Стёпа и зелёные человечки

Внимание, пока не бечено! Тётя Рая сердцем чувствовала, что её любимый племянник жив. Вот и сейчас она опустилась на колени перед старым деревянным комодом, на котором был в особом порядке выставлен целый иконостас – тут и Николай Чудотворец, и отрок Пантелеймон Целитель, и даже Ксения Блаженная – петербургская святая. Но самой большой и богато украшенной была старинная икона Казанской Божьей матери, помнившая не одно поколение Софроновых. «Живый в помощи Вышняго, в крове Бога небеснаго…»* - начала мысленно молиться тётя Рая, как вдруг увидела, что за окошком разлилось странное серебристое свечение. Женщина прервала молитву и торопливо подошла к окну. И слегка обалдела. Прямо на ухоженную лужайку за домом, надёжно скрытую от соседских глаз буйно разросшимся малинником, опустилось нечто, очень сильно напоминавшее то ли вертолёт без винта, то ли самолёт без крыльев. Нечто похожее тёте Рае приходилось наблюдать в фантастических фильмах, которые иногда смотрел Стёпа. Тётя Рая их тоже смотрела с племянником, правда напрочь отметала фантастическую составляющую, следя лишь за любовной историей, и её рецензия на «Звёздные войны», в которых она безмерно сочувствовала Дарту Вейдеру, была такова: «Ох, как же бедный мужик через любовь-то пострадал… Вот ведь – не померла бы жена – не натворил бы делов… А детишечки у него славные получились, шустрые такие… В общем, неплохое кино, жизненное…» И вот теперь этакое чудо приземлилось на её собственной лужайке с любовно лелеемой травкой для выпаса козы Машки. «Чокнулась я, что ли, совсем? – сама себя спросила тётя Рая. – Вроде и давление сегодня в норме, и сердечное вовремя приняла…» Но пока она так раздумывала, верхняя прозрачная крышка странного летательного аппарата съехала вбок, и из него стал выбираться… Стёпа. Живой, здоровый, правда немного похудевший и отрастивший себе шевелюру ниже плеч. Одет был Стёпа тоже как-то странно – точь-в-точь как в тех самых фильмах – светлый комбинезон в облипку, с синей отделкой и высокие ботинки со странными застёжками. Этого сердце любящей тёти уже выдержать не могло, и она в три прыжка выскочила из дома и бросилась на шею любимому племяннику, смеясь и плача одновременно: - Стёпа… Стёпонька… живой-здоровый… Да куда ж ты пропал? Мы ж тебя всей деревней в лесу искали, и в болоте… А ты – вон на каком трофейном самоваре прилетел… да что случилось-то с тобой? - Тётя Рая, - обнимал родственницу в ответ Стёпушка, - ну не плачь, не надо… Со мной всё хорошо. Пойдём в дом, ладно? Я всё расскажу, только, боюсь, ты не поверишь… - Поверю, Стёпонька, - отвечала тётя Рая, продолжая поливать широкую Стёпину грудь слезами, - я теперь всему поверю… Это ж надо – нашёлся… Прилетел… Счастье-то какое… - Тётя, - тихо и серьёзно сказал Стёпа. – Видишь ли, я не один прилетел. Ирон, вылезай, не прячься, тётя Рая не кусается. Из открывшегося аппарата показалась белокурая макушка и в голове тёти Раи радостно вспыхнуло: «Никак невесту привёз?» Однако затем её радость несколько поугасла. Во-первых, новый гость (гостья?) показался по пояс, и тётя Рая отметила странный цвет кожи, более всего напоминавший продававшиеся в палатке у станции фисташки россыпью. «Личико красивое… - возникла у тёти Раи следующая мысль. – А что с лицом-то? Больна чем девка? Или просто укачало? Или она, прости Господи, в положении? Неужели от Стёпы? Да как такое возможно – за две недели-то?» Однако затем тётушка разочарованно вздохнула – гость несомненно относился к мужскому полу – обтягивающий, как и у Стёпы, комбинезон простора воображению не оставлял совершенно, а уж отличить парня от девушки тётя Рая могла, несмотря на свой почтенный возраст, запросто. «Друга в гости привёз… Видно там познакомился, - вздохнула тётя Рая. – Эх, не дождаться мне внуков…» - Тётя, - торжественно сказал Стёпа, - познакомься, это Ирон. Тётушка пригляделась к склонившему голову парню и охнула: - Батюшки- святы! Это что? Рога? Ирон испуганно отступил на шаг, а Стёпа быстро сказал: - Пойдём в дом, тётя Рая. Ты сейчас всю улицу перебудишь. И да, рога. А что такого? Тётя Рая машинально кивнула, подумав, что это наверняка ещё не все новости. И вообще – стыдно-то как – племянника и его гостя на улице держать. Ни чаю не предложила, ни пирога, дура старая! А рога… Ну и что? Вон, намедни по телевизору девку показывали – так у неё на теле места живого нет от проколов и татуировок – да от такой любая зона бы в ступор впала. Ничего, живёт, не тужит. И вообще – ну рога и рога, у каждого свои недостатки… Поэтому тётушка быстро ответила: - Прости, Стёпушка, это я от неожиданности. Вы проходите в дом, проходите. Я сейчас самовар вздую, пирогов как раз настряпала – как чуяла, что ты объявишься. - С чем пироги? – поинтересовался Стёпа. - С картохой, с капустой, с луком и яйцами… Твои любимые, Стёпушка… Я ведь тебя каждый день ждала… Стёпа ещё раз обнял родственницу и поцеловал в щёки: - Хорошая ты у меня, тётя Рая. Ну, пойдём, пойдём. *** За чаем с пирогами беседа пошла не в пример легче и веселее. Стёпин зеленокожий приятель держался тише воды, ниже травы и смирненько пил чай, заедая его пирогами. Сам же Стёпочка, отдав должное тётушкиным кулинарным шедеврам, всё-таки решился и начал рассказывать историю своих приключений, смягчая, по возможности, самые острые моменты. Тётя Рая ахала и охала, сперва не зная, верить или нет, однако зеленокожее, золотоглазое и рогатое свидетельство Стёпиной правдивости сидело рядом, кивало и лопало пирожки с капустой, как не в себя. Пришлось поверить, и тётя Рая уж просто слушала Стёпочкин рассказ, переживая за племянника. - … а утром мы проснулись – и представляешь, тетя, - всё изменилось! За одну ночь! Трава настоящая выросла, цветы зацвели, кусты, и даже деревца – правда невысокие. Бабочки откуда-то поналетели, речка рядом потекла – чистая. И атмосфера очистилась – небо стало красивое, только не голубое, а такое… сине-фиолетовое, как бархат, и облака белые. Красота! А нам ещё планету обустраивать – целый мир – как новенький. Дома надо было построить, оборудование всякое привезти… Хорошо – станция Арлашш недалеко, и у Ная – это ещё один наш друг – там целая куча родных, знакомых и друзей. Дома мы такие приобрели – особые. Представляешь - сам дом в чемодане умещается! Его потом нужно на выбранное место перенести, поставить и он сам собой разворачивается. Только несколько дней фундамент нужно особым раствором поливать. Так что теперь у нас и дома построены, и даже место есть под огород. И вообще – там здорово. Ты ведь с нами полетишь тётя, да? - неожиданно закончил блудный племянник. - Стёпа… - стала отнекиваться тётя Рая, - да я уже старая, да я здесь как-нибудь доскриплю. Главное – знать буду, что у тебя всё в порядке. Ты ведь будешь меня навещать? Ну, хоть единый денёчек в году? - Навещать буду, тётя, это не вопрос. Только вот кто-то хотел внуков нянчить, а теперь отказывается… - Каких внуков? – охнула тётя Рая. – Так ты всё-таки женился, Стёпушка? - Вот уж и не знаю, как сказать, - ответил Стёпа. – Можно сказать, что и женился. Только вот примешь ли ты мой выбор, тётя Рая? - Да мне любая невестка в радость, - отмахнулась тётушка. – Главное, чтобы тебе было хорошо. - Ну ладно, - вздохнул Стёпа. – Но я тебя предупредил. Видишь ли, тётушка, невестка твоя – это не совсем невестка. Это Ирон. Я его люблю и мы теперь – Семья. Ирон при этих словах испуганно взглянул на побагровевшую тётю Раю и виновато сжался. Но Стёпа обнял его и прижал к себе, упрямо глядя тётушке прямо в глаза. - Вот, значит, как… - проронила тётя Рая. – Ну что ж, давно я о таком подумывать начала. - О чём? – поразился Стёпа. - О том! – ехидно передразнила тётушка. – Ты же у меня и умница, и красавец, и непьющий – да за тебя любая из наших девок с радостью пошла бы, только свистни. А ты всё выбирал… всё примеривался… Вот оно как, значит… Права я была, когда об этом задумывалась… Ну что ж, «невестушка», совет вам, да любовь. Только вот, Стёпушка, отколь внуки-то возьмутся у двух парней? Али я чего-то не понимаю? - Кхм… - покраснел Стёпа, вспомнив об уже помещённой в инкубатор кладке и незабываемых при откладывании оной ощущениях, - видишь ли, тётя Рая, есть такие технологии, которые позволяют и двум парням детей иметь. Так что внуки твои уже на подходе. - Тоже, небось, зелёненькие да рогатенькие? – ехидно спросила тётя. - А это уж какие получились, - ответил Стёпа. – Не знаем пока. А что, если зелёненькие и рогатенькие – любить будешь меньше? - Дурачок ты, Стёпушка, - вздохнула тётя Рая. – Главное, что это твои деточки. Ладно, балбесы вы этакие, уговорили меня старую. Давайте-ка собираться. А Машку я с собой возьму. И самовар. И картошки три мешка из подпола. Я вам ужо картошку разведу – пироги-то, вижу, мои понравились? - Очень понравились, - застенчиво ответил Ирон. – Скажите, что нужно собирать – я вам помогу… *** Незадолго до рассвета бабка Галя Ступочкина, первая сплетница на деревне, удобно устроилась в палисаднике с армейским цейсовским биноклем, добытым как трофей в Померании в 1945 году её ныне покойным мужем, пехотным капитаном, дабы точно знать, кто от кого поутру пробирается, чтобы порадовать баб в магазине порцией свеженьких сплетен, наблюдала странное явление. Из малинника, окружавшего лужайку Раи Софроновой, неожиданно взмыл непонятного вида летательный аппарат – явно тяжело нагруженный, так как при взлёте его водило из стороны в сторону. Аппарат сумел-таки набрать скорость, взмыл вверх и растаял в предрассветном небе – только его и видели. Бабка Галя Ступочкина моментом сообразила, что тут дело нечисто и бросилась к дому тёти Раи. Дом стоял закрытый, даже окна прикрыты ставнями. А в двери белела записка: «Уехала в Челябинск к дальней родне по срочному делу». Любопытная бабка Галя обежала дом кругом, никаких признаков бесчинства не обнаружила, даже трава на лужайке не выглядела примятой, но наутро всё же побежала к участковому. Участковый, выслушав бабкину версию о том, что Раю Софронову похитили инопланетяне, покрутил пальцем у виска и посоветовал ей меньше смотреть канал ТВ-3 и читать газету «Аномалия», до которых бабка Галя была великая охотница. А потом сказал, что в отъезде Раисы Софроновой лично он не видит ничего необычного - мол, немолодая уже женщина, любимого племянника потеряла, что ж ей, одной век вековать? Вот и подалась к родне. А на резонный вопрос бабки Гали – почему тайком и ночью, участковый закипел, как чайник со свистком и рявкнул: «А чтоб такие кукухи заполошные, как ты, тётя Галя, её не доставали! Небось за это время все кости Стёпке перемыли, да и тёте Рае заодно! Ступай себе с Богом, а за домом я пригляжу!» С тем и ушла бабка Галя, даже не зная, насколько она на сей раз была близка к истине. *Псалом 90, он же «Живые помощи».