Совпало

Мерный гул приборов настойчиво разносился по небольшому помещению медотсека. Монотонность звука всегда раздражала Джеймса Кирка, который был вынужден слушать его с завидной частотой. Обычно он оказывался на больничной кровати почти при смерти и очень редко сам приходил на осмотр. Однако в этот раз визит к главе медицинской службы был абсолютно добровольным. И сейчас Джим с нетерпением ожидал возвращения друга из лаборатории. Когда дверь медотсека отъехала в сторону, впуская доктора, Кирк подскочил с кровати ему навстречу. — Джим, что произошло? Ты ранен? — Док сразу включил режим полной готовности — настолько появление друга было необычным явлением. — Нет-нет, Боунс, я в порядке, — поспешил успокоить Джим. — А-а-а, ты пришёл на осмотр! Великий космос, кому я случайно продал душу за то, чтобы капитан Кирк по своей воле пришёл ко мне? — Прекрати радоваться. У меня, кажется, проблема… — Рассказывай. — Леонард сел за рабочий стол, всем своим видом выражая готовность слушать. Серьёзность вернулась на его лицо после первых же слов друга: — Я начал замечать признаки, симптомы… да и время подходит. Боунс, что мне делать? — Какие симптомы? — Ты знаешь! Поднялась температура — не выше тридцати семи и двух, но и ниже не спускается. Иногда головокружение, да и зуд начался. — Когда была последняя? — Говорю же, почти пора. — Кирк подскочил на ноги и принялся ходить туда-сюда в попытках отвлечься. — Не мельтеши. Джим, послушай, это не конец света. Иди сюда. — Боунс? — Я возьму пробу крови, проверю. А ты о чём это подумал? Джим пожал плечами, пристыжено глядя на друга. — Господи! То что я альфа, не делает меня маньяком, мальчик. — Врач возмущённо посмотрел на друга. — Ты же знаешь, я для тебя безопасен. — Да, прости. Просто ты же помнишь, что в прошлый раз было. О да, Леонард отлично помнил, как прятал тогда ещё кадета Кирка в своей комнате в общежитии. Как отгонял от него других альф, а ведь течка тогда даже не началась. С наступлением самого цикла начался настоящий ад. Запах Джима сводил с ума самцов во всей академии. Парню пришлось запереться в карантине на всё время. Даже МакКой чуть было не сорвался, однако смог выдержать, благо в двадцать третьем веке были препараты, способные подавить инстинкты альф. Леонард с ужасом вспоминал, как схожими препаратами пытался помочь Кирку. Всё началось слишком внезапно. Они не успели провести необходимые тесты. А потом было поздно. Организм Джима отверг химию, а аллергическая реакция едва его не убила. Свою вторую течку парень с трудом пережил, валяясь с жаром под сорок и рвотой через каждые полчаса. Видимо, аллергия воспрепятствовала естественным потребностям организма, потому что чего-чего, а секса кадет Кирк в то время хотел меньше всего. Сейчас же… — Не лезь под руку, — буркнул Боунс, сканируя кровь капитана. — Чёрт! — Я был прав, да? — По голосу Джима было слышно, что он очень хотел бы ошибиться. — Да, Джимми. В этот раз времени до течки будет меньше, но я постараюсь найти подавители, которые ты сможешь принимать. — Сколько у меня времени? — Ещё дня два, ну может, три. — Придётся передать командование Споку. Предупрежу его завтра. Сообщи мне, если найдёшь препарат. — Да, Джим. Кирк кивнул на прощанье и вышел. Он поднялся на мостик с твёрдым намерением продержаться как можно дольше. Его уверенность несколько угасла, когда при его появлении Ухура, Сулу и Скотти обернулись. Слишком резко они это сделали. И почему МакКой не предупредил, что этот чёртов запах уже появился?! Джим пожалел, что в Звёздном флоте так много альф. Особенно на мостике. Это, конечно, не вызывало удивления, ведь именно альфы занимали командующие должности. Если начистоту, то странным было как раз назначение омеги Кирка на пост капитана. Компанию ему составлял только юный вундеркинд Павел Чехов. Сейчас, сидя в капитанском кресле, Джим начал сомневаться в правильности своего назначения. Дело было не в его молодости или неопытности, даже не в приближающейся течке. Проблема была в инстинктах, исконных базовых инстинктах людей, которые кричали, что омега всегда должен подчиняться альфе, что омега — бесправное и слабое существо, созданное для удовлетворения, что омега не имеет власти. И хотя в великолепном, продвинутом двадцать третьем веке борьба за равноправие была выиграна, исконные инстинкты никуда не делись. Современным омегам всё так же приходилось с боем защищать свою честь, а альфам бороться с внутренним зверем, норовившем поглотить их. Но всё же жизнь стала несравнимо легче. Периоды между циклами у омег стали реже, что позволило им занять равное с альфами место в обществе. С ростом прогресса пришли облегчающие и сдерживающие препараты. К началу двадцать третьего века в умах людей укрепилась надежда на действительно цивилизованную расу. И тут, конечно же, появляется везучий омега Кирк с сильнейшей аллергией на синтетические препараты. Даже в век космических исследований человек не властен над клеточными реакциями своего организма. Джим с завистью посмотрел на Чехова. Тому было восемнадцать и его созревание ещё не закончилось. Лишь через два-три года этот юнец узнает все прелести бытия омегой. «Хотя, — вспомнил капитан, — в его медкарте указано не так много противопоказаний. Может, ему не придётся изолироваться от половины экипажа».