Часть 1
26 мая 2015 г., 00:24
Примечания:
Прежде чем читать этот фанфик, включите грустную музыку, чтобы полностью окунуться в него.
Это должно было когда-то случиться. У меня было предчувствие того, что это произойдет, но я не думал, что это будет так скоро.
Три часа назад я даже не подозревал, что со мной случиться что-то плохое. Я веселился с друзьями, пересматривая смешные видео, шутил с ними, мы много смеялись. Но все изменилось, когда ты написал, что нам нужно поговорить. Я воспринял это не всерьез, настроение было не то, но я вижу тебя насквозь. Ты думаешь, что я не подозревал о том, что ты напишешь, что нам нужно расстаться? Поверь, ты ошибался. Но я не знал, что дело примет такой оборот.
«Я влюбился. Причем это взаимно.
Я могу надеяться на то, что мы останемся друзьями?».
Ответом послужило лишь мое короткое «Да».
Еще одна смс:
«Я знаю, что я сделаю тебе еще больнее, если скажу, что это – девушка».
Знаете то чувство, когда внутри все обрывается? Когда сбивается дыхание, учащается сердцебиение, в глазах мутит? Неприятно, правда? А теперь представьте, что эти чувства усилились раза в три. Страшновато… Я не знаю, как описать словами то, что сейчас творится внутри меня. Это очень трудно. Все, что мне оставалось сделать, так это лечь на мо… на нашу кровать, включить музыку на полную громкость и дать волю слезам. Теперь у меня появился новый плейлист «Для разбитого сердца». Странный я человек. Когда мне плохо, я слушаю грустную музыку, делая себе еще хуже. Мне кажется, что это ненормально…
Очередная песня. Только спустя минуту я понял, что эта песня, которую мы вместе записывали, над которой мы вместе работали. Да, признаюсь, я слушаю песни нашей группы, когда у меня на душе скребут кошки. Так я ощущаю присутствие наших друзей… Твое присутствие.
Твой мягкий баритон словно разливается по всему телу, от чего я начинаю дрожать. Или это от нового приступа слез? Не знаю… И вообще, зачем я слушаю эти песни, зная, что мне сейчас станет хуже? Я просто мастер мазохизма.
Мой мозг невольно меняет слова песни так, что она начинает ассоциироваться только с тобой. Вместо “Mary, did you know?” я слышу “Scotty, did you know?”; вместо “When you kiss her little baby, you kiss the face of God” я слышу “When you kiss his little Mitchy, you kiss the face of Love”. Почему так?!
Музыка в наушниках разрывала барабанные перепонки. Честно, я уже не помню, когда я в последний раз слушал ее так громко. Я не обращаю внимания на пульсирующую боль в голове. Мне не до нее. Сейчас ничто не заглушит ту душевную боль, которую ты мне причинил. Мне бы хотелось сказать себе: «Nothing else matters» . Но я знаю, что это неправда.
Я открываю рот, беззвучно проговаривая слова, вторя песне. И мне все равно, что я большинство из них не знаю. Главное – петь. Это всегда меня спасало.
С каждой новой песней появлялось больше слез. Каждая кульминация делает рану на сердце еще глубже, заставляет ее кровоточить. Голос Джареда Лето повторяет одну и ту же фразу: «One life. One love. Live». Я закрываю глаза, из которых предательски вытекла последняя пара слезинок. Мне уже нечем плакать.
Очередная песня, похожая на очередной акт мазохизма. Я уже успел пожалеть о том, что позволил тебе позавчера допить Шардоне. Мне его сейчас так не хватало. «I tried to be perfect»,- слышалось из наушников. Горькая правда… Я всегда пытался быть идеальным для тебя. Я помню, как я бежал на репетицию, чтобы увидеть тебя. Проще сказать, что я бежал к тебе. Это было еще до того, как мы стали жить вместе. А сейчас все изменилось.
Я невольно вспоминал наш первый поцелуй, твои нежные губы на моих. То был поцелуй, полный любви… От воспоминаний мне стало еще хуже. "I wish that I could wake up with amnesia and forget about the stupid little things", - подумал я.
Моей очередной записью в блокноте, в котором я записываю все, что приходит мне на ум, стала немного измененная цитата из нашей песни: «I must to learn to love again». Что я подразумевал под этим, я сам не знаю. Просто звучало красиво.
«I remember your blue eyes», - все, что я смог услышать в песне. Мне казалось, что я больше не смогу в них заглянуть, мне просто не хватит воли на это.
Мне хватило сил лишь на то, чтобы написать Скотту, я хочу, чтобы он знал это:
«I’m still loving you…»