Вслед за радугой

Через два дня после возвращения из Гео в дверь забарабанил Елазул. - Перл пропала! – были его первые слова. - Ну и что? – зевнула я, кутаясь в одеяло, - Было бы из-за чего поднимать ни свет, ни заря. Наверно, она пошла на рынок, или… - Нет, это Сандра! Она увела Перл. Вот, смотри, - Елазул протянул сложенный клочок пергамента: - Это было на столе в нашей комнате. Меня словно окунуло в ледяную воду. Отвратительно знакомый почерк, угловатые буквы складывались в слова: «Жемчужина созреет в глубине пещеры и станет моей». Ообралась за несколько минут, бросила полусонным близнецам: «Буду к вечеру», и скатилась по лестнице. Елазул вышагивал у крыльца, вполголоса ругаясь. До Мекив мы добрались почти бегом, а возле входа пришлось притормозить. В глубину вели четыре коридора, и проверять все не было времени. К счастью, в пещере обнаружились два гоблина и мад-маллард в компании бурдюка звеноградового сока. Увидев нас, один из гоблинов пьяно заржал: - О, еще одна сладкая парочка явилась! Чувак, оставь нам свою гёрлу, в пещерах есть еще две. Елазул схватил его за шиворот: - Девушки в пещере? Как они выглядели? - Эй, не тряси его! – встрял второй гоблин, - Гёрлы отпад, одна вся белая, а другая рыжая, с такой клёвой задницей. - Куда они пошли? – Елазул выпустил гоблина, мешком плюхнувшегося на пол. - Вон туда, - махнул лапой мад-маллард в сторону одного из коридоров. На этот раз мне удалось не влететь лбом в сталактит, и всего пару раз споткнуться в темноте. Наверное, потому что приходилось ощупывать стены и следить, как бы не пропустить боковой тоннель. В очередной пещере мы застряли. В разные стороны расходились три коридора, и никаких следов, куда направились девушки. Елазул ругался и метался от одного входа к другому. Потом бросился в гущу сталагмитов и принялся крушить их мечом. - Эй, полегче, - раздался глухой голос из-за камней. Джами замер. Из темного угла медленно вышел кряжистый сгорбленный старик. Длинные руки свисали до колен, лысая голова, обрамленная жесткими бурыми волосами, была втянута в плечи. - Ты видел Перл? Куда она пошла? – обратился к нему Елазул. Старик задумчиво пожевал губами. Длинные обвисшие усы и выпученные круглые глаза делали его похожим на сома. - Я видел камень, - медленно произнес он, - маленький камень. Это было как звезды в небе. Это то, что ты ищешь? Рыцарь опешил: - Я ищу девушку в белом платье. Ты ее видел? - Девушка в белом платье… Да, она была здесь, - старик зашаркал сапогами по камням, направляясь к одной из каменных арок. Из-под бурого длиннополого кафтана свисал и волочился по камням толстый рыбий хвост, покрытый радужной чешуей. - Они с Сандрой пошли туда. - Скорее! – воскликнул Елазул, бросаясь к тоннелю, - мы их догоним. Я задержалась возле странного старика: - Кто ты? Откуда знаешь Сандру? - Кто я? – он смотрел мимо рассеянным взглядом, - Я Джами, я никто. Это легенда. Запрет Джами общаться с другими. - Но почему? - Это легенда. Слезы Джами. Кто плачет для Джами, тот станет камнем. Я думаю, я знаю, почему. - Аэвен, чего ты там застряла, иди скорее, - окликнул меня Елазул. *** В пещере, куда вел каменный коридор, из щелей в потолке падали столбы света. В самом широком стояла Перл. Белое платье, волосы, кожа – все сияло перламутровым блеском. И кинжал, который Сандра приставила к ее груди… - Ну? Ты помнишь свою истинную цель? – шипела она сквозь зубы, сжимая в кулаке светло-русые косички. - Сколько ты еще будешь спрашивать, - тяжело вздохнула Перл, не открывая глаз, - я не понимаю, о чем ты говоришь. Я ничего не помню. - Проклятье! Ты издеваешься! Кинжал шевельнулся, и на белом шелке выступила кровь. - Оставь Перл! – крикнул рыцарь, бросился вперед – и замер. По блестящему лезвию скатилась алая капля. - Еще шаг, и твоя принцесса умрет, - усмехнулась Сандра. - Не трогай её! Иначе пожалеешь! – в отчаянии выкрикнул Елазул. - Ха, малыш Джами! Я похожа на женщину, которая будет тебя слушать? Аэвен, отступив в тень, медленно двинулась в обход пещеры, чтобы подобраться к Сандре сзади. - Я заставлю тебя уйти, - выдохнул Елазул, - Заставлю этим мечом! Сандра рассмеялась, толкнула Перл в сторону и одновременно в воздухе блеснули стальные пластинки-звезды. Две впились в стену, одна свистнула над макушкой Елазула, а еще одна разбила лазуритовую бляшку, висящую у него на груди. Джами покачнулся и упал. - Не-е-ет! Перл бросилась к нему, обхватила за плечи и приникла к груди. Аэвен прыгнула, целя посохом в рыжую макушку, но Сандра увернулась. - Глупая девчонка, - усмехнулась она, - ты ничего не сможешь сделать. Я все равно отберу их сердца. Если, конечно, принцесса не заплачет. Перл подняла голову. Её глаза были сухими. - Я не могу… и никто из Джами не может… - Прекрати, Сандра, - раздался за их спинами глухой голос. Обернувшись, Аэвен увидела давешнего рыбохвостого старика. - Король… - пробормотала рыжая, отступая с таким видом, словно провинилась. - Бесполезно причинять боль, - покачал головой старик, - Слезы не вернутся. - Что ты понимаешь! – огрызнулась Сандра, - Меня тошнит от этих бесполезных камней! Мертвенно-бледный Елазул лежал на каменном полу. Перл осторожно ощупывала расколотую лазуритовую бляшку. - Мы не бесполезные, - тихо прошептала она. - Даже ты ничего не можешь, - презрительно усмехнулась Сандра, - Что жемчуг, что булыжник, одно и то же. Ты никчемный хранитель! Она замахнулась кинжалом. Аэвен рванулась наперерез, но длинные руки старика сжали ее с совсем не стариковской силой. - Не мешай, - прошипел он. Перл отшатнулась, прикрывая собой неподвижного Елазула. - Мне не нужна сила исцеления, - прошептала она, глядя на приближающееся лезвие. Пальцы сжали висящую на шнурке жемчужину, голос сорвался на крик: - Дай мне силу, чтобы сражаться! Перламутровый шарик вспыхнул ослепительным белым светом. Аэвен зажмурилась – но под закрытыми веками продолжали мелькать блики, словно вихрь белых лепестков. Приоткрыв глаза, она увидела на месте Перл женщину в черной одежде, и с вороненым мечом – ту самую, которую встретила в Лейрис, у Зеркала Правды. Застывшие, безжизненные глаза взглянули на Аэвен, скользнули по неподвижному телу Елазула и остановились на Сандре. Та задрожала, словно увидев призрака. - Блэкперл… - прошептала она побелевшими губами. - Ты хочешь сразиться со мной, Сандра? – голос был как шелест меча, вынимаемого из ножен. - Нет! – помотала головой рыжая, - Я никогда не сделаю такую… - она осеклась и опрометью бросилась вон из пещеры. Аэвен почувствовала, что сильные руки старика, державшие её, разжались. Блэкперл склонилась над Елазулом: - Рыцарь Джами, ответь мне: жива ли Клариус Флорина? - Я не знаю… Я давно ушел из города… Блэкперл повернулась и пошла прочь. - Постой…Перл… - Перл больше нет, - голос был холодным и бесстрастным, - Теперь ты свободен от клятвы, рыцарь Ляпис Лазури. Извини меня за все. Черная фигура растворилась во мраке каменного коридора. Аэвен опустилась на колени возле бледного до синевы Елазула: - Ты ранен? Я могу чем-нибудь помочь? - Нет… разбит кор… - рыцарь до крови закусил губу. - Кор? – недоуменно переспросила Аэвен. - Кор – это как сердце. Если кор разбит, Джами умирает, - сказал подошедший старик. - Но ведь он не ранен! Где же… - Вот, - старик ткнул узловатым пальцем в треснувшую лазуритовую бляшку. - Кор – это вот что. Нет кора – нет Джами. Пуф – и только искры. Он наклонил голову, рассматривая Елазула: - Хороший камень, яркий. Нельзя дать ему умереть. Ты, - водянистые глаза уставились на Аэвен, - поможешь ему выжить. *** Старик помог вынести Елазула из пещеры, а до дома пришлось волочить его на себе. Джами висел мешком, даже не шелохнулся, когда я втащила его на второй этаж и уложила в постель. Разумеется, близнецы не замедлили явиться. Бад проворчал: - Ну, вот, сначала гулянки до утра и драки, теперь парней домой таскаешь. Пьяных в стельку. С кем я связался! Я промолчала, пытаясь сообразить, что делать с Елазулом. Зато Лиза, до этого стоявшая столбом, одной рукой ухватила братца за шиворот, другой заткнула ему рот и сволокла по лестнице. Потом снизу донеслись хлопки оплеух, и звонкий девчачий голос объяснил в сочных выражениях, кто такой Бад после всего сказанного, и в какое место он должен отправляться. Все это легким ветерком промелькнуло мимо сознания, занятого непосильным вопросом: как лечить Джами? Если бы это был обычный человек, можно было перевязать рану, напоить его зельями, пригласить Мага, в конце концов. Но Джами… Если разбит кор, как его починить? Поразмыслив, я решила лечить то, что смогу, а остальное предоставить природе. Я не Богиня, и чудес не творю, увы. Елазул горел в лихорадке – бледный, с пунцовым румянцем на щеках и искусанными в кровь губами. Первым делом надо было сбить жар и уменьшить боль. Я спустилась на кухню, чтобы смешать нужные зелья. Подошла Лиза: - Я погрела ужин. Пойдешь есть? - Ага, только подлечу Елазула. Лиза помогла собрать склянки, прихватила кувшин с водой и чашку. Когда мы поднимались в спальню, она тихо сказала: - Не обращай внимания на Бада. Он сам не соображает, что говорит. *** Елазул пролежал в горячке несколько дней, с трудом глотая микстуры. Аэвен и Лиза попеременно дежурили у его постели. Бад не показывался в доме дольше, чем надо, чтобы стащить на кухне еду, предпочитая отсиживаться в мастерской. Лиза на него сердилась, Аэвен не замечала. Когда Елазул, наконец, очнулся, первыми словами были: - Надо найти Перл! - Как ты? Что болит? – склонилась над ним Аэвен. - Кор... – он скривился, коснувшись лазуритовой бляшки. Девушка не рискнула снять её, оставив висеть на шнурке. - Больно... но я могу терпеть. Что с Перл? - Не знаю, - смутилась Аэвен. - Найди Перл, - Елазул сжал её руку горячими пальцами, - возьми её с собой, защити её. Ради меня. Я... сделаю все... только найди Перл... - Тише, тише. Тебе надо отдохнуть. Я обязательно найду её. - Да... ты найдешь её... – глаза рыцаря закрылись и он погрузился в тяжелый сон. *** Еще пару дней Елазул отлеживался, а потом сбежал. Глупый мальчишка! Пришлось идти искать. Моя вторая Перл, чтоб его саккабус зацеловал! Расспрашивая соседей, я выяснила, что этот недолеченный придурок потопал в Лейрис. Башня Магов – самое подходящее место для полдохлого Джами! *** Аэвен нашла его у самого входа. Елазул сидел у стены, бледный и чуть живой. Рядом валялись тушки пещерных кровососов. Пол усеивали капли крови и клочки шерсти. - Ну, что, добегался? Елазул с трудом приоткрыл глаза: - Я должен найти Перл. - Ты должен лечь в постель и лежать две недели, пока не поправишься! - Я должен найти Перл, - упрямо повторил Елазул, - Для рыцаря Джами жизнь хранителя важнее его собственной. Если Перл погибла, мне незачем жить. - О, Богиня, за что мне это наказание?! Почему я не могу просто бросить тебя здесь и спокойно идти домой?! - Наверное, потому, что мы друзья, - слабо улыбнулся Елазул. - Давай договоримся: я пойду искать Перл, и буду защищать её, а ты возвращаешься домой и ложишься в постель. - Нет. Это мое дело. Для тебя слишком опасно... - Для меня слишком опасно видеть тебя! – взорвалась Аэвен, - Я сейчас просто тресну тебя по глупой башке, свяжу и прикую цепью к кровати! Иначе ты точно себя угробишь. Елазул покачал головой: - Ты этого не сделаешь. - Почему? Что мне помешает? - Твоя совесть. - Ты... ты... ты самый наглый, отвратительный, бессовестный, невоспитанный, безмозглый Джами! Елазул улыбнулся: - Ага, еще добавь «агрессивный, непоследовательный и лишенный здравого смысла». Леди Люсидиан так и говорила. Аэвен плюнула. Потом протянула ему фляжку: - Пей. Это витальное зелье. Я не собираюсь тащить полудохлого тебя на собственном горбу до самого верха башни. - Откуда ты знаешь, что до верха? – удивился Елазул. - Закон подлости, - вздохнула девушка. Он недоверчиво хмыкнул, но зелье выпил, и через пару минут смог подняться. Выглядел Елазул неважно, но хотя бы держался прямо, не падая через каждые несколько шагов. *** Башня со времени последнего посещения не изменилась. Те же набитые монстрами этажи и пустынные лестничные площадки. Та же беззвездная ночь за окнами – хотя, когда я входила, солнце только клонилось к закату. Елазул изо всех сил старался показать, что он уже совсем здоровый, так что приходилось сдерживать его пыл. Так же, как с Перл, блуждать не пришлось – он каким-то чутьем угадывал правильную дорогу. Когда я спросила, как – он ткнул пальцем в треснутую лазуритовую бляшку и коротко сказал: - Я её чувствую. *** Но к одиннадцатому этажу он выдохся, буквально вползая по лестнице. Пришлось снова доставать фляжку. - И где же Перл? - Там, - Елазул указал на высокие двустворчатые двери, - Это Дверь Судьбы. Я слышал, она открывается только тому, кто знает человека, стоящего за ней. Я чувствую, что Перл внутри. Я смогу открыть. Джами потянул за ручку, потом навалился на створку всем телом. - Сопротивляется... Моих воспоминаний недостаточно. - Мозгов у тебя недостаточно, - буркнула Аэвен, подходя, - Только-только оклемался – и потащился невесть куда, на край света. Удивляюсь, как ты до сих пор жив оставался? Елазул отвел взгляд и промолчал. Объединенными усилиями они открыли дверь. Зал с Зеркалом Правды был ярко освещен факелами, а возле его черного овала стояли две девушки. Белое платье одной сияло перламутром, черная мантия другой сливалась с чернотой зеркала. Аэвен замерла, не в силах сделать шаг или хотя бы шевельнуть пальцем. Рядом недвижной статуей оцепенел Елазул. - Перл, – бесстрастный голос Блэкперл наполнял комнату, – твоя цель – достичь Этансела. - Да... – тихо произнесла девушка, не открывая глаз. - Перл, ты станешь Клариусом, – голос завораживал монотонностью. - Да... – её дыхание было ровным, словно девушка спала. - Ты будешь изливать свою жизнь, как слезы, и отдашь её до последней капли. Веки затрепетали, и белая жемчужина на груди вздрогнула от глубокого вздоха. - Ты и впредь будешь отдавать свою жизнь и ничего более. Розовые лепестки губ шевельнулись: - Нет... - Послушай меня. Это лучший путь, - голос стал холодным, как сталь, - Она вернется с Мечом Силы и Камнем Слез. Но для этого нужно время. - Нет... – прошептала Перл, – я не хочу умирать... - Ты должна. - Нет!!! – во весь голос выкрикнула Перл, и её крик разбил оковы неподвижности. Елазул бросился к ней, заслоняя от шагнувшей Блэкперл. - Джами Ляпис Лазури, тебе не стоит вмешиваться. Уйди с дороги, или умрешь. - Перл мой хранитель, - оскалился Елазул, - Я поклялся защищать её и не отступлю! - Значит, ты умрешь, - лицо женщины было спокойным, и от того еще более жутким. - Эй, погоди-ка, - вмешалась Аэвен, - Меня тошнит от ваших разговоров о смерти! Или ты заодно с Сандрой? - Сандра? – девушка могла поклясться, что на миг в неживых темных глазах мелькнул огонек ненависти. – Хорошо. Я проверю твои силы, рыцарь Ляпис Лазури. Если ты достоин, Перл будет твоей. - Но Елазул ранен! – Аэвен встала рядом. - Я буду помогать ему! - Не вмешивайся не в свое дело, девочка, - Блэкперл даже не повернулась к ней. - Людям не место среди Джами. - Все равно, - нахмурилась Странница, - я буду помогать, иначе это нечестно. - Хорошо, - Джами-воин пожала плечами. - Выйдем, чтобы не осквернять кровью это место. Елазул обнял Перл: - Просто подожди здесь. Я обязательно вернусь. - Будь осторожен, - девушка приникла губами к его щеке, русые локоны смешались с темно-каштановыми. Выходя из зала, Аэвен невольно оглянулась. Ей показалось, что белая фигурка Перл растворяется в бездонной черноте зеркала... но двери захлопнулись. Елазул дрался отчаянно, словно защищая свою жизнь. Впрочем, если судить по обычаям Джами, жизнь Перл для него была важнее собственной. Блэкперл сражалась с отточенной грацией – ни одного лишнего движения. Подобное мастерство приходит после многих лет тренировок – но, видя точные выпады, ловкие уклонения и контрудары, Аэвен поняла, что её опыт измеряется не годами – столетиями. Легенды говорили, что Джами могли жить несколько тысяч лет. Глядя на неё, становилось понятно, что это не выдумка. Все-таки Елазул – мальчишка, по сравнению с Блэкперл. Он выдохся и рухнул, не сумев ни разу задеть её. На выпады Странницы Джами даже не считала нужным отвечать, только уклонялась. Она равнодушно наблюдала, как рыцарь пытался подняться на подгибающихся ногах. - У тебя есть Меч Судьбы, который может разрубить все, - произнесла Блэкперл, - Почему ты не используешь его, Джами Ляпис Лазури? - Я не хочу убивать тебя, - Елазул, наконец, поднялся, опираясь на плечо Аэвен, - Я никому не дам обидеть Перл, но я не хочу убивать других Джами. Я не Сандра! - Да, - задумчиво промолвила Блэкперл, - не Сандра... Хорошо. Ты можешь забрать Перл. На время. Жемчужина моя, и вернется ко мне. Потом она повернулась к Аэвен: - Не вмешивайся в дела Джами, девочка. Иди своей дорогой. - Это только мое дело – куда идти! – огрызнулась Странница, - Перл и Елазул – мои друзья, и я буду с ними до конца. - Глупо, - покачала головой Блэкперл, - Тот, кто жалеет Джами, превратится в камень. Старая поговорка не врет. Держись от нас подальше. - Ха, Сандра тоже так говорила! Кто ты такая, чтобы указывать мне? - Не важно. Мы еще встретимся. Рыцарь Ляпис Лазури, заботься о Перл. Блэкперл скрылась за двухстворчатыми дверьми, а спустя минуту оттуда вышла Перл. - Елазул? Как ты? - Нормально. Главное, ты в безопасности. - Твой кор... – Перл осторожно коснулась пальцами лазуритовой бляшки, - Я вылечу его. - Я знаю, - Елазул повернулся к Аэвен, - Спасибо за помощь. Проводить тебя до дома? - Если не трудно, - кивнула девушка, а про себя подумала: «Ну, это еще надо посмотреть, кто кого проводит!» Вечером Аэвен подкараулила Бада, пробиравшегося на кухню за едой: - Хватит куски всухомятку таскать. Иди за стол и ешь, как все нормальные люди. Бад виновато засопел, а потом пробормотал, не поднимая глаз: - Аэвен, это... я, не подумав, тогда сказал про Елазула. Прости меня... Если хочешь, можешь розгой выдрать... или за уши, я заслужил. - Вот еще, придумал! – фыркнула девушка, - Я и без этого устала. Иди ужинать, чучело. Бад с облегчением вздохнул и шмыгнул в столовую. Примечания: Звеноград – разновидность винограда, его кисти раскачиваются под ветром и звенят.