Я тебя недостоин 3 (часть первая)

Сплошное непотребство. Насколько озабочен сексом омежка, я прочувствовал это в следующие двое суток. Сообразив, что кладовка не самое подходящее место для первого раза, схватил в охапку Клери и понёс в его спальню. Сердце просто грозилось пробить грудную клетку, я нервничал как в первый раз. Руки тряслись, когда я расстёгивал брюки на нём, как у старого пьяницы. Клери кусал губы и торопил меня. Его нежная шейка уже алела моими грубыми засосами, они придавали омеге жутко сексуальный вид. Грудь быстро опускалась и поднималась, сосочки топорщились, а если к этому дополнить вздымающуюся плоть под моими руками, представьте, что творилось у меня в штанах. - Что ты копаешься? - рыкнул ангелочек, оторвав все пуговицы и освободив на волю член. Так же поступил с моими брюками. Ну вот, я чуть не кончил. Пережал у основания и замычал в кулак, когда тонкие пальцы сомкнулись под головкой. Тут он оценил мои размеры, и во взгляде появилась нерешительность. - Он… прекрасен! – прошептало чудо. - Так, быстро ложись на спину, я просто обязан его попробовать! – я сразу подчинился. О небо! Теперь понятно, кто будет в доме хозяин. Это издевательство! Таким минетом пытать нужно! Но у меня есть подозрение, что мой мучитель делает это специально. Он урчит от удовольствия, вылизывая ствол как конфетку, примеривается губками, как взять поудобней, не выпуская из рук основание, то надавливая, то двигая вверх-вниз. Что-то приговаривая под нос, исследователь… твою кочерыжку! Резко заглатывает как можно глубже, глазки становятся как блюдца. Он подавился и закашлял, но не вынул, а я тут же выгнулся и закричал от бешеного оргазма. Я дёрнулся к нему, несмотря на кисель в голове, стал вытирать выступившие слёзы и сперму с подбородка. Думал, он меня сейчас прибьёт, а омега опять удивил. - Почему так много, ты чем питаешься?- я даже не знал, что сказать, сидел и глупо улыбался. Моё бестолковое вытирание омежьей груди и животика снова поставило член по стойке смирно. Ну, нет, теперь моя очередь! Я подмял сопротивляющегося экспериментатора, он, видите ли «не всё исследовал» и заткнул его поцелуем. Тщательно вылизал весь рот, излизал шею и ушки, прогулялся языком до животика и завис над пахом, жадно вдыхая аромат омеги. Он постанывал, а потом просто мысленно передал, что он хочет. У меня не омега, а мечта, никакого стеснения. Я задрал его ноги почти до ушей, мне открылся великолепный вид, а теперь приступим к сладкому. Медленно, насколько хватит выдержки, ведём языком от копчика, через сжимающуюся дырочку, немного протолкнув язык в неё, буквально на мгновение, далее обводим яички, посасываем, и вверх по стволу, до самой блестящей головки. Обалдеть, как вкусно! Малыша просто подбрасывает, и он немедленно транслирует мне все свои ощущения. Я утонул в его чувствах. Просто потерялся. Неужели я сделал его таким счастливым? Здесь и нежность, и страсть, желание обладать навсегда единолично, подарить луну с неба и посадить на цепь в подвале и никому не показывать (этот пункт заинтересовал меня особо), восторг и предвкушение, нетерпение и неопытность. Доверие, безграничное доверие…. Я стал растягивать нежные мышцы, глядя прямо в его широко распахнутые глазки. Вот теперь я вижу правду : как бы не захлестнула тебя страсть, как бы ты не пытался казаться раскрепощённым, сейчас тебе страшно - Если ты не готов, я остановлюсь, - в твоих глазах удивление, облегчение, благодарность и снова решимость. - Ни за что. Даже не думай останавливаться, - и откинулся назад, полностью расслабляясь. Это было непросто. Наши размеры несопоставимы и сейчас не течка, и я был рад, что избавился от первого напряжения другим способом, иначе Клери мог пострадать. Зато когда мы немного привыкли друг к другу… Через час я уже не мог сказать с уверенностью, кто кого здесь валил и трахал.