Death's Scenario

Все то же солнце ходит надо мной, Но и оно не блещет новизной…

«Могущественная сила Отца нашего породила нас всех. Но мы — люди — до сих пор гадаем, зачем нас создали… Культ Просвещения поможет вам ответить на мучающие вас вопросы. Вступительный взнос двести тридцать один…» — Совсем обнаглели, — фыркнула девушка, пробегая глазами по строчкам буклета. Фанатики подобных культов стали очень активными в последние месяца. Соседи предупреждали ее, что они положили глаз на такой спокойный, отдаленный от центра район Монреаля: приходят чуть ли не каждый день. Немудрено: этот район входил в состав одного из богатых в городе, с множеством озер и густым лесом. Всего насчитывалось пятнадцать домов, где семьи живут дружно и в гармонии друг с другом. Каждого хозяин владел довольно большим плодородным клочком земли, на который, собственно, и положили глаз религиозные фанатики. Старый особняк Йоханссонов, хоть и давно не видавший внешнего ремонта, не стал исключением. Вчерашний вечер был полностью испорчен одним из последователей, что отвлек Селену от готовки. Она хотела немного отдохнуть за день до начала учебного года, проведя время на заднем дворе, в окружении алкоголя и сочного мяса. А там, если повезёт, могли присоединиться её сестра и подруги. Приготовив вкуснейший маринад по рецепту отца, стейки и курочку, к наступлению шести часов девушка принялась за жарку. Как только все блюда были готовы, витавшую вокруг тихую идиллию нарушили очень громкие стуки во входные ворота. Молодая немецкая овчарка, Бекки, раздраженно оскалилась и начала лаять, что еще больше вывело из себя хозяйку. Человек, представившийся чудным именем Валентий, немедленно попал в ее черный список. Всучив ей амулеты, изготовленных из некачественного металла и тот самый буклет, описывающий его культ, фанатик возбужденно рассказывал о некой великой цели, для которой нужны последователи и деньги. Непутевый мужчина был так занят своим делом, что откровенно не замечал испепеляющий взгляд серых глаз и полную готовность Бекки наброситься на него. И почему последний день летних каникул должен был быть испорчен этим чудаком? Она так хотела провести свой вечер на заднем дворе, где располагались беседка и мангал, в компании любимых девочек и овчарки, вкусного коньяка и нового фильма! Скомкав листок и бросив в урну, Селена тяжело вздохнула, несколько грустным взглядом осматривая интерьер вокруг себя, словно это было в последний раз, когда она находится в родном очаге. Отчасти, это было так. Все потому, что этот год для нее выпускной. Он обещал быть не сложным, но очень хлопотным: пробные выпускные экзамены, встречи с представителями вузов и последняя защита группового проекта. В свои почти девятнадцать лет ей стоило бы учиться на первом курсе, но из-за несчастного случая пришлось остаться на второй год. Зато, она теперь бок о бок училась со своей любимой двоюродной сестрой, что никогда не упускала возможно насиловать ее нервы. Одри Рейнхард переехала в особняк Йоханссонов около пяти лет назад после того, как ее родители погибли в дорожно-транспортном происшествии на юге Штатов. Утрата семьи стала для неё тяжелым ударом. Больше года она посещала терапию, пытаясь заглушить боль и избавиться от кошмаров. Темноволосая сестренка, с озорными глазами цвета сирени, после огромных усилий сумела перенести эту боль, вновь поверив, что от жизни нужно получать больше радости, нежели печали. Они всегда будут чередоваться, и девушка прекрасно это понимала. Одри продолжила творить все, что считала своим хобби: выносить мозги тем, кто в прямом смысле придурок и стерва. «Царь» — шутливое прозвище, что дали ей лучшие подружки, — искренне любила ставить таких людей на место. А еще в школьных баснях она известна своим незаменимым даром пошлости, коим подвергался абсолютно каждый. Еще одна из особенностей Рейнхард была глубокая, чистая любовь к старшей сестре, в которой она видела свою мать, и всегда старалась защищать ее от всех. Сэл, конечно, была благодарна ей за все, что она делает, однако немного излишняя забота к ее персоне бывает надоедала и пугала. За последние годы с ней тоже приключилось немало бед, в последствии чего старшая поменялась ролью опекунши с младшей. Нападение конкурентов отца на нее, мучительная операция сердца и чередующиеся три смерти. Ничего прекрасней и не придумаешь для человека. Нынче никто уже и не помнит ту добрую и улыбчивую Селену, что всегда общалась со всеми соседями, веселилась с одноклассниками и их с Одри общими подругами. Ее лицо более не светилось от счастья, оно стало бледнее и холоднее. На губах более не играла яркая широкая улыбка, коей она одаривала весь мир. Одноклассники едва узнали в ней свою Селену Йоханссон, когда она после годичного перерыва вернулась в старшую школу. Девушка долго и болезненно возвращалась к обычной жизни. Все свалилось на нее одним грузом, но она терпела и старалась жить дальше. С сестрой они были крепкими, соседи помогали, если возникала в этом необходимость. Нескромное наследство позволяло им прожить как минимум ближайшие четыре-пять лет. Это были коммунальные платежи, покупки вроде еды и одежды, заначка для их дальнейшего обучения в университетах. Мистер Йоханссон и мистер Рейнхард людьми были трудолюбивыми и умными, потому смогли заработать приличное состояние и все оставить своим дочерям. Когда за кулисами тюля показались первые лучи осеннего солнца, блондинка отключила настольную лампу, что была единственным источником освещения на кухне. Накинув поверх белоснежной рубашки темно-синий длинный жакет, Сэл поднялась в спальню своей младшей сестры. В ее комнате было очень темно: Одри любила прикрывать окна темными занавесками, а потом до часу-двух смотреть обожаемые зарубежные сериалы. Вчера, разумеется, ей было не до них. Одри также хотела провести с огоньком свой последний день каникул в компании подруг, парней, караоке и крепкого алкоголя. И в отличие от старшей, ее вечер удался на все сто. К счастью, как только она вернулась, комната не превратилась в привычный сарайчик. Темноволосая сладко посапывала, крепко обнимая набитую пухом подушку, аки любовь всей ее жизни. Коричневый плед скатился вниз, открывая вид на разноцветную пижаму, состоявшую из легкой свободной майки и шорт до колен. Легкая дрожь пробежала по стройному телу сестренки, она сжалась в комочек, сильнее прижав к груди «парня». Сэл дала бы ей еще немного времени на сон, да вот опаздывать в первый же день делом было не совсем приличным. Попытка обычного пробуждения не увенчалась успехом, а в ответ слышалось недовольное бурчание спящей. — От-а-а-ли, женщина, — сонно пропела Одри. — Негоже простолюдинам прерывать царский сон. — Ох, прошу прощения, ваше превосходительство, — саркастично начала блондинка, — но не соизволите поднять свою прекрасную тушку и отправиться в место, что вам давненько не снилось? — Ммм… я в предвкушении, — прогнувшись спиной, подобно кошке, Одри закусила губу, — это мое карамельное королевство, я надеюсь? — О нет, дитя мое. Это место, что снится каждому только в кошмарах. Школа, моя дорогая, шко-ла, — сиреневые глаза в шоке распахнулись, а дом наполнился криками Рейнхард. После темноволосая наспех собралась в школу. Десятая попытка привести в порядок свои волосы тоже оказалась неудачной, поэтому Одри, распустив их, надела свою любимую черную шляпу с атласной лентой. — Айм рэди, мамулька! Когда выступаем? — Сейчас, — сказала Селена, проходя мимо ее комнаты. — Аргх… Я когда-нибудь взорву эту школу! Боженька, если ты существуешь, дай мне повод, почему мне хотелось бы добровольно идти туда, — мысленно взмолилась Одри, запирая входные ворота на ключ и последовала за сестрой, идущей к поджидающей их машине.

***

— Я спрошу еще раз: ЧТО ЭТО? — злобно прошипел темноволосый парень, глядя на свое отражение в зеркале. — Конечно, мне хорошо известно, мы напортачили и должны искупить вину, но почему таким образом?! — Братик так захотел, — сладко пропел высокий мужчина в черном костюме в разноцветную горошину. Половину лица прикрывал цилиндр, видна была лишь его странная улыбка, больше похожая на широкую прорезь. — К тому же, тебе очень идет, Джефф. Да, Дженни? — Не смей называть меня так! — прорычала девушка в театральной маске, натягивая утепленные колготки, известная как Джейн Вечная или же «занудная паскуда». — А как стоит называть, «Дженни»? — издевательски промолвил Джефф, которому в очередной раз грозилось попасть под нож. — Я убью тебя, тварь! — Уже в тысяча девяностый раз, — расхохотался парень, убегая прочь. — И все как всегда, — устало выдохнул Безглазый Джек, принявшись есть пока еще свежую почку. Это была загородная квартира, которую некоторые представители Криппипасты одолжили у всеизвестного маньяка, любящего розы и прекрасных людей, Оффендера. Все почему? Кое-кому нужно было помочь, а добрый дядя Палочник ну никак не мог отказать заклятому другу. Попросту говоря, Залго вынудил его, пригрозив спалить весь лес. Лесом жертвовать категорически нельзя, а пятью придурками, учудивших разгром и без того старого особняка — раз плюнуть. Ими были всеми обожаемый Джефф, каннибал Джек, самоубийца Джейн, замкнутый Хелен и ни в чем неповинная Натали, непонятно как оказавшаяся в этом дерьме. Что им предстояло делать? Следить за чертенком-предателем, что выкрал у Залго одну из самых важных грамот, которую ему надлежало предоставить Владыкам Ада. Он всячески молил Слендера помочь ему найти ублюдка, в то время как сам был занят проблемами в своем кругу. «Мне пиздец как нужна эта грамота, как я доклад совету давать буду?!». Примерно так он и выразился. Старший безликий до сих пор не понимал, почему согласился помочь надоедливому Владыке. Ему не было дела до него или до его сородичей. И уж тем более Преисподней. Демоны Ада доставили ему и его семье много проблем в прошлом. Хоть у них и перемирие, безликий категорически отказывался в чем-либо помогать им. Однако Залго оказался очень настойчивым, и, разумеется, Слендер нехотя, но согласился. Маленького ублюдка, которого звали Комрад, безликий нашел сразу. Он притворился обычным пареньком, учившимся в одной из старших школ города Монреаль. Убить его не получалось, в силу того, что демон умело скрывался. Плюс, он неведомым ему образом поставил против безликих барьер и поэтому никто из братьев не мог приблизиться к нему. Откуда у такого низшего черта взялись силы, чтобы ставить защитный занавес против такого идеального существа, как безликий, Слендеру было неведомо. Да и разбираться с этим желанием не горел. Сделав ставку на то, что Комрад где-то добыл чудесное изобретение усиления своих скромных способностей, безликий поручил пяти убийцам, что недавно потрепали ему нервишки, разделаться с ним. Не хер было играть с его нервами! Жаль, он не сможет увидеть их в одеяниях прилежных учеников и их разъяренные лица, но у него хватает своих занятий, поэтому скучать ему незачем. И вот. Уже наступил тот злополучный день х — первое сентября. Убийцы были почти готовы. Не хватало лишь кулонов, что могли скрывать их истинную внешность. Конечно, человек с черной фигней из глаз, серой кожей или девушка с циферблатом в глазу весь люд честной запугает. Сплендор любезно вручил каждому по одному кулону в виде геометрических фигур. Хелену безликий доверил талисман, чтобы было легче определить сверхъестественное существо поблизости. — Братик сказал: не шалить, не убивать и внимательно следить за Комрадом, если не хотите еще нагоняев получить, — хихикнул весельчак, телепортировавшись прочь из квартиры. Надев кулоны, убийцы удивились, увидев в зеркале свои прежние обличья. А они уже и не помнят, какими раньше были. Давно это было. С присоединением к безликому демону вся жизнь приобрела новый оборот. Выйдя за порог дома, убийцы уверенно направились к школьному автобусу, который уже минуты две ожидал их.

***

Таксист подхватил на Зелёном бульваре трех девушек, которые активно махали ему руками. Покрасившая в красный цвет волосы девушка, недовольно морщилась, перемещая лямку объёмной сумки с одного плеча на другое. «Хех, как я тебя понимаю, Клэр», — улыбнулась Одри, заметив подругу. Машина остановилась возле девушек, и они слегка толкаясь сели в салон. Поприветствовав друг друга, машина развернулась и поехала дальше в сторону их школы. — Да ну нахер? Аж пятеро к нам переводятся? — удивленно хлопала глазами Одри, широко улыбаясь. — Агасеньки. Как мне известно, они не здешние. Из самой жопы мира под названием Америка, — хихикнула милая девушка, по имени Алиса Уайльд. — Раз ты так не любишь Америку, это еще не значит, что она говняная страна, — хмуро покосилась на нее невысокая блондиночка, Дженнифер Хансен. — А что вы скажете, мадам? — все так же улыбаясь, спросила Одри, взглянув на старшую, сидящую на переднем сидении. — Мне начхать, — спокойно ответила сероглазая, глядя в оконце салона. Машина стремительно подъезжала к школе, обгоняя автобус. Селена мимолетным взглядом заприметила бледнолицего парня, который со скучающим выражением лица вглядывался в грязное окошко. На какую-то секунду их взгляды пересеклись. Водитель с резким торможением остановился у входных ворот и, получив оплаченный проезд, уехал. Девушки поправив свои одежды направились к своей альма-матер. Школа была довольна проста в своем внешнем виде: сооружена из графитового кирпича, вставлены пластиковые окна и двери, на заднем дворе расположилась площадка для спортивных игр и две беседки. Первый этаж для учащихся в начальной школе, второй и третий для средняков и старшеклассников, на четвертом большой актовый зал и кабинеты для различных творческих секций. Внутри каждого класса белая или зелёная доска, двадцать пять парт по-отдельности или тринадцать соединённых, к ним не совсем удобные стулья, плюс учительский стол и красивые разноцветные жалюзи. Обычная школа должна быть таковой, и эта не исключение. Красит или портит школу только те, кто ходят в неё. Ещё существуют некоторые отличия: эта школа из разряда таких, которые предназначались для престижных учеников, у которых есть ум и полный кошелёк. Если есть ум, но нет кошелька, ты однозначно приписываешься к ботаникам, изгоям или мальчикам на побегушках. Если есть деньги, все бегают за тобой и ты в какой-то мере будешь лидером, потому что здесь деньги решают всё. А если есть и то, и другое это уже совсем другой разговор. Всеобщее уважение, полная власть. Но кто сказал, что всё это и взаправду происходит? Иерархия иерархией, но тут каждый ученик борется за высшее место. Вот взять нашу троицу ненормальных — Дженнифер, Клэр и Алису — не из богатых семей, пришли с американского детского приюта, но в школе заняли одно из высших положений. — Ну что скажете, зайки? Большое домино, где работают палачи, страдают невинные цветы жизни, — распевая произнесла Клэр, поправив лямку сумки. Девушки недолго рассматривали интерьер учебного заведения, ища хоть какое-то изменение. Нет, та же обстановка, не считая того, что рабочие установили ещё одну беседку со столом возле большого клёна. — Прощай, жизнь — здравствуй, школа. Может, зайдём уже? Почему-то холодает, — потёрла замёрзшие плечи Алиса. Все кивнув, вошли внутрь.

***

— Привет, старушки! Что такие убитые? — весело спросил одноклассник, едва завидев в дверном проеме их аудитории девушек. — А ты чё такой радостный? — злобно ответила вопросом на вопрос Одри, кидая сумку на парту и сев за неудобный деревянный стул, закинув ногу на ногу. — Сексом что ли вчера занялся? И как? Понравилось? — широко улыбнулась, заставив парня смущенно покраснеть и отвести взгляд от проницательных фиалковых глаз. Этот необдуманный вопрос всегда вырывался из её уст, и кто б мог подумать, что именно сейчас он выдаст с потрохами парня. Ну, тут ещё горящие голубые глаза, наверное, выдавали его шалость прошлой ночью. А вы посмотрите ещё на этот румянец! Как спелый томат! В классе раздался дружный хохот и одобряющие возгласы его друзей. А Одри, подивившись своим экстрасенсорным умениям, подошла к сестре, передав той забытую на кухне детективную книжку. Тихо сказав «спасибо», Сэл села на своё место, тыкнув в уши наушники. В голове заиграла классика. — А где наши неразлучные голубки? — неожиданно вспомнила о Стиве и Джейке, двух тупоголовых и мстительных шлюшек школы, Дженн, сидя на подоконнике, лениво играя в ладоши с одной шатенкой, Меган Фостер, старостой их класса. — Вот тебе прям так интересно знать, где они опять трахаются? — Мне как-то хреново от того, что от них ни одной вести с последнего звонка. — Наверное, они всё же решились пожениться и отправиться в медовый месяц. А самолёт попал под обстрел боевиков. Они каким-то образом выжили и их кастрировали. Всё хэппи энд! — конечно, Рейнхард прекрасно понимала, что их смерти так просто не добьешься, но поиздеваться над тугодумами не отказывала в удовольствии. И тут на зло её персоне дверь класса открылась и в аудиторию вошли те самые «голуби». Стив и Джейк были довольно спортивными парнишками, но слишком слабо мыслили. Кулак на первом плане, пошлые издевательства на втором месте, жаркий секс с шлюшкой с параллельки на третьем. Да, и в этом классе имелась кучка влюбленных воздыхателей и, как и эти парни, питали нелюбовь к сестрам и дерзким выскочкам, вечно шатающихся около них. Стив — обладатель коротко стриженных рыжеватых волос со светло карими глазами, правое ухо заколото тремя серьгами-капельками, на правой руке странное тату, похожее на рожу демона-козла. Джейк — блондин с синими глазами, чуть ниже друга, но более накаченный, почему-то тоже с фиговой татушкой. Одри, решившая раньше времени не портить себе настроение из-за новых бурных перепалок, проигнорировала их приход и, потащив трёх подружек в буфет, которая продавала с утра воду и газировку, оставив старшую одну. Селена, прикрыв глаза, слушала красивые ноты скрипки, в голове делая заметку, что нужно выучить это в будущем. Шопены и Бетховены давно наскучили. Почувствовав пристальный взгляд в свою сторону, она медленно открыла отлитые серебром глаза, которые недовольно сверкнули. На нёё смотрели те самые голубки школы, ехидно ухмыляясь. — Привет, — сказал неожиданно Стив, грубо оттолкнув соседа девушки и сев на его место. — К кому сегодня пойдешь? Ко мне? Джейку? — пошловато облизнулся. Сэл проигнорила, снова прикрыв веки. И не важно, что эти придурки сейчас просто пылали от злости. — Эй, недотрога? — Тебе заняться больше нечем? — холодным тоном произнесла Йоханссон, нахмурив тонкие брови. Лишь бы не сорваться. — Ну-с, сейчас я занят тобой, — промурлыкал парень, подходя к ней сзади. И когда ему хотелось поцеловать её в щеку, неожиданно нос встретился с кулаком Одри. Из ноздрей мигом потекла горячая кровь. — Сучка, я тебе это припомню, — прошипел, выходя из класса в медпункт. — Боюсь-боюсь, котик, — издевательски пропела Рейнхард. — Тебе тоже хочется подарочка на первое сентября? — зыркнула на застывшего Джейка. — Что здесь происходит? — в класс вошла пухлая женщина в сером строгом костюме и квадратных очках в черной оправе. Её темные волосы были собраны в пучок, сероватые тусклые глаза недобро смотрели на нарушителей тишины в аудитории, а морщинки придавали ей зрелый возраст. В руках Ангела Грин — так звали классного руководителя — держала новый классный журнал и блокнот для записей. Одри и Джейк соизволили сесть на свои места и слушать торжественную речь учителя. Классу дали новое расписание, объяснили школьные правила и всю необходимость выбора профессии. Скучно, как и всегда. Ребятам это всё было известно, поэтому кто-то заранее начал готовится ко сну, кто-то слушать музыку, кто-то играть в крестики-нолики. Однако им всем было жуть интересно, что за незнакомая пятерка сидела на лавочке в коридоре? Когда Миссис Грин закончила половину своей речи, она позвала их. — Это ваши новые одноклассники. Они прибыли к нам из Штатов, поэтому, надеюсь трудности с программой не будут. Представьтесь и садитесь на свободные места. — Джеффри Николсон, — первым начал высокий бледнолицый шатен с чистыми голубыми глазами. Он был худ, но широк в плечах, а форма смотрелась идеально. Сел он на последней парте, справа от Йоханссон. — Джек Томсон, — у парня был нездоровый цвет лица, черные глаза и спортивное телосложение. Казалось, что ему было некомфортно в форме. Он сел сзади Одри. — Джейн Грегори, — девушка на первый взгляд хоть и казалась миловидной, но её тон выдавал стервозность и грубость. Села она ближе к выходу. — Натали Кейн, — невысокая шатенка с красивыми зелеными глазами была более милее, чем Джейн, и сильно волновалась. Она стала соседкой Джеффа. — Хелен Джеймс, — сильно худой парень, темноволосый и синеглазый, невысокий, как и Натали, был неуверен в себе, а голос чуть дрожал. Он уселся на третью парту по соседству с Алисой. Эта пятерка произвела хорошее впечатление, но другой пятерке было глубоко наплевать. Конечно, в начале было любопытно, кто эти новенькие, но как сказала Сэл, все они были одинаковыми. И почему-то сейчас она оказалась до смерти права. Эти ребята, как будто давно были им знакомы, поэтому ничего такого специфичного не почувствовали. — Итак, записываем тему… Занятия пролетели не заметно, что радовало каждую душу в этом классе. Убийцам было тяжеловато с этой обновленной школьной программой, даже притворство, будто им хоть что-то понятно, давалось с трудом. Впрочем, это не должно было длиться вечность. К счастью, все занятия проводились до обеда и всех благополучно отпустили по домам. Сэл и Одри, попрощавшись со своими дерзачками, сели в заранее вызванное такси. Убийцы же сели в тот же вонючий школьный автобус, который устремился в противоположную сторону. Уставшие от первого дня убийцы сразу разбрелись по своим комнатам, желая поскорее провалиться в сон. Кровавый Художник крутя в руке детерминанс, погрузился в глубокие мысли, вспоминая каждую деталь, когда находился в стенах школы. Присутствие Комрада сильно чувствовалось, однако кто из школоты мог бы подойти описанию трусливого демона? Те два накаченных оболтуса? Их староста? Самоуверенный мачо из параллельного класса? Да кто угодно. В скором времени он точно объявится. И все же что-то было не так…