Третий - не лишний

Нервное напряжение не давало сидеть спокойно. Адалинда вскочила со стула, прошлась взад-вперёд по коридору полицейского участка, цокая каблучками изящных чёрных туфелек – и с сожалением подумала, что, возможно, ходить на каблуках не сможет уже завтра. Даже на таких, как сейчас – не слишком высоких. Дети ведьм растут слишком быстро – что после рождения, что в материнской утробе… …даже если их матери уже перестали быть ведьмами. Устав ходить, Адалинда снова опустилась на стул и вздохнула. Она столько вынесла ради того, чтобы вернуть себе силы ведьмы – а теперь по собственной воле снова их лишилась… но выбора у неё не было. Сейчас, когда она впала в немилость у королевской семьи, ей и её будущему ребёнку нужна защита – и защитить их может только Ник Бёркхардт; у Шона Ренарда больше нет причин о ней заботиться. И чтобы в полной мере рассчитывать на помощь Ника, ей нужно его безоговорочное доверие – а Гримм вряд ли стал бы доверять ей, сохрани она силы. Даже несмотря на то, что она носит его ребёнка. Адалинда прикусила губу и нахмурилась. Интересно, о чём сейчас разговаривают выставившие её в коридор Ренард и Бёркхардт? Поначалу Ник решил, что она снова беременна от Шона, и взглянул на того… обвиняюще? Гримму неприятна мысль, что его капитан по-прежнему спит со столь многим насолившей ему, Нику Бёркхардту, ведьмой? Смотрите-ка, какой принципиальный – ну прямо весь в предков. Впрочем, нет, конечно, не весь. И это всё-таки обнадёживает. Адалинда вздрогнула, почувствовав лёгкое прикосновение к руке – и, обернувшись, увидела Ника Бёркхардта собственной персоной. Лёгок на помине. И как же всё-таки тяжело снова отвыкать от силы – ведьмой она ощутила бы его приближение заранее, не подкрался бы исподтишка… - Я тебя напугал? Извини, - по лицу Ника нельзя было ничего прочесть, голос звучал ровно и безэмоционально – но главное, что враждебности в нём не было. – Я отвезу тебя к себе домой, - Ник снова коснулся прохладными пальцами руки Адалинды. - К себе домой? – на всякий случай уточнила Адалинда, немного неловко вставая со стула. – А как же… Джульетта? - Джульетта ушла, - всё тем же деланно-равнодушным тоном сообщил Бёркхардт, идя рядом с Адалиндой и не глядя на неё. – Уже давно. Сразу после того, как узнала, что я переспал с тобой. Очаровательно. Нет, с одной стороны это ей, конечно, на руку… но теперь Ник будет винить её ещё и в этом – а ведь она стольким поступилась, чтобы завоевать его доверие! И вообще – она не лишила бы его тогда сил Гримма, если бы её не лишили дочери. - Она не знала, что я была в её облике? – осторожно спросила бывшая ведьма. - Знала. - Тогда её поступок выглядит… странно. - Адалинда, я не собираюсь обсуждать Джульетту, - чуть резче, чем до этого, ответил Ник, открывая дверцу машины и усаживая Адалинду на переднее сидение. – Во всяком случае, не с тобой. Она ушла. Навсегда. Сказала, что устала. Уехала в другой штат. Я узнал, что она устроилась в тамошнюю ветеринарную клинику – просто чтобы быть за неё спокойным… чтобы знать, что у неё всё хорошо. Больше мы не общаемся. - Мне жаль. - Не ври. Адалинда подумала. - Ну, немного. Немного жаль. Правда. Хотя бы потому, что её это в глазах Ника очерняет ещё больше. Ник взглянул на неё и кивнул – кажется, на этот раз поверил. Некоторое время Адалинда молчала, пытаясь подобрать слова. - Ты же… ты же не убьёшь меня после того, как я рожу твоего ребёнка? – наконец спросила она, и голос дрогнул без всякой наигранности. – За то, что я рассорила тебя с Джульеттой… но я же правда не специально… и я ведь больше не ведьма… - Адалинда, не говори глупостей, - Ник тяжело вздохнул. – Если я не убил тебя за всё, что ты натворила до этого, то за это уж точно не убью. Это было решение Джульетты. Похоже, оно зрело уже давно. И закончим на этом. Но закончить Адалинда не могла – вопросы из неё так и сыпались. - Кто вернул тебе силы Гримма? – вырвалось у неё. – Это должен был быть человек, с которым вы искренне любите друг друга… после того, как вы оба выпьете Зелье Освобождения… Я была уверена, что это была Джульетта. Она расколдовала тебя, а потом бросила? - Это была не Джульетта, - Бёркхардт резко крутанул руль, и колёса машины взвизгнули по мостовой. – Думаю, она давно уже меня не любила… да и я её, наверно, тоже. И заклятие я снимал уже после того, как она ушла. Адалинда открыла рот – и, не произнеся ни звука, закрыла. Если Ник не хочет говорить… в конце концов, его терпение тоже не безгранично. - Да, я встречаюсь с другим человеком, - Адалинда не ожидала, но Ник сам продолжил объяснения. – Мы встречались ещё тогда, когда я жил с Джульеттой… Всё интереснее и интереснее. Значит, втайне наш непогрешимый Гримм бегал от своей девушки к любовнице? Или… или не втайне? - Джульетта знала, что у тебя есть кто-то ещё? – Удержаться от нового вопроса Адалинда не смогла. - Нет, - Ник помолчал. – Когда я жил с Джульеттой, мы просто… у нас просто иногда был секс. А когда Джульетта ушла… в общем, мы стали встречаться всерьёз. Давно надо было, на самом деле… но как-то оно… на деле не так легко, как на словах. Мило. Что ж, теперь Адалинда точно не собирается считать себя виноватой в том, что Ника бросила Джульетта. Узнать бы ещё, кто его нынешняя пассия… спросить прямо?.. Нет. Захочет – сам скажет. Да и вообще, успеется. - А… твоя новая девушка живёт сейчас с тобой? – спросила Адалинда вместо этого. – Понимаешь, я не хочу… снова стать причиной разрыва… Она действительно не хотела. Это хорошо, что Джульетту Ник не любит – но потеряв свою настоящую любовь, он точно не проникнется от этого тёплыми чувствами к Адалинде. Бёркхардт хмыкнул и промолчал. Адалинда сочла за лучшее не настаивать на ответе – и остаток дороги они не разговаривали. У себя дома Ник заварил Адалинде найденного в недрах кухонных шкафов зелёного чая (попутно объяснив, что сам предпочитает кофе, но держит его для Монро) и предложил поесть. Есть Адалинде не хотелось, но Ник настоял, что сейчас она должна заботиться не только о себе, и, вручив ей чашку с ароматным горячим чаем, снова ушёл на кухню. Непривычно-заботливый Гримм был таким трогательным, что Адалинда невольно улыбнулась. С удовольствием выпила чай, поставила пустую чашку на столик и, скинув наконец опостылевшие туфли, забралась с ногами на диван. Всё – никаких каблуков, пока не родится ребёнок! Ник прав – сейчас она должна думать не только о себе. Адалинда натянула на ноги краешек пледа, опустила голову на диванную подушку и сладко зевнула. Она так устала… от переживаний, от необходимости убегать от королевской семьи… она не будет спать, просто минутку отдохнёт… пока Ник не вернулся с кухни… Кстати – почему в этом доме совершенно не ощущается присутствия женщины? Да, она больше не ведьма, но ауру другой женщины всё равно бы почувствовала… получается, Ник не водит свою любовницу сюда? Встречается с ней где-то ещё? Глаза Адалинды закрылись, и она уснула. Сквозь сон она почувствовала, как кто-то укрыл её пледом по плечи… а может, это ей только показалось. Адалинду разбудили голоса. Двое мужчин негромко переговаривались в отдалении; она узнала по голосам Бёркхардта и Ренарда прежде, чем успела испугаться за свою безопасность, и успокоенно решила, что можно не вскакивать сию секунду, а немного понежиться в приятной полудрёме. Только зачем Шон пришёл домой к Нику? А, ладно, не столь важно. - Ты ей сказал? – спрашивал Ренард. - Не успел. Она уснула. Устала, наверно. Скажу, как проснётся. - Скажем вместе. - Да. Дальше послышались какие-то непонятные звуки – и Адалинда подумала, что надо бы всё-таки встать. Нехотя разлепила веки, сбросила плед (выходит, Ник действительно её укрыл? Как мило…), сползла с дивана, босиком прошлёпала к двери, распахнула её… и застыла, как вкопанная, судорожно хватая ртом воздух. Королевский бастард прижимал Гримма к стене коридора и страстно целовал. И судя по всему, Ник был более чем не против… судя по всему, он готов был Шону прямо там и отдаться! Вашу… - Вашу мать!!! – заорала Адалинда вслух. Шон и Ник резко отпрянули друг от друга; Бёркхардт выглядел почти виноватым, Ренард же, казалось, появлению Адалинды ничуть не удивился. - Могли бы хотя бы предупредить! – уже на полтона ниже добавила Адалинда. – Я чуть прямо здесь не родила… от изумления! Вот теперь Ник точно выглядел виноватым. И, кажется, собирался вести её обратно к дивану. - Да всё со мной в порядке, - пробурчала Адалинда, понемногу успокаиваясь. – Но почему никто из вас ничего мне не сказал? - Я говорил, - возразил Ник. – Только не до конца. Собирался рассказать всё как есть, но ты уснула. Мне было жалко тебя будить. - Может, пройдём на кухню? – предложил Шон и взглянул на Ника. – Помнится, ты обещал ужин. Адалинда принюхалась и сглотнула слюну. Пахло вкусно – и можно было надеяться, что на вкус стряпня Ника не хуже, чем на запах. И вот теперь она точно проголодалась. Все трое прошли на кухню и принялись за еду – действительно оказавшуюся весьма достойной. Ели поначалу в молчании; проголодаться успели все. Адалинда старательно пережёвывала пищу и тщетно пыталась уложить в голове новую информацию. Пожалуй, если бы она не увидела всё своими глазами, то не поверила бы. Может, Шон и Ник её разыграли? Нет, на это совсем не похоже… да и зачем бы им? К тому же, когда хотят кого-то разыграть, не целуются так, будто пытаются друг друга проглотить. Адалинда окинула взглядом поглощённых едой мужчин. Чёрт возьми, а ведь парочка-то получилась красивая! - И… давно вы?.. – решилась она нарушить молчание. Ник внимательно разглядывал содержимое своей тарелки. Кончики ушей у него заметно порозовели. Смущённый Гримм. Нет, ну правда же мило. - Достаточно давно, - невозмутимо сообщил Шон. - Ещё с тех пор… как Ник не знал, что он Гримм? – Адалинда уже не удивилась бы даже этому. - Нет, - Ник поднял голову; по щекам у него тоже разливался румянец. – Позже. - Ты говорил, что я могу жить здесь… - Да. Можешь. - А Шон… тоже теперь живёт здесь? – Адалинда взглянула на Ренарда, но ответил снова Ник. - Когда как. Иногда он ночует у меня, иногда я у него, - Бёркхардт уже почти перестал краснеть. – Но ты не волнуйся, без защиты я тебя не оставлю. - Ты нам не помешаешь, - вступил в разговор Шон. – Мы с Ником это уже обсудили. Так вышло, что мы оба с тобой спали… ты родила от меня и скоро родишь от него… Адалинда выронила вилку. - Погодите… - она медленно перевела взгляд с одного на другого, - я ошибаюсь, или вы предлагаете мне жить втроём? - Ну… почему бы и нет? – Ник смотрел на неё ясными голубыми глазами. – Места в доме хватит. Не понимают или притворяются? Адалинда облизнула губы. - Я не против, - сообщила она. – Во всяком случае, не против понаблюдать. Секунду-другую до Ника и Шона, кажется, доходило. Затем лицо Бёркхардта стало просто-таки багровым – и даже Ренард выглядел немного смущённым. - Понаблюдать за… - Ник глотнул ртом воздуха – и замолчал. Ну наконец-то ей удалось шокировать их в ответ. А зрелище… если согласятся… зрелище обещает быть впечатляющим. - Да, именно за этим, - Адалинда ослепительно улыбнулась. – Беременная женщина имеет право на маленькие капризы, разве нет? Шон и Ник переглянулись. Хмыкнули. Улыбнулись друг другу. И, повернувшись к ней, одновременно кивнули.