Меч и магия

Каллен не мог вспомнить, в какой именно момент Хоук стала ему так дорога. Он анализировал своё отношение к ней с их первой встречи, когда она спасла его от одержимого Уилмода. Она знала и видела, что Каллен - храмовник, но не побоялась рискнуть жизнью и свободой, и ринулась в бой, буквально заслонив его своей грудью. А он...Он не знал, почему не арестовал её, почему не рассказал о ней Рыцарю-Командору. Он чувствовал благодарность. А когда она привела в Казематы молодого Керана, и заступилась за него, уверяя, что он не одержим, Каллен был ещё больше удивлён. И он почувствовал уважение. Когда она влетела в него в Казематах - впервые почувствовал влечение. И сейчас, лёжа на кровати, ощущая приятную тяжесть её головы на своём плече, он... Нет. Он не хотел себе в этом признаваться. Не мог и не хотел. Он прикрыл глаза и погрузился в раздумья. Сколько уже длятся их "отношения"? Год? Больше? Было очень тяжело находить время и место для встреч. И иногда их разлука длилась по два, а то и три месяца. У Защитницы были свои дела, а, ужесточившая свой режим, Мередит, почти не отпускала своего самого доверенного храмовника от себя. Но с тех пор, как Хоук и компания вернулись, победившие Корифея, Каллен сжал Мариан в объятиях (чем удивил и её и себя) и решил, что никогда не отпустит эту женщину, только если обстоятельства не вынудят его. Он мучился противоречиями: с одной стороны висел его священный долг, а с другой самая удивительная женщина из когда-либо появлявшихся в его жизни. Сонно улыбнувшись, Каллен притянул Мариан к себе. Та что-то недовольно проворчала, но прижалась к нему поплотнее, и храмовник, удовлётворённо хмыкнув, начал проваливаться в сон. *** Каллен проснулся от того, что начав шарить по кровати, не обнаружил мягкого и тёплого женского тела рядом. Он потёр глаза и открыл их. Хоук в комнате не было. Мужчина сел на кровати и нахмурился: они не виделись месяц, и весь месяц Каллен только и ждал этих драгоценных двух дней, чтобы побыть с ней. А она исчезает с утра пораньше. Каллен оделся и спустился вниз. Зайдя в гостиную, он увидел Карвера, сидящего в кресле напротив камина. - Рыцарь-капитан! - Парень отсалютовал ему пирожком, который держал в руке. - Как здорово видеть, что я всё-таки не один в этом доме. Сэндал не в счёт. Каллен дёрнулся: младший Хоук первым догадался об их отношениях и никак не отреагировал, за что Рыцарь-капитан был ему благодарен. Слухов и так хватало. - Доброе утро, Карвер, а где твоя сестра? - Ушла с Мерриль к Авелин. Не переживайте, она ненадолго. Скоро должны вернуться Бодан и Орана с каким-то супер-тортом, а потом будем праздновать. - Праздновать? Что праздновать? Карвер замер, перестав жевать, затем проглотил остатки пирожка, отряхнул руки и встал с кресла, с усмешкой глядя на Каллена: - У Мариан сегодня день рождения. Челюсть Каллена чуть не упала вниз: - Я даже не знал... Карвер легко хлопнул его по плечу и прошёл мимо, сказав напоследок: - Лучший подарок для неё будет, если вы останетесь на праздник. Каллен потёр затылок, а затем стремительно пошёл к выходу из дома. *** - Так, давайте уже все рассядемся, наконец! - Сестра, у тебя нет для меня запасного уха? А то левого ты меня сейчас лишила. - Эй, я заняла это место, Пернатый! - Нет! Я не буду сидеть рядом с этим дикарём! - Я сейчас обрежу твои перья, маг! - Успокойтесь, мужланы! - Авелин, любимая, убери руку с меча. - Донник, не передашь мне вон ту тарелку? - Маргаритка, зачем тебе вторая тарелка? - *громкий лай* - О, Создатель... Именно это услышал Каллен, когда вошёл в поместье Хоуков. Он замер в дверном проёме и с удивлением смотрел на эту картину: Андерс пытается вытянуть Изабелу со стула, Фенрис ругается на тевинтерском, Донник сдерживает свою жену, которая так и хочет разнять пиратку и мага, Мерриль как обычно хлопает глазами, пёс бегает вокруг и лает, Варрик записывает, Карвер сидит, зажав руками уши, Себастьян сидит в такой же позе, только прикрыв рукой глаза. И посреди всего этого хаоса - Хоук, залезшая на стол, и чудом не наступившая в торт. Каллен медленно прошёл вперёд. Хоук заметила его и прикрикнула на остальных: - А ну, успокоились! Последний гость пришёл. Можем начинать. Андерс, да отцепись ты от неё! Светловолосый маг надулся и перешёл на другую сторону стола, садясь рядом с Фенрисом. Каллену было предоставлено место рядом с именинницей. Празднование проходило в тёплой, даже семейной обстановке. Мариан была довольна и улыбалась до ушей. С едой было покончено, с выпивкой тоже. Орана взялась за лютню и начала играть. Изабела станцевала с Варриком, с Хоук, даже с Авелин, а все остальные дружно им хлопали. Ближе к вечеру компания решила, что праздник нужно перенести в "Висельник". Идея была активно поддержана всеми, кроме четы Хендир, Себастьяна и самого Каллена. Хоук намерение поддержала, но сама идти не захотела. А друзья тактично не стали уточнять, почему. Когда весёлая компания покинула поместье, наступила звенящая тишина, Хоук направилась в библиотеку и пригласила Каллена присоединиться к ней. Устроившись на диванчике, она положила мужчине голову на грудь и заговорила: - Спасибо, что был сегодня рядом. - Почему ты не сказала, что у тебя сегодня день рождения? - Чтобы ты не заморачивался с подарком. - Ну...У меня всё же есть подарок. Хоук приподняла голову и посмотрела на Каллена. Храмовник полез в карман, затем взял руку женщины в свою и положил ей в руку небольшую монету. - Это...Пусть будет у тебя. Мне дал её брат, сказал, что на удачу. - Я не смею отбирать удачу у моего Рыцаря-капитана. Каллен тихо рассмеялся: - Тебе она нужна больше, чем мне. И накрыв её руку своей, нежно поцеловал в губы. *** - Задница Андрасте, если уж вы таскаете Карвера в увольнительные в таверну, так хоть убеждайтесь, что он добирается обратно! Хоук бушевала. Керан сказал, что её решили шантажировать, забрав кого-то дорогого ей, а конкретно "молодого храмовника". Она знала, что это не Каллен, потому что...кхм..была у него пару часов назад. И сейчас, отчитывая по пути Варика и Изабелу, Мариан неслась на Рваный берег. Там, наткнулась на кучку магов, возглавляемую слетевшей с катушек Грейс, не испытав никаких чувств, кроме боли в пояснице, убила её и смотрела, как Карвер приходит в чувства. - Не знала, что тебя можно так легко взять, братец. - А ты тут как тут, конечно же. - Так, значит, Самсон, ты утверждаешь, что...Защитница! Мариан еле заметно улыбнулась и обернулась на знакомый голос: - Рыцарь-капитан. Рассказав Каллену о ситуации, Хоук посоветовала вернуть Самсона в орден и попросила не наказывать Алена. - Никогда не перестану удивляться тому, как вы справляетесь с магией крови, Сударыня Хоук. - Возможно, удача на моей стороне, Рыцарь-капитан. Каллен улыбнулся уголками губ, но затем снова вернул себе серьёзное выражение лица. Мариан хлопнула брата по плечу и сказала: - Давай, топай. Каллен, проследите, пожалуйста, чтобы на этот раз он добрался до Казематов без происшествий. Каллен кивнул и двинулся в сторону города, храмовники пошли за ним. *** - Монна Хоук, хорошо, что вы вернулись, срочное письмо! Мариан закатила глаза: "Вечно всем что-то от неё надо". Она поставила посох у стены, проводила взглядом Изабелу, которая направилась в сторону бутылки вина, призывно блестевшей на столе. Мерриль бесшумно двинулась за пираткой, а Варрик, удовлетворённо крякнув, опустился в кресло. Защитница подошла к столу и взяла с него письмо, на котором неровным почерком, отправитель явно торопился, была просьба Орсино остановить кровопролитие, которое непременно случится по вине Мередит. Хоук нахмурилась: ей это совсем не понравилось. - Эй, милая, что случилось? - Спросила Изабела, усаживаясь на край стола. - Наши маги и храмовники опять за своё. Пойдём, узнаем, что к чему. Изабела с тоской отставила бутылку в сторону. Всё оказалось намного хуже, чем изначально предполагала Мариан: Андерс взорвал Церковь, Мередит объявила Право Уничтожения, при этом заставив Защитницу выбирать. Хоук окинула взглядом ряды храмовников, но не увидела среди них ни Карвера, ни Каллена. Что ж, может ей и не придётся сражаться с ними...Хоук не могла позволить истребить магов из-за ошибки одного. Послав Мередит куда подальше и расправившись с небольшой кучкой храмовников, Мариан взглянула на Орсино. - Вот и началось. - Печально произнёс эльф. - Спасибо, Защитница, теперь у нас появился шанс. Вашего...Друга...Я оставляю вам. Хоук обернулась к Андерсу, сидящему неподалёку, и медленно пошла в его сторону. Маг заговорил: - Ты не скажешь ничего, что я уже себе не сказал... Мариан говорить не хотела. Она ускорила шаг, и подойдя к Андерсу, вцепилась ему в горло: - Ты понимаешь, что натворил? - Зашипела Хоук сквозь зубы, - Ты убил массу невинных людей, по твоей же вине сейчас погибнет множество магов, которых ты так отчаянно стремился защищать! - Они погибнут за правое дело, - сдавленно произнёс Андерс. - Ты отнял не только жизни и мирное решение этого конфликта, - горько произнесла Мариан. - Ты отнял моего друга, Андерса. Затем добавила, повысив голос: - И это из-за тебя мне, возможно, придётся сражаться против брата и мужчины, которого я люблю! - Прости меня, Мариан... - Катись ко всем демонам, - выплюнула Хоук, оттолкнув мага от себя. - Катись с глаз моих. И лучше бы нам никогда не встречаться. Андерс в последний раз взглянул в её глаза, открыл рот, чтобы что-то сказать, но под её полным ярости взглядом, молча развернулся и ушёл. Себастьян начал кричать что-то про то, что соберёт армию и разнесёт Киркволл до основания, но не допустит, чтобы этот маг остался жив. Нервы Хоук были натянуты, как струна, она развернулась к лучнику и заорала: - Так не трать своё время, Себастьян! И ты вполне можешь догнать Андерса! Катись следом! Дождавшись, пока Себастьян, толкнув её плечом, скроется из вида, Мариан вздохнула и повернулась к притихшим друзьям: - Идём в Казематы, стараемся не убивать без надобности. Ждём, пока не нападут. Многим храмовникам не больше нашего нужна эта война. Пробиваясь в Казематы, Хоук не могла отделаться от тревоги за брата и за Каллена. Она вспоминала свои слова, сказанные Андерсу: "...мужчины, которого я люблю!" Она даже Каллену ещё этого не говорила...Она даже сама себе в этом ни разу не призналась. А сейчас...На глаза то и дело наворачивались слёзы, когда Мариан видела мёртвых магов или храмовников. Она даже видела, как некоторые храмовники защищали магов от своих товарищей. И она не могла понять, чего в её сердце больше: злости на чокнутого мага, который решил, что в праве решать, какой из путей - лучший. Боли, от того, что пережила предательство и потерю сразу двух друзей или страха за то, чем закончится всё это. Придя в Казематы, Хоук увидела, что и Орсино сошёл с ума. Он использовал опыты Квентина! Того ублюдка, который убил её мать! Новая волна ярости поднялась внутри: он склонил её на свою сторону, но бросил всё на половине пути, отчаялся! Сразившись с монстром, в которого обратился некогда благоразумный Первый Чародей, Хоук устало опёрлась на посох и обратилась к спутникам: - Мне ужасно осточертели эти маги и храмовники, эти высокие идеалы, за которые гибнут невинные люди, и магия крови! Думаю, вам тоже. Сейчас, за этими воротами находятся храмовники, желающие уничтожить здесь всё живое. Но мы должны попытаться дать им отпор. И уже не ради магов, а ради собственной свободы. Потому что сдаваться я не собираюсь. Не после всего этого. И если и суждено умереть, в чём я очень сомневаюсь, - Хоук горько усмехнулась, - то в этот момент я буду рядом с вами. И...Простите, что втянула вас в это. - О, дорогая, я бы обиделась, если бы ты не втянула меня в это. - Это будет хорошо смотреться в книге, если добавить парочку Высших Драконов... - Ты сделала правильный выбор, решив защитить невинных магов. - Невинных, как же. Один такой маг взорвал Церковь. И только из-за дружбы с тобой, Хоук, я не ушёл за Себастьяном. - Я прикрою твою спину, Хоук, даже если это будет стоить мне места Капитана стражи. Хоук резко выдохнула: - Ну что, вперёд! Выйдя во двор Казематов, она нос к носу столкнулась с Мередит и отрядом храмовников. На этот раз и Каллен и Карвер были здесь. Сердце Каллена сжалось до размеров горошины: одежда Мариан была залита кровью, сама женщина явно была очень измучена, но держалась прямо и равнодушно, даже с лёгкой издевкой улыбалась Рыцарю-Командору. Ну ничего, скоро всё закончится, и они смогут нормально поговорить. В этот момент Мередит уже о чём-то говорила. Сосредоточившись, он услышал: - Я требую голову Защитницы! Каллена будто ведром с холодной водой окатили. Карвер отпихнул его в сторону и встал рядом с сестрой: - Только через мой труп! - Как пожелаете, Сэр Карвер, невелика потеря. Каллен выступил вперёд: - Рыцарь-Командор, я думал, что мы собираемся арестовать Защитницу. Мариан сузила глаза, взглянув на Каллена. - Выполняйте приказ, Каллен. - Отчеканила Мередит. - Нет. Слишком долго я мирился со слухами о вашем безумии. Рыцарь-Командор, сложи свои полномочия! - Что я вижу? Мой собственный Рыцарь-Капитан попал под влияние магии крови. Вы, верно, слишком много времени проводили с Защитницей? Так умрите вместе с ней! И Мередит выхватила меч, в котором Хоук и все её спутники узнали злосчастный идол. А дальше началась свистопляска с красными молниями, летающей Мередит и ожившими статуями рабов. Этот бой окончательно отнял все силы, но когда казалось, что Мариан больше не сможет произнести ни единого заклинания, Мередит загорелась и с пронзительным криком превратилась в статую. Хоук обернулась на дрожащих от усталости и напряжения ногах и исподлобья глянула на окружающих её небольшой отряд, храмовников. Храмовники, стоявшие в первых рядах, отшатнулись, когда на ладонях Мариан засияли огненные шары. Она перевела взгляд на Каллена, который с беспокойством смотрел на неё: он дал знак храмовникам расступиться, и те, разошлись в стороны, пропуская компанию вперёд. Когда они добрались до поместья, внутри начались споры и разговоры о том, что сейчас делать. Авелин умчалась на помощь Доннику, Мерриль ушла в эльфинаж, посмотреть, как там эльфы. Изабелла решила отправиться на разведку в порт, а Фенрис, взяв Шашлыка, ушёл на развалины Церкви. Карвер порывался пойти с кем-нибудь из них, но остановился под взглядом сестры. Покачал головой и начал снимать с себя доспехи. Варрик успокоил взволнованных гномов и служанку, усадил Мариан в кресло и сел напротив, не говоря ни слова. Хоук заговорила сама: - Я боялась, что мне придётся сражаться против брата и...Каллена. - Я знаю. - Он ведь не предал меня, Варрик? Он бы освободил меня из тюрьмы, верно? - Ты сомневаешься? - Нет, но...Да, сомневаюсь, мы ведь с ним ничего друг-другу не обещали. - Не вытащил бы он, - встрял Карвер, - Вытащил бы я. Варрик подался вперёд и взял бледную руку Мариан в свою: - Он бы в любом случае вступился за тебя. Если бы тебя арестовали, он бы тебя не бросил. Это кое о чём говорит. - Это говорит о том, что он глупый! Он сделал бы хуже только себе! Его так же могли бы казнить или изгнать, или что похуже! Варрик усмехнулся: - Вот она, Хоук, готовая думать обо всех, кроме себя. Мариан запрокинула голову, не давая слезам скатиться по щекам. В это время, Каллен собрал оставшихся храмовников, и скоординировав свои действия с Авелин и её стражниками, отправился на помощь мирным жителям. Увидев неподалёку кучку магов, которые не бежали из города, он направился к ним: - Если вы можете помочь, то сейчас самое время. В городе много раненых. Один из магов с вызовом посмотрел на Рыцаря-капитана: - Мы будем подчиняться только Защитнице. Каллен с яростью посмотрел на него: - Защитница уже натерпелась по горло от этого города. Оставьте её в покое, особенно после того, как отплатил ей ваш Первый Чародей! Авелин подошла к нему и положила руку на плечо, обратившись к магам: - Рыцарь-капитан не пытается командовать вами, он пытается воззвать к вашим человеческим качествам и совести. Если вы не хотите помогать, то благоразумнее будет вам сейчас исчезнуть. Маги переглянулись и один из них сказал: - Мы поможем. Каллен устало потёр виски и начал снова раздавать указания. Надо сосредоточиться на деле и восстановлении города, раз уж так получилось, что он теперь командир. Хоук решила не сидеть на месте и отправилась в Клоаку, в которой так же было полно раненых и оставшихся без дома, людей. Защитница помогала им по мере сил. Но не все были рады её помощи: очень многие обвиняли её в случившемся, а самые смелые даже нападали. Нападали не только на неё. Пару раз досталось и Карверу, и теперь Мариан никуда не отпускала его одного. И сама стала брать с собой не только пса, но и Фенриса, а иногда и Изабеллу. Так же в их городе застрял Натаниэль Хоу с сестрой, которых Хоук поселила в своём особняке. И однажды, ранним утром, когда все спутники Мариан, кроме Мерриль и Авелин собрались в поместье, его стены сотряс грохот, окно первого этажа со звоном разбилось, и внутрь влетел огненный шар, который сразу же был потушен Мариан: - Никто не ранен? Все отрицательно покачали головами. Варрик вскинул Бьянку, Фенрис и Карвер подняли мечи, а Изабела вытащила кинжалы, Натаниэль потянулся за луком: - Кажется, недовольные пришли штурмовать твою крепость, милая. - Похоже на то, что Ривейни права. - Я знаю, Варрик. - Мрачно проговорила Хоук, взбегая по лестнице на второй этаж. - Изабела, ты самая быстрая, беги к Авелин или к Доннику или к ближайшим стражникам, пусть помогут разогнать их, затем беги в порт. Пришло время принять твоё предложение и уйти в плавание. Остальные, задержите их, но старайтесь не убивать, если это возможно. - Мариан провела рукой по воздуху, окружив дом защитным куполом, потом быстро забежала в комнату, надела доспех, взяла посох и вещи, которые заранее собрала для себя и Карвера. За стенами быстро всё стихло. Но Мариан была уверена, что подобное не в последний раз. Началось всё с нападений на улице. Что дальше? Зарежут её во сне? Нет, пора уходить. Ради оставшихся магов, в первую очередь. Ведь теперь точно быть Священному походу. Хоук бросилась к столу, вырвала пустую страницу из дневника, на мгновение задумалась и принялась быстро строчить. Спустившись вниз, она увидела, что все уже зашли обратно. Она обратилась к брату: - Карвер, мы уходим. Натаниэль, Делайла, вы с нами? Брат с сестрой кивнули. - Бодан, Орана? - Мы с вами, монна, до поры до времени. Хоук кивнула: - Если кто-то ещё уходит с нами, мы не против. - Я останусь тут, - мотнул головой Фенрис, - Если нужно будет, выиграю для вас время. - Я тоже остаюсь. И Маргаритка. Её теперь не оторвёшь от бездомных эльфов. Хоук вздохнула: - Тогда, спасибо вам всем, друзья. И, попрощайтесь за меня с Мерриль и Авелин. Надеюсь, мы ещё встретимся. Варрик, на минуточку. Гном отошёл в сторону вслед за ней: - Я думал, ты забыла про него. Даже успел удивиться. - При всём моём желании, я не смогу его забыть, Варрик. Но и не могу заставить себя с ним попрощаться. Поэтому вот, отдай это ему по возможности. - Она протянула Варрику сложенное в три раза письмо и маленькую монетку. Затем порывисто обняла гнома и направилась к потайному выходу из дома. Каллен сидел за столом в Казематах и рылся в каких-то бумагах. Дверь в кабинет распахнулась и на пороге появился гном, он молча подошёл к храмовнику, и положил перед ним лист бумаги и...Маленькую монетку. Так же, не сказав ни слова, гном развернулся и вышел. Дрожащей рукой Каллен взял письмо и развернул его: "Дорогой Каллен. Пишу тебе то, что не смогла сказать, глядя в глаза. Мне ужасно больно писать это, но я ухожу. Ухожу из этого города, а значит и от тебя. Я благодарна тебе за то время, что мы провели вместе, за бесконечную веру в меня и за то, что встал на мою защиту в битве с Мередит. Хотя нет, за последнее я готова была тебя отчитать! Ты мог погибнуть! Глупый...Я ухожу, в надежде, что от этого Кирквол пострадает меньше. Не ищи меня, и не спрашивай Варрика, куда я отправилась. Он не знает. Никто не знает. Помни, что ты способен на многое. Твои люди верят в тебя, не подведи их. И помни, ты навсегда в моём сердце, пусть мы, возможно и никогда больше не увидимся. Но так будет проще для нас обоих. Возвращаю тебе твою удачу, она мне очень помогла. Прощай. Мариан". Каллен сжал руку в кулак и стукнул им по столу. По его щеке одиноко скатилась слезинка.