Будни слэшера

Пьяному море по колено, а лужа по уши, а проспится – свиньи боится. Пожалуй, именно эта русская пословица наиболее чётко отражала всё происходящее с троицей русукеров, собравшихся вместе обсуждать, какая бы получилась идеальная пара из России и Англии! Хотя почему получилась бы? Кое-кто ведь уже точно знал, что эти двое точно состоят в отношениях или, по крайней мере, имеют друг к другу некие недвусмысленные чувства! Вот только чтобы начать "бояться", им и спать не пришлось: как только Америка через окно увидел мчащегося на всех парах Кёркланда, хмель сразу же отпустил Джонса. Он всё так же продолжал стоять истуканом. - Ребят, - промямлил заплетающимся языком Альфред, - сейчас нам всем будет пизда… - Чего это ты так побледнел, - заливался хохотом прусс, подходя к янки. – Помнится, час назад тебя было не переубедить ни в чём! Что? Всё геройство своё растерял? Гилберт продолжал смеяться, пока Джонс не повернул его голову в сторону окна и не указал пальцем в какую-то мельтешащую фигуру. Калининград присмотрелся внимательнее: в сторону их импровизированной базы шёл Артур; казалось, он был настолько зол, что даже молнии метал. - Идеи, предложения? - Блокируем вход, быстрее! Вся троица живо кинулась подпирать дверь всем, что только находилось в комнате: шкафы, комоды, тумбочки и прочие предметы мебели. Укрытием для них самих стал диван, заваленный так, что ножками он был направлен к входу, а спинка служила подобием крыши над головой. Пьяная компания спряталась за этим сооружением, пытаясь не издавать ни звука. Получалось плохо. - Убери свой локоть подальше от моего лица! - Вообще-то, это моя нога… вроде. - Чего?! - У кого-нибудь бутылка есть под рукой? Нужно глотнуть для храбрости. - Держи. Тут послышался стук в дверь: сначала терпеливо, а потом, не жалея сил, забарабанили и ногами. - А ну открывайте, братья-алкоголики! Я точно знаю, вы там! Не откроете сейчас – будет хуже!!! Хотя вы и так уже живые трупы. - Эй, - шёпотом обратился Бонфуа к собутыльникам, - что это он сказал о трупах? - Не обращай внимания, у него своеобразное чувство юмора… - Юмор юмором, но ведь он всё же в чём-то прав... пусть я пока и не могу догнать, в чём именно. - Ну и сидите там, смертники! – вновь повысил голос Британия. – Погляжу я на вас, когда Россия придёт сюда! Он всех вас на место поставит! - А мы бы на вас посмотрели, насколько хорошо вы вместе смотритесь! – закричал кто-то в доме. Послышался звук, характерный для фейспалма, тяжёлый вздох, ругань на немецком и едва различимая фраза: "Этому больше не наливать. Ни под каким предлогом". - Да о чём, твою мать, ты постоянно трещишь, Америка?! Но из буйной компании больше никто и слова не проронил до самого прихода Брагинского. - Ну, как обстоят дела? – спросил Иван, добравшись, наконец, до этого проклятого дома. - А как могут обстоять дела с пьяными в ничто дураками? – хмыкнул Артур. - Хреново. Дверь не открыть: подпёрли, видимо, чем-то. Надо же, какие мы предусмотрительные! - укоризненно прошипел англичанин. Русский только лучезарно улыбнулся: - Ты, наверное, открывал неправильно, оттого и не получилось ничего. Я покажу, как это делается. Словно из ниоткуда, в руках Брагинского появился кран, с которым Россия приблизился к двери и наигранно обиженным голосом начал говорить: - Открывать, значит, не хотим, да? Ну, тогда не обижайтесь, пьянь нашего времени. И начал неистово бить металлическую дверь своим краном. - Всё, можете прощаться с жизнью, - шёпотом оповестил друзей Гилберт. – Сейчас вам тут будет и жопа, и пизда, и Армагеддон… - А ты? - А я его территория, максимум, что может быть, - это шишки, - развёл руками Калининград. - Я на твоём месте не был бы таким самоуверенным, Гил, - высказался француз. – Если получать, то всем! - Как верно ты это подметил, Франц, - промурлыкал Иван, опёршийся рукой на спинку дивана-укрытия, за который он пытался заглянуть. Ребята были так увлечены спором, что не заметили, как Россия пробил дверь и вошёл в помещение, как подкрался к ним сзади. - У-уже можно паниковать? - Давно пора! - Аааааааааааа! Ну нахрен, я на это не подписывался! Я ещё жить хочу! - Я тут явно лишний, Ваня пришёл за вами, - известив об этом сотоварищей, который, кстати сказать, ринулись в подвал, американец побежал на второй этаж и закрылся в комнате. Видя плачевную ситуацию, в которой они оказались, Джонс попытался исправить положение. Открыв окно, он обратился к Британии, посчитав, что более рассудительный англичанин откликнется на его слова: - Арти, ну зачем так злиться? Мы пока ничего такого не сделали... - НИЧЕГО ТАКОГО?! - Ну, я же не рассказал про то, как ты томно грустишь с чашечкой чая в руках после того, как тебя навещает Россия! - ЧТО?! - А потом феям своим жаловался на любовные муки! - Ты доболтался, - прошипел Кёркланд и от злости запустил в Америку телефон. Тот взвизгнул: "Samsung" пробил стекло и довольно ощутимо стукнул его по носу, после чего упал на пол. Сообразив, что это может быть уликой в деле о доказательстве его чувств к Ивану, американец сцапал мобильник и начал пролистывать переписки. - Эй, а ну оставь в покое мой телефон! - возмутился Артур. - Эм. Англия... А он правду, что ли, говорил? - Брагинский оторвался от выковыривания Франции и экс-Пруссии из подвала. - Нет! - британец густо покраснел, но стоило его взгляду взметнуться вверх, он тут же начал вопить: - Хватит рыться там!