Иная

»-Тебе не получить меня! Никогда! -Никогда не говори никогда…»

      Проснулась бодрой и счастливой. Чувствую, что сегодняшний день мне запомнится на всю жизнь!       Кот мирно посапывал. Анфиса уже ушла в ванную комнату. Нужно тоже туда сходить.       После водных процедур я с Фиской отправилась в столовую. Артем присоединился к нам. — Фис, что за знаменательный день? — спросила, усаживаясь за столик, я. — Сегодня соревнование. Лунная пробежка оборотней, — пояснила подруга. — Но… Разве это не название урока? — спросила у друзей я, погружая вилку с едой в рот. — Нет, Соф, это — соревнование. Все участники бегут во время полной луны по заданному маршруту, на котором очень много препятствий, — пояснил Артем. — А не опасно? — вкрадчиво поинтересовалась я. — Опасно… Очень, но не беспокойся, девочки не участвуют, — ответил на мой вопрос Артем, съев кусок мяса. — Да я за всех участников беспокоюсь! А ты… Участвуешь? — с ноткой волнения в голосе спросила друга я. — Нет, я в следующем году участвуют, — вставая с места ответил друг. — Зачем? Не надо, ты же… — забеспокоилась я, но меня прервали. — Соф, успокойся, все будет хорошо, не опасно это все! Он просто шутит! — успокаивала меня Фиска.       Хорошо, верю.       Мы съели завтрак и отправились за знаниями. «Ученье — свет, а неученье — тьма!» — вспомнила русский фольклор я.       День был не таким уж тяжелым. Учителя не сильно заваливали нас, наверное потому, что сегодня соревнование. Жду с нетерпением. Интересно же все-таки!       Наступил вечер. Взошла полная луна. Как красиво! Какая огромная луна! Мы заняли места. Сидений не было. Приходилось смотреть стоя. Трассу, к моему удивлению, ничем не огородили. Чтобы сложнее было, наверное… — Приветствую всех на нашем ежегодном соревновании по лунной пробежке, — затараторил голос комментатора, — сегодня будет сложная трасса. Участникам предстоит пройти сыпучие пески, засасывающее болото, различных хищников и уклониться от серебра. Да, да! Вы не ослышались. Нашим участникам нужно уклониться от серебряного ножа. — Что?! — Не поверила я своим ушам, — они собираются убить их что ли?! — Успокойся, София, это не опасно, — отмахнулась Фиска, — тише, сейчас представят участников. — Итак, дорогие мои, сегодня с нами сотня участников! Встречайте, Алексей Фонин, Андрей Брюлов — закричал комментатор, а девочки заликовали, — Александр Бонин, Виктор Раск, Владимир Закс, Фрол Ганин!       Зрители продолжали ликовать, а комментатор продолжал представление участников. Я уже не слушала. Все они были незнакомы мне. Напротив зрителей появился огромный экран, на котором отображались все участники, стоящие на линии старта.       Ну что же, хотя бы увидим их отсюда, а не придется мучить себя мыслью, что с кем-нибудь что-то произошло.       Зря я тут стою. Только мучаю себя. В комнате бы сидела, учила… Как там кот? Я уходила, он был сытым и довольным. Сейчас спит, наверное. — Итак, дорогие участники, приготовились! На старт! Внимание! Вперед! — прокричал комментатор, — итак, вы видите, как они бегут. Скоро их ожидает первое препятствие — зыбучие пески! Вот Алекс вырывается вперед, но Андрей не отстает!       Да, эти двое были лучшими учениками на уроке лунной пробежки оборотней. Они добирались быстрее всех до конца дистанции. А я… Как всегда, как на всех уроках физкультуры, плелась позади всех, с трудом перебирая ноги. Никогда не любила фи-зру… Но в школе постаралась, получила все-таки пятерку! Пусть она и была натянутая…       А впереди всех уже бежал темноволосый оборотень, чье имя мне неизвестно. Все без труда преодолели пески, теперь наступил черед болота. О-о, это болото меня затянуло, если бы я только наступила на него! А эти… С трудом, но преодолели! Теперь лидировал Андрей. Я сдержалась, дабы не закричать «Брюлов, вперед!» С чего это я его поддерживаю? Что за мозг у меня?       Алексу явно не нравилось, что Андрей лидирует. Так и чувствую его ненависть. — А сейчас нашим дорогим участникам предстоит пройти мимо летающих серебряных ножей! — закричал комментатор.       Сердце ушло в пятки. Сейчас что-то произойдёт. Я чувствую, что что-то произойдет! Я не могу, не могу на это смотреть! — Соф, ты чего? — убирая мои руки от моего лица, с волнением интересовался Артем, — не бойся, все хорошо! Ничего не произойдет! Это не опасно. Даже если и произойдет, то врачи здесь.       Ладно, поверю. Но почему же такое гадкое предчувствие?       Вот бежит Андрей, живой и невредимый, за ним бежит Алекс. Все в порядке. Ничего плохого. Если не считать, что Алекс, опережая Андрея в месте, где с разных сторон летели ножи, плечом толкнул его со всей силы, отчего тот, споткнувшись об торчащий из земли корень дерева, упал. Когда он падал, его успел полоснуть по плечу нож. А-а! Черт! Ничего не произойдет, да, Артем?! Ему плохо, больно! Да там еще нож! Да где же врач?! Где?! У меня начинается истерика!!! Брюлов не может встать, держится за раненное плечо. — Итак, на ваших глазах Андрей Брюлов получил травму! — сообщил очевидное комментатор, а все зрители ахнули.       Да мы видим! Какого оборотня ты нам это еще сообщаешь?! — Где врач?! Кто ему поможет?! — истерически кричала я на Артема. — Успокойся, Софья, — взяв меня за плечи, успокаивал Карновский, — он сам должен добраться до школы и ждать, когда закончится соревнование. — Что?! Да ему же плохо! -Он, Соф, оборотень. На нас все заживает, как на собаке! Ему даже врач не понадобится! Завтра на нем и следа не останется. — Надо обработать рану! — не унималась я, вырываясь из рук Артема, вырываясь куда-то. — Он сам сможет, взяв из аптечки в комнате все необходимое, — заглянув мне в глаза, спокойно сказал парень. — А для чего врач?! — Нет здесь врачей, я сказал это затем, чтобы ты не переживала! Андрей сейчас может либо продолжить соревнование либо уйти в школу. — Да какое соревнование?! — Топнула ногой я, не желая слушать парня. — Да, допустим, врач заберет его, вылечит, и Брюлов сможет спокойно вернуться к соревнованию, ведь он не сам ушел, а врач его забрал, — пытался мне что-то объяснить брюнет, но я не хотела его слушать и, в том числе, понимать. — Ну, а если… — начала я, но меня нагло прервал Артем. — Если он сам позвал врача? — Я кивнула, — Все равно он может вернуться в игру, ведь жив, здоров! — То есть, получается, что это сделано только для того, чтобы победили только достойнейшие и не покалеченные. Но ведь их будет совсем мало! — Возмутилась я. — Даже может остаться один оборотень. В этом суть игры. — Пожал плечами парень, мол, все же ясно и просто, как дважды два, чего ты тут не понимаешь. А я действительно не понимала этого. Возможно, мне никогда не понять этот мир… — Но… Алекс же жульничал! — Решила вновь повозмущаться я. А ведь и правда жульничал. — Что? Алекс? — Удивился Артем, сдерживая улыбку, — не-ет, Соф, здесь такое разрешено. И даже приветствуется, — отпустив мои плечи, ответил Карноский.       Что за соревнование такое?! Жестокость одна! И оборотням это нравится? Андрей все-таки встал, но видно, что ему больно. А вдруг перелом?! Он не дойдет! Почему никто не идет к нему на помощь?! Где все дамочки, что, как назойливые мухи, кружились возле него? На экране уже не показывали Брюлова, зрители видели только целых участников, продолжающих борьбу. Борьба… Я горько усмехнулась. Боже, как же все-таки мы похожи на животных. Оборотни же. — Здесь есть короткий путь до того места? — спросила я у Фиски, желая поскорее добраться до парня. Не знаю, почему во мне вдруг проснулось чувство сострадания. — Да, там желтая дорожка, а что? — спросила Фиска, но я уже не слушала ее. Я должна, нет, не так, обязана помочь!       Я бежала так быстро, как могла. Желтая дорожка, где же ты? Я нашла с трудом эту дурацкую дорожку. Андрей, я уже в пути! К счастью, быстро нашла это место. Андрей, видимо, хотел продолжить соревноваться, ибо уже повернулся в ту сторону, куда убежали участники. — Стой, глупый, ты куда? — Окликнула его я. Ножи уже здесь не летали из стороны в сторону, а лежали на сырой земле. — Софья? Ты что здесь делаешь? — Удивленно уставился на меня Андрей, держа руку на раненном плече, из которого сочилась алая жидкость. — Спасаю тебя, — ответила я, осторожно подходя к оборотню. — Я сам могу, не маленький, — спокойно ответил Андрей, смотря на свою рану.       Та-ак, интере-есно, это ранение из него выбило всю былую кокетливость? Он даже не подкалывает меня! Даже не флиртует! — Нет, в данной ситуации тебе нужна помощь, — сказала, положив руку Брюлова себе на плечо, — давай, помогу дойти до школы. И вообще, ты это куда собирался, продолжать бег? Да ты даже стоять не можешь! — осуждала я парня. — Сонь, не нужно, — убирая руку с моего плеча, ответил блондин. — А я сказала нужно! Дай сюда, — я положила руку обратно, — ты дойдешь со мной до школы, где я обработаю твою рану! Я понятно выразилась?! — Не спрашивала, а приказывала я.       Андрей улыбнулся. Так, хорошо, о боли забыли. — Я не слышу ответа, — с нажимом, сказала я. — Понятно, Софья, понятно, — с улыбкой ответил блондин, все же принимая мою помощь. — Так то лучше, — кивнула головой я.       Мы побрели в школу. По дороге молчали. Андрей тяжело наступал на ногу. Нужно будет осмотреть ее. Хорошо, что не перелом.       Мы зашли в школу. — Где аптечка? — Спросила у блондина я, посмотрев на него, случайно задев рукой рану на плече, не заметив этого. — В комнате каждого, проживающего здесь, оборотня, — ответил Брюлов морщась от боли. — Да? А я не видела… — задумчиво произнесла я. — Ты просто плохо смотрела. — И где проводить осмотр, пациент? — С улыбкой спросила у Андрея я, размышляя над тем, где бы осмотреть раны. — О, только не угробь меня, пожалуйста, — с такой же улыбкой ответил он, явно издеваясь надо мной.       Я фыркнула. — Не бойся, не умрешь, даю гарантию, — заверила я парня, вновь спрашивая, - так, где? — Можно в твоей, — спокойно произнес блондин, продолжая шагать. — Туда может зайти Анфиса, а она очень боится крови, — задумчиво произнесла я. — Значит в мою, я один живу… — заключил парень. — Прекрасно! Показывайте путь, пациент!       Мы быстро дошли до комнаты Андрея. Действительно, он живет один. Никто не помешает. Мы зашли в комнату. Я закрыла дверь на ключ, на всякий случай. Вдруг кто-нибудь зайдет, а я тут ногу рассматриваю! В комнате пацана… Только мы вдвоем… Как-то мне не по себе. Я посадила Андрея на кровать. — И где аптечка? — озираясь по сторонам в поисках нужного предмета, спросила я. — Под кроватью… — безразлично сказал парень, внимательно наблюдая за моими действиями и как-то странно улыбаясь. — А почему у меня под кроватью нет ее? — возмутилась я, подходя к кровати. — Потому что я положил свою под кровать, — спокойно ответил блондин.       Понятно. Я присела на колени и заглянула под кровать. Да, нашла! Достав ценную коробочку, я открыла ее, достала вату, перекись, йод, эластичный бинт и лейкопластырь.       Теперь нужно осмотреть ногу. Я подняла вверх штанину блондина, осмотрев щиколотку. Так, это точно не перелом. И на вывих не похоже. Осторожненько потрогала кожу, стараясь не причинить боль. — Вот, так не больно? — спросила я, нажимая чуть-чуть сильнее, внимательно наблюдая за тем, перекосится ли лицо парня от боли. Этого не произошло. — Нет, уже не болит, только покраснение осталось, — ответил блондин, осматривая то место, где у него болело. — Как не болит? Десять минут назад болело! — опешила я, выпучив глаза. — Я же оборотень, Сонь, — усмехнулся парень. — Ну хорошо, верю, снимай футболку! — скомандовала я, отходя на шаг от парня, сложив руки на груди в ожидании. — Вау, Софья, не думал, что тебя сейчас на стриптиз потянет, — мягко произнес оборотень, вставая с кровати, явно смеясь надо мной. — А что, ты против? Даже против того, чтобы я тебе станцевала? — спросила я и мило улыбнулась.       «Что ты несешь, София?!» — кричало мое подсознание. — М-м, нет, не против. Можешь начинать, — мягко произнес Андрей, улыбаясь, приготовившись к моему сольному выступлению. Не дождешься. — Ладно, все, снимай эту чертову футболку! На ней уже пятно крови! — возмутилась я, переставая улыбаться, ибо шутки шутками, а здесь чело… Э-э… Оборотню плохо!       Андрей покорно снял предмет гардероба. А я ахнула, как дурочка. Мускулистые плечи. Накаченное тело, даже видны кубики! Такое тело, к которому так и тянет прижаться, обнять его. Черт! Держись, Софья!       Андрей улыбался, явно польщенный моей реакцией. Гад.       Я увидела небольшую рану, длинной, примерно, шесть сантиметров. Но рана глубокая. Нужно срочно обработать. Я села на кровать, приглашая сесть рядом Андрея. Брюлов сел, а я начала осторожно обрабатывать рану. Мой «пациент» поморщился от боли. Ничего, это только цветочки. Перекись водорода, не йод. Закончив, я взяла в руки ватку с йодом. — Потерпи немножко, — попросила я, будто успокаивала младенца.       Начала осторожно, почти не касаясь кожи, промакивать рану. Андрей отодвинулся. — Эй, терпеть надо, для твоего же блага! — возмутилась я, двигаясь к парню ближе.       Я продолжила обработку ранения. Андрей морщился, но не отодвигался. Я сложила губы трубочкой и подула на ранение. Мне всегда в детстве это помогало. Андрей улыбнулся. — Ну, вот, все готово, я сделала все, что могла. Завтра точно не будет ничего, — ответила я, положив руку на плечо парню. Какой он мускулистый! Какая горячая кожа… А мои руки опять холодные…       Я заглянула в глаза Брюлова. Прекрасные голубые глаза, изучающие мои. Я не могла оторваться от этих прекрасных, уносящих мое подсознание, глаз. Я взглянула на полуоткрытые губы Андрея. Так и манят! А если бы эти губы… Стоп, София, о чем ты думаешь?! Он же популярен, на него девушки вещаются толпами! Думаешь, он посмотрит на такую, как ты? Я же не красотка… Блондинка красивее… Да и вообще, София, ты не веришь в любовь. Любви не существует. Это просто химия, феромоны, вырабатываемые организмом. Я не люблю никого из парней. Больше в такое я не верю. Не влюбляюсь, не стреляю глазками, не флиртую, не… — М-мне пора, т-там… Что-то, — начала я свою невнятную речь, поспешно отводя взгляд, стараясь побыстрее улизнуть от изучающих меня глаз, как почувствовала чужие губы на своих. Какие мягкие, властные.       Он нежно целовал меня. Потом, сдавшись, я приоткрыла рот и в тот же миг почувствовала его язык. Мой первый поцелуй. Да, первый. Даже с тем парнем, с которым встречалась в мире людей, я не целовалась.       Я обхватила шею Брюлова руками, пододвинувшись к нему в упор. Софья, что ты творишь? Ты же не влюбляешься, не флиртуешь, не…       Андрей запустил пальцы в мои распущенные волосы. Поцелуй стал более требовательным. Что же я делаю?! Но его губы, тело… Все сводит меня с ума… Влюбилась? Нет, бред пьяной коровы, быть такого не может.       Я оторвалась от парня, ибо мне не хватало воздуха. Как-то душно стало в комнате, жарко… Щеки предательски покраснели.       Я посмотрела на Андрея. Он изучал меня, мой взгляд. Так, нужно срочно идти, пока не натворила дел! — Ладно, я пойду, — смущенно произнесла я, встала, подошла к двери и, не в силах сопротивляться своим чувствам, повернулась к Андрею. Я хочу… Хочу еще раз почувствовать вкус его губ… Зачем? Не понимаю. Просто хочу… Разве плохо чего-то хотеть?       Андрей стоял напротив меня. Упираясь руками, по обе стороны от меня, о дверь, тем самым не давая мне уйти. Я и не собиралась… Теперь.       Он властно поцеловал меня. Я запустила пальцы в его мягкие волосы. Через несколько минут поцелуй не был уже таким невинным. Я хотела большего. Андрей прижал меня к двери своим телом, целуя мне шею. Я тихонько застонала. Ах, что же ты делаешь со мной… — Ох, Софья, что же ты со мной делаешь? — хриплым, полным желания голосом произнес Андрей. Это я-то? Это ты сводишь с ума!       Что я с ним делаю? Это все он начал!       Он продолжал целовать шею, спускаясь ниже, к груди. Дыхание сбилось у нас обоих. Не понимаю, что делаю… Но он так манит. Сейчас я хочу его.       Андрей запустил руку под майку, поглаживая спину. А я исследовала руками его спину, не прикрытую одеждой. Он начал снимать с меня майку. Я не сопротивлялась. Я хотела его. Прямо здесь. Прямо сейчас. И плевать, что завтра буду винить себя.       В след майке полетели мои джинсы. Приближаясь к кровати, я расстегивала штаны Брюлова. Черт! Что за ремень? Не могу его снять! Я досадно вздохнула, закусив губу. Андрей понял, что мне нужна помощь. Он протянулся к ремню своих джинсов. — Я сама, — шепотом произнесла я, вновь целуя парня.       Через некоторое время штаны полетели к моим вещам. Я оказалась на кровати, прижатая блондином. Его дыхание обжигало кожу. Он сводит с ума! Я закусила губу от предвкушения.       Андрей продолжил покрывать поцелуями все открытые участки кожи, расстегивая лифчик. Мое нижнее белье полетело вниз, а затем и боксеры блондина. Я лежала на кровати обнаженная. Теперь чувствую сводящее с ума прикосновение кожи с кожей. Никакая ткань теперь не отделяет нас друг от друга. Андрей продолжал целовать меня, сжимая грудь. Дальше начал спускаться к сокровенному, оставляя дорожку из поцелуев.       Когда он прикоснулся к моему сокровенному месту, я вздрогнула, по коже прошлась сотня, а может и больше, целая армия, мурашек. Я не могу, сгораю от нетерпенья. Андрей, видимо, решил помучить меня, потому что вернулся к моей груди. Застонала, когда он начал посасывать соски. Он издевается?! Да, он точно мучает меня… В нетерпении я потерлась своими бедрами о его. Он резко оторвался от меня, с улыбкой на губах достал из тумбочки какой-то пакетик и разорвал его. А, это, наверное, презерватив. Первый раз вижу… Где он купил? Зачем?       Андрей надел презерватив и, еще раз осмотрев меня, начал медленно входить. Он заглушил мой крик поцелуем. Забыла, что это будет больно! Очень!       Оборотень посмотрел на меня, а я, справившись с чувством боли, кивнула, чтобы он продолжал. Он начал медленно двигаться. Я тихонько выла от боли. Через некоторое время боль ушла, уступив место удовольствию. Андрей начал двигаться быстрее. Я стонала. Он еще ускорился. Застонала громче, извивалась в его руках, начала царапать спину и двигаться в такт парню. Так хотелось, чтобы он увел меня за грань, хотела почувствовать наслаждение…       Андрей ускорялся. Бешенный ритм. Бешенный танец. Стоны двоих. Удовольствие, разделяемое с партнером.       Парень с тихим рыком кончил. А я с громким стоном выгнулась в спине. Как хорошо. Так хотелось продолжить… Нужно отдышаться. Я обессиленно лежала. Блондин рухнул рядом. — А может… — отдышавшись, хотела спросить я Андрея о продолжении, усаживаясь на кровати, но меня прервали. — Соф, ну ты даешь, тебе этого на первый раз должно было хватить, — удивился оборотень, принимая сидячее положение. -Ну, как видишь, мне не хватило, — с пошлой улыбкой произнесла я, опрокидывая парня на кровать и нависая над ним. «Что я делаю?» — отдавалось где-то далеко-далеко в подсознании, в мыслях. Но разум уже отключился.       Брюлов улыбнулся. — Хочешь быть сверху? — С улыбкой интересовался оборотень. — Да, а что? Ты против? — Выгнула я левую бровь дугой. — Пока что нет… — со странной улыбкой ответил блондин. — Ну и замечательно! -выдохнула я, сливаясь с парнем в страстном, полном желания поцелуе. И мир для нас двоих растворился…