Дань невыплаканных слёз

      Не знаю, успел ли Джирайя помочь Наруто и сколько я пролежал в больнице, но когда я проснулся, увидел за окном ясную погоду и солнце в зените. Теперь мне очень хочется узнать, сработал ли мой план хотя бы такой ценой. А что если Наруто забрали? Мысль о том, что моего друга могли увести, слишком сильно тревожит меня, чтобы я мог и дальше лежать в постели. Именно поэтому я резко вскочил, и хотел было двинуться к выходу, как почувствовал сильную слабость во всём теле и тошноту. Меня вырвало, и я опять увидел кровь, как после той ночи, когда я потерял всех дорогих мне людей. Я удивился, так как мне казалось, что этого больше не повторится. Так же я начал понимать какую-то закономерность приступов. Первый раз это произошло, когда я ощутил горечь потери, а сейчас, скорее всего из-за того, что Саске заставил меня пережить это вновь. Следовательно, это происходит тогда, когда я более всего страдаю. Тогда как мне стать сильнее, если путь к силе лежит через огромные страдания и боль? Я знаю, как получить мангекё шаринган, сумел узнать это, как только открыл третье томоэ. Но мне этот путь совсем не нравится. Убить друга или испытать глубочайшее отчаянье. Я не для того спасал Наруто, чтоб потом его убивать. А глубочайшее отчаянье по заказу не ощутишь. Неужели нет другого пути? Если он существует, я должен его найти.       Помню, мне как-то мама рассказала одну историю. Когда-то давно одна девушка из другого клана была влюблена в юношу из нашего клана, и когда увидела его шаринган, то спросила: — Откуда у тебя такие глаза?       На что он лишь тяжело вздохнул и ответил: — Выстрадал.       С тех пор её больше никто не видел. А он стал во много крат сильнее.       Ах, а ведь в детстве я не до конца понимал к чему последняя фраза. Но теперь я понимаю, что он убил её или она ещё от чего-то умерла у него на глазах. Наверняка это повергло его в глубочайшее отчаянье. Саске должен ответить на мои вопросы и заплатить за свои поступки, а если я хочу этого добиться, скорее всего, мне придётся выстрадать себе более сильные глаза. Страдать и не плакать так, как это делают женщины, чтобы стать сильнее.       Пока я был погружён в воспоминания, в мою палату зашла Сакура и ахнула, когда заметила кровь на полу и у меня на рукаве, которым я машинально вытер губы. — Что случилось? — не могла не поинтересоваться единственная девушка из нашей команды. — Как ты себя чувствуешь? — Я в порядке. Да ты не думай об этом, лучше скажи мне, как там Наруто? — вот, серьёзно, мне сейчас совсем не хочется говорить с Сакурой. Ко мне всегда липли девчонки, как мотыльки ко мне слетались, а эта девушка, как мне кажется, делает это упорнее всех. Может мне её убить? О нет, я не влюблён, поэтому нужного эффекта я всё равно не добьюсь. Хотя, она тоже мой друг, как и Наруто. Зачем вообще нужна эта сила, если ради неё нужно убить кого-то из друзей? — Я собиралась его навестить после тебя. Пойдём вместе? — предложив пойти с ней в палату к Наруто, Сакура сосредоточила свой взгляд на мне, будто ждёт чего-то. Честно, меня иногда раздражает её пристальный взгляд. Когда она уже поймёт, что я ценю её, но лишь как друга? В прочем, куда важнее то, что Наруто жив и его не забрали. Хоть чему-то я могу сегодня порадоваться. — Пойдём, — ответил я совершенно спокойно и двинулся вперёд. Зря я, наверное, иду с ней, ещё понадеется на что-нибудь понапрасну. Не люблю дарить людям пустые надежды. Все привыкли ожидать от меня многого и этого уже не переменить.       По пути мы оба молчали. А когда пришли, я первым вошёл в палату и увидел спящего Наруто. Мне очень сильно захотелось его ударить, чтобы он мгновенно проснулся. Но я быстро отбросил эту идею, так как решил, что это будет выглядеть очень глупо. Он, может быть, и стал бы таким образом ребячиться, но я не он, и не собираюсь заниматься глупостями. — Наруто! — Сакура зашла вслед за мной и начала будить Наруто. Наш друг, как только услышал её голос, сразу же открыл глаза, лениво потянулся и сел на кровати. Блондин посмотрел на меня, а затем опустил взгляд. Не часто его таким увидишь. Это наводит на мысли, что с ним что-то случилось или он хочет что-то сказать, но не знает с чего начать. Ух, как это напрягает. Смогу ли я убить его, чтобы стать сильнее? Мне придётся, если я не найду другого пути. — Значит, Джирайя помог тебе, — я констатировал факт и тут же поспешил ещё и кое-что уточнить: — Но тебя успели ранить? А ты ещё не хотел отступать, вот дурак! — Итачи, скажи, тот, в чёрном плаще, который из тех двоих больше похож на человека, он, правда, твой брат? — Наруто как-то грустно на меня посмотрел, задав этот вопрос. Что это он такое хочет вызнать? — Это очевидно. И что с того? Ты не видел всего, что он со мной сделал. Если ты думаешь, что он меня просто душил и всё, то глубоко заблуждаешься. Он погрузил меня в иллюзию, в которой я вспоминал, мягко говоря, не самые приятные вещи. Это всё равно, что переживать тот случай вновь и вновь, миллионы раз! — ну вот, я так спокойно начал разговор, а сейчас сорвался и закричал на друга. Ох уж эти воспоминания, они лишают меня покоя. Я сейчас сам не свой и хочу убить кого-нибудь.       Не скрою, я и сам не рад этой нервозности. Именно поэтому я выбежал из этого помещения и как угорелый помчался в свою палату, чтобы переодеться и как можно скорее пойти тренироваться. Это должно остудить мою голову и привести меня в чувства. А ещё мне нужен какой-нибудь наставник, который поможет мне стать сильнее. В этом плане Какаши мне уже не помощник, но быть может, он знает кого-то, кто способен мне помочь. Только поэтому я и решил найти его. Едва я переоделся и собрался покинуть свою палату, как заметил на пороге именно того, кого и собирался идти искать. — Какаши-сенсей, мне нужен такой наставник, которому есть чему меня научить и чем больше, тем лучше, — возможно, он хотел мне что-то сказать или что-то у меня спросить, а я перебил его. Но мне наплевать, волнующая меня тема не требует отлагательств. Я даже на мгновение подумал, что зря послал Орочимару на все четыре стороны. Теперь что получается: Наруто взял в ученики Джирайя, Сакура хочет стать медиком, так что её наверняка захочет взять в ученицы Тсунаде, а меня, значит, никто из легендарной троицы учить не будет. Несправедливо. — Мне придётся об этом хорошенько подумать. Не беспокойся, я обязательно найду решение этой проблемы и на днях порекомендую тебе кого-нибудь, — только и ответил мне Какаши и прищурил глаза. — Я послал Орочимару, но если мне не будет в течение трёх дней предоставлен вариант лучше этого, я отправлюсь к нему, — конечно же, я не собирался этого делать, только в самом крайнем случае. Но я научился у Какаши мотивировать людей и совсем не брезгую применять это умение и по отношению к нему. Кажется, он это понимает, но уже ничего не может с этим поделать. В конце концов, мне была нужна гарантия того, что обещание будет выполнено, и я эту гарантию получил. — Почему ты не веришь в то, что я сдержу обещание? — поинтересовался у меня тот, кого теперь я могу называть учителем только в дань памяти о том, какие я приобрёл знания и умения с его помощью. Вид у него совершенно невозмутимый, как и всегда. — Я верю. Я просто предупредил. Но если у вас есть хотя бы один достойный кандидат на уме, вам нечего бояться. Уверяю вас, я никуда не денусь без веских на то причин, — ответил я совершенно серьёзно и продолжил свой путь, ни на что не взирая. В ответ я услышал лишь тяжёлый вздох учителя.       Ну, что сказать? Со мной, наверное, никому и никогда не было легко. Но стоит ли мне винить себя или обстоятельства за то, какой я есть? Ответ очевиден: это бессмысленно. Надеюсь, учитель и друзья поймут, что сейчас мне нужно побыть одному. Именно с такими мыслями я направил свои стопы к тренировочной площадке.

***

      Итак, я на месте и здесь не происходит ничего из ряда вон выходящего. Самый скучный будний день. На счёт один я поразил все видимые и невидимые мишени, как всегда. Я закончил разминку, поняв, что мне явно требуется нечто большее. Вот и настал момент серьёзно задуматься над очень многими вещами. Я почему-то вспомнил Рока Ли и нашу с ним первую встречу, которая обернулась дракой. Не знаю, о чём он думал тогда, но, кажется, не был расстроен из-за своего поражения. Я до сих пор не понимаю, он меня недооценивал и потому был так восхищён или я просто сумел оправдать его ожидания? Это был один из тех редких случаев, когда я видел кого-то избитым, но счастливым. Я чувствовал серьёзный настрой с его стороны. Возможно Ли думал, что я беспокоился лишь о силе своих глаз, но я не глупец и всегда понимал, что и тело должно за ними поспевать.       Помню, через некоторое время, в так называемом лесу смерти, я встретил Орочимару. Даже знать не желаю, чего он от меня хотел. Лично мне от него ничего не нужно, по крайней мере, сейчас, пока я ещё не потерял надежду найти другого учителя. Буду с собой откровенен: я не представляю, кого мне может в этой роли предоставить Какаши. Мало ли, в чём он там меня уверял. Когда ко мне в лесу пристал тот змееподобный человек, я думал что одолею его, но в самый последний момент он укусил меня за шею. До того случая, я ещё никогда не испытывал такой боли. Я просто не сумел удержаться в сознании. Такой позор. Эта метка, которую Орочимару мне так любезно оставил, серьёзно осложнила мой бой с ниндзя, у которого была такая мерзкая способность — вытягивать чакру. То «змей», то «пиявка», кто ещё ко мне привяжется? Хорошо хоть Какаши запечатал это проклятье, надеюсь, что достаточно надёжно. А то оно забирает, на мой взгляд, куда больше, чем даёт.       Следующим моим противником, уже на третьем этапе экзамена, стал Гаара. Он вёл себя неадекватно и у него был такой странный взгляд, одновременно знакомый и чужой. Этот противник был похож на хищника, который наивно полагал, что я его добыча, и он может со мной играть. Но не тут-то было. Возможно, Гаара полагал, что у него безупречная защита, а я счёл лучшей защитой — нападение. Мне не хотелось долго с ним кружиться в танце смерти. К сожалению бой длился дольше, чем мне того хотелось. Всё-таки мой противник был силён, поэтому пришлось сначала сделать ряд обманных манёвров, чтобы соперник изучил и запомнил ложную тактику, а потом я бы начал совершать неожиданные для него действия. Жаль, последующие события вышли за рамки экзамена, и мне пришлось преследовать врага, чтобы завершить начатое дело. В лесу он начал превращаться во что-то непонятное и от того ещё более жуткое. Гаара причинил боль Сакуре и это был, кажется, уже третий раз, когда я понимал, как сильно ценю своих друзей. Увы, но с иной формой всё того же противника я был не в силах совладать в одиночку. Не знаю, как это вышло, но Наруто каким-то образом справился с ним. Очень плохо, что я не видел этого, так как к тому времени уже лежал без сознания.

***

      Вот так я вспоминал некоторые важные события в своей жизни, которые никак не касаются моего брата, и я действительно понял, что это меня успокаивает. Я уже подумал о том, чтобы вернуться в больницу к Наруто, но не смог сделать это прямо сейчас, так как заметил странную игру теней за деревьями и решил проверить, что это такое. А там странный человек в оранжевой маске и точно таком же плаще, какой я видел на Саске, убил четверых каких-то неизвестных мне ниндзя. Если быть конкретнее, он убил аловолосую девушку, и рядом с её телом теперь лежит её же оторванная рука с флейтой. Затем сделал то же с двухголовым, сероволосым парнем с синими губами. Та же участь дождалась рыжеволосого толстяка и всё эта же судьба постигла и брюнета с шестью руками. Всё произошло так быстро, что я бы, наверное, не понял, кто это сделал, если бы не активировал шаринган. Что примечательно у каждого из них пояс как у Орочимару. Полагаю, это были его люди. Тогда остаётся только один вопрос, кто этот человек, который их сейчас убил. — Кто ты такой? — не мог я не поинтересоваться у незнакомца, у которого хоть виден лишь один глаз, но это шаринган. Я должен знать кто он и откуда у него шаринган. Не думаю, что в ту жуткую ночь, кто-то кроме меня, выжил. Плохо, я опять начинаю вспоминать, резню, которую устроил Саске, а ведь я едва успокоился. Я ни на секунду не собираюсь сводить с него взгляд и обязательно выясню, кто передо мной стоит или убью его. — Так ли много значения имеет то, кто я есть? Я тот, кто знает толк в шарингане, тот, кому есть чему научить тебя. Ладно тебе, не напрягайся так, зови меня Тоби, если это тебя устроит, — не то что спокойно, а даже как-то самоуверенно ответил незнакомец, прислонившись к дереву. Настолько самоуверенно, словно я для него совсем не представляю опасности. Одно из двух он идиот или действительно невероятно силён и знает об этом. Если верно второе, так называемый «Тоби» должно быть не слабее брата, а то и сильнее, а я пока не знаком ни с кем, кто хотя бы стоял рядом с Саске. — Меня это не устроит, — процедил я сквозь зубы, крепко сжимая кунай и не смотря на все свои опасения на его счёт. — Я хочу знать кто ты на самом деле. В твоих же интересах всё мне рассказать. — Остынь мальчишка, ещё нос не дорос угрожать мне, — произнеся это, незнакомец просто злорадно рассмеялся мне в лицо и добавил: — Твой брат буквально одним движением руки отправил тебя на больничную койку, заставив вспомнить, как он убил всех членов клана, кого знал, за исключением тебя самого. Я тогда уже давно как не жил в Конохе и о моём существовании ему ничего не было известно. Но знаешь что, если бы я был тогда там с моими нынешними возможностями, он бы об меня зубы обломал. Я надеюсь, ты достаточно разумен, чтобы сообразить, что не стоит угрожать тому, кто сильнее того, с кем у тебя разница в силе равна пропасти.       Зачем он мне об этом напоминает? Неужели преднамеренно хочет мне причинить боль и вывести меня из равновесия. Не важно, хочу ли я это признавать, но у него сейчас есть все шансы это сделать. Не успел я войти в колею, как этот урод опять меня из неё выбивает. Спокойно, я хотя бы что-то узнал. — Чего ты хочешь? — я уже понял, что он, как и я — Учиха. Пусть я и не узнал его имени, теперь пусть хотя бы объяснит, зачем вообще завёл со мной разговор. Если бы не хотел со мной разговаривать, мог бы просто уйти. — Если ты пришёл лишь позлорадствовать, можешь проваливать, я не в настроении. — Хм, будто я собирался спрашивать, какое у тебя там настроение. Ты же прекрасно помнишь то, что устроил братишка, которого ты всем сердцем любил. Как он заколол твоих любимых мамочку и папочку словно свиней, — надавил незнакомец ещё сильнее на моё самое больное место и снова издевательски засмеялся. Вот же мерзавец. Но нужно сохранять спокойствие и постараться сменить тему, если получится. Мне сейчас совсем не просто это сделать. — Ах, мама. Она мне когда-то рассказала интересную историю об одном из членов нашего клана, у которого кто-то прямо на глазах убил его возлюбленную. Я как-то раз пересказал это Какаши-сенсею и он сказал, что это невероятно правдивая история и что он даже был свидетелем чего-то до боли похожего. А ты что об этом думаешь? — произнося всё это, я внимательно следил за его реакцией и заметил, что в его взгляде как-то прибавилось горечи. Затем он сурово сощурился и произнёс: — А ты помнишь звук, с которым упали на пол бездыханные и окровавленные тела твоих родителей? — я почувствовал в его голосе нотки злости, словно теперь он это говорит уже мне в отместку.       Я знал, что рассказал ему грустную историю, но такой бурной реакции точно не ожидал. Раз он на это так реагирует, мне стоит продолжить. Не знаю, действительно ли с ним случалось что-то подобное. Но если это так, пусть поймёт, что не только он умеет заставлять людей вспоминать неприятные вещи и причинять невыносимую боль их сердцам. — Говорят, та девушка была той ещё вертихвосткой. А он как идиот бегал за ней, хотя её сердце принадлежало другому, — я не сдержался и усмехнулся, наблюдая за его реакцией и подготавливая себя к его следующей реплике. — А как же предсмертные хрипы всех тех, кого ты хорошо знал и твоих любимых родителей. Особенно сильно, ты, наверное, любил мамочку? Было бы куда забавнее, если бы Саске её ещё и изнасиловал, — вновь настала его очередь издеваться надо мной. Но, ничего, я ещё не сдался. Мне ещё есть чем ему ответить. — Ещё я слышал, то, что возлюбленная этого юноши, когда сдохла, упала лицом в грязь, смешав с ней свою кровь, которая лилась из её раны ручьём, — вот как я ему ответил, пусть ещё подёргается. Хотя мне почему-то кажется, что я уже перегибаю палку. Но я не собираюсь останавливаться, пока он не перестанет мне отвечать. — Всё хватит. Я не совсем об этом собирался с тобой разговаривать. Я хотел поговорить о твоём брате и том, что без моей помощи тебе никогда не достигнуть такой мощи, чтобы хотя бы стать ему равным. И мне кажется, если я тебе помогу, ты сможешь даже больше. Я заметил, что ты всё схватываешь на лету, а значит, легко обучаем, — наконец-то сдался Тоби и сменил тему разговора. Признаться честно, как раз этого я и ждал. — А я заметил, что тебе понравилось вспоминать неприятные, причиняющие боль вещи, — стоило мне это сказать, как я невольно усмехнулся. Да, этот разговор причинил и мне немало боли. Но я доволен результатом, я больше выдержал, чем он. — Не начинай, а то я опять вспомню о твоей семье, — щурясь, как злой кот, отвечал мне мой, если можно так выразиться, собеседник. — Лучше не стоит, а то когда я думаю о маме, я вспоминаю историю, которую она мне рассказывала, — ответил я совершенно спокойно, без единого намёка на страх или на что-либо ещё. Разумеется, я приукрасил историю оттенками злобы. Теперь мне так гадко на душе. Кажется, я перестарался. — Ответь мне на парочку скромных вопросов, — человек в маске совсем уж пошёл на попятную и окончательно сменил тему разговора. — Что ты собираешься делать, когда превзойдёшь брата или станешь ему хотя бы равен по силам? Думаешь, он станет так просто отвечать на твои вопросы? Как ты вообще представляешь свою следующую встречу с Саске? — Для начала мне нужно стать сильнее. И когда я увижу его и загляну ему в глаза, я пойму, что делать, — не скажу, что мне было тяжело признать, что я пока никак не представляю эту встречу, а просто собираюсь действовать по обстоятельствам. Я, конечно, много что могу спланировать, но что я увижу в глазах брата, когда буду ему равным противником, сложно сказать. Так что я решил не тратить время зря на раздумья. Мне бы действительно хотелось, чтобы Саске просто ответил на все мои вопросы, хотя я начинаю сомневаться, что всё так сложится. Но, даже если такое возможно, я могу на тот момент оказаться слишком раздражённым, чтобы сдержаться и не добить его. — Думаю, тебе уже известно, где находится секретное место нашего клана, — опять начал Тоби издалека и, кажется, как-то хитро прищурился. — Я предлагаю нам с тобой там встретиться через три дня. — Я смогу прибыть туда не раньше, чем на пятый день, — сказал я, поджав губы. Мой собеседник сумел меня заинтересовать и быстро сообразил, что я согласен, так как я не дал прямого отказа. — Я кое-чего жду по окончании третьего дня.       «Маска» только кивнул мне в ответ и исчез, оставив меня наедине с моими мыслями. Правильно ли я сделал, что принял это предложение. Но выбор был сделан и дороги назад уже нет. К тому же Какаши-сенсей имеет вредную привычку везде и всюду опаздывать. У меня складывается мнение, что он до конца третьего дня не успеет предоставить мне другого варианта. И тогда я отправлюсь в путь.