Научи меня

      — И ты согласилась?       — Я… да. А что? Думаешь, нужно было отказать?       — Что? Нет-нет, это же здорово. Обязательно сходи… с ним. Конечно…       — Хорошо, Джейн.       Джейн сидит на диване своей лучшей подруги с бутылкой пива в руке. По телевизору идёт детективный сериал. Она не видела этот эпизод, но уже знает, что девушку убил менеджер музыкального магазина. Она же, в конце концов, детектив.       Раздражённая глупостью экранных копов, Джейн выключает звук и принимается рассматривать одного персонажа.       Зачем я сказала ей «сходи с ним»?       Конечно, всё из-за Моры. Она на свидании с каким-то парнем, который может оказаться чокнутым убийцей. А может и не оказаться. Джейн волнуется, хоть и не хочет признавать это. Она не видела, с кем ушла Мора, и уже успела понять, что та плохо разбирается в мужчинах.       То, как она говорила о нём… Вот что действительно задевало. Джек то, Джек сё. Джейн рада, что Мора так счастлива, но ей не хочется, чтобы причиной этого был Джек. Она делает глоток из бутылки и пытается представить, чем они сейчас заняты.       Он, наверное, повёл её в клуб, и Джейн улыбается от этой мысли. Мора не очень-то любит ходить по клубам. Судя по наряду, который она выбрала, обстановка в ночном клубе вряд ли придётся ей по вкусу. А может быть, он пригласил её на какую-нибудь выставку. Или… или на немой фильм!       Джейн крепче сжимает бутылку в руке. Мора любит немое кино! Джейн водила её на сеанс на прошлой неделе. Ей так понравилось, что она потом три дня об этом говорила.       Только представь: они на немом фильме!       Неважно, что он за мужчина, если повёл Мору туда. Наверное, она уже влюбилась. Влюбилась в его выбор места для свидания.       Хватит, не надо думать об этом.       Нужно успокоиться. Это просто первое свидание. И она не влюблена в него.       Джейн откидывается на спинку дивана, решив, что волноваться ей не о чем. С Морой всё будет хорошо.       А если нет? Что, если он будет слишком настойчив?       Ведь отношения с людьми — не конёк Моры. Что, если он захочет чего-то, что ей не понравится, но она не сможет сказать нет? Джейн с грохотом опускает бутылку на журнальный столик, затем вздыхает и ставит её на подставку. Поднявшись с дивана, потягивается и едва удерживается от того, чтобы не начать нервно ходить по комнате.       Я веду себя, как моя мама. Не стоит так беспокоиться. Моя подруга — взрослый человек, как и я. Пусть сама принимает решения, пусть делает ошибки.       Но ведь можно помешать ей их совершить!       Нет, нельзя.       Как ни крути, это не её дело. Личная жизнь Моры никак её не касается. Но тогда почему же она так паршиво себя чувствует? Почему ей хочется, чтобы Мора была сейчас здесь и смеялась над неточностями в сериале? Почему ей так её не хватает?       Джейн смотрит на часы и не сдерживает стона. Половина одиннадцатого. Моры нет уже два часа, так что свидание, наверное, проходит великолепно. Возможно, сейчас она планирует следующие пять, причём одновременно, с её-то мозгом…       Может, и так, а может, её уже убили.       А я сижу здесь!       На столике жужжит телефон, но Джейн едва ли замечает это. Она думает, что нужно попросить Фроста отследить телефон Моры.       Ну вот, теперь я ещё хуже, чем мама.       Джейн берёт телефон в руки и холодеет, увидев на экране имя Моры. Она же на свидании. Зачем ей понадобилось звонить Джейн?       — Мора?       — Да… — голос такой слабый и тихий, что Джейн не уверена, что на самом деле его слышит.       — Мора? Всё хорошо?       Долгая пауза, и затем:       — Джейн, ты можешь приехать за мной?       — Что случилось? То есть, конечно, я заберу тебя, но с тобой всё нормально?       — Да, — отвечает Мора твёрдо, и это застаёт Джейн врасплох.       — Хорошо, хорошо. Где ты?       Мора называет адрес, и Джейн выбегает из дома и заводит машину ещё до того, как она замолкает. Джейн всегда водит быстро, но сегодня — совсем другое дело. Сейчас она прямо-таки напрашивается, чтобы какой-нибудь новичок из патруля остановил её за превышение.       Повезло бы, конечно.       Ему.       Мора стоит под навесом. Дождя нет — она просто стоит там и всматривается в проезжающие машины в ожидании Джейн. Та останавливается у края тротуара, выходит и машет ей рукой. Когда Мора приближается, Джейн обходит машину, чтобы открыть ей, но Мора не ждёт — сама открывает, быстро садится внутрь и хлопает дверью.       Так-так. Судя по всему, свидание прошло отнюдь не великолепно.       И почему-то это очень радует Джейн.       Она садится за руль и бросает взгляд на подругу. Та внимательно смотрит в окно, и это значит — буквально умоляет расспросить, что же произошло. Джейн решает включиться в игру: отчасти она хочет, чтобы Мора выговорилась, но больше из-за желания узнать, насколько сильно дал маху этот Джек.       — Как прошло?       Мора издаёт невесёлый смешок.       — Как прошло? Прекрасно! Мы поужинали во французском ресторане — моём третьем любимом, заказали один десерт на двоих, а потом отправились на прогулку.       — Ну, звучит не так уж плохо.       — Да. Это была лучшая часть вечера. Потом он предложил пойти потанцевать, и я подумала: «Ах, Мора, какой чудесный парень! Возможно, ты наконец встретила такого, который, блядь, не захочет тебя убить!»       Джейн вздрагивает, услышав ругань из уст Моры. Что там, чёрт возьми, произошло, что так вывело её из себя? Просто поразительно, каких дров наломал этот парень, раз смог заставить ругаться матом вечно невозмутимую Мору Айлс.       — Так что случилось? Он пытался убить тебя?       — Нет, хуже, — фыркает та, крепко сжимая панель. Джейн чувствует, как её прожигает взгляд Моры. Она и не подозревала, что в этом взгляде может быть столько огня. И никогда не видела подругу такой притягательной.       Откуда взялась эта мысль?       — Ты расскажешь, наконец, что произошло, или мне придётся строить догадки? Я знаю, тебе нравится, когда я это делаю.       Мора снова вздыхает и принимается разглаживать несуществующие складки на фиолетовом платье. Она выглядит потрясающе, и Джейн понимает, что хочет сказать ей об этом.       — Мы пошли танцевать, и это было весело. Замечательная группа на сцене, милые люди вокруг, — она встряхивает головой.       — Но…       — Но, когда мне стало по-настоящему весело, он улыбнулся и сказал: «Здорово, что тебя не смущает то, как ты танцуешь. Приятно встретить женщину, которой всё равно, как она двигается».       Имитируя его голос, Мора произносит эти слова так низко, как только позволяют её связки, и Джейн изо всех сил старается не рассмеяться. Мора абсолютно серьёзна, и Джейн сейчас следует быть такой же.       — И всё?       Она резко поворачивает к Джейн изумлённое лицо.       — И всё? И всё?! Джейн, ты вообще слушаешь, что я тебе говорю? Он, по сути, сказал, что я ужасно танцую!       У Джейн вырывается смешок, о чём она тут же сожалеет.       — Ты тоже думаешь, что я ужасно танцую?       Джейн сглатывает, чувствуя, что ходит по самому краю.       — Ну… я бы не сказала «ужасно».       — А как бы ты сказала?       — Ты выглядишь при этом… как будто тебе очень весело.       Джейн смотрит на Мору и понимает, что совершила ошибку. Видит каре-зелёные глаза, полные ярости, и их взгляд говорит: «Тебе конец».       — Весело? Я посещала уроки классического балета и бального танца с трёх лет и до самого окончания университета, Джейн Риццоли. Я хорошо танцую.       — Постой, я же не говорила, что ты плохо танцуешь.       — А что ты имела в виду?       — Я хотела сказать, что порой это выглядит… немного бестолково, что ли. Только не бей меня своей сумочкой!       Мора роняет сумочку на колени и издаёт стон. Джейн никогда не видела подругу в таком состоянии, и она могла бы поклясться, что в жизни не встречала ничего более восхитительного, чем вот такая Мора.       — Бестолково, — повторяет она и, кажется, чуть успокаивается.       — Это не так плохо, на самом деле.       — Мне ужасно неловко, Джейн.       — Глупости. Ты просто танцевала не с теми людьми.       Она кивает, откидывается на спинку сиденья и закрывает глаза. Джейн, пользуясь моментом, украдкой рассматривает её. Мора и впрямь тщательно готовилась к этому свиданию. Джейн видела, как она перемерила где-то семнадцать платьев и наконец выбрала прелестное фиолетовое, которое и было сейчас на ней. Джейн думает, что теперь это её любимое платье Моры. Ей всегда нравилось то облегающее синее, которое Мора надевала в особых случаях — всего несколько раз, но это… Ей действительно оно нравится. Наверное, новое, потому что Джейн точно не видела его раньше. Уж она бы запомнила платье, которое так чудесно облегает фигуру Моры. Если бы только она не надела это платье для него…       Почему я об этом думаю?       Она ведь моя подруга…       — Жаль, что твоё свидание не удалось.       — Есть много других людей, с кем можно сходить на свидание, Джейн.       — Так значит, второго не будет?       Она трясёт головой:       — Нет. Это было просто унизительно!       — Ладно тебе. Всё не так плохо.       Почему я его защищаю?       Я не хочу, чтобы моя подруга встречалась с Джеком, но выглядит всё так, будто я подталкиваю её ко второму свиданию.       Мора улыбается.       — Знаешь, Джейн, я думала, ты как никто другой поймёшь, что он не в моём вкусе.       — Можешь переночевать у меня, — говорит Мора, когда Джейн останавливается у её дома.       Что-то подсказывает Джейн, что Мора ещё не закончила изливать душу после неудачного свидания. Она отстёгивает ремень и обходит машину. На этот раз Мора позволяет ей открыть дверь.       — Прости меня за несдержанность. Я была очень зла, и это вырвалось само собой.       Джейн фыркает от смеха.       — Ничего страшного. У тебя получилось очень мило.       Что за?.. Откуда взялась эта хрень?       — Мило, да? — переспрашивает она, открывая входную дверь, которую Джейн забыла запереть, когда сломя голову неслась на помощь.       — Да… в смысле, ты…       — Мило, — повторяет Мора и, кажется, даже не осознает, что Джейн рядом. — Он тоже так сказал. Он сказал, что я танцую «мило» и «дурашливо».       — Разве это плохо?       — Джейн, я взрослая женщина. Быть милой и дурашливой нормально в десять лет. Я не хочу танцевать, как десятилетка.       — Это и не так.       — По всей видимости, именно так.       Она швыряет ключи в керамическую чашу у двери и прислоняется к стене, чтобы избавиться от высоченных каблуков. На них она была почти ростом с Джейн, но сейчас, босиком, едва достаёт ей макушкой до плеча.       — Необязательно быть лучшей во всём, Мора.       — Я знаю, — в её голосе слышится недовольство собой. — Но я танцевала всё детство и юность, и никто, кроме тебя, не говорил мне в лицо, что я выгляжу бестолково.       — В хорошем смысле, — не сдаётся Джейн.       Вдруг лицо Моры оживляется.       — Слушай, а ты ведь умеешь танцевать?       — Э… нет… кто сказал тебе?       — Твоя мама, конечно.       Ох уж эта женщина…       — Научи меня.       Джейн моргает, поражённая этой просьбой. Да, она умеет танцевать. Надо же как-то развлекаться на бесконечной череде свадеб, на которые приходится летать последние пять лет. У неё больше двоюродных братьев и сестёр, чем можно сосчитать, и едва ли не каждый месяц кто-то из них женится или выходит замуж. К тому же, танцуя, можно избегать кучи любопытных тётушек, желающих узнать, когда же она, Джейн, пойдёт к алтарю.       — Научить тебя?       — Да, научи меня. Не хочу выглядеть бестолково. Пожалуйста, научи.       Джейн стоит посреди коридора, на ней футболка и спортивные штаны, которые, она знает, не стираны уже неделю, но Море, по-видимому, всё равно.       — Э… музыки нет.       — Ну пожалуйста, Джейн!       Опять она так смотрит!       Когда она делает вот такие глаза, в них почти безмолвная мольба. Джейн приходится отвести взгляд. Это слишком. Вся Мора — слишком.       — Неважно. Забудь, — говорит она, выходя в гостиную.       — Мора, постой! — слова вырываются сами собой, прежде чем Джейн успевает остановить их. — Хорошо, я покажу тебе.       Мора всплёскивает руками и радостно покачивает плечиками.       — Да! Спасибо тебе.       Ну и зачем я это сказала?       Мора включает какую-то медленную мелодию без слов. Что-то инструментальное, и если бы Джейн не была уверена в обратном, то решила бы, что та хочет создать романтическую атмосферу. Но это ведь не так, она знает. Мора просто хочет научиться танцевать, и всё. Это просто танец. Просто танец.       Мора улыбается ей. Это какая-то новая улыбка. В ней сейчас меньше от той всезнайки и больше чего-то… другого. Джейн не может понять чего. Может, она просто счастлива, что ей согласились помочь.       Она кладёт руку на плечо Джейн и терпеливо ждёт, пока та положит руку ей на талию. Джейн касалась её и раньше, и сейчас сама не понимает, отчего так медлит. Мора ведь её подруга. Нет ничего странного в том, чтобы просто коснуться её.       Джейн кладёт руку высоко на спину и получает в ответ смешок:       — Я знаю, что сейчас учишь ты, но руку можно опустить чуть ниже.       — Нет, думаю, и так нормально.       — А мне не нравится, — возражает Мора, и рука Джейн скользит чуть вниз. — Вот, так намного лучше.       Их свободные руки встречаются, переплетаясь пальцами. Джейн нечасто танцевала так, и какая-то небольшая часть её хочет отодвинуться, отступить обратно в зону комфорта. Другая часть хочет научить Мору танцевать, а ещё одна — просто стоять, как сейчас: близко и…       И что? Она же моя лучшая подруга!       Джейн понимает, что это нужно просто принять. Её влечёт к Море. Возможно, с того самого дня, как они впервые встретились на работе. От того, что они стоят так близко, сердце начинает бешено колотиться, и Джейн от всей души надеется, что Мора не проверяет сейчас её пульс, как делала когда-то.       Мора делает первый шаг, отрывая Джейн от её мыслей.       — Эй, вообще-то, веду я.       — А если я хочу вести?       — Нет, поведу я, — Джейн машет головой. — Моя рука на твоей талии, в конце-то концов!       — И что?       — Это значит, что я партнёр А, а ты — партнёр Б. Партнёр А ведёт.       Мора высвобождает руку и кладёт обе на талию Джейн.       — Ну да. Какой ты теперь партнёр?       — Я…       — Я хочу вести, — шепчет Мора.       Джейн снова качает головой, думая о том, что руки Моры скользнули по её телу так, словно это была самая естественная вещь, которую та делала постоянно.       — Поведу я, — Джейн удаётся выпутаться из этих рук.       — Почему ты? — Мора делает ещё шаг к ней.       — П-потому что я партнёр А.       — Одного этого недостаточно, — она откидывает голову, чтобы заглянуть Джейн в глаза, и у той перехватывает дух, когда она видит мерцающие зрачки и полные губы так близко. Какое-то сумасшедшее притяжение будто заставляет её придвинуться ещё ближе.       Проходит секунд восемь, прежде чем Джейн обретает способность ответить.       — Я родилась раньше тебя…       Это звучит как вопрос и, кажется, забавляет Мору.       — Тогда ладно. Веди, Джейн.       Она возвращает руки на прежние места, чем снова лишает её решимости. Джейн гораздо охотнее провела бы всю ночь, споря о том, кто должен вести, если бы только Мора при этом продолжала приближаться к ней по чуть-чуть, как раньше.       Мора знает, что делать. Она идеально следует за Джейн в танце и даже чуть поправляет её — движениями тела, не словами. Джейн размышляет, как мог Джек, описывая манеру Моры танцевать, использовать какие-то слова, кроме «идеально». Она видела, как Мора танцует в кругу друзей, и да, та выглядела при этом как маленький танцующий ботан, которым она, конечно, и была, но сейчас… Сейчас она одним своим взглядом смогла бы убедить священника нарушить все обеты.       Что это? Джейн видела эту женщину разной: разозлённой, подавленной, радостной, смущённой, рассеянной, — но такой видит впервые. И один вопрос стучит в голове: «Этот взгляд — для тебя?»       А для кого же ещё?       Но зачем ей смотреть с такой… страстью?       По позвоночнику пробегает дрожь, когда на ум приходит это слово. Конечно, она просто слишком увлечена танцем, изящными шагами, которые они делают вместе, идеально попадая в такт. К Джейн этот взгляд не имеет никакого отношения. Верно? Море нравятся мужчины. Джейн никогда не видела, чтобы та смотрела на другую женщину так… как смотрит сейчас на неё. Возможно, она даже не осознаёт, как именно смотрит.       Не надо придавать этому значение.       И всё равно, Джейн отдала бы что угодно, лишь бы узнать, что происходит сейчас в этой умной голове.       Мелодия заканчивается, и Джейн хочет отпустить Мору, но та крепко держится за неё. Джейн пытается изобразить замешательство, но получается, наверное, из рук вон плохо. Да, отчасти она смущена, но ей очень хотелось бы остаться стоять вот так: прикасаясь.       — Мо… — начинает она, но, кажется, мысли к ним приходят одновременно.       — Джейн?       — Э… что?       — Почему ты сказала мне пойти на свидание с Джеком?       На этот раз замешательство на лице Джейн совершенно искреннее.       — Ты ведь сама согласилась.       — Согласилась. Но, если бы ты сказала нет, я не пошла бы. Во всём виновата ты, Джейн Клементина Риццоли, — говорит она, подкрепляя слова толчком в живот Джейн.       — Я думала, он тебе нравится. Ты говорила о нём всю неделю.       — Да, говорила. Но… — она умолкает и прикусывает нижнюю губу.       — Что — но?       — Я не знаю… Я немного наблюдала за ним в университетском городке. Он говорил со всеми точно так же, как со мной. И я не чувствовала себя особенной.       — Нет, Мора, ты особенная. Пожалуй, слишком особенная для него.       Что я такое говорю?       — Вообще-то, я надеялась, — говорит она, снова подвигаясь ближе, — что ты скажешь мне не ходить.       — Ну, мне-то откуда было знать?       — О, — говорит она внезапно. — Я думала, ты… Ну… Забудь. Спокойной ночи, Джейн, — произносит она и идёт к выходу из комнаты, прежде чем Джейн успевает понять, что за чёрт вообще происходит.       Придя в себя, она бросается следом и хватает Мору за запястье.       — Эй.       Та поворачивается, смотря куда угодно, только не на Джейн.       — Что?       — Может, расскажешь, что всё это значит?       — Что значит что?       Джейн разводит руками.       — Всё это. Танец, твой взгляд, «Я надеялась, ты скажешь мне не ходить». Вот это!       — Я… я… я думала, что, возможно… Неважно. Джейн, я просто хочу пойти спать.       — Нет, ты расскажешь мне, что происходит.       — По-видимому, я ошиблась, Джейн. Давай остановимся на этом.       — В чём ты ошиблась?       Мора вздыхает и поднимает на неё глаза.       — Э-э-э, ну, я думала, что, возможно, есть небольшой, маленький, совсем крохотный шанс, что, предположительно, гипотетически, или, может, даже в действительности… или гипотетически, хотя в действительности было бы луч…       — Мора, я не понимаю этого языка.       — Ядумалачтовозможнотыхочешьменя. Вот! Я сказала это!       — Я не разобрала ни слова из того, что сейчас вылетело из твоего рта.       Мора трясёт головой, как будто сама не верит, что собирается сказать это.       — Я думала, ты хочешь меня. Но я ошиблась. Сильно ошиблась.       Она вытаскивает руку из хватки Джейн и отворачивается, чтобы сбежать к себе в спальню.       Мора хочет меня?       Хочет… меня?       Как такое вообще возможно?       — Ты не ошиблась, — Джейн слышит, как произносит эти слова Море вслед, и думает, когда это она успела утратить связь между мозгом и языком. Но если бы она тщательно следила за тем, что говорит, то её молчание всё бы разрушило.       — Что? — Мора медленно оборачивается.       — Ты не ошиблась, — говорит Джейн тихо, снова обретая власть над своей речью. — Я правда хочу тебя.       — В самом деле? — лицо Моры как будто светится.       — Хм, да. Совершенно точно, да.       На лице Моры удивление, но оно исчезает так же быстро, как появилось. Перед Джейн стоит Мора. Та самая Мора, которую она знает так давно и не хочет помнить того времени, когда не знала. Та самая Мора, которая всегда была рядом, работала в лаборатории, и пыталась играть со своей черепашкой... черепахой, и сидела в комнате для йоги, согнувшись в позе плода.       Её Мора.       Джейн делает шаг к ней, и в этом шаге больше решимости, чем в чём бы то ни было в её жизни. Джейн знает, что не одинока. И что не сходит с ума. Её прекрасная лучшая подруга тоже любит её — вот какая мысль движет ей сейчас.       В темноте одни руки ложатся на талию, другие — на плечи и медленно поднимаются к затылку. Джейн наклоняется к Море, но та качает головой.       — Я хочу вести, — шепчет она.       — Ни за что, бестолковая, — отвечает Джейн и наконец крепко прижимается губами к её губам, и это так чудесно. Всё именно так, как и должно быть, когда целуешь лучшую подругу, — ужасно неловко, но хочется делать это ещё, и ещё… и ещё.       Мора разрывает поцелуй.       — Скажи, неужели я и правда бестолковая?       Да, и правда.       — Ну, — отвечает Джейн, прислоняясь лбом к её лбу, — вроде того.       — Это так грубо.       — Нет, не грубо. Мне нравится, как ты танцуешь.       — Почему? Это мило?       — Нет, потому, что тебе весело. А что об этом думает Джек, или кто угодно ещё, — совершенно неважно.       — Спасибо, Джейн. Правда, спасибо.       — Теперь тебе лучше?       Она качает головой.       — Нет, я, кажется, уже забыла, каково это.       — Каково что?       — Вот это, — она встаёт на цыпочки и снова прикасается к её губам. Джейн крепко прижимает её к себе и отвечает на нежный, но требовательный поцелуй. Не верится, что это на самом деле. Всё так сюрреалистично и слишком хорошо, чтобы быть правдой, — но вот же она, здесь. Они обе здесь.       Пальцы Моры запутываются в её волосах, и Джейн чувствует, что полностью растворяется в ней. Они просто две взрослые женщины, целующиеся в тёмной комнате. И всё это больше чем правильно.       К этому я, пожалуй, смогу привыкнуть.