Драголис

      Жара душит. Предзакатное небо темнеет, с запада плывут тяжелые темно-фиолетовые тучи. Ветер налетает порывами.       Стучит открытая ставня полуразрушенного домика. Где-то вдалеке слышатся первые глухие раскаты грома. Шумят листьями кусты алого шиповника, в обилии разросшегося вокруг лагеря.       Ветер усиливается. Скрипят стволами высокие сосны. Кажется, что это открывается дверь в избушку древней Остальской колдуньи.       Темнеет. Замолкают трели неизвестных птиц. Первые капли дождя падают на землю. Еще несколько минут, и начнется настоящий ливень. Тучи заволакивают все небо.       Начинается гроза.       Самое время подниматься на высокий холм, чтобы увидеть хоть из далека Алую деву.        Дождь усиливается с каждой минутой, и, практически не переставая, грохочет гром, и сверкают молнии. Под ногами хлюпает вода и затекает в ботинки. Ася плотнее закутывается в плащ и натягивает капюшон до самых бровей. Но вездесущие капли дождя все равно попадают на лицо. Девушка все равно упорно идет вперед, подымаясь вверх, на пригорок, и практически скатываясь вниз. И так холм за холмом. Она поскользнулась на мокрой траве и упала носом землю. Над ней кто-то тихонько засмеялся. Ася подняла глаза вверх, и ее взгляд наткнулся на ... Маковку.       Стоит на вершине зеленого, заросшего желтыми лютиками, белыми лесными колокольчиками и синим васильками пригорка и тоненько смеётся, глядя в небо.       За спиной ее трепещутся два тоненьких, как паутинка, ярко-алых крыла. Они не похожи на те крылья, что привыкла видеть Ася: плотные, жесткие, острые. Крылья напоминают летящий шелк и лепестки тюльпанов. И вода на них не оседает. Как, впрочем, и на самой Маковке.       Не так себе Ася их представляла. Единственное упоминание о них в книгах гласило: "Алые девы, или по-простому Маковки, - чуткие создания Драголиса, что появляются перед грозой. Их большие красные крылья, платья и кожа так легки и нежны, что любое человеческое прикосновение может навредить Маковкам. Но сердца их исполнены добром, отчего они сами могут явиться к Вам и укрыть своими крыльями от грозовых туч и беспощадных капель дождя". Вот и в ее понимании это были взрослые, красивые, немножко грустные девушки. А здесь - маленькая, пухленькая, четырех-пятилетняя девочка с иссиня-черными, кудрявыми волосами и тоненькой, почти прозрачной, кожей. На малышке было бледно-голубое коротенькое платьице с рисунком из незабудок и рукавами-фонариками.       Она поманила Асю пальчиком. Та неуверенно подошла. Девочка присела на верхушку холма и стала срывать цветы.       - Садись рядом, на землю, - шепнул тоненький детский голосок. Девушка присела. И чудо! - ливень перестал попадать на нее, а плащ, волосы и ботинки стали сухими. Ася замерла в ожидании.       - Будешь плести со мной венок? - едва слышно сказала девочка. - Я Хвоия.       - Ася.       - Ты смешная! А где твои крылышки? - усмехнулась Маковка.       - Нету, - смущенно ответила она.       Девочка вопросительно вздернула бровь.       - У меня вторая степень, их не может быть.        - Так отдай свои волосы! Как та девчушка, - Хвоия рассказала легенду и стянула с головы Аси капюшон, и критически взглянула на две жиденькие русые косички. - Не, твои волосы не подойдут, ищи что-нибудь другое. Малышка всплеснула руками:       - Ой, гроза заканчивается, а мы так и не доплели венок!       Когда работа была окончена, девочка чуть-чуть взлетела и водрузила неуклюжий венок на голову своей собеседницы.        - На удачу! - пояснила она - ищи меня здесь в ближайшую грозу.       Когда последние капли дождя упали на траву, Хвоия помахала рукой и исчезла. Ася долго еще стояла на одном месте, наблюдая первый в ее короткой жизни лесной закат.