Приятные неприятности

Режиссер Ёкои Кэндзи вздохнул и в очередной раз потер переносицу. Они уже испортили десять дублей, но все же еще не смогли снять хоть что-нибудь более-менее похожее на постельную сцену. Виновник был виден невооруженным взглядом: Хамао напрягался каждый раз, когда руки Ватанабе касались его оголенного тела, а тот, будто назло всей съемочной группе, не сделал ничего, что могло бы хоть как-то растормошить парнишку. - Надо быть раскованнее! Мао, постарайся расслабиться, - отдавал Ёкои последние наставления перед началом съемки. - Простите… - едва слышно прошептал Мао, сжимаясь в комочек и чуть отодвинувшись к краю кровати. Дайске усмехнулся, откинув со лба нависшую челку: - Ёкои-сан! Может, Гии стоит быть более настойчивым, чтобы Такуми показал ему свои чувства в ответ? – спросил он, и в подтверждение своих слов дразняще провел рукой по груди Мао, чуть касаясь пальцами сосков. Кёске напрягся, но, опасаясь гнева начальства, рыпаться не стал. - Делай, как знаешь, - махнул рукой режиссер, - но чтоб через полчаса мы перешли к следующей сцене! Видимо, Дайске понял эти слова слишком буквально. После того, как прозвучало поднадоевшее «Камера! Мотор!», он жадно приник губами к исцелованной шее Мао, попутно исследуя руками плечи и живот юноши. Затем нежно поцеловал в слегка раскрытые губы, надеясь вырвать из его груди хотя бы один тихий стон. Но парень под ним снова лишь слегка напрягся, рвано вздыхая и сжимая пальцами одеяло. Это вывело Дайске из себя. Сжав одной рукой бедро Мао, он порывисто куснул его за мочку уха, тут же зализывая место укуса и тяжело дыша. Не ожидавший такого поворота Мао охнул, инстинктивно прижавшись спиной к Дайске, а затем подскочил и, не удержавшись, с грохотом полетел на пол. - Стоооооп!! – замахал руками Ёкои-сан под оглушительный гогот Ватанабе и запинающиеся извинения Кёске, - Дайске! Хватит ржать! Помоги ему подняться, нам нужно переснять сцену! - Хорошо, хорошо, - все еще смеясь, проговорил Дайске. Он свесился с кровати, протягивая руку Мао: - Вставай, летчик начинающий! Вста..Хо-хооо! Мао, а я думал, что ты полотенце в штаны подкладываешь! Кёске непонимающе уставился на вновь залившегося счастливым смехом Дайске, а затем опустил глаза и… в который раз за день спрятал лицо в ладошках. -Простите… Я… я не нарочно, - едва различимо послышалось сквозь пальцы, которые, казалось, вот-вот станут такими же красными, как и его щеки. -Уфффф... – режиссер почесал затылок, старательно изучая потолок и пытаясь срочно что-то придумать. Конечно, он предполагал, что такая ситуация произойдет. Собственно, это было неудивительно и вполне ожидаемо: фильм они снимали как-никак про любовь, сцена была постельная, да и партнер тоже вполне себе симпатичный, хоть вредный и нахальный. Но кто же знал, что у Мао встанет! И именно в такой момент. Сквозь тихие смешки операторской группы (которые они безуспешно пытались превратить в сухой кашель), Ёкои-сан услышал издевательский тон Ватанабе: -… а Мао-кун, оказывается, становится еще более ми-и-и-илым, когда возбуждается, - протянул он, усевшись по-турецки и сверкая белозубой улыбкой во все 53 зуба. - Это не так! – Мао уже не прятал лицо в ладонях, а, пыхтя, вытаскивал одеяло из-под Дайске, стараясь не смотреть ему в глаза. - Ахахах! Что-о-о не так?? Что ты не возбужден? Да у тебя стоит как у старшеклассника, который впервые увидел журнал с голыми бабами! Где мулаточки вот с такими си…Ай, всё, всё, сдаюсь!! Ахаха! Дайске повалился на спину, подняв кверху руки, когда Мао, готовый вот-вот расплакаться от обиды, накинулся на него с кулаками. Засопев, и, так и не свершив заслуженной казни, Кёске, запахнувшись в злополучное одеяло и бросив режиссеру поспешное «Просите, мне нужно срочно в душ», выскочил из комнаты. - А он вообще женскую грудь видел? – в гробовой тишине неизвестно у кого поинтересовался Дайске. - Ватанабе!!! – взорвался режиссер. – Ты нарочно мне съемки срываешь?! А ну быстро пошел и успокоил парня! Чтоб через пятнадцать минут вы оба были тут!!! - Ладно, ладно, - Дайске примиряющее улыбнулся и, слегка в раскоряку, величаво проследовал вслед за Мао, прикрыв за собой дверь. - Уфф…- повторил Ёкои-сан, поворачиваясь к оператору в поисках поддержки. - Зато мы наконец-то нашли способ, как оживить Мао-куна, – улыбнулся тот, прокручивая на камере последнюю сцену. - Это точно…- протянул режиссер, засмотревшись, как стройная фигурка юноши в кадре напрягается явно не от страха. – И, да… Тацуми-сан! – обратился он к костюмерше, - Выдайте в следующий раз Дайске пижамные штаны, как и Мао – на размер меньше. А то что это он у нас безнаказанным останется…