По ту сторону объектива

Стиву Роджерсу нравилось в колледже. Больше не было монотонных уроков, олимпиад, унылого пути домой на переднем сидении желтого автобуса. Все это ушло в прошлое, сменившись свободным посещением лекций, общением в клубах по интересам, веселой пробежкой по территории кампуса от здания с аудиториями до комнаты в общежитии. Больше всего радости приносило отсутствие потока насмешек и издевок относительно его комплекции. За лето перед колледжем Стив заметно подрос, да и постоянные занятия спортом начали сказываться. Сперва стесняясь, а потом все с большим чувством удовлетворения, Стив ловил на себе заинтересованные девичьи взгляды. Даже комендант общежития прониклась материнской заботой к воспитанному и всегда вежливому Стиву: то пирожков домашних принесет, приговаривая «кушай, милок, а то вовсе исхудал со своей учебой», то прикрывала глаза на его ночные опоздания из-за того, что Стив потерял счет времени, засидевшись с книгой в библиотеке. Все, кажется, устраивало Стива, кроме, пожалуй, общей душевой. То ли влияние не до конца забытых комплексов, то ли врожденная скромность, но следить за личной гигиеной Стиву приходилось по ночам, когда поток желающих помыться иссякал. Обернув вокруг бедер полотенце и прихватив все необходимые принадлежности, Стив покинул комнату, неслышно ступая по непривычно тихому и гулкому коридору. Парой этажей выше хлопнула дверь, на пару мгновений выпуская звуки чьей-то затянувшейся вечеринки. Стив прошелся по коридору, останавливаясь у двери в душевую. Из-за прикрытой двери доносился шум льющейся воды. Занято. Роджерс в сердцах чертыхнулся, а потом строгим внутренним голосом сам себе сделал замечание «не выражайся». Возвращаться в комнату было лень, поэтому он прошел до конца коридора, туда, где окно выходило на двор кампуса, и начал любоваться заходящим солнцем. Эх, сейчас бы фотокамеру, да пойти ловить потрясающие кадры, подумал Стив. Фотосъемкой он увлекся не так давно, но она захватила его полностью. Родители баловали своего единственного сына, без вопросов покупая ему очередной объектив, километры пленок, даже отдали подвал коттеджа в полное распоряжение для проявления, печати и сушки фотошедевров. Снимая восходы и закаты, капли воды на растениях, забавные граффити и многое другое, что захватывало его взор, Стив был переполнен чувствами, словно сохраняя моменты жизни в свою копилку воспоминаний. Когда редактор местной газеты колледжа узнал об увлечении Стива, тут же предложил подрабатывать, снимая различные мероприятия для отчетности. Поначалу Стива немного напрягало работать с людьми, но потом он втянулся, всецело отдаваясь водовороту ощущений. К тому же иметь компромат оказалось весьма выгодно. Особое место в коллекции фотографий Стива занимала папка, которую он хранил в самом дальнем углу компьютера под паролем. Папка с названием, гласящим «Джеймс Бьюкенен Барнс». Камера определенно любила Джеймса. Однажды, снимая финал футбольного матча, Стив потом долго не мог оторвать глаз от экрана монитора. Каждый снимок был достоин места на выставке. Вот, Джеймс словно летит на камеру, стремясь принести команде заветный тачдаун, длинные волосы прядями падают на лицо, но Стив помнит, что в тот момент на лице была его фирменная ухмылка «выкусите, сучки, я здесь король поля». Или другое фото, где Барнс прыжком преодолевает стенку игроков, мышцы тугими канатами прослеживаются под сырой от пота форменной футболкой. Память услужливо подсунула следующее фото, где довольно хохочущего Баки качает его команда. Волосы, как обычно в беспорядке, лучи солнца засветили кадр ровно настолько, чтобы придать ему то волшебное ощущение живости. Мда, ему определенно понадобится холодный душ прямо сейчас. - Стив, ты чего полуночничаешь? – голос коменданта вырвал его из приятных воспоминаний. Стив даже вздрогнул, выронив пакет. - Эм, доброй ночи, Мари. Да я тут очередь в душевую ждал, задумался, - неловко оправдывался он, собирая раскатившиеся по полу вещи. - Такими темпами ты всю ночь простоишь в этом коридоре. Давай сделаем так. Я дам тебе ключ от комнаты в подвале, там раньше была прачечная, хотя, неважно. Там стоит ванна, можешь пользоваться ей, когда захочешь, только никому не слова, хорошо? Не дай Бог, простудишься тут, патрулируя коридоры. Стив расплылся в широкой улыбке и не смог сдержать порыва, подойдя и обняв эту чудесную женщину. - Спасибо большое, Мари, Вы так добры. С меня круассаны, ваши любимые, с шоколадом, я правильно помню? - Да, подлиза, правильно помнишь. Ну, все, ступай, нечего режим нарушать. Стив торопливо сбежал по ступенькам вниз, не став дожидаться лифта. Ванна в его личном распоряжении. Блаженство. За учебой дни летели, словно кадры кинопленки при перемотке. Приближался очередной матч местных «Волков» с колледжем из Калифорнии. Стив воодушевленно носился по магазинам, скупая пленку и фотобумагу. Пришла пора пополнить заветную папку. Матч прошел на ура. «Волки» буквально всухую раскатали «Койотов». Трибуны поддерживали свою команду яркими плакатами и хоровыми кричалками. Группа поддержки неустанно скандировала имя Баки, приносившего раз за разом изменения на табло со счетом. Стив отснял четыре полных пленки, надеясь, что материала хватит для разворота и обложки нового выпуска газеты. Торопливо собрав все вещи в рюкзак, Стив поспешил в общежитие. Нужно скорее принять ванну, пока в коридорах запустение вызванное матчем. Да и смотреть на Баки, облепленного толпой восхищенных фанаток, было противно и какой-то мере даже физически больно. Пройдя лабиринт коридоров, Стив вырулил к заветной двери. Открыв краны, он оставил ванну заполняться тугими струями воды, сам же достал цифровую камеру, чтобы просмотреть фото с Баки. Ох, не дай Бог, кому-то в руки попадет это механическое сборище компромата: Баки на тренировках, часто щеголяющий полуобнаженным телом, Баки за столиком в кафе, облизывающий ложку с мороженым, Баки в углу библиотеки, зачитавшись книгой, нетерпеливо отбрасывает мешающую прядь волос, Баки стоя, Баки сидя, Баки полулежа, в самых разных позах, Баки, Баки, Баки… Вода перехлестнула через края ванны. Скороговорка «Твоюжмать! Следи за языком!» пронеслась скорым поездом. Осторожно положив камеру на кафель, Стив рванул к ванной, выворачивая краны. Быстренько скинув одежду, Стив опустился в теплую пенистую воду и не мог сдержать довольного стона. Напряжение, державшее его на адреналине весь матч, постепенно отходило на второй план. Прикрыв глаза, Роджерс позволил себе расслабиться, ведь до вечера его все равно никто искать не станет. Из приятной полудремы его варварски вырвал удивленный возглас. - Роджерс, какого хрена ты тут делаешь?! От внезапности произошедшего Стив ушел под воду с головой, затем вынырнул, облепленный хлопьями пены, хватая ртом воздух. Баки, неспособный больше сдерживаться, заразительно хохотал, утирая выступившие слезы. Стив никогда не испытывал большего желания провалиться сквозь пол от стыда. Джеймс Чертов Баки Барнс, чтоб ему штаны потерять на футбольном поле, стоял весь из себя такой идеальный и горячий, с мягкими спортивными штанами, опущенными на бедрах до неприличия низко, с футболкой, снятой и перекинутой на плечо, с восхитительным торсом, с капельками пота, прочерчивающими свои дорожки от линии роста волос, минуя ямочку на ключицах, по кубиками точеного пресса, все ниже, до кромки брюк. Мысли Стива, посвистывая и стреляя изо всех револьверов, унеслись на мустангах в закат. Держи себя в руках, слабовольная тряпка! - Я…эм…ванну принимаю,- всеми силами стараясь не сорваться на писк, выдавил Стив. – А ты как тут оказался?! - произнес он скороговоркой, непроизвольно завысив интонацию. Баки потерянно улыбнулся. - Да я и сам не понял, шел, задумавшись, а тут дверь. Толкнул – открыто. А ты тут нежишься. Стив физически ощутил, как кончики ушей заалели. Черт! - Так, а что тут у нас? Камера? Хм, посмотрим, что ты у нас наснимал. Стив окаменел, а внутренний голос истерично вопил: «НЕ СМЕЙ ТРОГАТЬ, Я НЕ ОТВЕЧАЮ ЗА ПОСЛЕДСТВИЯ!», а вслух вымолвил лишь: - Не стоит, там пока еще ничего не обработано. Его мольбы всем существующим богам ушли в никуда, потому что Баки уверенным движением включил камеру и щелкнул рычажком, переключая режим из съемки в просмотр фотографий. Наступила гробовая тишина, прерываемая лишь едва слышным перелистыванием файлов. Стив мысленно прикидывал, на который из позоров он готов пойти: объясняться перед Баки, почему его профессиональная камера под завязку набита его снимками или вылезти из ванны в чем мать родила и попытаться выдрать камеру из цепких ручонок Барнса. А если он успеет заснять его? Блять! Баки медленно поднял глаза от дисплея. У Стива внутри все окаменело. Окей, Гугл, как начать дышать? - Слушай, Роджерс. Ты сталкер что ли? Даже у моего фан-клуба нет такого количества моих фотографий. - Кхм, Барнс…то есть, Джеймс…позволь мне все объяснить. Я просто… - Не мучайся, Роджерс, я все равно не поверю. Врать ты не умеешь. Баки вскинул камеру, снова переключив в режим съемки. Стив мысленно проклял свою забывчивость на трех языках. Как ты мог оставить камеру на виду, к тому же не закрыв дверь, ослиная башка! - Ну, что ж, посмотрим, каково тебе будет оказаться по ту сторону объектива, - произнес Баки, делая несколько быстрых кадров. Мир, казалось, дал трещину и рассыпался миллиардами кусочков. Стив, тебя, голого, в ванне, фотографирует объект твоих желаний. Премия «Неудачник года» уходит к *барабанная дробь* Стиву Роджерсу! Стив, безуспешно прикрывая лицо, попытался возразить: - Джеймс, пожалуйста, не надо. Я все удалю. Умоляю тебя, никому не слова. Я сделаю все, что пожелаешь, только… Баки, дернув бровью, снова прервал его на середине фразы: - Все, что захочу? Хм, ну раз ты сам предложил. Я уже упоминал про желание провалиться сквозь землю? Ах, да, в тысячный раз. Баки присел на край ванны, и Стив взмолился, чтобы пена скрывала его от глаз Баки. Сегодняшнего позора ему с лишкой хватило бы на три жизни вперед. Баки навел на него объектив и медленно, словно издеваясь, сказал: - Я буду задавать тебе вопросы, а ты отвечай. Только честно. Камера ведь понимает, когда ты врешь. Хотя, тебе ли это не знать? Стив лишь обреченно кивнул головой. Он явно не был в том положении, чтобы диктовать условия. Да и когда ему еще представится возможность побыть наедине с Баки, когда он так волнующе близко, на расстоянии вытянутой руки. - Итак, первый вопрос: как давно ты охотишься на меня? - Паузу заполнило жужжание объектива. - С осени. С того отборочного матча, когда ты один был равноценен команде. Вспышка. На дисплее отразилось немного мечтательное лицо Стива, с закушенной губой, мигнуло и пропало. - Хорошо. Продолжим. Показывал ли ты кому-нибудь эти фотографии? Стив готов был побиться об заклад, что в комнате допросов под слепящей лампой ему бы не было и вполовину так страшно, как здесь и сейчас. Нервно сглотнув, он ответил: - Нет. Точно. Только эта карта памяти и резервная копия на жестком диске. Их даже в Сети нет. Баки улыбнулся собственным мыслям и продолжил: - Сколько времени я еще должен пытать тебя, прежде чем ты решишься поцеловать меня? Стив потерял дар речи. Баки. Треклятый красавчик, Мечта Всех Девчонок и Мистер Популярность только что намекнул ему на поцелуй? Намекнул?! Да он тебе прямым текстом говорит, идиота кусок! Баки ухмыльнулся, пробормотал нечто похожее на «опять придется делать все самому», наклонился и едва ощутимо коснулся губ Стива. Время взбрыкнуло, словно непокорный рысак и остановилось. Стив потерял ориентацию в пространстве, все его чувства сосредоточились на губах, и лишь где-то на задворках сознания красным семафором сигналил вопль «Пресвятые угодники, он меня целует!» Сквозь поцелуй Стив ощущал соленый привкус пота и мятное послевкусие освежающих леденцов. Он просто не верил в происходящее, казалось, стоит пошевелиться, и это волшебное происшествие растает, словно утренний сон, померкнув и уйдя в полумрак, при малейшей попытке вспомнить. Баки нехотя оторвался, быстрым движением языка облизнув нижнюю губу. У Стива приятно заныло внизу живота. Ебать меня бейсбольной битой, стояк, только не сейчас! Баки, словно читая мысли, опустил взгляд ниже. Стив стыдливо опустил глаза, зная, что его щеки полыхают, как маков цвет. - Я и не предполагал, что ты такой…отзывчивый, - в тихом голосе Барнса не было насмешки, которой Роджерс со страхом ожидал, лишь теплота с некоторой примесью удивления. – Я думаю, лучше мне опустить камеру, пока она не пострадала, верно? Аккуратно положив камеру на пол, Баки приподнялся, стягивая с себя штаны вместе с нижним бельем. Стив рвано выдохнул. Баки повернул голову: - Ты же не возражаешь, если я составлю тебе компанию? Нервно сглотнув, Стив ощутил себя героем порнофильма. - Не..нет, конечно. Эм, присоединяйся?- полувопросительно-полуутвердительно произнес он, все еще в шоке. Баки, безо всякого стеснения, перекинул ноги через бортик и опустился в теплую воду с тихим стоном, скорее напоминающем мурлыканье. Стив был готов голым пробежаться по периметру кампуса, только чтобы услышать этот волнующий, словно вибрирующий в горле, звук. Баки довольно откинул голову назад, позволяя волосам намокнуть. Стив старательно отводил глаза, стараясь не пялиться на объект своих мокрых снов. Это получше всякой фантазии. Баки покачал головой, разминая шею и будничным тоном проговорил: - Всегда она немеет после игры. Не окажешь мне услугу? Стив соображал со скоростью процессора Пентиум времен Холодной Войны: - А…помочь? Да, конечно. Прости, еще раз, что я должен делать? Баки одарил его улыбкой, молча повернулся, одной рукой собрав волосы и откинув их с шеи. Руки Роджерса тряслись так, будто он собирался обезвреживать ядерную бомбу посреди толпы во время гуляний в День Независимости. Неуверенно коснувшись горячей кожи, он, на секунду поддавшись панике, едва не отдернул руки. Барнс, словно поощряя его, придвинулся ближе и немного наклонился в его сторону. Соберись, кретин! Подчиняясь самоприказу, Стив легким скользящим движением прошелся от линии роста волос, уводя ладони по шее к плечам. Затем, поднялся наверх, немного надавливая. Баки неожиданно хриплым голосом произнес: - Не осторожничай, Роджерс, я тебе не фарфоровая куколка, не сломаешь. Стив в очередной раз вспыхнул. Хорошо, что Баки не видит сейчас его глуповатой улыбки во все лицо. Американская мечта воплощается в жизнь. Он более уверенным движением начал разминать мышцы, захватывая их вместе с кожей, оттягивая и отпуская. С губ Джеймса сорвался до невозможного порнушный стон. Стив даже вздрогнул от неожиданности. Забери меня Нечистая, я так умру от разрыва сердца! В голосе Баки снова появились те мурлыкающие нотки, что заставили бедное сердечко Стива перегонять кровь в определенные органы в ускоренном темпе: - Дааа, так очень даже неплохо. Осмелев, Стив наклонился, преодолевая разделяющее их пространство, и губами прикоснулся к нежной коже прямо за ухом. По телу Баки словно прошел разряд тока. Стив продолжал прокладывать дорожку поцелуев, тишину прерывали лишь вдохи-выдохи и тихий плеск воды. Когда он спустился по линии плеча до самого предплечья, Баки развернулся и снова поцеловал его. О да! Аллилуйя! Стояком Стива, казалось, можно было забивать гвозди. Главное, не опозориться еще больше. Да куда уж больше? – вел внутренний диалог Роджерс. Баки с неохотой оторвался от уже порядком припухших губ Стива. Аккуратно развернувшись, он оперся на колено, продвинув его немного вперед, не давая тем самым Стиву сомкнуть ноги. Обеими ладонями он нежно обхватил лицо Стива, прослеживая большими пальцами скулы, прочертив линию подбородка, затем наклонился еще больше и принялся зацеловывать каждый доступный квадратный сантиметр кожи. Роджерс метался между желанием впасть в истерику и рухнуть в обморок. Низким, срывающимся голосом он произнес: - Баки? Я ведь могу звать тебя Баки, да? Я сплю? Ты не мог бы…эм…ущипнуть меня? Баки рассмеялся куда-то в грудную клетку: - Лучше я сделаю так, - и, накрыв ладонью стоящий член Стива, несильно сжал его. Тело Роджерса выгнулось дугой, а откуда-то из горла вырвался негромкий вскрик. Пальцами рук он напряженно вцепился в бортики ванны, словно повиснув над пропастью. Шаловливые и будто вездесущие пальцы Баки, ни на секунду не замирая, исследовали тело Стива, отыскивая неожиданно открытые и жаждущие прикосновений точки. Стиву с трудом удавалось сдерживать рвущиеся наружу полувсхлипы-полустоны. А Баки продолжал, словно опытный музыкант, настраивать организм Стива на нужную волну, добиваясь идеального звучания. - Пожалуйста, не останавливайся, - прошептал Стив, от удовольствия поджимая пальцы ног. - Я не могу отказать, когда меня так вежливо просят, - хмыкнул Баки и внезапно коснулся пальцами тугого колечка мышц Стива. Стив по крохам собрал остатки своего мужества и попытался одобрительно и в то же время поощрительно улыбнуться. Баки все понял и без слов. Немного сменив позу, он ласкающе и дразняще покружил пальцами, а затем тихонько ввел один палец внутрь. Стив, закусив губу, издал тихое «вссс» и прогнулся в пояснице. Одной рукой нежно оглаживая плечи, ласково касаясь груди, следуя полукружиям ребер и выступающим тазовым косточкам, Баки орудовал вот уже тремя пальцами другой, чуть сгибая и разводя их, срывая жаркие стоны Роджерса. - Если ты сейчас остановишься, клянусь, все твои чертовы фотографии окажутся распечатанными в высоком качестве и вывешенными на гребаной доске почета! - Не выражайся, Стиви, где твои манеры? – мягко укорил его Баки. За это «Стиви», Роджерс был готов выучить все ругательства мира и нашептать их на ухо этому коварному созданию. Однако, долго уговаривать Баки не пришлось. Мгновение, и он уже настойчиво, но терпеливо толкается внутрь Стива. Крышу сносило от прикосновений, от стонов выгибающего Стива, от ощущения тесноты, обволакивающей и манящей. Он сдерживался, стараясь не причинять боли. В Стиве проснулся чертенок, и он на выдохе произнес: - Не осторожничай, Барнс, я тебе не фарфоровая куколка, не сломаешь. У Баки отказали все тормоза, предохранители сорвало, и поезд пошел под откос. Сопровождая каждое слово энергичным толчком, он сквозь зубы цедил: - Сарказм. Наказуем. Стиви. Ты. Сам. Нарвался. У бедного Роджерса хватало сил лишь на протяжный стон, ритмично отдавшийся эхом в уголках комнаты. Не прошло и пары минут, как Стив вцепился руками в плечи Баки и гортанно вскрикнув, кончил. Баки, подхваченный волной оргазма, последовал за ним. Тяжело дыша, он аккуратно опустился на грудь Роджерса, блаженно прикрыв глаза. Чувство удовлетворения в груди растеклось теплой волной, а затем свернулось пушистым клубочком. Стив ласковым движением откинул упавшую на лоб прядку волос, а затем, не удержавшись, запустил всю пятерню, перебирая и поглаживая мягкие, все еще влажные пряди волос. Баки снова издал мурлычущий стон, и Стив довольно засмеялся. Все правильно, как и должно быть. - Нам надо выдвигаться, а то я усну прямо тут, - нарушая уютную тишину, сказал Стив. - Хм, получил от меня все, что хотел, и уже хочешь смотаться? – не открывая глаз, проворчал Баки. Стив наклонился и чмокнул его куда-то в макушку. – Даже не думай, мы сейчас пойдем в твою комнату, и ты при мне удалишь все мои фото. Или…я сделаю немного твоих фото. Да, пожалуй, так будет честно, - оживился Баки. – А потом мы закрепим достигнутые результаты. Как говорится, повторение – мать учения. Мне еще многому предстоит научить тебя, чертов умник, Стив Роджерс! Стив довольно хихикнул, строя в голове планы, как договорится с комендантом о переезде Баки в его комнату: - Следи за языком, Баки!