Конец
16 июня 2015 г., 23:03
С того момента, как я только впервые пересекла порог этого дома (ну, или, кхе, комнаты) прошел почти месяц. Как ни странно — Безликий поселил меня жить с собой, чему я, впрочем, была несказанно рада! Буквально через неделю после того случая, как Слендермен в последний раз напал на меня, я полностью переехала к своему хозяину. Порой, он даже бывал раздражался от чрезмерного нахождения моей персоны в его обителе.
— Твоя аура просто невыносима, как и ты сама! Ты постоянно вертишься под ногами, ноешь и огрызаешься, вечно лезешь ко мне и просто не даешь сосредоточиться!.. Будь добра, не мозоль мне собою глаза и покинуть мою комнату, желательно, как можно быстрее и навсегда! — частенько ворчал он на меня и выгонял из своего кабинета, выставляя за дверь. М-да, сначала я очень сильно дулась на него за это, но вскоре мы как-то постепенно привыкли к обществу друг друга и даже несколько сроднились, что ли? Ему стал приятен тот факт, что я нахожусь рядом с ним и больше такого не повторялось. Мне, по крайней мере, так казалось и так хотелось думать. Безликий стал чаще предлагать мне поучаствовать с ним в его «черных делишках» и брать в лес.
Слендер ко мне по-прежнему относился, как к игрушке, но уже стал хотя бы воспринимать меня за живое существо, за человека, хотя для такого, как он, этот «статус» не имел особого значения. Однако он стал более лучше по отношению ко мне, более нежным, пусть и оставался все же тем строгим и холодным чудищем в похоронном костюме.
Жили мы дружненько. Как-то помню, на прошлой неделе, я случайно провалилась в нору его зверка, да так и застряла там. Благо, самого обитателя логова не наблюдалось — возможно, хозяин его выпустил подышать свежим воздухом в своем лесу. Часа два я там сидела и корила себя за так и не воплощенное в жизнь свое обещание сесть на диету. И кто меня только дернул отодвинуть кровать, чтобы подмести под ней? Кто же знал, что там есть рычажок, который мгновенно возвращает кровать в привычное ей положение? Никто. Так и осталась я со своим бравым товарищем в западне. Вскоре послышался раздраженный голос Слендера — кажется, тот заметил пропажу.
— Да где же ты?! — злостно рычал мне монстр, рыща в поисках никудышной домохозяйки. Испугавшись его тона, я лишь затаилась и промолчала, решив пока не отзываться, о чем впоследствии пожалела — он, наплевав на меня, ушел отдыхать, а я осталась мучиться. Через час я вновь услышала его голос, на этот раз обеспокоенный. Ага, заволновался! Наконец-то! Хозяин, я здесь, в этой дыре! Прошу, услышьте… Слендер в действительности услышал меня и поспешил вызволять свою игрушку. Как только достал — не поверите! На его безликой моське отражалось волнение и страх! Неужели так испугался за меня?..
В другой раз, помню, когда мы вновь с ним выбрались наружу — Безликий держал меня всегда рядом, под боком у себя, так сказать. Как он тогда признался — просто не доверял мне и ждал, что я захочу сбежать. Чушь, конечно, я ведь дала обещание!..
Мы мило с ним беседовали до тех пор, пока не началась его «игра» и в лес не вошел парень. В этот раз Слендермен был строже ко мне. Больше он не велся на уловку с обещанием в обмен на жизнь игравшего. Очень сильно раздражался и злился — я портила ему всю охоту!
Дошло даже дело до того, что он в месть за испорченную ночь почти сожрал несчастного у меня на глазах! Но вовремя сообразил, что тогда я вообще перестану с ним водиться, и переместил меня подальше отсюда, домой, и попросил дождаться его. Вернувшись, хозяин решил устроить мне лекцию с промывкой мозгов. Рассказывал детально правила его игр, объяснял, что заслуживает получить игрок за все свои грехи в случае проигрыша и еще много чего, касающегося охоты…
После трехчасовой «милой беседы», с разъяснением его деятельности, я поняла, что лучше молчать. Постепенно я начала более-менее усваивать правила дома. Как вести себя, что делать. Старалась угодить хозяину. Не раздражать… Но это редко когда получалось, и Слендер снова ругался…
— Я тебе сколько раз говорил? Не трогать мои вещи. Говорил? — говорили, говорили. Но…
— Я… — даже тогда сказать было нечего в свое оправдание, ведь я прекрасно знала, что это именно так — что их нельзя трогать.
— Наказана. Кара твоя будет ужасна, — иногда те угрозы, что были воплощены в жизнь, оказывались поистине ужасными, что лишний раз говорило о том, что лучше его не выводить из духовного равновесия.
Я привыкла, что в мои обязанности стало входить убирать его дом. Иногда он просил навести меня порядок в каких-то тайных комнатах. Со временем я даже стала вставать рано, что раньше для меня было какой-то мечтой, до которой мне всегда было, как… До Луны. И ровно в пять пятьдесят я просыпалась. Ведь в шесть, и не минутой раньше, не минутой после, просыпался хозяин, к этому времени я должна была уже быть переодетой в новую одежду, помытой и должна была успеть позавтракать.
Конечно, я до сих пор не понимаю, зачем ему охотиться так рано… Да и он никогда толком не отвечает, только «Так надо, такая работа».
Было пару случаев, когда он уходил ночью. Тогда я не спала, и дожидалась его. Хотя он всегда приходил и ругал меня за это, но мне было все равно. Я была рада тому, что он вернулся. Я смирилась с тем, что люблю этого монстра, но сказать об этом ему в лицо… Мне казалось это самоубийством!
Все же Слендер спасал меня несколько раз. Он начал выпускать меня гулять в лес одну, и пару раз я в нём терялась, попадала в ловушки, нападали звери. Он тогда всегда спасал меня.
Я привыкла к ошейнику на шее, что он так и не снял. Для меня он уже не играл значения, был как доказательство того, что я его. И мне даже стало нравиться ему подчиняться. Ведь, как он говорит «Я не заставляю тебя делать то, чего ты не можешь».
Теперь, когда он уходил, мне было одиноко и грустно, но я всегда радовалась, когда он приходил. Мне казалось, или его это забавляло? Верный песик… Но мне было все равно, я просто была рада, что он вернулся. Ведь… В лес мог забрести тот, кто намного сильнее хозяина…
За все это время я его пару раз видела в одной рубашке. Как он говорил: «Все же не всегда в костюме ходить», и изредка я видела его в узких джинсах, рубашке и шарфике. Ему очень шло. Но это было редко. За весь месяц, раза два — три. Он стал разрешать касаться его, даже обнимать. Но не в лесу. Когда мы выходили с ним на «охоту», ну как мы… Я просто рядом стояла. Он сразу становился строгим, не терпел непослушание, или каких-то упреков. В лесу строгий костюм, нагнетающая обстановка, крики перепуганных жертв. В эти моменты всегда становилось жутко и не покидала мысль, что могу попасть под руку. Слава Богу, что я не видела, как он «кушает».
Лес действительно был огромен. Да, тут можно было, конечно, спрятаться где-нибудь… но только не от него! Эти пресловутые записки искать было куда сложнее, нежели в компьютерных игр, посвященных ему, о которых я узнала совсем недавно! Пока хотя бы отыщешь одну — заблудишься, так еще и устанешь, но твой страх все время будет гнать тебя вперед!
Я всегда диву даюсь — и как он только смог запомнил всю территорию?.. Хотя, если он здесь живет больше года, то, конечно, успел бы уже. Может у него память такая… фотографическая на местности и карты.
Сколько здесь бываю — ни разу не увидела там не одного животного! И это было странно. Может, Слендер их съел, пока люди обходили лес десятой дорогой…
***
Дело было вечером. Хозяин, немного еще посидев у себя в кабинете в раздумьях, тихо хмыкнул, поднимаясь с кресла и направляясь в свои покои. — Почему опять здесь валяемся и бездельничаем? Марш убираться! — тихо фыркнул, подходя к ложу. — Почему Вы… Не сходили на охоту? — нахмурившись, я села. Не нравится мне это… Весь день пробыл дома, никуда не выбирался. Либо он заболел и у него пропал аппетит, либо того хуже — его лес вновь пуст и жертв нет. Значит, он снова голоден. Если же это так — в таком случае лучше не противиться и сразу приступать к исполнению его приказа. — Похолодало. Всем в лом стало выходить на улицу, а уж тем более куда-то идти, — как всегда развел он руки. — Может в лес поставить что-нибудь этакое, излучающие тепло? Тогда все заблудшие во времени и пространстве души, как мотыльки, мгновенно начнут собираться возле входа в него, а потом уже и будут легко попадать к нам в руки! — о, чудная идея! Но что-то мне подсказывает, что Он будет против нее… — Нет, — строго смотрит, — мне снова повторить, что ты должна сейчас сделать? — устало присел рядом, тихо рыча. Раздражается… — Вы… О чем? — не сразу сообразила я, однако как только вопрос был озвучен — до меня тут же дошел смысл его слов. — Уборка, — протянул он раздраженно. — Да-да! Я уже и сама поняла… Мм, сейчас будет… С чего мне начать? Где нужна чистка? — надеюсь, что в этом нуждается только этаж. Нет, я сдохну, если снова буду убираться во всем доме! Широко улыбнулся. — Сдохнешь — воскреснешь. Я тебя из-под земли достану и ты это прекрасно знаешь! — злорадствует, ложась. Сверлит взглядом, подкладывая под голову бледные руки. — Конечно, знаю. Но… Надежда в упокоении… Умирает последней, — вздохнув, я еле-как выбралась — хозяин разлегся так, что в итоге перекрыл мне выход. Заметив мои попытки и старания вылезти, Безликий пододвинулся. — Угу, спасибо. Пойду, уберусь. — Просто уберешься? — Что Вы! Я это сделаю с превеликим удовольствием! — улыбнувшись во все тридцать два, я мгновенно свистнула к проходу в кабинет. — Так ты долго будешь идти, — зевнув, монстр трансгрессировал ко мне и, положив руку на плечо, чуть сжимая его, перенес меня вниз.***
Еее! Осталась только кухня! Пока я разбиралась с пылью и грязью, Слендеру явно наскучило находиться одному в комнате, и он решил телепортироваться в кресло, что стояло в гостиной. Наблюдая за мной, мужчина размышлял о чем-то своем, стараясь подавить в себе голод. Вскоре нескончаемые мои мучения закончились. Не потрудившись даже вернуть все средства обратно на свое место, я просто проследовала к Слендеру. Устало потянувшись, я осмотрела его окружение. Мне, как всегда, сесть негде… Так. Есть одно место, но оно занято. Ничего! Выживем тебя из него!.. — Я… Это. Я все, — стою рядом с ним. — Молодец, можешь отдохнуть, — кивнул в знак согласия. Улыбнулась. — Ммм, да? Тогда, Слендер, позволите? — устало застонав, я упала на колени Безликого. — Кхм, — вовремя успел развести ноги, заставляя упасть между ними. — Наглость. Я не давал разрешения. Соскальзывая с края, я чуть придвинулась к мужчине ближе. Виновато вздохнула, извиняясь. — Ну хорошо, сиди, — несколько отстраненно. Облокотился на спинку кресла, расслабляясь. — Спасибо, — устало. Почувствовав, что монстр отодвинулся, я поудобнее села. — Не елозь, — чуть стиснув зубы, сказал он. — Что такое? — обеспокоенно смотрю на него через плечо. — Нет, ничего, — постарался прижаться к креслу. То ли, чтобы мне удобнее было. То ли… Пожав плечами, я продолжила свое занятие. — Ты издеваешься, — равно вздохнул, довольно зло посмотрел на меня. — Черт, — вырвалось у меня, — простите, — последней раз двинувшись (так как каким-то чудом снова оказалась на краю), я наконец-то смогла занять удобное положение. Мне явно повезло, что мой сосед был очень худой. — Ты нарываешься? — нагнулся к уху, осторожно обвивая тентаклями руки и сводя их сзади. — Тебе жить надоело? Или решила что повзрослела? «Где все мое мужское обладание?» — С-слендер… — тут же распознала весь замысел угрозы. А тот продолжает издеваться, задавая различные щекотильные вопросы, — Я не хотела! — Угу… Я задал несколько вопросов, ты не ответила не на один, — чуть сильнее сжал руки мне. — Хозяин… Я честно не хотела, это случайность! — пытаюсь освободить руки, — и ничего я не решила! — Вечно я попадаю в какую-нибудь неприятность! Слендермен сжал руки до тихого хруста, по всей видимости, даже не замечая того. Лицо, как всегда, непроницаемо. — Ааа! — вскрикнула, вновь делая попытки освободиться. Больно… — Успокойся, и я отпущу. Тем более я не сжимаю настолько, не драматизируй, — обвил тентаклей талию. Тихо бурчу. — Я спокойна… Отпустите… — Вот так… — начал медленно отпускать руки, но продолжает приобнимать за талию, не выпуская из своей хватки. К счастью, кости целы, но все ещё ощущалось недавнее давление. — Ладно, Все-таки, я приличный мужчина, но учти: в следующей раз я «случайно» забуду об этом. Не делай так больше, — рыкнул, слегка прикусывая за шею, причём довольно больно. Отстранился, медленно освобождая от своих «грабель». Я тут же мгновенно отскочила от него, что-то повизгивая о том, какое Слендер чудовище и с кем я вообще связалась. — Ты так и будешь стоять? — спокойно открывая простую истину о том, что он убийца и ему это, вообще-то, вполне свойственно, монстр немного заскучал, утомившись истериками девчонки. — Иди сюда. Не трону я, не бойся. — Не верю! — Станиславский проснулся во мне. — А тебя никто не спрашивает, — грубо ответил он, смотря в глаза и заставляя подойти к нему. Гипноз?.. Ноги сами привели меня к нему. — Вот и хорошо, — усадил к себе на колени. — Точно не тронете? — потираю шею. — Посмотрим, как вести себя будешь, — фыркнул, — не три, не поможет. — Чему не поможет? — не понимающе смотрю на хозяина. Дядя, ты вообще о чем? — Пощипывает, я прав? — усмехнулся, касаясь «больного места». — Да… Вы… Куснули меня? — Нет. — Тогда… Что это? — коснулась его руки, что сейчас дотрагивалась до шеи. Чуть сжала ее. — Тебе так интересно? — скучающе. — Да, — тихо отвечаю, начиная поглаживать, как бы упрашивая. — Обыкновенный засос, ничего интересного, — он одной тентаклей дотянулся до зеркальца на столе и дал его мне. На шее, чуть ближе к ключице, красовался «синячок». — Слендер, мать твою! — Что? И вообще-то это обидно звучит. — Это ругательство. Ну, блин! — Что не так-то? — А если кто увидит?! — Хах, — усмехнулся, — и что с того? Ты все равно принадлежишь мне. Что хочу, то с тобой и делаю, — прижал к себе. — Я помню, — сжимаю кулачки. — Не бесись. Разве не пора привыкнуть? — обнимает, как плюшевую игрушку. — Пора, хозяин, пора, — расслабляюсь. Он прав. Чего это я? — Вот, хорошо, — улыбнулся, нежно поглаживая меня по животу. Мррр… Как же хорошо… А говорите еще, что у Слендермена «обнимашки» — через чур кровавые и смертельные… Неправда! Мне же, к примеру, спокойнее становится в его объятьях. Черт, как же я люблю его, люблю… — Нравится?.. — нежно протянул он, увлекаясь своим занятием. Киваю в ответ, наслаждаясь. — Да… Действительно, я сам не знал, что могу быть нежным к кому-то. Тем более к человеку, — несколько удивленно. Шире улыбаюсь. — Люблю… Вас, — прикрываю глазки, блаженно улыбаясь. Замер, ошарашено смотря на меня незримым взглядом. — Т-ты это серьёзно? Резко открыла глаза. Только не это. Меня резко затрясло. Появилось предчувствие чего-то плохо… — Д-да… — Этого я и боялся… — вздохнув, тихо проговорил он. — П-почему? — голос дрогнул. — Понимаешь, в чем проблема? Я… Просто не умею любить, я не отвечу взаимностью, прости, — Он говорил с эмоциями, что бывает редко. Было видно, что он погрустнел. Мне стало вдруг холодно… Дура… — П-простите, х-хозяин. Не обращайте на это внимание! — аккуратно встала с него, — я что-нибудь придумаю! Что-нибудь сделаю с этим! — пячусь к лестнице. — Стой! — не успел ничего сказать, как я уже скрылась в комнате. — Ох, действительно дура… — сжал щупальце, направляясь на кухню. Достал бутылку вина, налил почти полный бокал и залпом выпил его.***
К горлу подкатывала истерика. Нет, я не буду из-за этого плакать! Подумаешь, пустяк! Сама тем более виновата. Да и слышала, как он согласился с тем, что я не вышла умом. Что ж… Значит будет так… Мне нужно… Отвлечься! Забыться! Выпить… Руки сильно дрожали. По-прежнему сильно знобило. Хотя, почему? Я-то к нему вполне могу проявлять чувства… Чувства, да? Ну-ну. Ужасные они, в таком случае! Ненавижу… Сердце еще почему-то сжимается… Отчего? Больно… Он — чудовище. Я — любитель мистики. Возможно, потому меня и тянет к Безликому. Других причин я не вижу, да и не должно быть. И точка! Щеки красные… Влажные. Слезы? О, ребятки, вы ошиблись дверью — повода для «ревений» никто не давал! Быстро смахнув их, я нахмурилась. А может, я и не люблю его? Да, точно! Говорю же — просто тянет, просто привязанность!.. Черт, зачем я ему сказала о том, в чем сама не уверена? Да и он сильно расстроился от такого… Надо сделать вид, что ничего не было. Да, прекрасно. По-хорошему следовало бы еще и выйти, дабы он не подумал, что я впала в истерику — да не настолько сильная девушка, которая после такого смогла бы сдержаться.***
Спустя тридцать минут он выпил всю бутылку вина. Хотя на него это никак не повлияло. Пофырчав, он решил подняться к ней. Он осторожно зашёл, увидев бедного ребёнка на кровати. — Хозяин! Вы что-то хотели? — приподнявшись на локтях, я попыталась изобразить обеспокоенный тон. Более-менее получилось… Хотя так себе. Сойдет для сельской местности. — Поговорить, — коротко ответил он, входя, за спиной он рукой закрыл дверь на замок. И за что он так мучает? Испытывает меня… Знает же, что делает только больней своим приходом! Хотя, чему я удивляюсь — чужие страдания доставляют монстру удовольствие! — Ммм, ясно, — отвернула голову. Запер нас… Весело. Либо я сейчас сорвусь — и начну рыдать, либо ему это надоест и он примет какие-нибудь меры. Он осторожно начал приближаться, медленно присаживаясь ко мне. Я не смотрела в его сторону — сейчас абсолютно было неинтересно туда смотреть. Ничего нового бы не увидела. Нет, конечно, если Слендер переоделся бы в розовый костюм зайца… То может. Слушай-ка! Какие у меня замечательные голые стены! Обои бы поклеить… И окно прорубить. — Посмотри на меня, — довольно грубо говорил он. Началось… Чего и требовалось ожидать. Сейчас, возможно, будет лекция… — М? — повернулась к мужчине, — что-то хотели, хозяин? — Да, поговорить. Я же уже говорил. — Простите… Я забыла, — вздыхаю. Меня вновь слегка трясло. Сердце сетовало на меня и сжималось. Ему явно не нравилось, как его хозяйка общается со своим… Возлюбленным? Может. — Ну-ну, — нахмурился. Отодвинулась подальше. Нет, не то, чтобы я его боялась или чувствовала неприязнь… Я просто не могла находиться с ним сейчас рядом. Мне становилось только хуже и больно. Хорошо, признаюсь! Никакая это не привязанность! Из-за такой мелочи и страдать-то грех! — Сюда подсядь… Прошу… — добавил он, притягивая к себе. — Х-хорошо, — голос в который раз дрогнул. Пошатываясь, я придвинулась к хозяину. — Вот так, — погладил по волосам, — успокойся. Я же чувствую, как тебе плохо. От меня невозможно что-то скрыть, — выдохнул. — Я… Тебе сказать кое-что хотел, — ему пришлось слегка нагнуться, чтобы его лицо было рядом с моим, — сказал, что не умею любить, что бездушная тварь. И… Я лгал. Знаешь, твои чувства взаимны. Я просто хотел уберечь от тех последствий отношений со мной, — он говорил на ноте нервного срыва, еле слышимый шепот… Не дожидаясь ответа, он просто поцеловал ее. Нежно, без лишней в данной момент страсти. Кто сказал, что Слендер не умеет целоваться? Оо… Поверьте на слово, он очень ошибается! Изучая все там, тщательно, бережно, осторожно. Отстранился только тогда, когда воздух в лёгких начал предательски кончаться, и девочка стала задыхаться. — И только попробуй теперь сказать, что не любишь… — мягко и без агрессии проговорил он. Слегка улыбнувшись, он посмотрел мне в глаза, — знай, теперь я тебя никогда не отпущу… — С-слендер, — неужели дождалась? Хозяин… — Слендер, — голос задрожал. Ну вот, расплакалась! Прижимаюсь к нему, крепко обнимая, — а я Вас и подавно никуда не отпущу! — заявляю я ему, шмыгая носом. Надо будет его ремнями к себе потом привязать… Чуть отстранившись, я улыбнулась Безликому, касаясь губами его щеки. Боялась, что самовольничества с моей стороны ему не понравятся. Руки скользнули по груди, расстегивая рубашку. Распахнув ее края, я провела ладошкой по обнаженной коже, а затем прижалась к мужчине, прячась под рубашку, закрывая ее обратно вместе с собою. Тихо плачу, гладя монстра по спине. «Да как ты смеешь, смертная, без моего разрешения…?! — сумел подавить в себе желание отстранить обнаглевшую девушку, — Ладно, пускай…». — Чем тебе моя рубашка не понравилась? — вопросительного поднял бровь, проводя кончиком языка по щеке. Слегка угрожающе, мол, больше так не делай, — и все же я прав, ты замечательна на вкус, — усмехнулся, утягивая ее к себе на колени, вынуждая охватывать его талию. — Людоед, — фыркнула я на него, потирая щеку. — Угу, — он как-то изловчился и снял с себя рубашку без пуговиц, ну, некоторые уже все-таки отсутствуют… Чуть сжала бедрами мужчину. Держусь за его плечи. — Ничего я не вкусная! Гадость я, — хмурюсь, — ну лучше все-таки не проверять и поверить мне. Щеки вновь пылают. Как-то здесь жарковато все-таки! Не выше десяти градусов — парилка! — Ммм, ты уже за меня решаешь, — усмехнулся, смотря на ее действия, — вот ты и живёшь, потому что жить хочешь, — облизнулся. — Хм, — как назло, прижал меня к себе, не давая отстраниться. — Слендер, — дрожу, сжимая плечи, — отпустите… Я хочу под одеяло… — Мне уже страшно. — Ммм? — слегка притягивает к себе, чуть рывком, заставляя меня вздрогнуть и прижаться совсем вплотную, — ну-ну, — успокаивающе провёл по волосам, по щеке. Жмусь к мужчине, подрагивая от его прикосновений. — Простите меня, пожалуйста, за всё.***
Так и закончилась моя история… Несомненно, мы живем дружно, я люблю его, он, возможно, тоже любит меня, с того времени, если, конечно, не соврал… Бывало, что он выкидывал колкие шуточки, подманивая к себе. Хотя, он стал более мягким, более нежным. Что же, сказка о «Красавице и Чудовище» — вполне правдива. Хах, и пусть весь мир усомнится в том, что такие чудовища, как Слендер, не умеют любить!
