в маске или без? Все это уже не важно, ведь это последняя война, по крайней мере, для меня точно – я ранен, и я умираю. Хината что-то пытается сделать, как-то спасти меня но я - то знаю, ничего не выйдет. Мне нужен медик, такой как Сакура-чан или же Цунаде вот только Сенжу уже как пять лет не с нами, а Сакура, у нее есть человек, который в ней нуждается больше всего. - Н..Нару..то - кун.. Я… я спасу… тебя..! – мямлит над моим ухом Хьюга, вот только это ложь. Я уверен, что и она понимает, с такой раной как у меня шансов вылечить меня, у нее нет – нужен медик, нужна Сакура-чан. Сакура… Черт, от воспоминаний о ней сердце болезненно сжимается, начиная разгонять кровь по венам быстрее. Подомной наверно уже приличная лужа крови, но мне не больно – холодно, но не больно. Хьюга, точнее теперь уже госпожа Узумаки все так же пыталась что-то сделать с моей раной, хоть как-то приостановить поток крови но я то знаю – если Курама не может помочь, то и у Хинаты не получится. Возможно, даже у Сакуры-тян не получится, но с ней у меня были бы шансы хотя бы – шансы, чертовы шансы. Мои губы растягиваются в легкой полуулыбке, и умирать почему-то уже не страшно, в глаза бросается яркое голубое небо и птицы которые небольшой стайкой пролетают мимо, до моих ушей доносится их негромкое чириканье и я почти счастлив. Умирать вот так не страшно, особенно зная то, что война закончена – все относительно целы и почти счастливы. Все кроме, конечно же, Хинаты слезы, которой то и дело падают мне на шею и грудь, вот только успокаивать, ее совершено не хочется, да и зачем? Наверное, раньше я бы что-то говорил, как-то утешал, но сейчас хотелось насладиться последними минутами и своими воспоминаниями о том единственном человеке, ради которого я зашел настолько далеко. Сакура, конечно, не оценит, но я спас самое дорогое, что есть у нее в жизни – ее дочь, правда, заплатив за это собственной жизнью но, в любом случаи сейчас уже поздно сожалеть, хотя я и не сожалею. Умирать, смотря на то, как продолжает жить тот человек, который вобрал в себе лучшие качества тех, с которыми ты прошел бок обок чуть ли не всю жизнь. Улыбка становится шире, и я мягко отстраняю руку Хинаты от раны, это бессмысленно. - Хината... кх... хватит – стараюсь говорить спокойно но из-за крови накопившейся во рту получается слишком хрипло, плюс мои губы окрашиваются в ярко красный цвет. - Нару… то… – кун… но… - снова плачешь и что-то пытаешься мне объяснить, но я не слушаю – не хочу, надоело. Глаза медленно, но верно наливаются свинцом, и я понимаю, что вот он – конец, но мне не страшно, если только чуть-чуть. Рядом садится кто-то маленький – кажется Сарада, берет мою руку и начинает извиняться – зачем? Я не понимаю, ничего не понимаю, а девочка продолжает что-то неразборчиво говорит, вызывая почему-то улыбку… Когда-то точно так же сидела Сакура – тян, и точно так же как сейчас ее дочь говорила мне всякие глупости. Точно так же плачет, как и Сакура, вот только я сейчас умираю по настоящему, шансов нет или… Моя рука оказывается в крепких тисках чужой и такой теплой ручонки – неужели она все-таки пришла? Пришел мой ангел, что бы спасти меня?.. - Саку…ра... кх… кх… – хриплю ее имя, запоздала, понимая, что все то, что я видел, было иллюзией – видением умирающего человека. Мне должно быть стыдно, но нет – все как раз совсем наоборот и я из последних сил хватаюсь за эту руку, подтягивая к себе все еще застывшую от удивления девочку – Учиха не сопротивляется. Учиха… - ну да, стараюсь выбросить из головы этот, режущий меня без ножа, факт. - Сарада – чан.. – стараюсь не хрипеть, я наверное и так напугал ребенка своим видом. - Скажи своей маме что я… кх кх.. – кровь с новой силой полилась из уголков губ, но я не имел право замолчать не договорив. - Передай ей… кх… кх… что я любил ее, всегда – слабость, накатившая на меня после сказанного почти что порализовывала, но я еще кое что должен был сказать, и я сказу, обязательно скажу. - и еще… - большой сгусток крови пришлось сплюнуть и на долю секунды заметить то, как Хината с грустью обводила меня взглядом, без осуждения или обиды. - передай Саске, что бы… кх… кх… заботился о вас… с Сакурой… - в голове витали ее какие-то мысли, но я больше не мог сконцентрироваться на них, так же как и держать девочку в своей хватке. Последнее что я запомнил – это-то как из моей руки вдруг исчезло тепло чужого тела, и как в моей голове промелькнула шальная мысль про то что – это конец.

***

Седьмой Хокаге деревни скрытого листа умер на руках у дочери своих лучших друзей, пробудив ей, таким образом, мангеко. Харуно Сакура и Учиха Саске прибыли через семь минут после гибели главы деревни, вот только скандал начать не позволили последние слова Узумаки, которые сразу же после прибытия своих родителей передала им Сарада. Хьюго Хината же оставив деревню переехала в Суну и там углубленно занялась медициной забрав с собой Химовари, Боруто же остался в Конохе под крылом Восьмого Хокаге которым после смерти Узумаки стал Учиха Саске.