Каори Кадзуто

Я всегда считала, что самое интересное чувство, которое может оказать человек — это его страх. Я усмехалась их гримасам и лицам, когда те вдруг понимали для себя что-то пугающее, это давало легкую разминку моему однообразному образу жизни и жизни в целом. День за днем, ночь за ночью — я не обращала внимания на глупых и жалких людишек, которые может и строили эмоциональные лица для иных, так называемых, «существ своего рода»(это как-то «по-секрету» прошептала одна знакомая мне вампирша под действием алкоголя), но внутри боролись лишь за себя. Наверное единственное, что отличало меня от них — полная безэмоциональность. Мне не хотелось ни жить, ни заводить друзей, ни выбраться из старого приюта. Кажется, я даже напугала одного ребенка своими «пустыми» глазами. Приют наш был разделен на три части: те, кто ждал своих родителей, те, чьи родители были мертвы, и те, кто понимал происходящее, понимал, что их бросили. Я относилась к третьей части, полностью забив на происходящее вокруг. Брошенные. Не нужные. Мусор, от которого решили избавиться. Осознание этого пришло довольно-таки рано, поэтому я даже и не успела даже наделись себя хотя-бы обыденной надеждой, присущей многим моим сожителям. Мир не хотел обретать краски для себя. Я не желала этого мира. Мои воспоминания примерно до шести человеческих лет покрыты мраком. Совершенно не помню ту себя, которая могла бы быть до той Каори, что я узнаю сейчас в себе. И сейчас, стоя на немного неровной плитке пола башни, слыша собственный детский голос, я понимаю, что что-то во мне еще осталось. Что-то из той детской наивности, что я отметила в себе же. Той, что является мною. Что-то крошечное, мелкое, совсем не яркое, но то, что я еще сохранила в своей личности… В глазах начало двоиться, а от появившейся слабости я осела на пол. Сквозь пелену я продолжала видеть себя и ту женщину. Почему-то даже сейчас мне не хотелось принимать должную правду. Хах, я действительно веду себя как ребенок. Пора бы уже привыкнуть. Этот мир вновь усмехается надо мной.

***

 — Знаешь, я и подумать не могла, что ты докопаешься до своего прошлого! — Наори явно злилась, в то время как я с безразличным видом наблюдала за ней, блуждающей по комнате, облокачиваясь о тумбу. Казалось, что все было легким спектаклем, в котором я была каким-то актером, только сейчас начавшим понимать, какая роль ему досталась. Сестра с недовольством хваталась за голову, временами сменяя свои рассуждения на какой-то странный шепот. Я фыркнула, кладя голову на правое плечо. — Я сделала все, чтобы ты забыла. Все, чтобы ты больше не вспоминала свое прошлое, свою боль и страдания. И вместо этого ты решаешь вернуть свои воспоминания, найдя этот крест, — она недовольно указала пальцем на крест, который я подобрала в школе. Я медленно повертела безделушку в пальцах, слегка приподнимая бровь. Получается, все мои воспоминания заключены в этой штучке? Наори все-таки дура. — Ты хоть понимаешь, скольких усилий мне стоило, чтобы забрать твои воспоминания? Что-то щелкнуло в голове, от чего я резко поднялась, изредка шагаясь. Оттолкнув черноволосую, я схватила ее за ткань одежды в области ключицы, прижимая к стене. Если причина моей амнезии — ее рук дело, это означает, что ей лучше не стоит доверять. Эта девчонка является лишь причиной моих головных болей, плохого настроения и недовольства. И сейчас я не желаю быть ее пешкой, не знающей своего пути.  — Я плевала на все те усилия, что ты приложила для этого. Ты забрала то, что для меня важно. Возможно, если бы ты не забрала их, я не выросла тем, что есть сейчас. Меня толкнуло изнутри, и я отцепилась от Наори, отворачиваясь и отходя на несколько шагов. Видимо, я вновь прихожу в себя. Я услышала шорох, но не обернулась, чтобы посмотреть, что случилось. Сейчас мне просто хотелось побыть одной, ни слышать ни голоса Наори, ни вопросов Юи, ни насмешек Сакамаки. Мне просто хотелось уснуть. *** Я елозила на стуле, почти что целых десять минут гипнотизируя взглядом еду в моей тарелке. Замечания Рейджи явно не действовали, от чего черноволосый лишь недовольно кидал на меня косые взгляды. Это немного забавляло, поскольку видела я его в таком состоянии довольно-таки редко, даже слишком, поэтому в данный момент я даже желала его позлить еще немного, хоть и знала, что это мне с рук так просто не сойдет. Наконец, поняв, что сегодня я не смогу проглотить ни крохи, я встала из-за стола, громко вздохнув. Собравшись уйти, я развернулась, как Рейджи вдруг все же подал голос:  — Ужин еще не закончен. Не вежливо вот так вставать из-за стола, тем более даже не поблагодарив за предоставленную тебе пищу. Я фыркнула, сразу слегка сгибаясь в области спины. Кажется, мою скорченную недовольную рожу заметил только Канато, который, тихо усмехнувшись, что-то сказал своему медведю. И все же он меня пугает, слишком странным кажется его поведение, хотя я бы сказала, что он, не смотря на все эти странности, прекрасно все понимает.  — Рейджи, хотя бы сейчас ты можешь просто отстать от меня? Я не хочу есть.  — Это не первый раз, когда я позволяю тебе такие исключения. Пора бы уже подумать над своим поведением, — равнодушно сказал он, смотря в мою сторону. В середине фразы я заметила на себе взгляд кого-то из вампиров, повернувшись обратно. Странно, но ощущение чьего-то присутствия не прекратилось, не смотря на то, что никто (даже Юи) не смотрел в мою сторону, кроме Рейджи. Решив сегодня все же не спорить, я недовольно села обратно за стол, прикрывая глаза. Райто округлил глаза, расплываясь в ехидной улыбке.  — Серьезно~? Как-то не похоже на тебя, дорогая. От его голоса на душе заскребли кошки, а сама я захотела в тот же момент испариться. В принципе, я могла это сделать, но взгляд Рейджи не предвещал ничего хорошего, а портить и без того наши сложные отношения еще сильнее мне не хотелось. В данный момент. Кажется, в детстве мы дружили. Маленькая я упоминала то, что Райто приносил мне фрукты. Интересненько… Надо будет как-нибудь расспросить вампиров о том, был ли в их семье наследник женского пола. Хм, а почему бы и не сделать это прямо сейчас? В конце концов я ничего не теряю.