Охотник на демонов и Вампир.

Глава 4. Новый Клуб и Оборотень.

      Вот и первый (не считая идеи) неканон)))       Как-то после урока Некономэ-сенсей объявила классу:       — Итак, класс, цель Академии — научить демонов вливаться в человеческое общество! Именно поэтому каждый из вас должен вступить в какой-нибудь клуб. И советую вам вступить в Клуб Журналистики, который курирую я!       Ученики стали расходиться. В коридорах было очень тесно. Цукуне и Мока ели проходили. Везде зазывали в свои клубы. Клубы фотографий, физики и химии, иглоукалывания, ботанические, астрономии, социологии и многие другие. К Моке пытались подкатить раз десять, но Цукуне их отправлял по всем известному маршруту. Не найдя интересных клубов в здании (пусть они и не обошли их всех), они решили найти клуб на улице. Там тоже чего только не было. Аоно хотел было зайти в клуб плаванья, но, вспомнив, что Мока — вампир, и рассмотрев ауры членов клуба, отказался. Ещё с русалками он драться не хотел. Поэтому они прошли дальше. Зашли в парочку клубов единоборств (в которых не то, что охотник, а Мока всех побила, вампир же), даже в клуб туризма (только где тут туризмом заниматься?). Куруму, которая подошла где-то после третьего клуба единоборств, постоянно спорила с Мокой на тему Цукуне. Парень же ходил задумчивый и задумался он совсем не о клубе.

Flashback

      Пару дней назад Цукуне вызвали к директору. Он поднялся в его кабинет и постучался. После разрешения парень вошёл.       — Здравствуй, Цукуне, ты, наверное, гадаешь, почему я тебя вызвал?       — Да, директор…       — Теммей Микогами. Небольшое предисловие перед тем, как я назову причину твоего вызова. Не буду ходить вокруг да около, я знаю твоих родителей. По их просьбе, я тебя и принял, не смотря на твою суть охотника. Хотя, из-за твоей матери ты, по факту, можешь тут учиться.       — Ещё один, — пробурчал Цукуне, — вместо того, чтобы просто объяснить, обязательно говорят загадками. И, если честно, я давно понял, что вы и мои родители знакомы. Теперь, может быть, перейдём к делу?       — Хорошо. Вместе с тобой в параллельном классе учиться одна девушка. Она нелюдима, боится своих сил и её сильно не любят. Её сестра когда-то училась здесь, но у неё другая история, тебя не касающаяся. Ты должен будешь приглядывать за ней, так как на неё нападали из-за её силы. Хорошо, что КОБ (комитет общественной безопасности) не дал свершиться нехорошему. Чуть позже я вас познакомлю. А так я позвал тебя предупредить, что часть твоего времени будет уделяться ей, и твою и соседнюю комнату объединят, она будет жить во второй. И не надо возмущаться. Парни не могут ходить в женское общежитие, зато девушки легко могут приходить к парням.       — Да кто она такая, что вы просите помочь ей охотника на демонов? Да ещё часть правил нарушаете?       — Она сирена, да ещё с непростой семьёй.       — Понятно, что ничего не понятно. Ладно, а мне какая выгода.       — Когда узнаешь, кто ты такой, я помогу тебе овладеть своей силой, частично. Идёт?       — Я согласен.

End Flashback

      Трое друзей так и не нашли подходящий клуб (точнее, искал только Цукуне, остальные вступят в тот клуб, в который вступит парень). Решили они вступить в клуб Некономэ-сенсея, как из одного здания (которых вокруг Академии было полно) раздались злые мужские возгласы:       — Теперь ты получишь!       Троица, не задумываясь, бросилась в это здание. Там два парня и две девушки издевались над третьей девушкой. Они заметили вбежавших, и один воскликнул:       — Идите отсюда. Не вашего ума дело!       Цукуне молча врезал ему в морду. Парень отлетел и потерял сознание. Второй парень пытался атаковать охотника водными шарами (по ауре Цукуне понял, что атакующий — тритон). Но самая главная слабость этих (как и других стихийных) шаров — скорость. Без усилий увернувшись, Аоно вырубил второго. С девушками уже разобрались Мока и Куруму. Одна была полностью исполосована суккубом, а вторая была в стене из-за удара вампира. Цукуне помог третьей девушке встать. Красивое личико, блондинистые волосы, милый курносый носик, завораживающие глаза цвета ореха, низенький рост. А в ауре… сирена. Один из сильнейших видов Ёкаев. «Но почему она тогда не смогла дать отпор?» — задумался Аоно, но спросил другое:       — Ты в порядке?       — Д-да, с-спасибо, — голос у девушки очень мелодичный. Более красивого парень не слышал, о чём, впрочем, прекрасно можно было догадаться. Сирена же.       — Меня зовут Цукуне Аоно, — представился парень, указал на вампиршу, — её — Мока Акасия, а её, — указал на суккуба, — Куруму Куроно. А как тебя?       — Э-эйка* О-отонаши. В-вы тот, кого д-директор отправил помочь мне?       — Да. А почему тебя обижали эти? — с презрением кивнув на валяющихся без сознания Ёкаев, спросил Цукуне.       — Из-за моей расы и увлечений. Я сирена и увлекаюсь ч-человеческой м-музыкой и к-культурой. А также из-за моего м-музыкального клуба, — девушка стала заикаться всё меньше.       — Понятно. Секундочку, музыкальный клуб, говоришь? А можно в него вступить?       — Д-да.       — Тогда запиши меня.       — И нас! — хором воскликнули девушки.       — А вы петь умеете? Или играть на каком-нибудь музыкальном инструменте? — совсем осмелела девушка, даже заикаться перестала. Зато две другие погрустнели.       — Ну, ничего, — улыбнулся Цукуне, — ещё научим. Подожди немного, я сейчас свою гитару принесу.       Через восемь минут Цукуне уже настраивал свою гитару. Обычная акустическая гитара, покрашенная в фиолетовый цвет. Назвал он её как любимое оружие из любимой игры — Неван. Наконец настроив гитару, Цукуне начал петь: Сколько лет прошло, все о том же гудят провода Все того же ждут самолеты Девочка с глазами из самого синего льда Тает под огнем пулемета Должен же растаять хоть кто-то Скоро рассвет Выхода нет Ключ поверни — и полетели Нужно вписать В чью-то тетрадь Кровью, как в метрополитене: Выхода нет Выхода нет Где-то мы расстались — не помню в каких городах Словно это было в похмелье Через мои песни идут, идут поезда Исчезая в темном тоннеле Лишь бы мы проснулись в одной постели Скоро рассвет Выхода нет Ключ поверни — и полетели Нужно вписать В чью-то тетрадь Кровью, как в метрополитене: Выхода нет Выхода нет Сколько лет пройдет, все о том же гудеть проводам Все того же ждать самолетам Девочка с глазами из самого синего льда Тает под огнем пулемета Лишь бы мы проснулись с тобой в одной постели Скоро рассвет Выхода нет Ключ поверни — и полетели Нужно вписать В чью-то тетрадь Кровью, как в метрополитене: Выхода нет Выхода нет Выхода нет Выхода нет (Сплин — Выхода нет)       Эйка единственная, кроме Цукуне, знала русский язык. И ей очень понравилась песня. А Мока и Куруму просто восхищались голосом парня. Сирена попросила парня спеть ещё что-нибудь подобное из этого репертуара. Цукуне вновь начал петь: Никому не доверяй Наших самых страшных тайн, Никому не говори, как мы умрем. В этой книге между строк Спрятан настоящий бог, Он смеется, он любуется тобой. Ты красива, словно взмах Волшебной палочки в руках Незнакомки из забытого мной сна. Мы лежим на облаках, А внизу бежит река, Нам вернули наши пули все сполна. Мы лежим на облаках, А внизу бежит река, Нам вернули наши пули все сполна (Сплин — Бонни и Клайд)       — Хорошо, — после того, как Цукуне допел песню, произнесла глава музыкального кружка, — вы приняты. Но есть одно, но — Цукуне должен научить вас петь. И, желательно, научить играть на каком-нибудь музыкальном инструменте.       — Вас поняли, мэм! — в шутку отдал честь Аоно. Девушки рассмеялись.

*Четыре дня спустя*

      За эти четыре дня ничего сильно не изменилось. Мока решила научиться играть на барабанах, а Куруму на электрогитаре. Эйка умела играть на духовых инструментах, гитаре и фортепиано.       Хотя, нет, кое-что произошло. В школе появился маньяк-извращенец. Он фотографирует переодевающихся и голых девушек и распространяет фотографии. На паре фотографий были и Куруму с Мокой, и даже Эйка. После этого охотник решил найти и проучить извращенца.       «Большинство фотографий сделано вечером или ночью, — рассуждал он, — днём фотографии делаются только в женской раздевалке. Нужно искать в этих местах. Но фотографа никто не увидел. Следовательно, у него что-то есть, что позволяет ему быть неуловимым. Нужно подготовиться…»       Следующей ночью Цукуне вышел на дело. Он был на крыше своего общежития и пристально наблюдал за женским общежитием. Незадолго до комендантского часа на ней промелькнула чья-то тень. Цукуне с помощью абордажного крюка перебрался на крышу соседнего общежития. И крикнул в спину тени:       — И что же мы тут делаем?       Тень встала как вкопанная. Медленно обернулась. На Цукуне смотрел неизвестный ему парень, наверное, старше его на год или два. Чёрные волосы торчком, в них красный ободок, карие глаза, кулон в виде волка на шее, обычная школьная форма. Цукуне видел его несколько раз, но не знает о нём ничего.       — Как что? — с ухмылкой ответил тот. — Любуюсь на звёзды.       — С крыши женского общежития? Ты, вообще, кто такой?       — Мориока Гиней. Второй класс. А ты, мелкий?       — Так я тебе и скажу.       — Какой некультурный. Не представился в ответ. Ну я тебя проучу…       Гиней стал превращаться… в оборотня.       «Чёрт, оборотни — самые быстрые твари. Особенно при полной луне. Дела плохи!»       Мориока стал очень быстро крутиться вокруг Аоно, нанося быстрые удары. Тот не стал стоять столбом, а сделал круговую оборону — пытался отбивать удары мечём или ножнами, но атаки оборотня он не успевал блокировать.       — Так ты меня не одолеешь! — злорадствовал второкурсник, — сдавайся, и я тебя пощажу.       «Буду думать… его прямой атакой не достану. Нужна круговая или… в землю!» Цукуне нанёс мощный удар по крыше. Гинея сбило с ног. Охотник добавил ему по голове ножнами от меча. Тут на крышу поднялись люди в чёрных одеждах. Их было трое. Два парня забрали оборотня, а единственная девушка подошла к Цукуне.       — Комитет Общественной Безопасности благодарит тебя, Цукуне Аоно, — начала она, — его глава просит зайти вас завтра после уроков к нам в кабинет. Всего хорошего, — и она пошла вслед за другими.       Стоит её немного описать. Фиолетовые волосы, миловидное, немного дерзкое, личико, грудь размера третьего, стройные ноги. Ауру парень не успел рассмотреть. Пожав плечами, Цукуне отправился в своё общежитие так же, как и попал — с помощью крюка. И заснул сном без сновидений.