Шанс пройти по иному пути

Пестрая стайка заспанных учеников и учителей влетела в Комнату Портретов, ведомая Раф. Та очень спешила, подгоняемая неведомым чувством острой тревоги и страха, остальные едва успевали за ней. Ей удалось убедить всех, несмотря ни на что. Никто не понимал, что происходит, но все последовали за Демонессой, доверившись ее чутью. Все они были напуганы, тревога Раф передалась и им. От многочисленных поворотов уже кружилась голова и рябило в глазах. Кабирия, Ури, Микки и Гас поотстали, и только Сульфус изо всех сил старался успеть за девушкой. Учителя летели в паре метров от них позади, что-то негромко обсуждая. Девушка стремительно влетела в комнату и с криком опустилась около неподвижного тела Дольче. Ангелесса лежала на боку, вытянув руки так, точно пыталась встать. Ее кожа отливала нездоровой мертвенной синевой. Раф коснулась ее руки и в ужасе отпрянула – кожа была холодной и отливала синевой. - Дольче, Дольче! Очнись! Прошу, очнись! Что с тобой? – кричала в панике Раф, тряся девушку. Та молчала, покорно подчиняясь тряске и по инерции мотая головой. Волосы ее разметались по полу, ободок валялся где-то в стороне. Нимб погас и почернел. Панику и ужас Раф прервал чей-то короткий сдавленный крик. Вспомнив, Раф обернулась назад. Закашлявшись, она коснулась висков, в которых от резкого поворота и явно чего-то еще гулко стучала тугая кровь. Кабирия с почти истеричными визгливыми криками трясла свернувшуюся в неудобной позе у стены Кабале. Голова ее безвольно качалась в такт движениям, а тело расслабленно обвисало, точно стекая вниз и повинуясь силе гравитации. - Нет, нет! Кабале, очнись!!! Тем временем Ури подняла голову и остолбенела, открыв рот. Она протянула дрожащую руку вверх и пролепетала: - А… где портреты? Ее тихий шепот привлек внимание всех, вызвав бурю эмоций и оттянув на миг внимание от неподвижных тел, распостертых на полу и странного бледно-лилового тумана по углам комнаты. Аркан схватился за голову, Темптель закрыла лицо руками. Все ученики были поражены. Они знали о Комнате Портретов, знали о том, зачем она. Увидеть эту комнату лично для простого ученика было, конечно, невероятным, но увидеть ее пустой… Это было настоящим шоком. - Что здесь произошло? – морщась от усиливающейся головной боли, проговорила Микки. Синеволосая Ангелесса была единственной из Ангелов, кто сохранил спокойствие. Она присела рядом с Дольче и прощупала ее пульс на шее. Покачала головой и, материализовав фонарик, посветила ей в глаз. Тяжело, прерывисто вздохнула, пряча подкатившийся к горлу комок и выступившие слезы. Подошла к Кабале – нерешительно, все-таки она Демонесса. Проделала все то же под пристальным взглядом Кабирии и закрыла лицо руками, сквозь сдавленные всхлипы приглушенно прошептав: - Что бы ни случилось, они нам уже ничего не расскажут. - КАК?! – вскричала Раф. Она вскочила и надвинулась на Микки, та попятилась. Сульфус обнял Раф за плечи и придержал. - Успокойся. Ничего уже не изменить. Их не спасти, - зашептал он ей на ухо. Девушка дернулась, обмякла и, упав на колени, надрывно зарыдала. Кабирия подошла к ней и села напротив, положив ей руки на плечи. - Посмотри на меня, Раф, - твердо проговорила Демонесса. Впервые в жизни она не испытывала неприязни к Раф. Она ощутила в ней родную душу, поняла, что она так же сильно страдает, как и сама Кабирия. Но Кабирия держит это внутри по старой демонической привычке, а Раф пока не способна скрывать эмоции, особенно такие сильные. Девушка непонимающе подняла на нее влажные блестящие глаза. – Нужно быть сильной. Держись. Бывшая Ангелесса прикусила губу, отерла слезы и отрывисто кивнула. Затем, поддавшись порыву, обняла Демонессу и тут же отпустила, ощутив ее напряжение. Впереди еще так много дел – вернуть портреты на их законное место, найти и одолеть их таинственного врага и спасти смертных. Нельзя раскисать. Только не сейчас. Победа будет за ними. Обязательно.