Возлюбленная Шу.

Она была идеальна. Даже две маленькие незаживающие ранки на шее не портили её - малокровие придало аристократическую бледность. Мутно-синие глаза смотрели сквозь предметы, будто их хозяйка понимала суть вещей.  Тонкие, словно тростинки, руки были скованны за спиной наручниками. Платье кое-где было забрызгано её засохшей кровью и грязью. Кому-то могло не понравиться, но на самом деле красные маки лишь придавали белой тунике уникальность. Из идеальной прически выбилось несколько локонов, но они только придавали сидящей какое-то едва уловимое очарование. Губы, уже превратившиеся в две белые ниточки, чуть приоткрыты. Словно хочет что-то сказать. Между ними жемчужинками блистят ровные зубки. Шу мягко провел по ним кончиками пальцев Девушка не пошевелилась. Парень посмотрел на умиротворенное лицо, отметив, как она красива в этот предрассветный час, когда природа замерла, очарованная борьбой тьмы и света. Это его любимое время суток. В это время все тише обычно, да и она в том числе. -  Я люблю тебя, - прошептал он в приоткрытые губы девушки, не чувствуя запах мертвичины. - Я же говорил, что мне очень легко понравиться. А может и не говорил. Шу сомневался, слышит ли она его. Он часто хотел сказать что-либо, но не произносил не звука. Воцарившуюся тишину нарушило жужжание. Толстая муха села на глаз девушки и поползла в сторону носа, перебирая уродливыми лапками. - Я рад, что ты умерла так быстро, - продолжил он, ложа голову на колени покойнице и мягко касаясь грязной прядки. - У меня есть пара дней перед тем, как ты начнешь разлагаться и гнить. Хочу насладиться тишиной. Он мягко поднял белую руку девушки и поднес её ко рту. Тихо, без сопротивления, отдавала последнюю кровь. Была для него самой лучшей девушкой в мире. "Пока не начнешь разлагаться и гнить".