Как эксперты в Хогвартс попали

      Когда Гарри и Невилл вышли из кабинета ЗОТИ, они увидели, как профессора Флитвик и Хагрид загоняют столпившихся в коридоре учеников обратно в большой зал. У когтевранского декана, причем, это получалось значительно лучше, несмотря на то, что разница в габаритах была не в его пользу. Оба гриффиндорца живо влились в эту не особо организованную толпу, ближе к Хагриду, и оба разом поинтересовались у полувеликана, что происходит вообще. - Дык, ребятки, тут такое дело, - волнуясь, ответил гигант-лесничий, - нечасто же к нам в школу-то министр заходит, а тут, значитца, пожаловал, да со свитой, с палачом опять. Ну, вот и всполошились все, и за делегацией энтой рванули. Такие дела. А мы, вот, загоняй их теперь обратно, ей-Мерлин, как пастухи со стадом. - Тут что, все? – удивился Гарри, разглядывая в толпе ученические мантии всех четырех факультетских цветов. - Да эт еще не все, - махнул рукой Хагрид, - половина в другую сторону направиллась, к директорскому кабинету. Их оттуда Спраут с Синистрой гонят.       Оба юноши кивнули на прощание лесничему, и, смешавшись с толпой и аккуратно лавируя в ней, поспешили в большой зал. В большом зале, за гриффиндорским столом, с удивлением обнаружили они, будто бы никуда и не уходивших Рона и Гермиону, а так же Симуса, Фреда и Джорджа. Они дружно доедали десерт и посмеивались над остальными, кто возвращался сейчас из коридоров. Изящным жестом фокусника, Рон извлек из-под стола объемистый пакет с едой, что припас опять для задержавшихся с тренировки друзей, но от их недовольных взглядов это все равно его не спасло. - Э-э, ребята, а чего вы на меня так смотрите, будто я вам в пакете дерьмо сую? – удивленно спросил младший Уизли. - А то, Рон, что ты нас нехило так подставил, - ответил Невилл, забирая пакет у Рона. - Профессор Грюм, как оказалось, настоящий, - добавил Гарри, - и мы чуть не помешали ему действительно ненастоящего поймать. - О! Малыш Ронни, по ходу, здорово влип, - ехидно ухмыльнулся сидящий напротив Рона и Гермионы Фред. - А я-то думал, из-за какой падлы с нас внезапно сняли три десятка баллов за раз? – возмутился сидящий рядом с Фредом Джордж, - А оно вот что выясняется! - Влип – это не то слово, - сказал Гарри, - будешь теперь с нами тренироваться после занятий. - Ох-хо-хо! Удачи, братишка! – разом захохотали близнецы, после чего встали с мест и направились к выходу, делая на ходу ставки, сколько таких дополнительных занятий Рон продержится. Фред ставил галеон на то, что одно-то занятие Рональд протянет, Джордж – что не протянет и одного.       Направился к выходу и Рон, цветом лица напоминающий вареного рака, не разбирая дороги и оттого натыкаясь на все еще приходящих и приходящих в большой зал учеников. Его путь среди толпы вполне можно было проследить по гневным возгласам: «Смотри, куда прешь, Уизли!», правда, чаще, в куда менее цензурном варианте. - Грубовато вы с ним, - обеспокоенно заметила Гермиона. - Согласен, - кивнул Гарри, вместе с Невиллом приступивший к еде, - за еду, пожалуй, стоило хотя бы спасибо сказать.       Ужин закончился. Последние студенты покинули большой зал, не уставая всё судачить о только что случившемся министерском визите. Гарри и Невилл, вместе с Гермионой, отправились в гриффиндорскую башню, списывать домашне задание. В гостиной, среди прочих, они заметили Рона, сидевшего в стороне от остальных и увлеченно строчившего что-то на пергаментном листе. Гарри хотел было подойти ближе, но Рон, едва заметил Поттера, тут же поднялся с места и отправился в спальню.       Когда Гарри и Невилл, уже ближе к полуночи, дописали, наконец, все, что нужно, разбудили свернувшуюся в клубочек на софе, задремавшую Гермиону, поблагодарили ее за все и ушли в спальню, Рон уже спал.Его кровать была прочно занавешена балдахином и Гарри, как ни старался, не смог его одернуть. Ну, а с утра, когда Гарри проснулся, кровать Рона была уже пуста.       Извиниться перед Роном за вчерашнее, впрочем, Гарри смог уже за завтраком. Рон, как обычно, уплетающий за обе щеки, лишь нечленораздельно произнес в ответ что-то, похожее на «Всё, забей!», и Поттер решил, что инцидент на этом исчерпан. Однако, правда, на последующих уроках общался с ним Уизли все равно неохотно.       Сразу после обеда снова была защита от темных искусств. И вновь фальшивый профессор Грюм заставлял учеников бежать кросс и преодолевать полосу препятствий. Под конец урока он еще успел показать ученикам несколько приемов самбо, используя Грегори Гойла в качестве спарринг-партнера. В целом, выглядел он не более недовольным, чем обычно. Однако, в конце занятия произнес: «Все свободны. А тебя, Уизли, я попрошу остаться». - Удачи, дружище, - сказал Рону на прощание Гарри, хлопнув его плечу. - Сочувствую! – добавил мимо проходящий Невилл.       Ученики ушли. Последними, наградив на прощание Уизли полным сострадания взглядом, ушли Лаванда Браун и Парватти Патил. Лже-Грюм поднялся из-за стола и, прихрамывая и стуча по полу деревянной ногой, подошел к столу, за которым сидел Рон. Уизли встал. - Бить будете? – спросил он. - Не бить, а проводить разъяснительную работу. - ответил профессор, - Ты садись пока, садись. Работать попозже начнем.       Рон послушно уселся обратно на скамью, не сводя с лже-Грюма глаз. - А теперь объясни мне, - потребовал преподаватель, - какого хрена ты наплел про меня Поттеру, будто я - ненастоящий? - Я говорю то, что вижу, сэр. – ответил Рон, - А я видел, как сильно вы обеспокоены тем, что у вас внезапно закончилось зелье, которое и выглядит, и пахнет, как оборотное. - Конечно, обеспокоен, Уизли! – прикрикнул профессор, - Его, знаешь ли, очень непросто варить. А мне, как старшему оперуполномоченному аврората, а не только вашему преподавателю ЗОТИ, оно очень часто пригождается по работе. - Я полагаю, сэр, дело не в этом. – возразил Рон, - вы беспокоились оттого, что к вам вот-вот должен был вернуться истинный облик, и вам поскорее следовало принять оборотное, чего вы не смогли из-за меня сделать. - Полагает он! – лже-Грюм, вынужденный на этом мини-допросе защищаться, патетически закатил глаза к потолку, - Запомни, рыжий, первое правило аврора: «Подозрения к делу не пришьешь!» Поймал бы ты меня с поличным, за сменой внешности, тогда был бы другой разговор, а так все эти твои домыслы – пустой трёп, который лучше держать при себе. Наличие у меня оборотного зелья – улика косвенная, и ни один нормальный суд ее всерьез рассматривать не станет. А тебя, если бы я был не я, я бы устранил, как ненужного свидетеля, еще вчера. Это ты понимаешь? - Все равно. – ответил заметно поникший Рон, осознавший, наконец, тщетность попыток раскрыть истинную личность лже-Грюма, - Гарри – мой друг, и не мне вам объяснять, что он значит для нас всех. Мой долг – по возможности, уберегать его от опасностей, пока… - Пока ты и твоя семейка еще не успели залезть к нему в карман? – закончил за Рона фразу лже-Грюм, вернувший себе роль допрашивающего. - Пока он не победит Сами-Знаете-Кого. - спокойно ответил Рон, - Не знаю, что вы там себе напридумывали, но мне деньги Гарри не нужны. Все, что мне нужно, я могу и сам заработать. - Это как же? – недоверчиво спросил преподаватель. - Не поверите: мозгами. – все так же спокойно ответил Рон, - Я, знаете ли, неплохо играю как в волшебные шахматы, так и в магловский их аналог. Собственно, магловские шахматы отличаются от волшебных лишь тем, что в них фигуры самому двигать надо, и они не лезут со своими дурацкими советами. А еще у маглов есть шахматные турниры. В том числе, и юниорские. В том числе, и с призовым фондом. - Неужто рассчитываешь взять приз на турнире? – будто бы издевательски спросил лже-Грюм. - Уже. – с достоинством произнес Рон, вытащив из внутреннего кармана мантии и показав профессору десяток банковских чеков.       Лже-Грюм удивленно присвистнул. Сумма цифр на всех чеках, для четырнадцатилетнего подростка, была довольно приличной. Судя по датам, когда чеки были выписаны, все их Рон получил, приблизительно, за полгода. За это время, выходило, Рон побывал в десятке городов, по всей Великобритании, в каждом из них участвовал в шахматном турнире и непременно занимал призовое место. - Недурно, парень, очень даже недурно, - одобряюще произнес лже-Грюм. - Верно, сэр, - согласился Рон, - вот только есть один минус: наличными денежные призы не выплачивают, а чеки я еще четыре года не смогу обналичить. - Почему же? – спросил профессор. – В турнирах ведь ты участвовать можешь. - В этом мне Перси помог. - ответил Рон, - он мне оформил через министерство магловские документы, с которыми я и заявляюсь на турниры, вот только в банке этого мало. Нужен родитель или опекун, а я очень не хочу втягивать в свои финансовые дела семью. - Что, боишься, что твои два брата-дегенерата присвоят твои денежки? – спросил профессор, уже успевший познакомиться с Фредом м Джорджем. - Никак нет, сэр, - сказал Рон, - Фред и Джордж, конечно, ребята отмороженные, но честные. Они так не сделают. А вот матушка непременно убедит меня вложить все выигранные денежки в семейный бюджет – и больше я их не увижу. - Ладно, рыжий, не дрейфь, решим мы твою проблему, - пообещал Рону лже-Грюм, - вот только взамен ты будешь ходить ко мне на дополнительные занятия, как и Гарри с Невиллом. Договрились?       Преподаватель протянул Рону руку. «Договорились» - ответил Рон, поднявшись с места и пожимая профессорскую ладонь, но рукопожатие немедленно превратилось в болевой захват. Лже-Грюм живо выдернул Рона в проход между партами, оказавшись прямо позади него, заломил ему руки за спину и грозно навис над его ухом. - А если еще кому вздумаешь болтать, что я – ненастоящий, больше никогда в шахматы играть не сможешь. В них очень трудно играть без рук, знаешь ли.       Сжав зубы от боли, Рон закивал. Профессор дернул его кверху и резким толчком отправил к двери кабинета. Рон пулей вылетел в коридор и, под недоумевающие взгляды ожидающих урока когтевранских и пуффендуйских пятикурсников, поспешил в каморку Сивиллы Трелони, на последний урок – предсказания.