Часть четырнадцатая.
29 ноября 2015 г., 22:18
На небе ни единого белого облачка, лишь солнце, которое потихоньку пряталось за горизонт, окрашивало небесное полотно красивыми переливами из оранжево-желтых оттенков. Завтра снова будет тепло, – подумала я, наблюдая, как мирно посапывал мой спящий друг.
Таким умиротворенным он казался мне еще роднее: длинные ресницы, свойственные молодым юношам, и незатейливые родинки на щеке. В голове мгновенно всплывают яркие картинки прошлого. Да, я постоянно цепляюсь за воспоминания, словно помешанная, но это единственное, что у меня есть. А теперь, мы творим новые совместные моменты, впрочем, от этого мне ничуть не легче. Как бы я не старалась, что бы я не делала, Пак до сих пор видел во мне лишь друга. Что же, я не настолько сильный игрок, поэтому не могу постоянно бороться, наплевав на себя. Я просто постараюсь пережить это, пусть и не сразу, постепенно.
Господи, но кого я обманывала сейчас? Я давно перестала доверять своему внутреннему голосу, который постоянно твердил мне забыть его, и начать, уже, наконец, нормальную жизнь. Без страданий, без сожалений, без горячих слез. Но сердце предательски билось при виде Чарли, и я не могла больше сопротивляться своим чувствам.
Возможно, он ничего и не поймет, когда я решусь на этот отважный шаг. Но это единственный шанс, который поможет мне принять окончательное решение, поставив точку в наших дружеских отношениях. И я не стану больше ни о чем сожалеть, если сделаю это прямо сейчас.
— Джоан, ты чего?! — удивленно задал вопрос юноша, заметив меня в паре сантиметров от себя. Я лихорадочно прокашлялась и машинально отодвинулась от парня, делая вид, что ничего не произошло. А после, принялась рассматривать какие-то уродливые узоры на сидении. От парня послышался тихий смешок, и мне стало ужасно стыдно за свой поступок.
Не успела? Слишком медлила? Или он вовсе не спал? Тысяча вопросов в голове и ни одного конкретного ответа. Досада и разочарование полностью окутали меня, в то время как Пак был полон энергии. Он даже не попытался выяснить причину моего странного поведения, а преспокойно наслаждался легким перекусом.
Раз за разом, тот откусывал мякиш от булки и довольно смаковал себе каждым кусочком. Его губы были испачканы в горчице, а пальцы блестели от жирного масла. Мне с трудом удавалось подавить мучительное чувство голода, представляя что-то светлое и более приятное, как приятель в очередной раз привлекал мое внимание к своей персоне.
Я нервозно глотала слюни и закрывала глаза. А все потому, что съела свой, так называемый, ужин еще три часа назад. И просить парня поделиться, было бы просто бесчеловечно.
— Ты не голодна? — внезапно поинтересовался Пак, подставив этот злосчастный гамбургер прямо перед моим носом.
— Нет, все нормально, правда….— Едва прошептала я ему, выдавливая из себя лживую улыбку. В ответ юноша лишь тяжело выдохнул и поежился в сидении.
— Совсем-совсем? — добавил он, одновременно отрывая прозрачную пленку. Звуки в животе предательски усилились, и я смущенно опустила глаза вниз.
— Вообще-то, очень голодна,— ответила, и тут же нарвалась на хохот приятеля.
Насупившись от нахлынувшей злости, я начала колотить парня по его плечу своим слабым кулачком, а тот, смеясь с набитым ртом, умолял меня остановиться. Его смех казался таким заразительным, что я захохотала вместе с ним, невольно привлекая взоры окружающих.
После Пак разделил булку пополам и любезно протянул мне большую часть. Я аккуратно взяла гамбургер из его руки, словно от этого зависела моя жизнь, и принялась пожевывать мягкую сторону, мысленно благодаря юношу за его доброту.
***
Из-за неровной дороги автобус ехал неспешно. Его слегка покачивало и кренило набок, напоминая мне праздничный пудинг тетушки Мардж. В первое время это казалось безобидным и весьма обычным явлением, но потом стало жутко меня нервировать. А еще эти вечные пассажиры, которые сменяли друг друга, будь обычные зеваки или же нервные торговки с полными корзинками зелени. И в отличие от меня, Чарли выглядел взбодренным. Эта атмосфера его ничуть не тяготила и тем более не напрягала. Я же так и не смогла сомкнуть глаз, поэтому чувствовала себя немного уставшей и уязвимой. А все потому, что очень беспокоилась за вещи и деньги. Из-за пары, так называемых, «деревенщин», постоянно косившихся в нашу сторону, я стала чуть ли не параноиком. Чарли, заметив мое нервозное состояние, без особого стеснения положил свою теплую ладонь мне на руку, а затем, приблизившись к моему уху, спокойно шепнул: — Не волнуйся, я ведь рядом… Глаза были стыдливо опущены вниз, а сердце неустанно билось. Стук казался мне настолько громким и сильным, что я невольно повернулась к окну, дабы скрыть явное волнение. Необходимо было перевести дыхание, словно ничего и не произошло. Подумаешь, шепнул на ухо, подумаешь, что из-за этого чуть ли не потеряла контроль над эмоциями. — С тобой все хорошо? — внезапно поинтересовался Пак, все еще держа мою руку. Я скривилась, сильно зажмурив глаза. Но набравшись смелости, повернулась к парню. Он еле сдерживал улыбку, а я старалась не ляпнуть что-то в духе: «не совсем, и если ты сейчас же не прекратишь улыбаться, то будет еще хуже!». Но на одном дыхание произнесла, что все просто прекрасно. — В этом случае, я просто обязан сделать это! О чем это он, — пронеслось в моей голове, как тут же требовательный тон парня велел водителю остановить автобус. Эта выходка сбила с толку не только меня, но и нетерпеливых горожан. Пассажиры мигом обратили на него свои недовольные взгляды, а я распахнула глаза шире, все еще недоумевая над поступком Чарли. — Что такое, мне надо успеть на ферму! — тут же фыркнула одна особа, держащая свинку на коленях. — Согласна с вами, — внезапно к ней присоединилась другая женщина, сидящая напротив окна. Она явно разволновалась, потому как ее лицо стало пунцовым, а руки продолжали лихорадочно теребить накрахмаленный воротничок. Вот только Чарли, по-моему, было наплевать. Приятель продолжал улыбаться, словно замышлял что-то ужасно сумасшедшее. И мой пульс участился, словно это я виновник сложившийся ситуации. Пак оставался непоколебимым даже тогда, когда транспорт совершил резкое торможение. Он машинально схватил меня за руку и потянул за собой к выходу. Я чувствовала, как в нем разгоралось некое озорство и юношеская игривость. Этому я была неподвластна. Мне нравилось даже это странное безумие, которое исходило от Чарли. Поэтому слепо следовала за ним, лишь бы провести еще немного времени вдвоем. — Чарли, зачем ты это сделал? — встав напротив парня, я все же хотела узнать причину внезапного поступка. — Впервые за много лет, я чувствую себя свободным. — Повернувшись ко мне, он продолжил, а я с упоением слушала каждое его слово. — Здесь нет родных, нет надоедливых преподавателей, и я этому чертовски рад! Я не пыталась переубеждать или перебивать Чарли, мне хватало того, что я могла просто стоять рядом и наблюдать за его жестами, мимикой и настроением. Сейчас он выглядел счастливым, юноша даже улыбался иначе. По-доброму, по-настоящему, без притворства и наигранности. Искренность, переполняющая Чарли, согревала мне душу.***
Шагая по тропинке, я слушала неспокойное щебетание птиц. Они перелетали с одного дерева на другое, словно предупреждали друг друга о чем-то плохом. И, правда, ветер становился прохладнее, от чего моя кожа покрывалась мурашками. Солнце больше не выглядывало, серые тучи стремительно сгущались на небе, закрывая яркий огонек тепла. Фермеры, попадавшиеся на нашем пути, спешно уходили с полей. Опытные доильщицы отгоняли ленивых коров от свежей травы и направляли их к стаду. Некоторые молодые девушки шли уже с полными бидонами молока, чтобы потом сбить из него масло. Такое зрелище получше всяких американских фильмов, — подумала я, как только увидела вблизи рогатый скот. Мне даже удалось прочесть имя у одной милой толстушки. Бетти, так звали корову, которая мычала, едва услышав раскат грома. Я отошла чуть дальше, потому что парнокопытные казались мне ужасно крупными и суровыми. — Кажется, скоро начнется дождь…— досадно выдала я, поглядывая на небо, а потом перевела взгляд на юношу, ожидая от него согласия. Однако увидев, чем занимался мой знакомый, я просто потеряла дар речи. — Джо, ты ведь любишь яблоки? — последовал вопрос от юноши, пытавшийся достать самый крупный плод с ветки. — Чарли, нас ведь заметят! — я принялась дергать юношу за джинсовую куртку, замечая, как дождевые капли оставляли сырые разводы на плотной ткани. — Сейчас начнется ливень, пойдем же! — Да брось, вряд ли сейчас нас кто-то застукает…А дождь – ерунда!— Пак уверенно произнес эти слова, а я пугливо присела на корточки, закрыв лицо руками. — Почти, еще немного… — Эй, ты, да ты! — я мгновенно поднялась на ноги, дабы увидеть того, кто кричал нам издалека. — Как ты смеешь срывать мои яблоки? — Вот черт! — моментально вырвалось у Чарли. Ведь к нам бежал суровый дядька с длинной деревянной палкой, грозившийся поколотить разбойников. — Джоан?! — Да? — Бежим! Мы ринулись с места, напрочь позабыв о яблоках. Дождь, как назло усилился, превратившись в ужасный ливень. Мои волосы предательски прилипали к лицу, и я попросту ничего не видела под ногами. От чего упала на грязную землю, разбив колено. Странно, но мне не было больно, как полагалось бы обычной девчонке. Я просто начала хохотать от полученного адреналина, наслаждаясь всем, что происходило сейчас. Чарли мигом подбежал ко мне и помог подняться. Казалось, что ему тоже было весело, поэтому я не чувствовала себя плохо, а наоборот лучше, чем когда-либо. — Осталось совсем чуть-чуть! — выкрикнул приятель, указывая на маленький домик. — Держись за меня! Благодаря поддержке Пака, мы быстро добрались до старой хижины. Удача была явно на нашей стороне. Замок давно заржавел и просто висел, слегка придерживая дверь. Это позволило нам зайти внутрь без особого труда. А после, мы, полностью обессиленные и промокшие до самой нитки, прислонились к холодной стене, переводя дыхание. — Ты видел его лицо, видел? — повторяла я раз за разом, не сдерживая смеха. Пак стоял рядом и внимательно наблюдал за моим внезапным приступом. Признаюсь честно, так смешно мне еще никогда не было. И сейчас я вряд ли могла успокоиться, ведь эмоции взяли надо мной вверх. Мне едва удавалось сохранить равновесие, потому что капли дождя застилали глаза, а ноги дрожали от усталости. — Чарли, тебе разве не смешно? — Очень… Парень убрал прилипшие пряди волос с моего лица и сделал крохотный шажок вперед. Я замерла, боясь даже пошевелиться. Чарли находился слишком близко и внимательно смотрел на меня. Мои глаза забегали, потому что я растерялась от внезапных действий приятеля. А потом он наклонился ниже, прикрыв свои веки. Мою кожу обдувало его сбившиеся дыхание, от чего я еще сильнее прижалась к стене и пугливо зажмурила глаза. Юноша прильнул к моим губам нежно и, в тоже время, очень чувственно. Он не спешил, а просто наслаждался этим прекрасным моментом, этой химией между нами. Голова закружилась от нехватки кислорода, и я мигом отпрянула от приятеля, пряча свое смущение. — Эмм, надо срочно переодеться, ты можешь простудиться…— Чарли наклонился к рюкзаку, словно ничего и не произошло. — Вот, держи, она сухая, но я не успел постирать ее. — Ничего, — почти шепотом ответила ему, все еще находясь в своем мире. — Не мог ли ты отвернуться? Хоть мы и целовались минуту назад, я по-прежнему чувствовала перед ним неловкость, только в сто раз больше. — Да, конечно, — парень почесал затылок и быстро повернулся ко мне спиной. — Ты тоже переоденься, я не буду смотреть… Чарли засмеялся, а потом пообещал мне, что сейчас же выполнит мою просьбу.
