Особо опасен

       Синдром неразличения сексуального партнера – это сексуальное психическое расстройство крайне тяжелой степени. Данный синдром характеризуется значительно сниженным порогом сексуальной возбудимости при нормальной сексуальном влечении. На фоне данного синдрома сексуальное возбуждение может быть вызвано даже самыми незначительными мелочами, которые больной человек ассоциирует в своем сознании с сексуальной близостью. Люди, страдающие данным синдромом, не контролируют своих действий в момент наступления полового возбуждения и используют для половой близости того, кто просто находится рядом. Общая атмосфера, место проведения половой близости для таких людей абсолютно не имеет никакого значения. Для совершения полового акта им совершенно не обязательно испытывать хоть какие-то эмоции по отношению к партнеру, да и эмоции партнера в данном случае тоже мало кого волнуют. В момент близости психопат полностью теряет контроль над своими действиями, может нанести жертве тяжелые физические повреждения вплоть до убийства или травмировать психологически насильственными действиями и унижениями. Однако вне «приступа» такие люди могут казаться совершенно нормальными и социально адекватными, и лишь осмотр психиатра выявляет у них отклонения.       В случаях малейшего проявления данного синдрома пациента необходимо изолировать от общества.        В медицине не существует универсальных методов лечения данного вида расстройства психики. Но в психиатрических клиниках удается привести данное состояние к стабилизации, снизить до минимума все симптомы и проявления.        Бедный парень. Он такой молодой, а уже может быть изолирован. Надо было раньше заметить, что уж очень резко он каждый раз переходил на интимную тему и возбуждался. Как ему помочь?        Хорошо, что тот припадок оказался не эпилептическим, а санитары ошиблись. Если бы оно было так, то это было бы очень плохо. А так это просто была аллергическая реакция, хотя еще не узнали, на что. Скорее всего, это на что-то из еды. Но его уже осматривает нужный специалист.        Пак Чанель, что послужило причиной твоего состояния? Ты ведь был нормальным, правда? Как же я не хочу ошибаться... И кроме тебя мне никто не сможет помочь...        - Доктор Бен, тут посетитель к Пак Чанелю.        - Кто?        - Его отец.        - Ладно, я сейчас свободен. Пусть заходит.        - Не к вам. Он сказал, что хочет увидеться с сыном.        - Пусть все равно зайдет. Я хочу поговорить с ним.        - Я передам.        Что он тут забыл? Еще же неделя вроде осталась. Он должен прийти был позже. А может что-то изменилось? Хотя не думаю, что этот человек мог измениться.        - Чего хотели? Мне надо к сыну, - да, он не изменился...        - Добрый день. Ваш сын опасен. Любое посещение возможно лишь в моем присутствии.        - Хм... Все ясно. Но позвольте узнать с какой стати вы должны присутствовать при нашем разговоре? Вдруг это секретная информация.        - В таком случае пациент не нуждается в вашей информации. Я признал, что он не вменяем и любая серьезная информация для него без надобности или, даже если вы хотите что-то узнать от него, то у вас ничего не получиться, - что на это скажешь? Конечно, он в порядке, когда нет... назовем это приступом. Но этому это знать не обязательно.        - Невменяем?! Этого быть не может! Он... ладно, я готов встретиться с ним в вашем присутствии. Ведите меня.        - Хорошо. Пройдемте.        Я завел мужчину в палату Чанеля. Он удивился, увидев, что палата со всеми удобствами. Конечно, он же не рассчитывал, что его сынок последние дни проведет в шикарной палате, а не сгниет в четырех бетонных стенах.        — Сын. Ты спишь? Вставай, Ёлли, — почему его голос изменился? Мужчина слишком ласково позвал сына, которого заказал. Чанель не двигается и никак не реагирует на отца. Его ресницы подрагивают и дыхание сбитое, уже по этим двум причинам я предполагаю, что он не спит.        — Мистер Пак, Ваш сын спит. Может Вы попозже придете? — спросил я, понимая, что если бы Чанель захотел, он уже давно бы ответил отцу.        — Возможно вы правы. Давайте на секунду выйдем. Мне есть, что Вам сказать, — что-то этого мужчину тревожит. Теперь ясно почему он такой резкий был в начале.        — Доктор Бен, возможно уже слишком поздно, но я хочу у Вас попросить. Забудьте все, о чем я вас просил. Помогите ПакЧану. По сути, этот ребенок ни в чем не виноват. Это все я. Мне уже осталось совсем не долго. И, наверное, вы слышали о моей погибшей супруге. Те же люди охотятся и на меня. Смерть жены заставила меня задуматься. Чанель ее никогда не любил, считая, что это она разбила нашу семью. Но эта женщина была самой лучшей. А я был тираном и эгоистом. И знаете, что? Я боюсь. Я боюсь смерти. Я никудышный муж и отец и не успел сделать что-то для своей семьи. Пожалуйста помогите Чану. Он все, что у меня осталось.        Сказав все это мужчина поклонился и ушел. Если честно, то я в шоке. Люди так быстро не меняются. Возможно страх смерти и потеря любимого человека помогли ему. Даже не знаю как я бы себя начал вести потеряв Чанеля. Хотя его отец даже сегодня показался мне все тем же жестоким человеком, но вероятно я уже просто вбил себе в голову это. "Такое бывает, когда монстр хочет сделать что-то благое". Тот же случай. И если его последнее желание таково, то я сам буду заботиться о Еле.        — Что стоишь как столб? — из раздумий меня вывел веселый голос Кенсу.        — А что? Мне радоваться? Это только ты ходишь и светишься как медный тазик. Небось, Чонин оттрахал хорошенько.        — Может и так. Ну и что? Пошли в кабинет. Идейка есть.        Чет мне уже страшно.        — Эй, это мое кресло! — крикнул я, когда этот наглец уселся в мое кресло.        — Присаживайтесь. Сегодня я тут врач. Короч не выебывайся и слушай. Мы тут с Чонином, когда тр... тратили не впустую время, вспомнили приятный метод лечения. Ну, не совсем лечения, ибо неразлечение партнера не излечимо, но метод довольно эффективный.        — Ну, и что вы предлагаете, доктор До Кенсу?        — Все просто. Ты должен его приручить. Сделать своим. Ну, он же тебе нравится и ты ему. Так что плохого в этом ничего не будет.        — Нет. Я отказываюсь. Как так вообще?!        — А что ты предлагаешь, милый мой Бекки? Второй выход — это напичкать парня транквилизаторами, чтобы никогда не встал. Или отрезать его главное оружие и все равно напичкать транквилизаторами. Ибо он будет бросаться на всех. А так и тебе и ему приятно. Разве нет? Когда у тебя был последний секс, не говоря уже о серьезных отношениях? А тут такая возможность получить все и сразу, да еще и пациенту помочь. Бек, не глупи и решайся.        — И как ты себе это представляешь?        — Ну, процесс вероятно будет долгим, но страстным, — подмигнул друг. — Ты должен будешь заставить его хотеть только тебя. Сначала не отвязывая, ласкать, ублажать, а потом все сильнее и сильнее делать его зависимым от тебя только и...        — Постой! Ты офонарел?! К-как... Блин, Кенсу, ты себя слышишь? Он будет больной мною. Разве это лучше? Я подвергну собственную жизнь опасности.        — Милый, помнится в студенческие годы опасность было твое второе имя. И вообще он любит тебя. Заставь его привыкнуть к ласке. Твоей ласке. Можешь не отвязывая смотреть с ним фильмы, держаться за руки, говорить о всякой ерунде... Бек, мне ли тебе объяснять?! Давай думай быстрее! А меня уже Чонин заждался. Пока, сладкий, — чмокнув меня в щеку, это ходячее недоразумение покинуло мой кабинет.        Может идея Кенсу и не такая бредовая? Если это поможет Чанелю, то я готов.