Иная

»- Черт! Они снова придумывают небылицы! Зачем они так?  — Мне нет дела до них. Главное то, во что веришь ты».

Я стояла у зеркала и поправляла прическу. Андрей стоял позади меня, внимательно изучая все мои действия. Да уж… Не ожидала я от себя такого. Такое примирение… Жаркое… — Что ты так на меня смотришь? — поинтересовалась я у блондина, улыбнувшись. — Слежу за тобой. А то вдруг убежишь, — рассмеявшись, ответил Андрей. — Нет, теперь не убегу, — шепотом произнесла я, надеясь, что Андрей этих слов не услышит. И как я могла так глупо ошибаться? Естественно, Андрей услышал, да еще каждое слово! Он резко подскочил ко мне, приобнял за плечи и поцеловал в щечку. Я улыбнулась, опустив взгляд. — Ты так и не ответила мне, — произнес блондин, шепча мне на ушко. — Что не ответила? — Не поняла я. — Ты не сказала: любишь меня или нет… Я повернулась к Андрею. Ему действительно важно знать мое мнение? Ему не все равно? Я заглянула в его глаза, которые с нетерпением ждали ответа. Ему не все равно… — А как ты думаешь? Неужели я бы так просто дала себя поцеловать? Отдалась бы тебе? — Я вопросительно уставилась на Брюлова. Он опустил взгляд, — я… Люблю тебя… Андрей. Он резко поднял взгляд, заглядывая в мои глаза, дабы понять, искренне ли сказаны слова. — А вот за глупую я тебе еще отомщу, — улыбнулась я, потрепав рукой волосы парня, и побежала. Из меня, конечно, бегун такой же, как из жирафа аквалангист. Не удивительно, что Андрей догнал меня на повороте в коридор, который ведет к кабинету зельеварения. Хотя, практическое занятие уже подходит к концу. — Попалась, — схватил меня за руку оборотень, ни чуть не уставший от нашей маленькой погони. — О, поздравляю, ты поймал меня, но мог бы и поддаться девушке, — ответила я, прислоняясь к стене спиной, и тут же отпрянула. — Ай, — чуть ли не вскрикнула я. Что-то больно впилось в мою спину. — Что такое? — обеспокоенно спросил Андрей. Я повернулась, чтобы посмотреть, что такое причинило боль. Из стены торчал маленький кончик чего-то острого. Какого… Я аккуратно достала эту штуку. Эта штука оказалась когтем. Вокруг него была обмотана нитками бумажка. Я удивленно уставилась на Андрея. Он тоже стоял, не понимая, что происходит. Я осторожно порвала нитки, отдала маленький коготь Андрею и, как завороженная, развернула клочок бумаги. Лучше бы я этого не делала. Этот клочок оказался запиской, на которой красовалось красное пятно. Кто-то краску пролил? Специально, чтобы запугать ненормального, нашедшего этот коготь… Чей он? Я перевернула записку. — Это кошачий коготь, ты знала? — спросил у меня Андрей.  Что?! Ой, да ладно, подумаешь… Мало ли… Кажется у меня сейчас начнется истерика. Андрей стоял рядом, рассматривая клочок старой бумаги. Я глубоко вдохнула. Фух… Начала читать. Не заметила, что читаю вслух… — Отдай то, что принадлежит мне. Иначе все, кто тебе дорог, покинут этот мир. И кто же следующий? Мистер «S», — я закрывала рот рукой от ужаса.  Что?! Кот… Мальчик мой… Бусик… Это не может быть его коготь! Нет! Я не верю! Да что-де тебе от меня нужно?! Что ты не можешь забрать у меня сам?! Почему ты еще не нашел, то, что искал?! Я стояла, закрыв лицо руками, прижимая записку к сердцу, и плакала. Соленые капли катились по щекам. Я чувствовала, что медленно начинаю оседать на пол. Но Андрей меня вовремя подхватил, прижав к себе. Я плакала так, как никогда в жизни не плакала. И мне было все равно, что уже прозвенел звонок и люди, вернее, оборотни, сейчас выйдут из кабинетов, что увидят меня и Андрея вместе, что начнут распускать сплетни. Мне все равно. Сейчас меня волнует только мой кот… Которого, к сожалению, уже… Больше нет…  Нет. Я не верю. Я должна увидеть кота! — Кхем, молодые люди, вы не хотите мне кое-что объяснить? — Раздался противный голос за моей спиной. Ой, Злыкира… Я молниеносно отлипла от Андрея, спрятав при этом бумажку ему в карман. Мы попытались внятно объяснить ситуацию, то есть соврать о произошедшем. Но, видимо, преподавательнице наш невнятный рассказ уже наскучил, потому что она, потерев виски, отправила нас к директору. Опять… — Директор придумает вам отличное наказание. И, я уверена, наказание будет очень суровым, — прошипела мне прямо в лицо Злыкира, а затем круто развернулась и ушла. — Мы должны дойти до моей комнаты, — не говорила, а ставила перед фактом Андрея. — Не думал, что тебя сейчас на это потянет, конечно, когда нам срочно нужно быть в кабинете директора, но, ладно, я вообще-то не против, — закончил свой ответ блондин, улыбнувшись. Вот все опошлит! — Ох, обойдешься, — закатив притворно глаза и улыбнувшись, ответила я, легонько толкнув Андрея в грудь. — А что я? Я не… — Не успел он закончить фразу, как его прервал красивый голосок. — Андрей, я тебя потеряла, все говорят, что ты был с ней, но я не верю. Ты же меня любишь, ведь так? Все это знают, — повисла на бедном блондине Анна. Я закатила глаза. О, какой ужас. Да отцепись же ты от него! Я сдерживала гнев и старалась не сказать ничего лишнего этой… Девушке. — Соф, ты как? Ты где… С ним? — Набросилась на меня с вопросами Фиска. И поддерживал ее Артем. — Слушайте, я потом все вам объясню. И, Артем, прости за то… Просто эта Шварц… Она… Ох… Я обязана тебе до гроба, — закрывая лицо руками, произнесла я. — Да ничего, мы же друзья, а друзья выручают друг друга, — пожал плечами брюнет, улыбнувшись. Я улыбнулась в ответ, наказала Фиске сбегать проверить кота и оторвала Андрея от блондинки, сказав той, что нам нужно к директору. И мы убежали. — Мог так долго с ней не сюсюкаться? — спросила раздраженно его я. — А что? Ты ревнуешь что ли? — Заулыбался блондин. — Ничего я не ревную. Было бы к кому ревновать, — сказала я, закатив глаза. А Андрей все шел и улыбался. Как будто я — ходячий цирк, который сейчас его развлекает. — И долго ты собираешься так улыбаться? — язвительно поинтересовалась я, подходя к кабинету директора. — О, пока туда не зайдем, я буду улыбаться, — склонившись надо мной, прошептал мне в губы блондин. — А… Андрей, мы вообще-то пришли. Тебе не кажется, что нам нужно зайти? — спросила так же шепотом я. — Да, кажется, но так не хочется… — Значит будешь здесь один стоять? — спросила я, открывая дверь и подавая руку Андрею. Блондин взял мою руку и зашел со мной в кабинет директора. Ну что же. И снова здравствуйте, директор Круций Фагнус. — Что-то вы, молодые люди, зачастили ко мне, — спокойно произнес директор, отодвигая какую-то книгу в сторону. — Ну, не по своей воле мы здесь, — ответил Андрей, пожимая плечами, мол, будь наша воля, нас бы здесь не было. На этот раз на пороге у выхода я не мялась, а последовала за блондином, который, видимо, чувствовал себя здесь как дома. Я села на стул, стоящий около темного стола директора, сделанного, по всей видимости, на заказ, и устремила взгляд в пол. Да, сейчас мне было стыдно. Я вспомнила о родителях, подумала, как бы они отреагировали на то, что их дочка второй раз приходит в кабинет директора с парнем, в которого влюбилась. Да, влюбилась еще с первого дня пребывания в этой школе, но признаваться в этом не хотела даже себе самой. Скрывала чувства за маской неприязни, но рано или поздно все тайное становится явным, ведь так? Да и актриса из меня явно не «ух ты». — И почему же вы прогуляли занятие? — спросил директор тем же спокойным тоном, глядя куда-то сквозь нас. А он сам как думает? Почему двое учащихся — парень и девушка — решили уйти с занятия? Вдвоем, причем. Директор, видимо, так же мыслил, потому что он не стал выпытывать нашего ответа, а вместо этого спокойно продолжил. — Да, все мы были молоды, — задумчиво произнес Круций Фагнус, — все совершали необдуманные поступки, иногда даже безбашенные и рискованные… — Значит, мы пойдем на занятие? — с надеждой в голосе спросил Андрей, вставая со стула. — Не спеши, — директор движением руки заставил сесть Андрея обратно, — наказание никто не отменял. Вы будете целый месяц прибираться после уроков в кабинете Антонины Афанасьевны, — Андрей было открыл рот, дабы возразить, но директор даже не стал его слушать, а только рявкнул, — и это не обсуждается! А вот теперь я вытаращила глаза. Он только что на нас крикнул? Он умеет выходить из себя? Он умеет рычать? Андрей сидел, сложив руки на груди, и сверлил взглядом директора. Ему явно не нравилось такое наказание, но возразить не осмелился. Блондин резко поднялся со стула и направился к выходу, ни сказав ни слова Круцию Фагнусу. Я же встала со стула и, вежливо попрощавшись, вышла из кабинета. Хотя и было обидно, но я заслужила наказание. — Андрей, — позвала я блондина, который почти бежал впереди меня, — ты вообще меня слышишь?! Парень резко остановился и повернулся ко мне, глубоко вдохнув. — Это несправедливо, мы же не уборщицы, — спокойно, сдерживая все эмоции, говорил Андрей, — за что им тогда платят? Я обняла блондина. Знаю, что это банально и как-то по-детски. Но я просто заметила, что он больше не может сдерживать эмоции, поэтому хотела, чтобы он успокоился. Кажется, помогло. — Ты еще не знаешь, как выглядит кабинет зельеварения после всех занятий, — блондин шумно выдохнул и продолжил, — там ужасный бардак даже на потолке. Я не была неженкой в плане уборки, но, представив жуткую картинку кабинета, в котором разбросаны по стенам лягушачьи лапки, глаза разных животных и другие ингредиенты, вздрогнула и поморщилась. Да, будет очень неприятно работать в таком… Как бы помягче выразиться… Бардаке. Радовало то, что это только на месяц. Всего на тридцать один день… Чертов тридцать один день! — Готовишься? — неожиданно спросил блондин, нарушая тишину. Я не курица-гриль, чтобы готовиться… — К чему? — спросила я, не понимая, к чему клонит блондин. — К празднику, естественно, — ответил парень, да еще так, что я почувствовала себя последней тупицей, что я просто обязана знать об этом празднике. — К какому, — искренне не понимала я, затем до меня дошло, и я стукнула себя по лбу. Вот точно, тупица! Как можно было забыть об этом празднике? Я закусила губу и честно призналась, - нет, я забыла, что скоро Хэллоуин. — Жаль, а этот праздник выпадает на выходной день… Значит вечеринка точно будет, — оповестил меня Андрей. — У меня еще месяц впереди, — улыбнулась я, — к тому же, у меня нет подходящей одежды. — А по магазинам сходить? Шопинг там… Я рассмеялась. Откуда я деньги-то возьму? Последнюю мысль я сказала вслух. — А стипендия на что? — Удивился тот. Какая стипендия? Что опять я пропустила? И почему только сейчас узнаю об этом? Я остановилась и вопросительно уставилась на оборотня. Пусть пояснит, а то я же тугодум. — Тебе друзья не сказали? Всем студентам положена стипендия в размере восьмиста вольферов. Через неделю тебе должны выдать банковскую карточку, на которую и будет начисляться стипендия. Я уставилась на блондина, шокированная этим известием. Какого оборотня я узнаю обо всем последняя? И только сейчас меня посетила мысль, что я должна Артему, следовательно, отдам ему всю стипендию. Да и этого будет мало… — Что ты так помрачнела? — заметив, как переменилось мое настроение, спросил блондин. — Просто, — я размышляла, а стоит ли говорить об этом Андрею? Решила, что лучше ничего не скрывать от него, поэтому призналась, — Артему за учебники должна. — Они же недорого стоят, что ты переживаешь, всего-то двести вольферов за все, — спокойно произнес Андрей. Мы уже приближались к кабинету следующей лекции. Мои брови поползли вверх. Ну естественно, это же не рубли, к которым я уже привыкла. И что мне теперь с этим добром делать? Как привыкать? — У вас что там… Какая валюта? — неожиданно спросил блондин, доставая телефон. — Р-рубли, а что? — не поняла я и уставилась на телефон. Тут ловит вай фай? — Я в приложении посмотрю, сколько рублей в одном вольфере, — пояснил мне, непонятливой, Андрей, - и, да, тут ловит интернет. Да чтоб вас всех… Опять вслух спрашиваю! И опять последняя узнаю об интернете. — А можно… По скайпу связаться с… Земными людьми? — спросила я, кусая губу. Меня больше всего волновал этот вопрос, ведь… Родители… Я хочу их увидеть. — Можно, почему нет… Только это приложение платное, — пояснил Андрей, все еще роясь в телефоне. Скоро прозвенит звонок с лекции, все наши стремятся сюда, к этому кабинету. Снова любопытство Фиски и Артема. Поскорее бы их увидеть, они скажут мне, где мой котик… Я нервно кусала губу. Андрей это заметил. — Эм, может ты перестанешь так волноваться и мучить бедные губы? — спросил блондин, оторвав взгляд от экрана смартфона, и внезапно улыбнулся, — мне же эти губы нужны, как вода.  Я, немного покраснев, слабо кивнула, не отрывая глаз от пола, и прислонилась плечом к стенке, как и Брюлов. — Вот, один вольфер равен двадцати пяти рублям, — наконец, нарушив затянувшееся молчание, сказал блондин, показывая мне экран смартфона. В смысле двадцать пять?! То есть… Если перевести восемьсот вольферов в рубли, получится двадцать тысяч! Ничего себе! Это просто… Вау! Вау, вау, вау! Я стояла и таращилась на Андрея, он, заметив это, тоже стал смотреть на меня, только не шокировано, а удивленно. Пришлось выйти из ступора и объяснить оборотню, что эти деньги… В общем, стипендия нереальная, слишком огромная. Хм… Стипендия только в ВУЗах и колледжах… А это же «Школа оборотней»? Нужно будет спросить у Анфиски об этом. Наконец, прозвенел звонок. И мы стали ждать, когда учащиеся покинут аудиторию, дабы наконец-то сесть на стул и приступить к обучению. Но я рвалась в свою комнату, все время думала о моем любимом животном, хотела поскорее узнать, как там котик, и если бы не Андрей, то я бы уже давно бежала, как сумасшедшая из больницы, к своему котику.