Каори Кадзуто

— Ты так думаешь? — черноволосая слегка прищурилась, опираясь головой о согнутые колени и вздыхая. В последнее время мы видимся чаще. Мои воспоминания возвращаются быстрее и больше, и я все чаще задаюсь вопросом: как? Многое из того, что было у меня в прошлом, исчезло, заменившись тем, что я имею сейчас. Дорогие мне братья были заменены семейством равнодушных вампиров, любимая сестра стала неприятным мне человеком, детская наивность и любознательность превратились в грубость и недоверие. И долго этот мир будет продолжать меняться? Хах, должно быть, мне пора заканчивать задавать этот вопрос. — В последнее время ты как на иголках. Тебя что-то беспокоит? Я не отвечаю, продолжая разглядывать название книги на обложке, но почему-то никак не могу ничего прочесть. Выглядит так, будто размытое воспоминание. Я уже давно заметила, что вся комната Наори — мир ее сознания, перемешанный с моей детской комнатой — содержит в себе лишь размытые элементы. А ведь находясь здесь впервые, мне показалось, что здесь нет ничего необычного… Здесь? Интересно, что это за место. «Здесь» — это где? Где находится Наори?  — Перестань! — я фыркаю, хватая руки сестры в свои и отталкивая от себя. Та лишь недовольно сморщилась и обиженно что-то протянула, несколько раз моргая. И впрямь, как ребенок. Если мы с ней одного возраста, то почему она ведет себя как не доросшее сознание? Чем-то она мне напоминает Юи, разве что не шарахается от всего. И вообще, почему Наори не родилась, как я.  — Да ла-адно тебе! — та складывает руки в замок, делая несколько медленных шагов назад и прогибая корпус вперед. — Это же всего лишь твои воспоминания! Нет ничего страшного, чтобы хоть немного думать над логикой вещей.  — Этого ты делать не умеешь… — я начинаю злиться, я знаю, но Нао, кажется, этого не замечает, смеясь в ответ на мои слова. — И вообще, когда я только начала все вспоминать, ты призналась, что сделала что-то в прошлом… То, что заставило меня забыть. Ты хотела, чтобы я забыла свое детство. Чего ты этим добивалась? Наори не отвечает, стоя ко мне спиной. Секунды растягиваются в вечность, но вскоре она вновь поворачивается, усмехаясь. Я вздрагиваю, потому что не привыкла видеть у нее такое лицо.  — Ну… Это сложно объяснить. У меня были причины для этого. Но ты должна мне верить, Каори… — ты просишь невозможного. Я не верю тебе, я не забочусь о тебе, я не понимаю тебя. И это меня вполне устраивает.

***

Если бы можно было описать мое состояние одним словом в данный момент, то отлично подошло бы «наплевательство» или что-то подобное. Я не знаю, что мне делать, потому что полностью обескуражена. И дело в вовсе не в надрывающейся от боли Юи в моей постели, а в моем сонном состоянии после продолжительного сеанса мелькающих кадров моей жизни… Девушка со стоном перевернулась на бок, даже не заботясь об окружающей обстановке. Примерно полчаса назад она оказалась возле двери моей комнату с потухшим взглядом и трясущимися коленками, а когда я предложила ей позвать Рейджи, она так сильно сжала ткань моей одежды и замотала головой, что мне больше ничего не оставалось, кроме как сидеть и ждать, пока та придет в свое обыденное состояние. В последнее время от Юи пахло на удивление странно: сладко, притягательно, но и одновременно как-то горько. В первое время она тяжело дышала и хватала себя за грудь и живот, сжимая зубы, некоторое время она даже чуть ли не закричала, прижимая к лицу мою подушку и плача, а сейчас и вовсе не реагировала ни на какие действия или звуки, временами выдавая что-то нечленораздельное. Если бы я не знала, что с ней происходит, то точно позвала бы Рейджи в ближайшее время, ибо выглядело это действительно жутковато. Вполне логично, что ее клетки, приобретая новые гены и перестраиваясь, причиняют жуткую боль. Когда у меня только начали отрастать клыки, я тоже чувствовала себя не очень комфортно… В любом случае, на сколько мне было известно, для Юи это не должно было быть смертельно. Правда, по какой именно причине мне так и не сообщили. Я тяжело вздохнула, сгибаясь пополам на стуле и зевая. Я могла бы предложить ей своей крови для менее болезненного процесса, но, чувствую, сейчас она совершенно меня не поймет. Дверь неожиданно открылась, и в комнату вошел Шу собственной персоной. Его я меньше всего ожидала здесь увидеть. Он на несколько секунд задержал свой взгляд на Юи, царапающей матрас постели, а затем перевел его на меня.  — Это то, о чем я думаю? — он закрыл за собой дверь, после опираясь на нее и хмурым взглядом повторно обводя комнату. — Если это так, то здесь мы мало чем поможем.  — Сама знаю. Она сходит с ума так уже полчаса и ни на что не реагирует. Когда я предложила ей позвать Рейджи, она в меня так вцепилась, будто убьет на месте.  — Вот как?.. — блондин прикрыл глаза, хмыкая и засовывая руки в карманы. Юи пискнула, вдруг всхлипывая и посильнее сжимая одеяло в руках. На какой-то момент мне даже стало жаль ее. — Слушай, о том, что произошло на днях… Это правда? Усмехаюсь. Почему именно я должна решать, когда я уже и не вижу грань между реальностью и прошлым? Могу запросто потеряться в коридоре, неосознанно переместившись во времени, а после этого у меня совершенно не бывает сил.  — Ты — Каори? Я уже и не знаю, кто я. Но я знаю, что я — вампир, пусть, как и оказалось, полукровка. Я знаю, что моя мать — Корделия — мать моих, если та можно сказать, братьев. Я знаю всех этих вампиров, пусть и только по обрывкам из прошлого. Остается один вопрос: знают ли они меня? Кто — я?  — Да.