Игра

      Темное помещение озаряется тусклым светом единственной лампы. Хозяин ненавидит этот мрачный свет. Ему хотелось бы, что бы в помещении было больше света. Громкие шаги заставляют Узника открыть глаза.        Хозяин медленно подходит к своему "гостю", который не отрывает от него уставший взгляд. Ухмыляется. Еще совсем немного, совсем чуть-чуть, и его "гость" сломается. Еще совсем немного, и Хозяин будет ликовать, а сейчас... А сейчас он без лишних слов проверяет насколько хорошо закреплены конечности Узника: руки привязаны к подлокотникам старого, местами поржавевшего металлического стула, а ноги - к ножкам.        В это время Хозяин брезгливо морщит нос от вони, исходящей от Узника, и вида грязного лица и открытых участков тела, грязной потрепанной одежды. Сам же Хозяин был в чистой, выглаженной, белоснежной рубашке и парадных брюках. От него пахло каким-то дорогим парфюмом, но Узника мутило от этого аромата. "Гость" не ел нормальной еды вот уже трое суток, а ту жижу, что приносил угрюмый мужчина в костюме дворецкого, проглатывал с одной мыслю: "Если не съем - умру".        Хозяин повернулся к небольшому металлическому столику, которому наверняка было столько же лет, сколько и стулу, на котором "восседал" Узник. Этот стол специально поставили по левую руку от Узника, что бы тот, при желании, смог рассмотреть каждый инструмент на нем. Хозяин с какой-то маниакальной любовью всматривался в каждый предмет, находящийся на столе, вертел в руках, чистил, полировал. И все это время нависала давящая тишина. Никто ничего не спрашивал. А зачем? Все вопросы были заданы давно, а вот ответы... Именно ответы интересуют Хозяина, но Узник не спешит их давать.        В первый день Узника знатно потрепали, о чем свидетельствуют ссадины и резаные раны. На второй день Хозяин не пришел.Но Узник заметил, что по правую руку вместо стены стоит большое стекло, а дальше точно такое же помещение. Он бы сам вряд ли обратил на это внимание, так как находился от этой стены достаточно далеко, чтобы заметить хотя бы небольшие отверстия, что находились в стекле вдоль пола. Он просто услышал крик. Женский крик. И все это время до прихода Хозяина было занято созерцанием пыток молодой женщины с последующими раздумьями над его собственной участью.        В том, что то, что его ждет, не будет похоже на мучения той женщины - Узник не сомневался. Женщину сломить гораздо проще, не надо даже сильно утруждать себя - достаточно морального и физического унижения, что Хозяин ей и предоставил.        Сам Хозяин на ее пытках толком не присутствовал - лишь изредка заглядывал и узнавал о положении дел. А те двое, что пытали женщину, по окончанию своей работы были довольны собой как никогда, и это вызывало у Узника чувство омерзения. Ему было противно видеть и слышать, как эти двое уродовали красивое женское лицо бритвами, как оставляли глубокие резаные раны на изящном теле, как насиловали "во все щели", как любил говорить его старый приятель.        Но Хозяин не пойдет подобным путем, и Узник это прекрасно осознавал, ровно как и то, почему Хозяин взялся за него лично, не прибегая к чьей-либо помощи. Конечно, Узник худоват и слабоват, но и мучитель не блещет отменной мускулатурой. Хотя, при таком положении дел, Узник даже пощечину нормальную дать Хозяину не сможет, не говоря уже о чем-то большем.       Узника начинала пробирать мелкая дрожь страха, когда Хозяин с маниакальной улыбкой на лице и цыганской иглой в правой руке повернулся к нему и начал изучающе рассматривать своего "гостя". И от этого страх становился все сильнее. Узнику было невдомек, зачем его рассматривают, а изучающий взгляд лишь больше действовал на нервы. Хозяин медленно поднес холодную иглу к лицу Узника, она оказалась в непозволительной близости к левому глазу "гостя", от чего тот громко сглотнул слюну. Подобная реакция лишь веселила Хозяина, а Узник с опаской смотрел на кончик иглы.       Однако, Хозяин переместил иглу ближе к скуле своего "гостя", и холодный металлический кончик коснулся грязной скулы. От этого узник резко дернулся, обеспечив себе неглубокий порез на лице.       - Ну, ну, малыш, не стоит так дергаться, это же просто игла, - протянул Хозяин. - Пока что просто игла. Ты же знаешь, как это можно будет остановить. Всего пара предложений - и ты свободен.       Но Узник молчал, глядя прямо в глаза Хозяина. Тот же лишь больше раззадорился - сегодняшняя игра определенно будет забавной. Более забавной, чем с той женщиной, и наверняка стоит свеч. И даже если в этой игре победа будет не за ним - Хозяин доведет дело до конца.        А сейчас он протягивает через ушко иглы бардовую нитку. Затем подносит к левому уху Узника и вонзает иглу в мочку. Узник, до боли закусив нижнюю губу, сдавленно стонет, а глаза начинают слезиться. Хозяин протягивает нитку сквозь отверстие. Мочка уха покраснела, а внутри рана начала багроветь       Хозяин даже с сожалением подумал, что если бы нитка была белой, то пропиталась бы кровью. Хозяин делал стежок за стежком от мочки вдоль края раковины уха.       Узник так и не закричал в голос, но это не удивляло Хозяина, ведь это только начало. О том, что "гость" не дорожит своим внешним видом и лицом, Хозяин догадался еще при первой встрече, так что идея изранить лицо Узника так, что бы на нем навеки остались безобразные шрамы была с сожалением откинута. Конечно, мужчине было бы больно, но это не доставило бы Хозяину должного удовольствия. Хозяин закончил пронзать ухо иглой, так и оставив ту свисать на бардовой нитке. Затем извлек из кармана свой смартфон и запечатлел получавшуюся картину на фото так, что бы было видно все покрасневшее ухо в мелких подробностях.        Хозяин совершенно ничего не знал о Узнике, даже не пытался узнать, и это лишь раззадоривало его желание "поиграть". Дыхание Узника сбилось, а лицо уже давно покраснело от прибывающей к щекам крови и избытка адреналина. Хозяин положил в горелку, что стояла у самого дальнего от Узника края стола, несколько кусочков сухого горючего и поднес к ним зажженную спичку. Огонь вспыхнул практически мгновенно.       Хозяин поднес к пламени небольшое тавро. Потребовалось не меньше двадцати минут, что бы метал раскалился.       Узник уже знал, что его ожидает и был морально готов к тому, что у него на теле останется тавро, как у фермерского скота. Хозяин оголил левую часть грудной клетки одной рукой, а второй быстро вжал раскаленное тавро в грудь Узника, именно туда, где находиться сосок - одно из мест с самой нежной кожей. Помещение наполнилось громким криком, а через десять секунд, когда тавро уже не касалось кожи, крик сменили стоны.       Картина, открывшаяся Хозяину, забавляла: багровое лицо, широко вздымающиеся ноздри, стон боли, покрасневшее левое ухо со стежками багровой нити и в довершение свежий ожог на груди в виде излюбленного хиппи знака мира, проходящего как раз через сосок.        Сейчас Узник ничего не скажет - он все еще слишком горд, а в его глазах все еще сверкает непокорность. Хозяин поднимает с пола металлическое ведро, что стояло рядом со столиком, и окатывает холодной водой Узника с головы до ног. На мгновение этот поступок кажется "гостю" спасительным - боль ожога прошла, но лишь на мгновение, зато он теперь взял себя в руки и сдерживает собственные стоны.       Хозяин берет в руки плоскогубцы и присаживается перед Узником на корточки. Берет в левую руку средний палец правой руки и выдирает плоскогубцами ноготь. Узник снова издает полный боль крик, а глаза снова предательски слезятся. Хозяин выдирает ногти с мизинца и большого пальца правой руки, любуясь истекающими кровью пальцами и слушая постепенно утихающие крики Узника, его тяжелое дыхание.       Хозяин скалится - Узник скоро сломится. Последним ударом для "гостя" стало то, как Хозяин выколупывал его правый глаз десертной ложкой - где-то на середине процессии Узник потерял сознание. За время прибывания Узника в бессознательном состоянии, Хозяин снова наполнил ведро ледяной водой и уже во второй раз окатил Узника с головы до ног. От этого "гость" пришел в себя.       Хозяин взял в руку баночку перекиси водорода и щедро полил еще кровоточащее отверстие, где недавно был глаз. Жидкость бурлила, шипела, пенилась, окрашивалась в алый, но Узник лишь сдавлено стонал. Затем баночку с перекисью сменила баночка со спиртом, и ее содержимое оказалось там же. Узник продолжал стонать, а Хозяин нечего не предпринимал, он решил дать узнику с полчаса подумать о положении дел и покинул помещение через пять минут, ведя для самого себя обратный отсчет.       Узник даже не заметил, как оказался в одиночестве. Мозг все еще отказывался воспринимать реальность, но со временем пришло осознание, что в его левом ухе больше пяти дырок, на груди тавро как у фермерского скота, на правой руке ногти остались только безымянном и указательном пальцах, а так же он лишился правого глаза.       На мгновение Узник даже подумал, что участь вчерашней женщины ему пришлась бы по нраву больше, чем его личная. Узник всегда был идейным фанатиком, и раз вбил себе в голову не выдать какой либо секрет - будь уверен, он будет молчать до последнего.        Оставшееся время Узник просто наслаждался тишиной, чувствуя, что кровь уже отступила от щек, дыхание почти выровнялось, а горло саднит как после концерта любимой рок-группы. Он даже улыбнулся Хозяину, когда тот вошел в помещение. Узник и сам не понимал, что именно вызвало этот порыв - улыбнуться.        Хозяин терпеливо подождал несколько минут, но поняв, что Узник так и будет молчать, направился к столику. Но, не найдя на нем ничего,что помогло бы помочь совершить его дальнейший замысел, решил действовать вручную. Хозяин просто напросто сломал по два пальца на каждой руке. Узник опять издал стон.        Но в этот раз обычного стона было не достаточно для Хозяина. Он снова вернулся к столу и взял с него довольно тяжелую на вид кувалду. И, что есть мочи, ударил ею по пальцам правой босой ноги, ломая фаланги и ногти, оставляя на коже огромный краснеющий след.       Узник начал было срываться на крик, но сдержал себя издавая лишь громкие стоны. Тогда кувалду в руках Хозяина сменил топор. Замах - и кисть левой руки с противным звуком ударяется о поверхность пола. Узник громко кричит, а искалеченная конечность истекает кровью.        Эту рану Хозяин обрабатывать не стал, здраво решив, что Узник все равно не жилец, а тратить на него медикаменты слишком расточительно, даже если это и сократит время игры до кончины Узника от потери крови.        В руках Хозяина появляется дрель, издающая противный для уха звук. Сверло вонзается в правое плече, дробя кость и повреждая ткани мышц, разрывая как мелкие кровеносные сосуды, так и более большие вены и артерии, повреждая пару-тройку нервов, проходит насквозь. Затем Хозяин выводит сверло инструмента под душераздирающей крик Узника       Хозяину уже порядком надоело уродливое и без его стараний лицо Узника. Ему стало слишком скучно, да и "гость" уже вряд ли сможет быть хорошей игрушкой для него. Что же, сегодня он милосерден как никогда - обработал одну рану - и собирается спасти Узника от медленной смерти путем потери крови. Хозяин берет в руки пистолет и подносит дуло прямо ко лбу Узника, касаясь холодным металлом грязной кожи. Раздается громкий звук выстрела - пуля прошла на вылет, разнося черепную коробку.        Окровавленные куски мозга на полу помещения не обрадуют угрюмого дворецкого, который потом обязательно отчитает своего Хозяина за подобную неряшливость. А Хозяин лишь улыбнется и выпишет своему работнику небольшую премию и даст выходной. А пока, Хозяин рад хорошей игре из которой никто не вышел победителем. Единственное расстраивало мужчину - он не узнал ответы на интересующие его вопросы.