Mystery Forest .

#2. POV Автор. С первым лучом рассвета Тэмин уже бежал к лесу, запыхаясь. На лице сияла улыбка от предстоящей встречи, а белые пряди длинноватых волос красиво блестели. Он остановился на той же поляне рядом с прудом, положив руки на колени и пытаясь отдышаться. Знакомая фигура уже ждала его, сидя на траве. - Доброе утро, - услышав звонкий голос , Чонин резко обернулся, поднимаясь с места. Тэмин казался ему сейчас ещё красивее, его нежная улыбка как будто затмевала всё вокруг. Хотелось сорваться с места и заключить его в объятия, касаться и не отпускать, пока позволяет время. - Доброе, - Чонин приветливо улыбнулся еле сдержав себя. Тэмин подошёл ближе, остановившись совсем рядом, - Тебе не кажется, что сегодня всё по-другому? - Белокурый юноша непонимающе посмотрел в лицо любимого и отрицательно покачал головой. Тогда Чонин осторожно протянул руку к лицу Тэмина. Тот замер, ничего не понимая и, казалось, даже не дыша. Когда кончики пальцев брюнета коснулись нежной кожи, внутри них будто что-то вспыхнуло. Тэмин задрожал, сам не понимая, что происходит, он взял руку Чонина, прижимая к своей щеке. - Но... как? - Помнишь, я рассказывал тебе свою историю? В тот момент, когда ты сказал, что любишь меня, я никогда не был так счастлив. Ты единственный, кому я готов довериться, единственный, кого я хочу касаться, я попросил Горного бога, и он смиловался, - Чонин рассказал ему всё, наконец, чувствуя лёгкость, видя понимание в глазах напротив, - но это возможно только до заката, - не сдерживая себя, Чонин потянул Тэмина на себя, заключая хрупкое тело юноши в объятия. Тэмин всхлипнул, заливаясь слезами и размазывая их по плечу Чонина. Тот сильно сжимал его в объятиях, вдыхая запах его кожи, закрыв глаза, счастливо улыбался, уткнувшись лицом в светлые пряди. Немного постояв так, не отходя друг от друга, Тэмин постепенно пришёл в себя, дрожь прошла и теперь он хотел большего, чем просто объятия. Немного отстранившись, он прильнул к губам брюнета. Чонин застыл, не зная, как реагировать, но его руки не переставали обнимать Тэмина, мягкие губы казались такими теплыми и сладкими. Белокурый юноша совсем неумело, но всё усерднее пытался целовать Чонина. Лицо залилось краской от смущения, но он не намеревался отступать. Постепенно поцелуй углублялся, когда брюнет не сдержавшись, немного прикусил его губы, Тэмин застонал, поддаваясь вперед. Его тело горело от желания, и он трясущимися пальцами пытался избавиться от ненужной одежды. - Тэмин, - хрипло простонал Чонин, когда увидел его совершенно обнаженным перед собой. Его белоснежная тонкая кожа была прекрасна, хотелось дотронуться, почувствовать губами и пальцами. Он повалил хрупкое тельце на мягкую траву, нависая сверху. Поцелуи были бесконечными, губы саднили, желание всё сильнее распирало, руки не переставая касались везде, не ограничивая себя. Наконец, почувствовав ослабившуюся хватку Чонина, Тэмин повернул его на спину, сам устроившись на его бёдрах. - Что? - Видя хитрую ухмылку белокурого озорника, Чонин тоже улыбнулся, тяжело дыша. - Сейчас будет очень приятно, закрой глаза, - брюнет не посмел ему отказать. Закрыв глаза, он облизнул искусанные губы и в следующую секунду чуть не вскрикнул, выгнувшись дугой. Он почувствовал, как его плоть проваливается во что-то очень мокрое и горячее. Это было невыносимо приятно, открыв глаза, он увидел белобрысую макушку, склонившуюся над его пахом. Он глухо застонал, поняв, что с ним делает Тэмин, пальцы невольно зарылись в длинные пряди, гладя, а Тэмин довольно заурчал. Он старался, как мог, с каждым разом всё углубляя прикосновения, пытаясь доставить удовольствие своему Чонину. Его горячий язык ласкал плоть до головки и основание, нежно царапал зубами, слыша желанные стоны. Другая его рука гладила рельефный торс, смуглую и широкую грудь, задевая бусинки сосков, тем самым заставляя брюнета шипеть от нахлынувшего удовольствия. Почувствовав странные ощущения, Чонин попытался отстранить голову Тэмина, но тот, поняв, что происходит, ещё глубже вобрал плоть и втянул щеки, создавая вакуум. Брюнет закатил глаза и, потеряв последние силы, кончил с гортанным рыком. Тэмин, не переставая, глотал, но всё же пара капель стекали из уголков губ. Чонин, увидев это, притянул любимого ближе и впился в его губы, чувствуя свой собственный вкус на его губах. - Это было... - на большее сил не хватило, в ответ Тэмин довольно улыбнулся, устроившись рядом с Чонином на траве. Оба пытались восстановить дыхание, но эрегированная собственная плоть Тэмина не давала ему расслабиться. - Хочешь, чтобы было ещё приятнее? - Повернув голову в сторону Чонина, спросил Тэмин. - А разве это возможно? - Удивлённо распахнув глаза, спросил наивный брюнет. Тэмин хмыкнул, поджав колени к груди. - Возможно... Если ты войдёшь сюда, - Тэмин пальцами нежно погладил своё девственное отверстие, и Чонин, привстав, заворожено посмотрел на него. Его нагота и бесстыжая поза заставила мозг кипеть, а член сразу же встать. - Но она такая маленькая, Тэмин, тебе не будет больно? - Тихо спросил Чонин, целуя маленькие аккуратные ступни. - Будет, но ради тебя я потерплю. Если хочешь, можешь немного растянуть меня пальцами, - брюнет на мгновение задержал дыхание, но потом, наклонившись, пару раз лизнул маленькую дырочку. Тэмин вскрикнул, застонав, и выгнулся настолько, насколько позволяла ему поза. Не почувствовав ничего неприятного, Чонин продолжил лизать розовое отверстие, при этом внимательно глядя за реакцией блондина. Видимо, ему это безумно нравилось. Тэмин стонал, скулил, называл его имя, прося не мучить, комкал пучки травы в руках, пытаясь заглушить стоны. Чонин аккуратно коснулся одним пальцем дырочки, та оказалась очень тёплой, шелковистой и влажной внутри. Горячее нутро податливо поглотило одну фалангу и, набравшись храбрости, брюнет ввёл весь палец, не переставая целовать худые ножки. Через минуту Тэмин уже сам насаживался на палец, при этом скуля и кусая припухшие губы. Чонин ввёл второй палец, при этом чувствуя, что сейчас сам лопнет, если не войдёт, возбуждение заставляло мозг плавиться. - Всё, хватит, давай, я готов, - услышав желанные слова, Чонин привстал и навис над хрупким тельцем, ещё сильнее прижав его коленки к груди. Горячая головка коснулась входа, и Тэмин зажмурился, чувствуя, как его дырочка растягивается от давления. Ему было больно, он беззвучно ронял слёзы, сглотнув подступивший к горлу ком, но терпел, слушая стоны Чонина, зная, что ему хорошо. Это ослабляло боль и давало сил сдерживаться, чтобы не кричать. Постепенно боль притупилась, уступив место приятным ощущениям. Тэмину нравилось, как член свободно скользил внутри него, задевая странную точку, от чего хотелось ещё и ещё... Горячие объятия, страстные поцелуи и звуки пошлых шлепков утонули в стонах двух юношей, Чонин целовал его, смакуя вкус кожи, впитывая запах, пытаясь запомнить его на всю жизнь. Тэмин, закрыв глаза, поддавался толчкам, из приоткрытых пухлых губ не переставая лились томные стоны, которые сводили брюнета с ума. Осознание того, что Тэмину тоже хорошо, как и ему, делали ощущения в сто раз острее и прекраснее... Его опять накрыла та волна ощущений и на этот раз он решил не сопротивляться, а полностью насладиться эти чувством. Перед глазами потемнело, в ушах зазвенело, и сердце, казалось, сейчас разорвётся. Он кончил с животным рыком, стискивая хрупкое тело в объятиях и насаживая его на себя до конца. Тэмин кончил вместе с ним, обессилено развалившись на траве. После бурного и страстного секса оба лежали в обнимку, осыпая друг друга поцелуями и нежными прикосновениями. Слова были не нужны. У них ещё оставалось время до заката, и они, искупавшись в пруду, вновь продолжили наслаждаться друг другом. Но то короткое время, данное горным богом, закончилось слишком быстро. Тэмин поёжился в тёплых объятиях Чонина, приоткрыв глаза. Его взгляд устремился на горизонт, где виднелись горы, а за ними уже садилось солнце. Жаркий день заканчивался, уступая место прохладной ночи. Тэмин, прикусив губу, осторожно выбрался из любимых объятий. Даже во сне Чонин выглядел таким ребёнком, его умиротворённое спящее лицо и лёгкая улыбка даже во сне была такой прекрасной. Белокурый юноша обнял колени, спрятав в них лицо. Неужели это всё? Короткий летний день - это всё, что у них было. Отныне он никогда не сможет прикасаться к смуглой коже своего возлюбленного, не сможет насладиться вкусом его губ, не сможет сплетать их пальцы или просто зарыться носом в его волосы, вдыхая запах леса. Это было невыносимо, сладкие минуты в миг превратились в горечь утраты. Лишь однажды вкусив желанный плод, Тэмин понимал, что больше не сможет жить, не касаясь любимого человека. Имеет ли смысл другое? Имеет ли смысл эта скучная и однообразная жизнь в городе? Его не интересовала ни учёба, ни друзья, ни мать, которая постоянно пропадала на работе и на свиданиях в попытке отыскать Тэмину замену отца. Он всей душой понимал, что его место здесь, рядом с Чонином, с юношей, который спас его однажды и показал, что такое любовь. Эти спокойные умиротворённые мгновения рядом с ним, когда сидишь вблизи, смотришь на красивый вид леса или просто слушаешь пение птиц. Когда жаркое солнце светит прямо в глаза и ты хмуришься, улыбаясь, встречая ответную, самую красивую улыбку. Ни чем не примечательные разговоры о быте, о жизни, ни о чём. Это всё, что грело его душу, это всё, что у него было. Тэмин ни на что бы не променял их, ни на жизни в городе, ни на крутых друзей в престижном университете, ни на нового отца. - Я люблю тебя, Чонин, - тихо прошептал белокурый юноша, чувствуя, как слёзы душат, поняв, что, сидя здесь, он не сможет сдержать свои слёзы, не сможет смотреть на него после пробуждения, не касаясь, Тэмин встал на ноги, приблизившись к краю озера. Вода была тёплой и такой ласковой, тишина вокруг и лёгкий вечерний ветерок. Тэмин улыбнулся сквозь слёзы, которые падали на его белоснежные щёки, залезая в воду по пояс. - Ты ведь слышишь меня, да? Горный бог... Так тебя называет Чонин. Я не знаю, кто ты, не знаю, станешь ли ты вообще меня слушать, но я хочу сказать тебе спасибо. Спасибо, что спас его несколько лет назад, спасибо, что дал нам этот день. Если бы не ты, я бы никогда его не встретил и не полюбил бы самой чистой любовью, - Тэмин окунулся в воду, намочив волосы, и вынырнул на поверхность, утирая капли с лица, - я знаю, что не вправе просить что-то, знаю, что вернуть нам этот день, растянуть его до бесконечности, или же убрать заклятье с его тела невозможно, но я хочу показать тебе свою любовь, хочу, чтобы ты знал, насколько для меня важен Чонин. Скажи, если я отдам за него свою жизнь, ты позволишь нам быть вместе? Не важно как, не важно где и в каком мире. Ты позволишь мне быть с ним навсегда? Позволишь касаться, не боясь, что он исчезнет? - Ответом ему послужила лишь тишина. Солнце почти скрылось за горизонтом, освещая всё вокруг золотым светом. Солнце как будто умирало, как и всё внутри юноши. Он заплыл дальше. Тихие глади вод начали поглощать его прекрасное тело, а он и не протестовал. Не двигаясь, Тэмин медленно падал все дальше и дальше, глаза были закрыты, а в мыслях лишь Чонин, его поцелуи, прикосновения, улыбка... "Я люблю тебя, Чонин" - пронеслось в мыслях прежде, чем Тэмин вдохнул под водой, позволяя воде заполнить лёгкие. Было страшно, но мысли о Чонине и о том, что жизнь без него ему не нужна, не позволяли инстинкту самосохранения заставить его всплыть. Чонин проснулся, когда уже стемнело. Оглянувшись вокруг, он не заметил Тэмина. Взволнованный, он встал, бегая вокруг и смотря на берег озера. - Неужели он вернулся домой, ничего мне не сказав? - размышлял вслух Чонин, нахмурив брови, но тревога внутри него не давала расслабиться и думать о другом. Тихо выдохнув, он направился в сторону храма, чтобы отблагодарить Горного бога за его милость. Храм был необычайно тих, Чонин зажёг несколько свеч и сел на колени, почему-то он не чувствовал присутствия божества как раньше, но, взамен, ощущение тревоги всё усиливалось и усиливалось. - Зачем ты пришёл, Чонин? - внезапно раздался голос божества. - Я пришёл, чтобы отблагодарить тебя за твой бесценный дар.. - Тебе незачем меня благодарить. Выша любовь сильна, и этот юноша доказал мне её, - внутри всё перевернулось от услышанного, и он напряжённо поднял голову. - С ним что-то случилось, да? - Наконец озвучил свои догадки Чонин. - Он тоже меня отблагодарил, а потом попросил помочь вам быть вместе. Взамен он отдал мне свою жизнь. На дне пруда около луга лежит его безжизненное тело, - от услышанного Чонин будто ослеп и оглох, перестав дышать, чувствуя как сердце бешено барабанит в висках. Как будто тысячи игл вонзились в его сердце и эта боль, как кровавое проклятье, омывала каждую его клеточку, заставив закричать, срывая голос. - Нет...Нет! Почему? Почем ты позволил? - свернувшись калачиком, юноша захлёбывался в слезах. Он впивался в кожу ногтями до крови, но даже физическая боль не могла погасить то, что было внутри. - Чонин, не стоит так убиваться... Ваша любовь сильна, и она достойна существовать. Как и говорил тот юноша: не важно как и не важно где, главное - быть вместе, так? А ты бы отдал свою жизнь за него, Чонин? - Зачем? ... Зачем мне жить, когда его больше нет? - со всей болью простонал юноша, чувствуя, как воздух жжёт горло и лёгкие и становится нечем дышать. - Тогда вернись к озеру... Он будет ждать тебя. Чонин замер, услышав слова Горного бога. А потом, осознав всё, нашёл в себе силы встать и помчаться к озеру. Ноги не слушались, недавняя истерика отобрала слишком много сил, но Чонину было плевать, он еле дышал, двигаясь в темноте и игнорируя ветви деревьев, которые больно были по лицу, царапая кожу. Около озера было тихо, Чонин начал снимать с себя одежду, намереваясь обыскать озеро, но остановился. чувствуя что-то странное. Он замер, кажется, даже не дыша, он чувствовал его рядом, и это не позволяло ему даже пошевелиться. - Скажи, ты любишь меня? - родной голос совсем рядом... - Люблю, сильнее, чем ты можешь себе представить. - Ты простишь меня за то, что я сделал? За то, что причинил тебе боль? - Прощу, если ты вернёшься ко мне... - Тогда повернись, Чонин, - медленно, чтобы не спугнуть это мгновение, юноша обернулся, - Я люблю тебя, - та же прекрасная улыбка, которая освещала всё вокруг и те же серебристые локоны волос..