3. Глаза в глаза
21 сентября 2015 г., 00:28
"Все 2 года этой замечательной дружбы прошли легко и весело. Казалось, для Поли теперь на всей Земле не было человека, лучше понимающего её. Он всегда поддерживал в трудной ситуации, всегда мог развеселить, она была уверена в нём. Но Пелагея всегда побаивалась строгих и пунктуальных родителей друга. Они оба говорили холодно, неискренне; улыбки их всегда были натянуты. В гостях они вели себя через чур правильно, даже слегка пафосно. У них всегда было очень много работы в других городах, поэтому они уезжали часто по своим делам, оставляя сына дома одного.
Однажды, ничего не объяснив, они уехали на неделю, буквально бросив сына на произвол судьбы. Мальчик пытался прокормить себя сам, но по все более частым приходам его в дом Пелагеи становилось понятно, что о нем нужно позаботиться. И мама Поли, замечательная и мудрая женщина, так и сделала.
Но ровно через неделю двое людей разрушили что-то неповторимое и хрупкое, то, что нельзя было разрушать ни при каких обстоятельствах. Они сломали такую детскую, нежную и добрую дружбу, навсегда оставив в сердцах двух детей осколки счастья, беспорядочно разлетевшихся по их душам. Чтобы не творить полный хаос в маленьких добрых сердечках обида прикрыла собой эти волнительные воспоминания, сгладила режущую по сердцу боль.
Через неделю родители Димы приехали за ним и, холодно отблагодарив родителей Поли, взяли за руку сына, вывели из дома, посадили в машину и увезли. Казалось, какие простые действия, каждое из которых можно описать одним словом. Но как легко из простого составить сложное, так и из этих действий можно сотворить целую трагедию, необратимые последствия.
На следующий день Дима пришел к Поле. Когда она открыла ему дверь, то сразу прочитала по его лицу, что что-то не так.
Он начал разговор:
— Поля,родители хотят увести меня жить в Питер. Я... — мальчик замялся, — в общем, я не хочу делать тебе больно, но нам лучше больше не общаться...
— Дима, стой, подожди! Как это в Питер? Почему так резко? И почему нам лучше не общаться? — с ужасом спрашивала девочка. Её начинала охватывать паника.
— Ну вот так, Поль. Родители ничего не хотят объяснять, ну ты же знаешь их...
— Дим, ну ведь мы же можем поддерживать связь? Будем созваниваться, а в каникулы ты можешь приезжать к нам? — сейчас состояние девочки было похоже на состояние тонущего в болоте человека, цеплявшегося за эти слова, как за палку, которая не дала бы уйти в омут с головой.
— Нет, Поля, нет! Я сказал, что не хочу общаться больше с тобой! Просто забудь меня, как и не было, слышишь? Забудь! — прикрикнул мальчик, и хоть в словах этих звучало столько уверенности, в глазах его любой незрячий разглядел бы недетскую, пожирающую боль. Он не мог просто так взять и уйти от этой девочки ,но выбор ему нужно было сделать. Или сейчас он просто развернется и уйдет, причиняя неимоверную боль этому хрупкому существу, которое он сам никому в обиду не даст, или останется и уже ничего не сможет сделать с собой, не сможет найти в себе силы, чтобы уехать от нее. И он сделал свой выбор. От других-то он защитить мог, а от себя не смог. Скрепя сердце, собрав последние силы, он просто развернулся и пошел. Боже, какими же тяжелыми казались ему эти шаги, будто к его ногам привязали стокилограммовый груз. Ноги едва передвигались, не хотели слушаться, но он шел и шел, не останавливаясь даже тогда, когда услышал отчаянные крики Пелагеи. А она, видя, что мальчик уходит, хотела что-то сказать еще, но просто не смогла найти в себе силы, а воздуха будто не хватало. Кислородные клапаны перекрыли, и из глубины сердца вместе с отчаяньем и болью, самой искренней и настоящей, вырвались крики и слезы. Она кричала, молила его остановиться, хотела побежать за ним, остановить. Но все тело не слушалось ее. Увидев, что он завернул за угол, колени подогнулись, и, не находя в себе больше сил, она упала на пол. Лежала и не думала ни о чем больше. Просто не могла. Лежала, пока домой не вернулись родители и не нашли ее в таком состоянии.
На следующее утро Пелагея, как только проснулась, сразу встала, оделась и, ничего не сказав родителям, побежала к дому Димы. Бежать было недалеко, поэтому сделала она это быстро. Но, позвонив в дверь три раза ,она поняла, что дома никого нет. Девочка готова была упасть в изнеможении, как услышала звук мотора и увидела машину, выезжающую из гаража. Поля вскочила и быстро побежала за машиной ней. Дима, увидев Полю, закричал родителям:
— Эй,остановите! Разве вы не видите, она бежит за машиной?! — чуть не в ярости кричал мальчик.
— Сынок, если мы остановим машину, то можем опоздать на поезд. Тем более, все эти прощания ни к чему хорошему не приведут! Сопли, слезы... — ответила мать Димы.
— Да остановите же вы!!! — уже в ярости орал Дима, но мать с укором взглянула на него, а отец и вовсе не обратил внимания. — Как, как вы можете быть такими жестокими?! Неужели у вас нет сердца?!
Ответа не последовало.
Пожалуй, на этом моменте вы можете включить самую драматическую музыку у себя в голове, которую только знаете. Порой люди переходят все границы жестокости, загоняя себя под определенные жизненные принципы и ставя себя в ограниченные рамки. Делая это они не только отнимают половину эмоций у себя, но и лишают счастья окружающих их людей. Они считают это правильным — жить всем по их собственным правилам. И со временем принципы переходят в безмерную жестокость, но эти люди по-прежнему считают, что они живут правильно, придумывая себе все новые и новые правила. Но так жить нельзя! Нужно чувствовать все краски жизни!
А девочка все бежала и бежала за машиной. Ее легкие горели, ноги сбивались, она падала, разбивала коленки, вставала и бежала снова. Последнее, что она помнит — это гневный, злой, разъяренный, наполненный болью взгляд Димы. Потом, окончательно потеряв последние силы, девочка без сознания падает на землю. О, эти глаза, которые с первого же взгляда свели ее с ума. И вот сейчас эти глаза смотрят на нее, ищут что-то в ее взгляде.
Секунда, две,три...нет, больше невозможно так стоять! Слезы застилают глаза, и, не выдержав, Пелагея выбегает из кабинета в коридор.
Примечания:
Здравствуйте всем! Хочу очееень сильно перед вами извиниться за то, что временно забросила свою работу. Обещаю, больше такого не повторится!
Люблю всех!
