Once upon a SwanQueen

Всё в этот вечер шло своим чередом, никто не разговаривал слишком много и подозрительно, некому было ругаться или возмущаться чем-либо, да и все это было бы не важно. Вечер сам по себе был идеальный. Генри решил сделать небольшой, но ценный подарок своим мамам – дал побыть только вдвоем. Побыть в романтической обстановке, которую чаще дамы не могут себе позволить. Поэтому прямо сейчас, сидя не напротив друг друга за столом, как обычно, а рядышком, на соседних стульях, женщины негромко переговаривались, доедали аппетитно пахнущую еду и наслаждались созданной их сыном атмосферой. Свет был погашен во всем доме, хотя его никто и не требовал – слишком много свечей подготовил мальчик (не без чужой помощи, конечно). Эти разные восковые фигурки ярко освещали самые необходимые элементы. Эмма, что сидела слева от Реджины, порою забывала об оставшейся еде в ее тарелке и разглядывала, казалось, уже изученный вдоль и поперек профиль любимой. Так интересно, но при свечах оно выглядело совершенно иначе: левая половина лица была полностью освещена, а вторая половина до сих пор оставалась некой загадкой, которую хотелось скорее разгадать и «исписать» вдоль и поперек своими победными поцелуями. Кожа словно пылала от столь пристального взгляда, хотя на шее можно было заметить пробегающие и тут же исчезающие мурашки от открытого в столовой окна. На улице уже давно было холодно, но никого это не пугало. Заметив очередную партию мурашек, Свон не сдержалась, приблизилась всем лицом к смуглой шее и начала томно и глубоко дышать, обдавая чувствительную кожу горячим дыханием. - Эмм-мма, – еле выдохнула Реджина. – Давай сначала хотя бы доедим?.. - А кто-то против? Я всего лишь пыталась чуточку согреть тебя. – Снова много раз выдохнула Свон и вскоре отстранилась от пленницы. - Спасибо, – поблагодарила Королева, и аппетит вдруг резко пропал. – Кажется, я наелась. - Знаешь, а я ведь давно наелась… – Спасительница вновь повернулась в сторону брюнетки и заглянула в темно-шоколадные глаза, которые выглядели вкуснее любого десерта. - А что насчет десерта? – как будто прочитав мысли Свон, предложила Реджина. - Ммм, я бы съела что-нибудь шоколадное. – Подытожила Эмма и подмигнула правым глазом, который был ближе всего к Мэру. - Сейчас посмотрим, что у нас есть, – решила попробовать поискать Миллс, но ей не удалось даже полностью встать, ибо ту резко схватили за руку и вернули на стул из-за произошедшего. Вдруг, распахнутое окно словно ожило. Шторы стали подвластны лишь сильному порыву ветра, что вмиг отрезвляет и пробирает холодом до самых костей. Свечи одна за другой постепенно гасли, казалось, еще чуть-чуть, и обе женщины окажутся в кромешной темноте вместе со страшным сквозняком. Но Эмма решила незамедлительно действовать, пока еще в доме было освещение; она, не задумываясь, подбежала к распахнутой форточке и тут же с громким щелчком заперла причину северной вьюги в доме. Тем временем Реджина все хлопала в ладоши. - Ты пытаешься включить свет? – решила уточнить блондинка. - Пыталась, – последовал ответ. – Но электричества совсем нет. - А почему бы тебе не воспользоваться твоим самым знаменитым фокусом? – загадочно произнесла Свон, и Королева тут же почувствовала тепло, уже справа от нее. – Зажги хотя бы наши свечи. - Разве они тебе так нужны? – Миллс повернулась вправо и приобняла Эмму, а затем и вовсе развернулась к ней так, что та оказалась в ловушке ее рук. - Нет, я просто думала, что ты хотела десерт… – предложила свой вариант Спасительница и тут же запрыгнула брюнетке на колени, опираясь собственной спиной о твердый деревянный стол. - Он уже у меня в руках, – улыбнулась Реджина. И хотя Свон не могла увидеть эту улыбку, она ее почувствовала, поэтому пока лишь просто молча представляла ее на алых губах возлюбленной. – Такой теплый… – тем временем продолжила брюнетка. – Такой ароматный… – раздался глубокий вдох. – Такой сладкий, с щепоткой ванили и корицы… После этого они перестали себя контролировать. Обе потянулись за сладким поцелуем, который для каждой был с особенным, любимым и специфичным привкусом, придающим обеим особые впечатления и воспоминания. Они могли спокойно дышать даже сейчас, учитывая то, что и та, и другая были слишком увлечены друг другом. Это являлось одной особенностью из многих в их отношениях – каждая одновременно принадлежала второй, но также и давала достаточно свободы. Но это не зависело ни от чьего желания – это происходило само собой. Это и можно было бы назвать истинной любовью, судьбоносным решением, идеальной связью. - Тебе тоже нравится этот десерт? – наконец, оторвавшись от губ с уже размазанной помадой, поинтересовалась Эмма. - Еще как… – тем же голосом продолжила отвечать мисс Мэр. – Пожалуй, этот десерт стоит выбирать каждый раз после ужина. - Не могу не согласиться, – смеясь, пролепетала блондинка, а затем пошевелилась на чужих ногах, соединив их крепко-крепко, и вновь потянулась к губам, предварительно облизнувшись. В темноте все казалось не только загадочным, но в то же время и слишком открытым, доступным. Свон не могла нарадоваться своей удаче – наконец ей повезло, с какой-то точки зрения, доминировать над Королевой, хотя та и вовсе не пыталась взять инициативу в свои руки. Она пыталась полностью отдаться под власть Спасительницы, пожалуй, за единственным исключением ее рук. Те позволяли себе слишком многое, но для этих мгновений все казалось действительно правильным. Начиная с длинных гладких волос, локоны которых были идеально расчесаны, Реджина пыталась добиться обратного эффекта – путалась в золоте Свон собственными тонкими пальцами с острым маникюром, доставляя неимоверное удовольствие блондинке. После спускалась те ми же частями своего тела к теплой шее, зигзагом царапая и ее, после чего сразу же зализывала раны более горячим языком. Долго не задерживаясь на одном месте, Миллс принялась поглаживать руки Эммы, которая решила сплести их словно змей, любящих друг друга до одури, до взрывающихся звездочек в глазах. Освободившись из крепкого плена мягких рук, Реджина дошла до одного из своих любимых мест. Брюнетка поменяла руки, скрестивши их между собой, и занялась грудью Спасительницы. Сначала пыталась прочувствовать ее через грубую ткань светлой майки, но позже, уже решив как-то избавиться от нее, Эмма сама взялась пальчиками за широкие бретельки и стянула их с загорелых плеч. Брюнетка до сих пор не могла ничего видеть – ведь на улице не было света также – однако ей это придавало только больше смелости. Сейчас только они вдвоем, принадлежащие друг другу и поглощающие друг дружку собственной аурой. Казалось бы, что может быть лучше? И что же может помешать этому? Чуть позже Свон уже начала терять контроль над собой. За слишком явными ласками любимой она не заметила, как начала с заметным ускорением тереться о заботливо предложенную ей ногу Королевы. Еще немного, и Спасительница начнет задыхаться в собственных стонах. Но этого не произошло... - Что за черт?! - рефлекторно закрывая глаза, чертыхнулась Реджина. - Кажется, свет появился... - как крот, с закрытыми глазами недовольным тоном пояснила Свон. - Я ненавижу порой этот город... - грустно выдохнула Мэр. Но небольшая одышка до сих пор была слышна. - Я тебя понимаю! - Кажется, нам стоит подняться в спальню. - Наконец, брюнетка смогла загадочно заглянуть в глаза девушке и оценить ситуацию. Результат "анализа" ее удовлетворил: рука уже находится между ног Эммы, явно сдерживая ту в данный момент, контрастирующие между собой волосы обеих сплетены в непонятном узоре, а лицо любимой в алой помаде - как доктор прописал. - Нам надо закончить десерт! - подмигнула Свон. И обе рванули по направлению наверх, осторожно и не очень минуя углы и косяки, перехватывая руки друг друга и посылая искры страсти прямо на каждом шагу. - Без света! - выкрикнули обе, добравшись до спальни и плюхнувшись на мягкий матрас. После этих слов сразу же раздались в унисон два громких хлопка.