Выбор

Не в силах смотреть, как её любимый целует другую женщину, Реджина отвернулась, едва сдерживая слёзы. Сердце глухо стучало внутри, каждый стук сопровождался болью, но она продолжала молча стоять, глядя в одну точку и непроизвольно сдерживая беспокойное дыхание, сквозь которое могли вот-вот прорваться всхлипы. — Он не сработал! — горько воскликнул Робин через пару мгновений, и Миллс повернулась, недоуменно смотря на ледяную жёнушку возлюбленного. — Я как-то видел такое. Когда Фредерик превратился в золото, — задумчиво произнёс Дэвид, бросая взгляд на Реджину. Заметив взгляд принца, обращенный в свою сторону, Реджина удивилась, а Дэвид, неуверенно почесав затылок, в ответ лишь подарил ободряющую улыбку, отчего женщине стало чуточку легче. Не сводя глаз с Прекрасного, Реджина вполуха слушала вопрос Свон насчет Фредерика и тихий ответ Генри. — Значит, холод вроде барьера? И ничего нельзя сделать?! — взволновано спросил Робин, голос которого вернул брюнетку в реальность. Хоть Локсли и любил другую, он не мог позволить своей жене умереть, это было неправильно, жестоко, неразумно. Не поступают так благородные разбойники, Робин прекрасно понимал это, поэтому противясь собственным чувствам и слушая голос разума, он приблизился к матери его ребенка и бережно сжал холодную ладошку Мериан, мысленно отмечая, что руки королевы гораздо нежнее и ухоженнее. — Нет одинаковых заклятий. Чтобы вникнуть, мне нужно время, — Реджина наклонилась к Мериан, тем самым приближаясь к Локсли и рассматривая разбойницу в попытке понять что за заклятье пало на жену любимого. Незаметно для других Робин вдохнул в себя аромат любимой женщины с примесью спелых яблок и блаженно улыбнулся, которая сейчас стояла всего в пару миллиметров от него. Хотелось плюнуть на все правила и накинуться на Реджину, крадя с её пухлых губ такой желанный мужчиной поцелуй, но разум вновь взял над ним вверх. Сейчас было не время и не место, но наступит ли когда-либо нужный момент? Сможет ли он вновь прикоснуться к королеве или остаток дней будет лишь вспоминать моменты, проведенные с нею? Брюнетка же старалась не думать о том, что их с Робином отдаляют лишь пара миллиметров, вглядываясь в лицо замороженной женщины, отобравшей счастье бывшего мэра Сторибрука. Хотя, если Миллс и обвиняла кого-либо в том, что вновь потеряла своё счастье, то уж точно не Мериан — девушка не собственноручно прибыла в Сторибрук, её почти силой притащила Спасительница, о чем, как казалось Реджине, ни капли не жалела. Именно из-за Свон Робин уже не был мужчиной Реджины, и осознание этой мысли неистово терзало женщину. — Надо выяснить, в чем тут дело! — не желая сидеть на месте, нарушила тишину Эмма, поворачиваясь к двери. Реджина горько усмехнулась про себя, поражаясь блондинке, и, не сдерживаясь, поддела рвущегося из офиса шерифа: — Захватите с собой телохранителя.  — Какого телохранителя? — развернувшись и устремив недоброжелательный взгляд на брюнетку, спросила Эмма. Как известно, лучшая защита — нападение, и Эмма часто пользовалась этим, потому что не могла иначе. Легче отвечать колкостью на колкость, нежели извиниться или хотя бы виновато взглянуть на того, чье счастье ненароком испортил. Где-то в глубине души Свон всё же боялась Реджину, боялась того, что та не примет её извинений, поэтому упорно глушила в себе чувство вины, воспринимая все замечания некогда Злой Королевы резче, чем обычно. — То снежные монстры, то ледяные пещеры. И Спасительнице не помешает Спасатель, — выпрямившись, продолжила брюнетка. — Ты злишься и вымещаешь злость на ком придется, — констатировала факт Эмма, нагло глядя прямо в глаза женщине, которой с каждой секундой становилось всё хуже. — А ты совершенно не думаешь о последствиях, дорогая! — сорвалась Реджина, приблизившись к Эмме. — Прямо как твоя мамаша, — уже тише добавила женщина, кинув полный ненависти взгляд на Снежку. Эмма собиралась защитить родную мать, но замерла, заметив скатившуюся по щеке брюнетки слезинку. Почувствовав предательский след собственной слабости, Реджина удивленно прикоснулась ладошкой к щеке, размазывая слезу, а после, словно выходя из оцепенения, женщина резко махнула руками и в мгновение ока испарилась в фиолетовом тумане.

***

Очутившись на заснеженной лужайке, Реджина подавила в себе приступ рыданий и тяжело вздохнула, втянув в себя огромное количество свежего воздуха. Стыдясь за то, что не сдержалась и все же проронила слезинку, Реджина сжала руки в кулаки, впиваясь острыми ногтями в мягкую кожу ладошек. В частности благодаря Робину она полюбила лес, который всегда принимал Королеву и успокаивал своим безмолвным очарованием. Лес как и склеп стал убежищем женщины, правда, сейчас здесь было холодно и с легкостью могли появиться случайные свидетели. — Реджина! — брюнетка услышала маленький голосок, раздающийся где-то внутри белоснежных кустов. Удивленно приподняв бровь и сделав еще один вздох, чтобы не расплакаться на глазах ребенка, голос которого она просто не могла не узнать, Реджина подошла к кустам, откуда выскочил Роланд и прильнул к ней своим дрожащим тельцем. Тронутая детскими объятьями Реджина слабо улыбнулась и подняла ребёнка на руки, крепко прижимая к себе заплаканного малыша и наслаждаясь эти прикосновениями. Когда Роланд в её руках успокоился, а его глаза уже не выражали страх и беспокойство, Реджина ласково спросила: — Что ты здесь делаешь, малыш? Ребенок еще раз всхлипнул, благодаря чему брюнетка поняла, что сейчас не лучшее время для расспросов. Баюкая малыша, Реджина задумчиво разглядывала кусты, гадая, как же Локсли-младший там очутился. В любом случае, в лесу было слишком холодно, дрожь Роланда никак не проходила, да она и сама замерзла, поэтому была не прочь оказаться в более комфортной для них обстановке. Желание опытной колдуньи вмиг исполнилось, и Реджина с уже спящим Роландом оказались в одной из комнат склепа. По апартаментам, которые королева наколдовала пару лет назад, и не скажешь, что находишься в склепе, внутри всё выглядело довольно уютно — королевская кровать огромных размеров, величественный камин, создававший уют в спальной комнате, черный шкаф и туалетный столик, на котором уютно расположились различные баночки с зельями, склянки и прочие атрибуты королевы, о которых знать остальным необязательно. Лёгким движением руки Реджина зажгла огонь в камине и попыталась аккуратно переложить ребёнка на мягкую кровать, но Роланд, почувствовав её желание отпустить его, недоуменно приоткрыл заспанные глазёнки и тихонько прошептал: — Не уходи, пожалуйста. Мягко погладив малыша по тёмной макушке и улыбнувшись, Миллс легла вместе с ним, закутывая Роланда одеялом и крепко обнимая. Уткнувшись носиком в грудь брюнетки, уставший Роланд почти сразу засопел, а Реджина нежно поцеловала его макушку и, аккуратно приподнявшись на локтях, с помощью магии переместила все зелья в другую комнату, вместо которых появились мягкие игрушки, на случай, если Роланд проснётся раньше женщины. Оставшись довольной своей работой, Реджина не без удовольствия взглянула на Роланда и слабо улыбнулась, но улыбка мигом сошла с пухлых губ брюнетки, когда та с горечью осознала, что Роланд, как и Генри — не её ребёнок, и вскоре и Роланда также заберёт его родная мать. «А стоит ли спасать Мериан?» — пронеслось в голове засыпающей Миллс. Роланд, будто предугадав её намерения, сквозь сон прижался крепче и промычал что-то невнятное, а Реджина, теребя волосы ребенка, кивнула сама себе, твердо приняв решение спасти мать мальчика. Она не имеет права лишать ребёнка матери, которую он искренне любит. Да и Мериан, естественно, любит его. У них семья, идиллия, а Реджина, как обычно, лишняя. Жутко устав от плохих мыслей, беспрестанно лезущих в голову, Реджина, наконец, заснула.

***

Почувствовав лёгкий толчок, Реджина испуганно распахнула карие глаза. Встревоженное личико Роланда, наклонившегося над ней, вмиг напомнило Миллс о прошедших событиях. — Как ты очутился под кустами? Ты потерялся? Что произошло? — встрепенувшись, спросила Реджина, встревоженно глядя на Роланда. Роланд некоторое мгновенье молча смотрел ей в глаза, а после не выдержал и принялся рассказывать, время от времени всхлипывая из-за переполнявших его маленькое сердечко пережитых эмоций. — Папа…он сказал, что мама заболела, и что он хочет попросить тебя о помощи. Я попросился с ним, потому что очень переживал за маму и скучал по тебе… Но он оставил меня с дядей Уиллом! А я хотел с ним, поэтому убежал, пытался найти его и потерялся. — Глупый, ты ведь мог замерзнуть насмерть! Никогда больше так не поступай, ладно? Роланд быстро закивал и кинулся на шею Реджине, расстроившись из-за пережитого. Хоть мальчик и жил в лесу, сколько себя помнил, оказавшись в нем один, он не на шутку испугался, а холод еще более усугубил положение. — Реджина, ты ведь поможешь маме, да? — успокоившись, Роланд с надеждой взглянул на женщину. Трогательный взгляд Роланда не оставил женщину равнодушной. Взглянув в заплаканные глазки ребенка и с заботой убрав прядь темных волос с лобика малыша, Реджина слабо кивнула и крепко прижала к себе Роланда, закрывая глаза, что не помогло сдержать слезу. Быстро смахнув её, Реджина отпустила ребенка и натянула на свое измученное лицо грустную улыбку. Пусть ей будет больно, очень больно, но Роланд был еще совсем крохой, и Реджина не могла допустить, чтобы он страдал. Он заслуживает родную мать, а не злую королеву, в этом женщина была уверена. — Помогу. Точно. — Тебе больно? Ты любишь папу? — Роланд бережно коснулся щеки Реджины, вытирая новую слезинку. «Возьми себя в руки, Миллс!» Тяжело сглотнув, Реджина накрыла маленькую ладошку своей и ответила: — Это не имеет значения, милый. Главное, чтобы ты был счастлив. Поняв, что больше не сможет выдерживать на редкость проницательный для ребёнка взгляд, Реджина вскочила с постели, сказав, что пора приниматься за работу.  — А я ведь тоже могу помочь? П-о-ж-а-л-у-й-с-т-а! — протянул Роланд и тоже вскочил с постели. — Конечно, только давай сообщим твоему папе, он, наверное, переживает, — сказала Реджина, набирая Робину смс: «Роланд у меня, и он в порядке.» — Вау… — только и смог вымолвить Роланд, наконец заметив игрушки. Отключив телефон, Миллс посмотрела в сторону ребенка и хихикнула из-за восторженного детского личика. — Может, ты пока поиграешь, а я поищу противоядие? — предложила брюнетка. — Нет, — к удивлению женщины, оказался Роланд. — Я должен помочь маме. — Умничка, — улыбнулась Реджина, искренне восхищаясь волей ребенка. — А можно взять одну игрушку? — неуверенно спросил ребенок. — Конечно! Радостно хихикнув, Роланд схватил понравившуюся обезьянку и побежал вслед за Миллс.

***

Очередная книжка мигом очутилась на полу. — Опять ничего? — грустно спросил Роланд. — Прости, но я…я не знаю, что делать, милый. Я никогда не сталкивалась с такой магией! — изнывая от собственной беспомощности, Реджина начинала выходить из себя, но сдерживалась, дабы не напугать мальчика. Роланд вздохнул и потянулся за еще одной книжкой. Протянув пыльную книгу Реджине, мальчик заприметил в уголке полки пару оборванных грязных страниц. Роланд пытался дотянутся до них и едва не упал с сундука, если б Реджина не придержала его. — Аккуратней, давай я, — уголками губ улыбнулась брюнетка и достала страницы. Приглядевшись к мелкому тексту, Миллс положила страницы в карман и вернулась к книжке, удивив ребенка. — Что там? — Вариант «Б» — А почему не «А»? — Потому что это не вылечивающее заклинание, — задумчиво произнесла Реджина. Роланд не понял Реджину, продолжая удивленно хлопать глазками, Миллс же поджимало время — Мэриан в этот момент умирает, а может быть, уже мертва. Подумав об этом, Реджина невольно улыбнулась, но улыбка мигом исчезла, потому что Роланд вновь посмотрел на неё молящими глазками, не понимая причину улыбки. — Если есть хоть малейший шанс, то давай поможем маме, — прошептал мальчик. — Роланд, всё не так просто… — Потому что ты не очень хочешь помогать, да? Ты любишь папу, и это имеет значение, — заключил Роланд и обиженно взглянул на женщину. Генри также когда-то смотрел на Реджину, еще до того, как она его потеряла. Горькие воспоминания причинили боль брюнетке, но Роланд не понимал этого и лишь с тоской думал о маме, которую только успел обрести и вновь потерял. Взглянув на мальчика, женщина почувствовала себя настоящей тварью и, обронив пару непрошенных слёз и быстро смахнув их, переместилась вместе с Роландом в особняк. — Реджина? Роланд! — Робин со всей силой обнял своё любимое чадо и вопрошающе взглянул на возлюбленную. Снежка с Дэвидом также приблизились к появившимся, вопрошающе глядя на Миллс. Аккуратно положив руку на плечо брюнетки, Дэвид выжидающе взглянул на Реджину, темные волосы которой были растрепаны в разные стороны, что делало женщину еще милее. — Да, есть один способ. Но он лишь перенесёт заклятие Мериан на кого-то другого, не больше. Всё еще раздумывая над правильностью своего решения, Реджина замолчала, крепче сжимая пыльные страницы. С одной стороны, она может бездействовать, и Мэрион умрет, но она не будет счастлива, зная, сколько боли это принесет Роланду. Он ведь очень любит свою маму, что превыше всего. С другой стороны она может переместить заклятие на себя, тем самым став наконец героем, чего искренне хотел Генри. Да, если она замерзнет вместо Мерион, все будут счастливы. Она не нужна никому, пора смириться и действовать. Проронив очередную горькую каплю (и когда это она успела стать такой сентиментальной? Любовь меняет людей, это неоспоримо), Реджина принялась«высасывать» заклятие из Мерион, не обращая внимания на крики Снежки и попытки Робина её остановить. Дэвид изумленно смотрел на женщину, не убирая руки с ее дрожащих плеч. Леденящий холод безжалостно пронзил тёплую плоть. Через миг она упала, но Дэвид мигом подхватил брюнетку, с глазами размером с круглые блюдца глядя на остальных. Сознание помутнело, постепенно исчезая и вовсе, оставался один лишь холод, желавший добраться до её постоянно страдающего сердца. Последнее, что увидела Реджина, это маленькие недоумевавшие глазки Роланда. Дальше — лишь тьма и холод. Мэриан же вмиг вскочила и глубоко вдохнула в себя большую порцию кислорода, которого ей не хватало, и услышала отчаянный крик Робина: «Реджина, нет!» Не понимая, в чем дело, очнувшаяся разбойница смотрела на Снежку, Робина да Роланда, стоящих у Дэвида, в руках которых Злая Королева…покрывалась льдом? — Что…что с ней?! — не понимая ровным счётом ничего, воскликнула Мэриан. — Она пожертвовала собой ради тебя, — прошептала Снежка, по щекам которой текли горькие слёзы. Мериан, ошарашенно глядя на Реджину, услышала возглас сына и почувствовала его прикосновения. Мальчик заплакал, уткнувшись в маму, а той только и оставалось, что поднять его на руки. Злая Королева пожертвовала собой ради крестьянки, которую сама велела казнить? Немыслимо. Видимо, она действительно изменилась. «Дурочка, зачем?!» — про себя ругал Реджину Робин, глядя на ее безжизненное тело. Не обращая внимания на Мериан, он пытался привести в чувства Реджину, но тщётно. Забрав холодное тело женщины из рук Дэвида и с недоумением уловив в взгляде принца разочарование, Локсли поднес любимую к камину, кинув на Дэвида ревнивый взгляд и заставив его тем самым смущенно отвести глаза в сторону. Присев на колени, все сильней прижимая её к себе, он смотрел на неё и никак не мог поверить в увиденное. Время шло, а Робин не двигался,  лишь щупал пульс Реджины и, ощущая его, прижимал её всё сильнее, рассматривая до боли родное и любимое лицо.

***

— Почему ты так любишь лес? Здесь так холодно, — поежившись, Реджина забавно сморщила носик, заставив Робина рассмеяться и сильнее обнять её. — Он прекрасен. Конечно, с тобой не сравнится, но всё же. — А холод? — наивно поинтересовалась Реджина, по-детски улыбаясь. — Не беда. Можно ведь согреться. Хмыкнув, Реджина поцеловала Робина. — Я люблю тебя, Реджина. — Больше, чем лес? — Дурочка. Обиженно хмыкнув, Реджина отвернулась от Робина, но мужчина, мягкими движениями взял её за подбородок и страстно поцеловал. — Одними поцелуями ты сегодня не отделаешься, — усмехнулась женщина, отходя от Робина на шаг назад. — Снова в склеп? — широко улыбнулся Робин, предвкушая скорое приключение. — Да, но не в спальню. Хитрая ухмылка женщины не предвещала ничего хорошего. — Я надеюсь, мы не пойдем к твоей матушке? — неуверенно предположил Робин, едва сдерживая улыбку. — У меня на тебя другие планы, — схватив Робина за рубашку, Реджина рывком притянула его к себе и впилась в губы разбойника. Когда женщина отстранилась и отошла от возлюбленного, Робин открыл глаза и обнаружил, что находятся они уже совсем не в лесу. Непроглядная темнота давила на разбойника, но тепло ясно давало понять, что они находятся в склепе. Правда, в какой комнате? Их у Миллс было очень много. — Реджина, где ты? Включи свет! — не выдержал разбойник. — Какой ты, однако, нетерпеливый, — сладко пропела Миллс и щёлкнула пальцами. — О… Когда ты успела переодеться? Или, точнее, раздеться? Оторвавшись от тела брюнетки, которое едва прикрывал короткий джинсовый комбинезон на лямках, открывающий вид на упругую грудь, Робин с удивлением осмотрелся в комнате и лишь вымолвил: — Боже… Реджина, я запрещу тебе читать эротические романы!

***

— Хватит сидеть! — воскликнула Снежка, выдернув Робина из воспоминаний. — Мне встать?! — недовольно съязвил Робин, прижимая брюнетку ближе, тем самым защищая ее от взглядов Снежки. Закатив глаза, Снежка обиженно скрестила руки и вышла из комнаты. Подбодрить Робина, сидевшего с холодной Реджиной уже как полчаса не удалось, поэтому принцесса поспешила в бар мэра Сторибрука, надеясь, что ей за это ничего не будет. Эмма стояла на кухне вместе с Крюком в обнимку, который с удовольствием поглаживал блондинку, тем самым подбадривая её. Мэриан уже давно ушла куда-то с грустным Роландом в надежде развеселить его, и неизвестно было, за кого нужно волноваться больше — за маленького ребенка или за женщину, впервые столкнувшуюся с цивилизацией. Хотя, до них дела пока что никому не было. В комнате с оледеневшей Королевой находились лишь самые важные члены её семьи. Её сын и её разбойник. Ну, и Дэвид тихонько притаился в углу, беспокойно наблюдая за Королевой. — Всё будет хорошо. Мама сильная, — как можно уверенней сказал Генри и поцеловал маму в лоб. Не ответив, Робин аккуратно погладил Реджину по растрепанным волосам цвета вороньего крыла. Последовав примеру Генри, он потянулся к Реджине и поцеловал, но не в лоб, а в губы. Этот поцелуй не был похож на поцелуй с Мэрион. Он был искренним, настоящим. Коснувшись пухлых губ, Робин неуверенно проник дальше, плутая языком во рту женщины. Внезапно он почувствовал, что Реджина ответила ему, и удивленно приоткрыл глаза, натыкаясь на хитро сузившие глазёнки Миллс. — Барьер, значит? Что ж никакие барьеры мне ни почём! — улыбнулся счастливый Робин. Фыркнув, брюнетка с любовью взглянула на разбойника и впервые за эту неделю счастливо улыбнулась. — Мама! — воскликнул Генри и крепко обнял Реджину. Погладив сына по голове, Реджина, кокетливо облизав губы, готовые для следующего поцелуя, с улыбкой отметила: — Кому-то не помешало бы почистить зубы. — Кто бы говорил, — улыбнулся в ответ Робин. — Сегодня ты их точно не чистила, а вот я - да, — продолжил мужчина, за что Реджина легонько стукнула его в бок. Хихикнув, Робин вновь прильнул к желанным губам брюнетки, а смущенный Генри аккуратно поднялся с пола, кидая завистливые взгляды на мужчину. Впрочем, не один он обиженно смотрел на разбойника — Дэвид еще не ушел, хотя следовало. — Мама, — тихо пискнул Генри, скрестив руки. — Я вообще-то волновался! — обиженно воскликнул ребенок, скрестив руки. Если бы женщина услышала ребенка, она бы непременно оторвалась бы от губ разбойника и прижала сына к себе, но страсть, блуждавшая в телах двух влюбленных и нетерпеливо желающая вырваться наружу, заглушила слова мальчонки. — Генри, я, пожалуй, помогу твоей маме почистить зубы, а ты пока сообщи другим об этом. — О том, что ты хочешь почистить ей зубы? Робин не обратил внимание на колкость Генри, скользя рука по округлостям мэра, опьяненного долгожданными ласками, и мальчик посчитал тактичным покинуть комнату, потому что не хотел взрослеть раньше времени. — Ну, потом поговорим, — больше для себя, нежели для начавших раздеваться взрослых произнес Генри, подходя к входной двери. С тяжелым вздохом мальчишка вышел и с хлопком закрыл за собой дверь. Сообщив радостную новость Эмме и Крюку, Генри поспешил в бар к порядком выпившей Снежке, которая, узнав обо всем, конечно, обрадовалась. Обняв внука, женщина вместе с ним прошла на кухню к дочери и её бойфренду и, не обнаружив там мужа, противным из-за алкоголя голосом произнесла: — А где Дэвид?!