Bosco

Honest to God I'll break your heart Tear you to pieces and rip you apart

I love you more than any man, but something's getting in the way I do you harm because I can, for the second time today Мой дорогой Джон… Ты знаешь, что я люблю тебя так, как никто и никогда тебя не любил и не полюбит. А еще я слишком эгоистичен, чтобы отпустить то, что принадлежит мне. Поэтому я играюсь, и буду играться тобой, твоими чувствами, нагло пользуясь твоей щенячьей преданностью. Ты очень зря дал мне понять, что не оставишь меня, что бы ни случилось, чтобы я ни делал и как бы я себя ни вел. Ты сам вырыл себе яму, милый Джон, и теперь я знаю, что могу делать тебе больно. И я буду делать просто потому, что я такой человек, и ты прекрасно знал, на что ты шел. Ты каждый раз так забавно выглядишь со стороны, когда говоришь, что тебе надоело мое поведение, надоела моя манера говорить и отвечать тебе. Ты же ведь тоже человек! Мой милый глупый Джон, я же вижу, что тебе никогда не хватит сил на самом деле поставить точку в наших отношениях. Я вижу страх в твоих глазах в те мгновения, когда ты думаешь, что вот-вот и я уйду навсегда, даже не делая ни единой попытки что-то удержать, так что не надо ломать передо мной все эти дешевые комедии. Я уже научился просчитывать твои шаги и, поверь, в этом порядком надоевшем алгоритме не появляется новых действий уже очень и очень давно. And when I get drunk, you take me home and keep me safe from harm А если в баре я возьму парочку лишних стаканов виски, ты обычно узнаешь об этом самым первым. Потому что когда я пьян, моя рука необъяснимым образом тянется к телефону, и я начинаю писать тебе разную ерунду. Чаще всего это просто размышления о том, что происходит вокруг меня, и критика окружающих меня людей. Ты всегда все сразу понимаешь. И приезжаешь за мной, где бы я ни находился, чтобы забрать меня домой и не дать мне влипнуть в какую-нибудь историю. Чем бы ты ни был занят, сколько бы времени ни было на часах, я прекрасно знаю, что ты подорвешься и поедешь за мной куда угодно. Возможно, свою роль тут играет твоя ревность. Хотя вряд ли я похож на человека, который подцепит первого встречного, сколько бы внимания на меня ни обращали. А еще ты никогда не сопротивляешься. Каждый раз, когда ты привозишь меня пьяного домой, я хватаюсь за тебя и заставляю проводить меня до моей комнаты и уложить на постель. Но разве ты можешь просто уйти? Конечно ты начинаешь раздевать меня, чтобы мне было удобнее, мне нужно только в нужный момент схватить тебя за руку и потянуть на себя. Тебе ничего не стоит справиться со мной, оттолкнуть меня, когда я неслушающимися руками раздеваю тебя, поглаживаю твое тело, нажимая пальцами на самые чувствительные точки, но ты не делаешь этого. Потому что ты хочешь меня так же сильно, как и я желаю обладать тобой в эти моменты. Ох Джон, как же ты сладко стонешь, как ты извиваешься, умоляя меня трахать тебя глубже и сильнее... Неужели ты правда надеешься, что после всего этого я поверю, что ни капли не нужен тебе? Что ты сумеешь порвать со мной? Не смеши меня. I ask you for another second chance, but then I drink it all away Иногда я все же позволяю себе отходить от сценария столько раз тщательно прорепетированных и отыгранных сцен. Так уж бывает, что когда ты в очередной раз начинаешь кричать на меня, что я равнодушная сволочь, совершенно не думающая о других, что с тебя довольно, что я делаю тебе больно, и ты не можешь больше продолжать наши отношения, я порой считаю, что могу и поддаться тебе для разнообразия. Но, Джон, мой дорогой Джон, неужели ты думаешь, что я не вижу в твоих глазах немую просьбу «Скажи мне остаться. Скажи мне не уходить!»? Я подыгрываю тебе, я молю тебя дать мне еще один шанс, обещаю тебе, что буду прикладывать все усилия к тому, чтобы все наладить, чтобы исправиться. И ты ненадолго обманываешь себя, наивно тешишь себя иллюзиями, что тебе удастся изменить меня. Неужто ты правда не догадываешься, что даже в эти моменты мы играем по моим правилам, Джон? Мы же уже столько раз проходили все это, даже ты, ослепленный своей любовью ко мне, мог бы уже хоть что-то заметить. And I get bellicose when you react, for love, frustration and dismay Ты постоянно жалуешься, что я не говорю тебе о своих чувствах, что единственное, чего от меня можно добиться – это лишь вялое «Я тоже» или «И я тебя». Ты говоришь, что ты регулярно скачешь вокруг меня, предлагая свою помощь, к слову, даже не задумываясь, нужно ли мне это вообще или нет, а от меня ты такого, видимо, не дождешься никогда. Черт тебя подери, Джон, я не тот человек, который будет лезть к кому-то со своими чувствами. Я не собираюсь говорить тебе то, что ты хочешь слышать, если сам не чувствую в этом никакой необходимости. Считаешь меня куском льда? бесчувственным уродом? Да на здоровье. Только не лезь с этим ко мне. Такие разговоры – одна из немногих вещей, которые способны вызвать у меня мощную вспышку раздражения, от которой хуже станет только тебе. Я не нуждаюсь в твоей сверхзаботе, которой ты так любишь меня попрекать. Хочешь ухаживать за кем-то? Помоги миссис Хадсон или заведи щеночка. I was so delicate when we began, so tender when I spoke your name But now I'm nothing but a partisan, to my compulsion and my shame Милый Джон, ты очень любишь говорить мне, что когда мы только познакомились, когда у нас все только начиналось, все было иначе. Тебе не кажется, что это естественно? Мы почти не знали друг друга, мне нужен был сосед, компаньон, а ты просто хотел произвести на меня хорошее впечатление, кстати, тоже большей частью из своих личных побуждений. Но тебя сразу предупредили, что я из себя представляю, однако, ты все равно остался. Быть может, посчитал это шуткой, преувеличением. Я подпустил тебя гораздо ближе, чем кого бы то ни было, дал тебе возможность увидеть меня настоящего, и тебе это не понравилось. Первое время меня даже несколько удивляла и забавляла твоя наивность. Джон! Ты что, правда думал, что я – я! – стану бегать за тобой, словно за маленьким ребенком, узнавать как ты и все ли с тобой хорошо? Я и так знаю все, что мне необходимо, и говорить с тобой мне совершенно не обязательно. Так что прибереги свои пустые разговоры для кого-нибудь еще, я их поддерживать не собираюсь. You know I'm grateful, I appreciate But in fact it's baleful, how I suck you dry Тебе должно быть известно, что я с благодарностью принимаю все, что ты делаешь для меня. Мне приятно, что ты всегда рядом, что готов побегать за мной, готов действительно на многое, лишь бы я слегка приподнял уголок губ, изображая улыбку. Но откуда же тебе знать, милый Джон, что больше всего мне помогают не твои жалкие попытки что-то улучшить, о нет, далеко не они. Ты так забавно стараешься, выкладываешься на всю, потом начинаешь беситься, что я не проявляю никаких эмоций, и вот тогда-то мне, наконец, становится гораздо лучше. Я люблю видеть тебя полностью опустошенным и разбитым. Мне нравится знать, что я могу сделать это с тобой, что я могу полностью выжать из тебя все соки. I do you harm because I can with a joke in questionable taste А еще ты такой ранимый, мой дорогой Джон. Ты сразу начинаешь забавно обижаться, стоит мне отпустить какую-нибудь шутку о тебе, твоем внешнем виде, твоем образе жизни, твоем скромном интеллекте, в конце концов. Ты начинаешь дуться, едва только я отвечаю на твои слова с сарказмом, хотя ты сам провоцируешь меня, говоря ерунду. Джон, мой милый Джон, я же не виноват в том, что я гораздо лучше тебя, хоть ты и готов с этим ожесточенно спорить. Я ведь не виноват, что знаю, как нужно уколоть тебя, чтобы тебе было больнее всего, - а я пользуюсь всем, что я знаю. Ты сам показал мне все свои слабости, так что теперь, уж будь так добр, не жалуйся. Чужие слабости, видишь ли, - одно из того немногого, что может хоть ненадолго развлечь меня. I've such duplicity at my command, so I keep on lying to your face Джон, милый Джон, ты такой доверчивый. Мне порой начинает казаться, что ребенка обмануть куда сложнее, чем тебя. Хотя знаешь, впрочем, это даже несколько трогательно, что ты слепо веришь каждому сказанному мною слову. Ты не такой глупый, каким я тебя, бывает, считаю, ты о многом догадываешься, но мне ничего не стоит переубедить тебя и на какое-то время свернуть все твои сомнения на мой счет. Дорогой Джон… а знаешь, я ведь даже представить не могу, что буду делать, когда мне это наконец-то надоест. Then I run away to wonderland, disappear without a trace Ты уже не раз жаловался, что мне ничего не стоит просто взять и оставить тебя одного. Каждый раз, когда я оставляю тебя на месте преступления или еще где-нибудь потому, что мне надо побыть одному и подумать, я выслушиваю от тебя, что ты как Хатико – кстати, кто это? – сидишь и дожидаешься меня, ждешь непонятно чего. Но дожидаешься ведь! Так что чего ты ноешь по пустякам? Мне нужно хоть иногда отдыхать от тебя, от твоей непрерывающейся болтовни ни о чем. Да ты даже думать умудряешься громко, и это невыносимо. Благодаря тебе я окончательно понял, как сильно и по-настоящему ценю одиночество. Джон, мне куда комфортнее одному, когда же ты поймешь это? И уже то, что я часто готов терпеть рядом с собой тебя, должно тебе сказать, что ты для меня несколько выше остальных. Хочешь быть со мной – будь, только научись уважать тишину, смирись с тем, что я могу часами сидеть, копаясь в своих мыслях. И хоть ты обстрадайся, мой дорогой Джон, ничего не изменится. И мы с тобой оба это прекрасно знаем, не так ли?